Головокружительное лето или вечеринка решает всё

Как часто мы забываем, что жизнь прекрасна? Ведь рядом с нами есть люди, готовые отдать жизнь за нас… Но, к сожалению, таких людей очень мало, и мы редко ценим их…

      Дождь. То, что я никогда не любил. Нет, ну, знаете, иногда дождь очень даже приятен, а иногда так противен. И вдруг… — Итак, ребята, давайте мы поговорим сейчас о ваших мечтах. Напишите на бумажке свою мечту и киньте в нашу общую шляпу, — произнесла учительница литературы. Все начали писать, — Молодцы. Я достаю и… первая мечта — потанцевать под летним дождём, — я усмехнулся. И у кого же такая глупая мечта? — Это моя, — подняла руку Нелли. Что? Ну и бред…       Может, раньше это было и бредом, но сейчас… Сейчас это стало целью. Я быстро схватил телефон и набрал номер Кругловой. Чёрт! Она не отвечает. Одни гудки… Тогда я сбросил вызов и спешно напечатал сообщение Сашке: Саш, ещё раз привет. Нужна твоя помощь. Попроси Нелли, чтобы она вышла через десять минут на улицу. Желательно в лёгком платье или сарафане. Га мои звонки она не отвечает, а вот на твой ответит. Спасибо за помощь. Макс)       Спрыгнув с подоконника, я обулся и выбежал из квартиры. Как хорошо, что родители д сих пор не приехали. Я не знаю, в каком состоянии сейчас мой отец, но он точно меня убьёт из-за этой чёртовой свадьбы. Но, знаете, я ни капельки не пожалел, что сбежал… Не хочу я жениться на этой Серебрянской! И плевать мне, что у неё богатый и влиятельный отец. Меня кто-нибудь когда-нибудь спрашивал, чего я хочу на самом деле? Я подбежал к дому Кругловой и стал ждать. Конец POV Макс

***

POV Нелли       Десять минут назад мне позвонила Сашка и сказала, что у неё для меня какой-то сюрприз, попросив меня об одном одолжении. Я должна была легко одеться и спуститься во двор. Интересно, что она задумала? Я надела бело-зелёный сарафан и выбежала на улицу. О нет… во дворе стоял Тойер. И как я не догадалась? Я подошла к нему. — Привет, — улыбнулся он. — Мы с тобой сегодня уже виделись. Что тебе нужно? Я разве не всё тебе сказала? — удивилась я. — Закрой глаза, — попросил он.       Я послушно закрыла глаза. По моим волосами, плечам и щекам стекали капли дождя. Быстрей бы он уже сделал то, что собирался, и я бы ушла домой. О, неожиданно! Я вдруг услышала приятную медленную мелодию, под которую танцуют вальс. После чего я почувствовала на своей талии тёплые сильные руки. Я вздрогнула, но не отшатнулась, а наоборот открыла глаза, прижавшись к нему. А затем… он просто закружил меня по двору. Я удивлённо уставилась на него, но не переставала следовать в такт его движениям. Мои руки уже давно покоились на его плечах. — Что ты делаешь? — усмехнулась я. — Исполняю твою мечту, глупышка!       Я удивлённо посмотрела на него, после чего улыбнулась, наконец-то после трёх хмурых дней я улыбнулась. Мне стало так легко и свободно, я забыла все те обиды и разногласия, что были между нами, мне так захотелось просто быть с ним рядом, прижиматься к его сильному тёплому телу, чувствовать, что я нужна ему. Музыка закончилась, и Макс наклонился ко мне, чтобы поцеловать, но его отвлёк вибрирующий телефон. Он виновато улыбнулся и ответил на вызов. — Алло? — произнёс он, — Арина, я сейчас занят. Нет, не дома. Давай поговорим позже. Нет, я не могу сейчас прийти, — я раздражённо вздохнула. Что нельзя скинуть вызов? — ЧТО?! — заорал Макс, — Что, значит, нас расписали? Ты с ума сошла? Я не твой муж! Нет! Серебрянская, я сейчас приду домой и убью тебя, — процедил он, — Какая ты, нафиг, Тойер? Ты — Серебрянская! Запомни это раз и навсегда! — Макс нажал «сброс», — Я… могу всё объяснить… — он шагнул ко мне, но я отшатнулась от него. — Макс, не надо, — я сложила руки на груди, — Иди домой, — поправив прядь волос, я вытерла с лица капли дождя, — Тебя там ждёт жена… — Она мне не жена! Это какое-то недоразумение! Отец как-то расписал нас без моего согласия. — Так будет лучше, Макс. Я скоро, может быть, уйду из этого… — Не смей! — крикнул он, резко сокращая расстояние между нами и впиваясь в мои губы. Я ответила на поцелуй, но отойдя от «шока», начала вырываться. — М-макс, — задыхаясь, произнесла я, — Я… тебя… — начала лепетать я, окончательно запутавшись, — То есть тебе… тебе пора, — я забежала в подъезд и еле дошла до квартиры.       Так и хотелось упасть где-нибудь здесь от бессилия. Я вздохнула и открыла дверь квартиры. Зазвонил домофон. Я ответила и открыла дверь. Это мама. О боже… Значит, она могла видеть нас с Максом. Я быстро вытерла слёзы, которые текли по моим щекам и, сняв балетки, побежала в свою комнату, чтобы мама не увидела мой внешний вид.

***

Мы думаем: это конец? Мы ищем себе оправдания, Но жизнь — проверенный хитрец, Исполнит все наши желания…

      Утро. Скорее всего, раннее утро. Взрослые просыпаются и уходят на работу. Дети спят дома, радуясь, что сейчас летние каникулы. Солнце только-только начинает освещать небольшой город, который тоже просыпается. Начинают шуметь машины, на улицах появляются прохожие и всё идёт своим чередом. И лишь я сейчас лежу и смотрю в потолок. Мама полчаса назад ушла на работу, но я так и не смогла заснуть. Сегодня я иду на приём к врачу со всеми результатами обследования, чтобы узнать «окончательный вердикт». Какое-то смешанное чувство беспокойства и приятного ожидания, не находите? Я встала с кровати и, накинув халат, пошла в ванну.       После того субботнего инцидента мы с Максом не встречались. Он даже ни разу не позвонил мне. Видимо, занят своей женой. Ну и плевать! Я фыркнула и, закатив глаза, вытерла лицо полотенцем. На кухне я нашла в тарелке свежеиспечённые блинчики. Чёрт! Я чуть не заплакала. Мама знала, как я люблю блины, но никогда не умела их печь. Мне их раньше Танька пекла. А сейчас… я вытерла подступающие слёзы и обнаружила записку рядом с тарелкой. Солнышко, доброе утро! Я специально всю неделю училась вкусно печь блинчики, чтобы порадовать тебя. Не переживай насчёт приёма. Всё будет хорошо! Я тебя люблю, зайчонок! Мама.       Я улыбнулась и, позавтракав, начала собираться. Я надела бирюзовую юбку миди и светло-бирюзовую блузку, после чего обула бирюзовые туфли на шпильке и вызвала такси. Так не хотелось идти на остановку. Ноги просто не держат в последнее время. Я усмехнулась и, закрыв квартиру, спустилась вниз. Сев в машину, я постаралась расслабиться. Но напряжение не спадало с моих плеч, мне казалось, что сегодня случится что-то шокирующее. Хотя, что может быть хуже этой чёртовой болезни? Наверное, ничего. Я обречённо вздохнула и с радостью посмотрела на больницу, к которой мы подъехали. Расплатившись, я выбежала из машины.       Слава богу, что в кабинет невролога не было очереди, и меня сразу же приняли. Я отдала результаты всех обследований врачу и села рядом с ней, дожидаясь «вердикта». — Ну что, у меня точно рак? — выдавила я — Да, — прошептала женщина, но, видимо, увидев мою грусть в глазах, поправилась: — Но пока что он на начальной стадии, поэтому легко можно избавиться от него, проведя операцию в Германии. — Операцию? — переспросила я, — В Германии, значит? И сколько это будет стоить?       Сумма, которую я услышала, просто шокировала меня. Как? Где я смогу найти такую сумму? Я вытерла подступающие слёзы и убитым голосом произнесла: — У меня с роду никогда не было такой суммы… — Ну, может, у вас есть друзья или родственники, которые могут помочь? — спросила врач, — Как только соберетесь делать операцию, обратитесь ко мне, я выпишу необходимые бумаги. Но тянуть нельзя… Каждый день на счету! — Хорошо, спасибо, — я вышла из кабинета и набрала номер Макса. Только он сейчас может помочь мне! И если я хочу жить, пора забыть все обиды. — Алло? — произнесла я, выходя на улицу. — Алло? О, Круглова, это ты! — услышала я писклявый голос Серебрянской, — Что тебе нужно от моего мужа? — Ничего, просто поговорить, — я пыталась сохранять спокойствие. — Перестань звонить сюда. Забудь его номер. Не мешай нам жить спокойно. Скоро у нас появиться малыш, и ему будет не до твоих звонков…       ЧТО? Мои глаза округлились. Малыш? Она что, беременна? Я со всей злости кинула телефон об асфальт, и тут же раздался гром. Вот только дождя не хватало, с утра же нормальная была погода. Но это Россия… и как по закону подлости, спустя минуту начал капать мелкий дождь. Я со злости начала бить каблуком свой айфон. И плевать, что он стоит больших денег. Через пару месяцев мне ничего уже не понадобится. По моим щекам потекли слёзы, смешиваясь с каплями от дождя. Внутри бурлила злость и ненависть к этому Тойеру. Зачем он только вообще появился в моей жизни?       Я оставила в покое свой «бедный» телефон и пошла в сторону остановки. Я шла, спотыкаясь и вдруг… Чёрт! Я посмотрела на правую туфлю. Ну, конечно же! Каблук сломан. Сняв туфлю, я оторвала злосчастный каблук и, обув её снова, поковыляла в сторону остановки. Но, неожиданно я увидела знакомую машину, которая остановилась рядом со мной. — Привет, котёнок, — стекло открылось, и я увидела ещё одного человека, который решил, что моя жизнь менее важна, чем его собственная, — Куда спешишь? Может, подвезти? — Здравствуй, отец, — я поправила пряди волос и вытерла слёзы. — Ах, вот, значит, как… отец, сразу. А раньше просто «папа», — усмехнулся он. — Слышишь, просто папа, езжал бы ты подальше, — возмутилась я, поглядывая на сломанную туфлю. — Садись в машину, поговорим, — я вздохнула и, открыв переднюю дверь, села рядом с отцом. А он изменился… Вы не подумайте, я просто не видела его четыре года, вот и удивляюсь, — Нелль, что я тебе сделал? — Это я не понимаю, что я тебе сделала, раз ты взял и забыл про меня четыре года назад. Перестал звонить, писать, поздравлять с праздниками. Просто исчез из моей жизни… — сквозь злость шептала я. — Но сейчас же я здесь! — Ты впервые позвонил мне год назад, чтобы узнать, как у меня дела. Спустя три года, да? Потом снова перестал звонить. — Но я же тебе подарки привёз из Бельгии и Праги! — отстаивал свою позицию отец. — Прислав их по почте без записки, — хмыкнула я, — Спасибо за «душевный» личный разговор спустя четыре года, но мне пора… — я открыла дверь автомобиля. — А как же Катя? — А что с ней не так? — наигранно удивилась я. — Ты же с ней общаешься? — Дипломатия, папочка, дипломатия, — усмехнулась я, выбираясь из его машины, — Можешь и дальше думать только о себе и своей новой семье. Гудбай, — я хлопнула дверью и, гордо вскинув голову, пошла в сторону остановки. — Неллька! — я обернулась и увидела Таню, — До тебя не дозвониться, — подбежала она, — Тебя подвезти? — Приветик, — я поцеловала подругу в щёчку, — А ты на такси? — Да, я приехала в клинику, чтобы забрать результаты некоторых анализов, — улыбнулась она, — Теперь домой поеду. Меня там новая семейка ждёт. Марко, его отец и моя мама прилетели ещё в воскресенье… — Да, ты говорила. — Ну, так, вот… я познакомилась с отцом. Он оказался жутким типом. Принимать моего ребёнка он не собирается, как и меня, собственно, — она раздражённо вздохнула, — Пойдём, а то машина ждёт. — Хорошо. — А что тебе-то сказали про рак? — Неизлечим, — выдавила я, спустя минуту раздумий. Так будет лучше… Конец POV Нелли

***

POV Марко — Доброе утро, сын, — ухмыльнулся мой отец. — Доброе, — пробормотал я, пригубив крепкий кофе. — Мы сегодня же улетаем домой, мне надоело жить в этой маленькой квартирке, — прошипел он, — Тут ужасно! — Вот ты и улетай, — фыркнул я. — Я не понял, — удивился папа, — Марко, ты хочешь ослушаться меня? Если я сказал, что мы улетаем, значит, тебя это тоже касается! — Я никуда не полечу! — крикнул я, — Здесь Таня. — Да, кто она тебе? — В первую очередь, сестра.       Я еле выговорил эти слова. Кто она мне? Хороший вопрос. Она та, которая манит каждым своим движением, каждым словом. Та, которую хочется поцеловать, обнять, прижать к себе и не отпускать. Она — девушка моей мечты. Но, к сожалению, она моя сестра… и что будет дальше, я даже представить боюсь. Я встал из-за стола и направился в комнату, где ночевал вместе с отцом. — Я сказал своё решение! — воскликнул я, плюхнувшись на диван и включив телевизор. — Марко, подумай о себе, — на пороге комнаты появился отец, — Ты ещё молод и глуп… — Ну, спасибо. — Не перебивай! Ты ещё слишком молодой. Зачем тебе ребёнок, да ещё и от сестры? — От сводной сестры, — поправил я, усмехнувшись. — Ты меня прекрасно понял, — закатил глаза папа, — Так что, ты летишь? — Ты уже слышал мой ответ! Тебе было мало? Хорошо, повторю ещё раз, — я смотрел ему прямо в глаза, — Я никуда отсюда не улечу, потому что здесь находится девушка, которую я люблю, и она беременна от меня. — Да, очнись ты! — закричал он, — Она твоя сестра, идиот! — Спасибо за комплимент, отец. Выход направо, — я уставился в телевизор, там показывали какую-то программу про животных, поэтому мне пришлось переключить на музыкальный канал, чтобы хоть как-то отвлечь себя. Отец хмыкнул и, собрав все вещи, вышел в коридор. — Ты ещё пожалеешь об этом! — крикнул он, хлопнув входной дверью.       Прекрасно! Вот, что теперь делать? Скоро Таня ещё должна приехать… О, а вот и она! Я услышал, как входная дверь отворилась. — Марко, а почему дверь открыта? — она зашла в комнату. На ней были бело-коралловое платье и белые туфли. — Отец уехал только что, вот я и не успел закрыть, — я подошёл к ней, поцеловав в щёчку. — Из-за меня? — она взглянула мне в глаза. — Не заморачивайся! — я наклонился к её губам, нежно поцеловав. Как давно я не ощущал эти электрические разряды, что сейчас бушуют в моём сердце. Таня ответила на поцелуй, но вскоре отстранилась от меня. — Прости, — прошептала она, а я лишь улыбнулся, обняв её. — Зайчонок мой, — произнёс я, уткнувшись в её русые волосы. Я вздохнул, почувствовав запах корицы. Обожаю этот запах! Я поцеловал Таню в висок и отстранился, — Пойдём на кухню, я чай поставлю. — Хорошо, — кивнула она, — Я только переоденусь и помою руки. Конец POV Марко