Heart and Soul

Следующие несколько дней Незуми усиленно готовился к игре, нагружая бедных детишек горами литературы. На следующий день после того, как директор оповестил о «Корде», были выбраны пять ребят, которые, по мнению учителя, справятся со своим заданием. Пусть он знает их совсем недолго, чуть более месяца, но зато сразу почувствовал в одном из них будущего капитана. Этим человеком оказалась милая с виду девчушка, с длинными, до лопаток, немного вьющимися темно-каштановыми волосами, и каре-зелеными глазами. Лицо ее всегда выражает уверенность и напористость. Судзуки Хотару – так ее звали – была очень общительной девушкой, с массой интересов. Ответственная, порядочная, но в тоже время, прямая. Выскажет все и сразу, как на духу, даже умалчивать не станет. В ней чувствуется стальная хватка, как у взрослых, но это только красит девушку, хотя этот пункт больше подходит мужчинам, считал Хиракава. Судзуки была хорошо начитанна, увлекалась литературой и историей. Когда Незуми сообщил об игре на одном из своих уроков, она сразу спохватилась и попросила участвовать. Сама. Даже Незуми в свое время пришлось уговаривать, чтобы тот «спас звание школы». А тут желание выразил сам ученик, мало того – девушка. Хиракава был рад видеть, что и представительницы слабого пола, наконец, проявляют участие. А то прежде в основном только мальчишки и играли. Первая неделя подготовки проходила тяжело. Судзуки Хотару, которая уже утвердилась как капитан команды, подавала большие надежды, но, тем не менее, ее тоже стоило поднатаскать. Если сравнить с другими четырьмя ребятами – тремя мальчиками и еще одной девушкой, то у капитана самое выгодное положение в сфере знаний, если можно так выразиться. Хиракава много времени провел в школе в понедельник, чтобы выделить нужные книги из библиотеки, распределить время на подготовку ребят во внеурочное время. В итоге было решено, что следующие три недели по вторникам, четвергам и пятницам Незуми будет заниматься со своими «преемниками» в течение, как минимум, двух часов. И это в учет того, что большую часть дети будут осваивать самостоятельно. Во вторник Незуми понял, что работы предстоит больше, чем он предполагал. Когда он начал задавать самые простые вопросы по знаменитым произведениям, то получил лишь три внятных ответа из десяти. Как, скажите, можно выиграть с такими показателями?! Тогда Незуми, хоть и разозлился немного и был разочарован, но не показал своего состояния ребятам. Не стоит им переживать, надо настроить их на нужный лад, чтобы они набрались сил и смогли победить. Теперь каждый вечер пяти ученикам приходилось читать не менее двухсот страниц, чтобы потом, на занятиях с Хиракавой, пересказать то, о чем было прочитано. Некоторые эпизоды были обязательны к заучиванию наизусть, так как они вполне могли попасться в одном из вопросов в «Корде». Такое положение дел не очень радовало молодых участников, но они лишь вздыхали и принимались за дело. К пятнице ребята, во главе с Судзуки, поняли, что от них хочет и требует учитель литературы, и они стали работать усерднее. Когда к концу третьего занятия Незуми понял, что количество верных ответов увеличилось до шести с половиной из той же десятки, то был доволен. У них есть еще две недели, и за это время Хиракава должен сделать все, чтобы ребята не ударили в грязь лицом. До конца недели Незуми, как и обещал, готовил и приносил Шиону бенто. Поначалу Акияма был не в своей тарелке от того, что готовят специально для него, и Незуми сказал тогда: «С этим никаких проблем, мне только в радость. Тем более, посмотри на себя – хиленький, только кормить и надо». После этих слов Шион зарделся, но виду старался не подавать. С того момента и до пятницы принимал еду и с удовольствием ее употреблял в перерывы вместе с другом. И вот, наконец, наступила долгожданная пятница… — Незуми, ты еще здесь? — Акияма шумно влетает в кабинет литературы и японского языка. На него обернулось шесть пар глаз. — Ой, простите, я не вовремя? — Все в порядке, — ответил Шиону Незуми. — Попытайтесь вспомнить писателей-импрессионистов, я вернусь через две минуты – продолжим. Уверенным шагом Незуми пересекает кабинет и, показывая Шиону на дверь, выходит следом за ним. Когда дверь за учителями закрылась, Незуми начал разговор: — Что-то случилось? — Нет, просто… Завтра же суббота. Незуми пожевал губу, а потом ответил: — Да, точно. Приходи часов в двенадцать. Пойдет? — Вполне! — Вот и отлично. — Может, что-то принести нужно? — сконфуженно произнес красноглазый. — Что, например? — приподнял бровь Незуми. — Ну… Еду, может, или еще что… — Не смеши меня, ха-ха! — Незуми прервал лепет Шиона. — Вместе потом сходим в супермаркет, если что. А так я волнуюсь только за сохранность кухни. — Придурок! — Шион ткнул под ребра брюнета. — И не надейся, все разнесу. — Эй-эй, не шути так! А то к тебе перееду в наказание, будешь терпеть меня, такого… — Такого вредного и наглого задиристого друга, я понял. — Получишь сейчас у меня! — и Незуми обхватил рукой шею Акиямы, яростно лохматя мягкие волосы. Младший вырывался, как мог, но успеха это не возымело. — Отпусти-и-и! — Нет, сначала извинись, — смеясь, продолжал мучить Шиона Незуми. — И не подумаю! — Ну, хорошо, — как-то заметно тише произнес Хиракава. — Незу… Ай! Незуми сделал подножку Шиону, и теперь второй безвольно повис на руке брюнета, которая переместилась на тонкую талию, и уже не дергался. Медленно опуская парня все ниже и ниже, Хиракава наблюдал, как сменяются эмоции на лице светловолосого. От радостно-смеющегося до настороженно-испуганного. Когда Незуми опустил биолога еще пониже, тот соизволил отреагировать: — Стой, уронишь же! — Не уроню, не волнуйся. Но не отпущу, пока не попросишь прощения. В положении «стою-на-пятках-почти-лежу-на-полу» было находиться довольно тяжело, и Шион не выдержал: — Прости-прости! — Угу. — Ты совсем не вредный, ни капельки не наглый и не задиристый, — так искренне начинал, а закончил свою «речь» маленьким смешком, хотя и пытался скрыть его за внезапным кашлем. Но Хиракава-то не так прост, он же слышал все. — Вот же засранец… Незуми резко отпустил Акияму, но сразу же поймал – этот маневр был сделан лишь для того, чтобы немного подпугнуть Шиона. Тот издал негромкий писк и сильно зажмурился, готовясь к встрече с полом. Осознав, что никакого удара не последовало, он осторожно приоткрыл один глаз. Смешно же они со стороны, наверное, смотрелись. Один парень держит другого за талию, над полом в пустом школьном коридоре. Вокруг ни души, тишина, только за дверью слышны тихие перешептывания пяти учеников. Подняв на ноги Шиона, Незуми провел по шевелюре парня, пригладив лохматые пряди, торчащие сейчас во все стороны, и глядя с умилением на слегка розовые щечки. Это ему показалось таким милым явлением, что захотелось обнять и прижать к себе, как маленького ребенка. Но это было бы слишком, пусть они и лучшие друзья. Да, теперь они «лучшие друзья». Шион сам выразился так, когда Незуми в очередной раз отдал тому бенто. — Ты мой лучший друг, спасибо тебе, Незуми, что бы я без тебя делал! — Лучший друг, называется, — в шутку обижается Шион. — Не страшно же было? Шион замолчал. Если скажет, что было страшно, то это значит признать свою слабость, сказав тем, что он испугался. А если ответить, что не страшно, то это только бонус к самомнению Незуми. Поэтому Шион решил проигнорировать вопрос, и произнес: — Тебя ребята ждут, иди уже, литератор. — Как раз собирался. Не забудь – в двенадцать. — Да как тут забудешь… Удачи. И Акияма двинулся в сторону лестницы, помахав на прощание рукой. — И тебе, — тяжело вздохнул Незуми и, открыв дверь, вернулся в кабинет. На неделе Шион практически не прикасался к тому шекспировских произведений. Просто потому, что не было ни времени, ни даже желания. Возвращаясь домой ближе к семи, а то и восьми вечера, Шион еще занимался домашними делами, составлял план работы с учениками на следующий день. Кстати, в последнее время он стал пренебрегать этим правилом. Парень заметил за собой, что в последнее время начал импровизировать на уроках, что, между прочим, нравилось детям, так как информация, пересказанная своими словами, всегда приедается лучше любой другой, особенно лучше заученной или зазубренной. Придя домой в пятницу вечером, Шион стянул что-то из холодильника, побродил недолго по комнатам от нечего делать, и, раздевшись, лег спать. Изнуренный, мальчишка уснул мгновенно, хотя на часах не было даже девяти часов. Сны, которые снились ему не очень часто, и сегодня не посетили его сознание. Утром, проснувшись, парень приподнял голову и, лишь взглянув на часы, понял, что только шесть утра. Но спать уже не хотелось. У-у-у, как Шион не любил, когда, просыпаясь рано, все еще слипались глаза, клонило в сон, но организм противится – не давал вернуться в объятия Морфея, и потому приходилось вставать. Как и сейчас. Хорошо, что выходной. Сквозь тонкие шторки, легко пропускающие солнечный свет, можно было увидеть, что за окном наступило раннее утро. Солнышко… Как же Шион любит его. Эта гигантских размеров звезда всегда греет и освещает, дарит радостное настроение, избавляет от плохих мыслей. С детства Шион просто обожал нежиться под этими лучиками счастья. Да и сейчас ничего не изменилось. Только начало июня… Целое лето впереди! Так хочется съездить куда-нибудь… Куда-нибудь к воде. Да, к воде – самый лучший вариант! Хорошо бы еще найти место, где будет минимальное количество народу. Все-таки такое тело как у Акиямы не каждый день увидишь. Он спокойно переносил взгляды людей на его волосы и глаза. И щеку. Но ему страшно открыться людям на пляже, да и в одних плавках. Во-первых, это смущает. А во-вторых, метка, покрывающая все тело, на бледной коже выделяется слишком явно, что моментально бросается в глаза. Чем меньше ненужных глаз, тем лучше. Потерявшись в своих мыслях, Шион валялся в кровати, переворачиваясь с одного бока на другой, обнимая мягкую подушку. Теперь он точно решил – его ждет отпуск. На каникулах, естественно. А каникулы начнутся двадцатого июля. Почти два месяца ждать, но это стоит того. Со вздохом поднявшись с постели, Шион направился на кухню. Кушать хотелось сильно. Конечно, когда из нормальной еды ел только бенто Незуми во второй половине вчерашнего дня, проголодаешься. Подгоревшие тосты с джемом, какой-то ягодный йогурт… Срок годности не истек, Шион проверил! Но да, завтрак, конечно, на славу. Раз уж времени довольно много, а к Незуми ехать только в двенадцать, Шион решил убраться. Посуда, пол, пыль, цветы. Стирка еще, точно. Можно в магазин забежать, а то ведь даже чай кончился, не говоря об обычной еде. Ближе к десяти часам Шион таки выбрался в магазин. Набрав все необходимое, Шион добавил в корзину с продуктами коробку… конфет. Как презент для Незуми. Никакого пива или чего-либо подобного. Акияма, как сторонник трезвой жизни, не пьет, и алкоголь переносит плохо. На его совершеннолетие Сафу заставила Шиона выпить один бокал шампанского. Сама же потом пожалела, когда парень через некоторое время просто заснул. Девушка еще долго напоминала этот эпизод другу, стремясь его еще больше смутить. Сафу всегда говорила, что Шион очень милый, когда стесняется, а когда вдобавок еще и глазки тупит, так вообще! «Вечно смотреть готова», — мечтательно говорила она тогда. И вот, когда на часах почти половина двенадцатого, Шион, прихватив конфеты с орешками, которые по-настоящему долго выбирал, отправился к метро. Звонок в дверь. Незуми выключил телевизор и пошел открывать. Без минуты двенадцать. Да ладно! — Какие мы пунктуальные, — вместо приветствия выдал Незуми, отворив тяжелую входную дверь и пропуская гостя к себе. — Это плохо? — удивился Шион. — Нет, просто не ожидал. Думал, что ты опоздаешь. — Конечно. Незуми сразу пошел на кухню, Шион за ним. В помещении было светло, поэтому включать свет смысла не было. — Что ж, приступим… А это что? — Хиракава указал на пакет в руке Шиона. — Ой. Это тебе. Так сказать, спасибо за бенто, хотя этого мало… — Э-эх, я же говорил, ничего не надо, — учитель устало потер переносицу. — Все равно возьми. Так мне станет чуточку легче. И протянул пакет Хиракаве. Брюнету только и оставалось принять подарок. Взяв пакет, немедленно открыл его. Любопытство сгубило кошку, знаем… — Ого. — Что такое? — перепугался Акияма. — Как угадал? Это мои любимые. Тишина. — Правда? Ты не шутишь? — С чего бы я должен шутить, — Хиракава положил коробку конфет на кухонную тумбу. — Спасибо. Светловолосый облегченно вздохнул. Как же он боялся, что Незуми не понравится! Но угодил, и слава Всевышнему. Незуми отошел к стене и, сняв с крючка фартук, легко бросил его в руки Шиону. — Лови. Чтобы не испачкался. — А ты? — парень поймал кусок ткани. — Я не нуждаюсь в фартуках! — немного пафосно вымолвил Незуми, выставив руку в сторону и встав в позу. И оба дружно засмеялись. — Ладно, надевай его уже, — отсмеявшись, сказал Незуми. — Посмотрим, на что ты способен. Начнем с самого простого… Пока Шион завязывал фартук, Незуми начал копаться в полках доставая какие-то миски, блюдца, столовые приборы, доски для резки. Через минуту тумбу занимало множество разных кухонных причиндалов. — И что будем делать? — спросил Шион. — Руки мыть, — ответил Хиравака, — чего смотришь, давай, быстро! — Хорошо, — тихо пикнул Акияма и подошел к раковине. — С мылом и в ванной! — Хорошо, мамочка! — Тебе не жить! — рыкнул Хиракава. Вдогонку Шиону Незуми пульнул полотенце, которое так и не долетело до цели. Миссия провалена. Когда Шион вернулся, Незуми уже успокоился и, напевая нехитрый мотивчик себе под нос, ставил кастрюлю на плиту. — Я придумал. Будем делать рис с овощами. Не очень долго и довольно просто. Акияма кивнул. — Доставай из холодильника морковь, лук, помидоры… Чеснок. Томатную пасту захвати. Шион быстро ориентировался и выкладывал все на барную стойку. — Овощную смесь из морозильника тоже достань. — А где она лежит? — Второй ящик сверху. — Нашел. Незуми передал Шиону большую миску и упаковку с рисом. — Высыпай, промывай. В холодной воде. — Ммм, да. А ты чем займешься? — Плакать буду. — Что? — не понял Шион. — Лук резать. — Ха-ха, хорошо, — улыбнулся парень. Несколько минут Шион промывал рис, в то время как Незуми совершенно спокойно резал лук. Даже глаза сухие. — А я всегда плачу, когда лук режу… — сказал биолог. — Есть один секрет, — хитро улыбнулся Незуми, — хочешь узнать? — Естественно! — Ничего особенного, просто помой лук холодной водой, и нож тоже можешь ополоснуть. — И что, помогает? — недоверчиво покосился в его сторону красноглазый. — Как видишь, — пожал плечами. Еще минуту в кухне стояла тишина, а потом Незуми сказал: — Все, оставь этот рис в покое, а сейчас режь помидоры и чеснок. Шион быстро занялся другим делом, чтобы ненароком не вызвать гнев Хиракавы. Мало ли что. Порезав помидоры, приступил к чесноку. Незуми в это время резал морковь. На самом деле было интересно готовить. Особенно с Незуми. Сейчас Шион не представлял и дня без Незуми, они так сблизились. И так смешно сейчас думать о том, какое было первое впечатление о парне. Хиракава – он хороший друг, пусть и не очень открытый. Но с ним интересно. Отвлекшись, Шион… Да, таки порезался! Тихо охнув, Шион старался не подать виду, что что-то случилось. Только сейчас он вспомнил о существовании того самого спора. Но и молчать было неприятно. Все-таки он проспорил, порезав палец. По которому сейчас тонкой струйкой текла кровь. — Незуми. — Чего? — Ты выиграл, — тяжело вздохнув, Шион обернулся лицом к Хиракаве и вытянул вперед руку, показывая палец. — Я же говорил. Такая легкая победа. — Чего ты хочешь? — Пока не знаю, — Незуми положил овощ и вытер руки о полотенце, — не стой столбом, руку под воду. Сейчас дам пластырь. — Спасибо… Хиракава промолчал и просто передал учителю биологии запечатанный пластырь. Но посмотрев, как тот стоит, одну руку прижав к груди, вторую держа под водой, сам разорвал упаковку и стал ждать, когда Шион закончит. Закрыв воду, Шион огляделся в поисках полотенца, и в этот момент перед его лицом оказалось одно бумажное, которым он не преминул воспользоваться. Незуми взял Шиона за ладонь и сказал вытянуть пострадавший палец. Когда тот послушался, старший быстро налепил пластырь. — Все. Не больно? — Нет, — выдавил из себя Шион, — спа… — Морковкой между глаз захотел, м, Шион? — Молчу уже, — надув губы, произнес парень. — Ладно, я буду наблюдать, а ты – готовить. Все-таки ты же пришел учиться, а не мне помогать. А чтобы учиться… — Надо делать все самому. — Верно. Так что нагрей кастрюлю с маслом, а потом с интервалом в одну-две минуты отправляй в нее то, что мы нарезали. И не забудь про замороженные овощи. Шион в точности следовал указаниям друга, даже не переспрашивая, что нужно делать. Когда все было уже в кастрюле, Шион выжидающе взглянул на Незуми. — Немного приправы, — передает в руки несколько баночек, — и томатная паста. Когда Шион закончил и с этим, Незуми налил в кастрюлю воды. — Рис выложи ровным слоем и залей кипятком из чайника… Добавь соли… Снова специи… — Шион внимательно слушал и выполнял все, что ему было сказано. — А теперь накрывай крышкой и жди минут пятнадцать. — Фух… — Все хорошо идет, не волнуйся, — ободряюще улыбнулся Незуми. Вскоре все было готово. Великолепный запах распространился по квартире, а у двоих молодых мужчин уже чуть ли слюни не текли. Накладывал на тарелки еду Незуми, приказав Шиону сидеть на стуле. — Готовил в основном ты, так что дай мне хотя бы заняться сервировкой стола, — смеясь, сказал Незуми, когда Шион пытался отнять у того посуду и сделать все в одиночку. Когда все уже аккуратно стояло на столе, Незуми, наконец, позволил приступить к трапезе. Пожелав друг другу приятного аппетита, парни принялись за еду. — А говорил, что готовить не умеешь, врунишка. — Не умею, я не врал! Если бы не твои подсказки, я бы вообще ничего не сделал. Я раньше пытался готовить по рецептам из интернета, но они мне не помогали, и обычно все получалось либо недоделанным, либо переделанным. Хотя чаще всего дома пахло горелым. Мама всегда смеялась и давала мне оплеух за это. — Ха-ха, а она тебя не пробовала учить готовить? — Пробовала… Тоже не помогло. Может, я что-то делал не так? — Не знаю. Но сейчас ты справился на ура. Вкуснотища! — Не буду говорить спасибо, а то и вправду треснешь морковкой. Хиракава засмеялся. «А у него хорошее настроение», — заметил Шион. — Кстати, а почему ты так не любишь слова благодарности? — вдруг стало любопытно Акияме. — Когда-нибудь, может, расскажу. Но не сейчас, — мгновенно пресек попытки обсуждения этой темы Незуми. Шион кивнул и снова принялся есть. — Слушай, Шион, может, фильм посмотрим? — А какой? — Доедим – глянем. И вообще, что за привычка отвечать вопросом на вопрос, — сурово зыркнул Незуми на Акияму. — У меня со старой квартиры остались еще кое-какие диски. — Хорошо! — кажется, мелкий проникся этой идеей. — Ладно, доедай, а я пока посуду мыть начну. — Меня подожди! — ускорился биолог, орудуя столовыми приборами. — Я же не убегаю, ешь спокойно, а то подавишься. Пережевывая, Шион смотрел на Хиракаву и не понимал – разве можно быть настолько… правильным? Нет, не то слово. Умелым. Да, оно. Больше всего подходит. Столько всего знать и во многом разбираться, но при этом работать учителем. Хотя сам Шион не лучше. «Губит свой талант к науке», как любили говорить многие. Но ему нравится работать учителем! И Незуми тоже. Почему-то только сейчас Шион понял, что они очень похожи. Хотя это, конечно, не могло не радовать. Приятно общаться с хорошим человеком, который считает тебя другом, а ты – его. Когда вы имеете общие интересы, когда есть общие темы для разговора. Даже если их нет! Приятно просто помолчать вместе. Как бы глупо не звучало, но это так. С Незуми ему, Шиону, легко. Как будто ветер уносит пыль с дорог, так же и появление в его жизни Незуми повлекло за собой своеобразное очищение. И это было… приятно. Шион знал, что брюнет сыграет в его жизни немаленькую роль, понимал, чувствовал всем сердцем. Весь мир – театр, а люди в нем – актеры, как писал Уильям Шекспир.