Замена

This appeared as a moral dilemma Cause at first it was weird though I swore to eliminate The worst of the plague that devoured humanity It’s true I was vague on the ‘How’ so how can it be that you have shown me the light? It’s a brand new day And the sun is high All the birds are singing That you’re gonna die How I hesitated Now I wonder why It’s a brand new day Neil Patrick Harris – «Brand New Day»

Едва ощутив твердую опору под ногами, Локи решительно оттолкнул от себя Тора. Несмотря на скованные руки, ему удалось сделать это с такой силой, что громовержец даже пошатнулся. Слабак! Как бы ни кичился своей мощью, Тор ничем не отличался от своих любимых людишек. Бог Обмана с интересом ожидал, что же сделает «брат» дальше. Ударит его? Начнет снова читать мораль, пользуясь тем, что на лице Локи унизительный намордник? Но, Тор удивил его, он только тяжело вздохнул, подошел ближе и потянулся к застежкам кляпа на затылке. Щелкнул замок, и отвратительная железка упала ему в руки, Тор, коротко размахнувшись, швырнул намордник прямо с моста. Локи невольно вдохнул свежий воздух и облизал пересохшие губы. Глупый-глупый «брат», неужели он думает, что маг его уровня не сможет теперь справиться с ним, даже со скованными руками? Лофт закрыл глаза и перед мысленным взором встали строки заклинания перемещения, но что-то отвлекло его, и он недовольно распахнул глаза. Оказалось, что Тор уже возится с его кандалами, освободил одно запястье, а следом и второе. Локи прищурился. Что происходит? Его заставляют играть в игру, правил которой он пока не понимает? И главное, кто? Его недалекий «братец»? Так не похоже на него. Локи окинул окружение оценивающим взглядом, прикидывая, успеет ли он произнести заклинание, если спрыгнет с моста. Но, посмотрев вниз, он на миг ощутил дурноту. Бездна, он не готов встретиться с ней вновь, сейчас не готов. Трикстер поднял глаза и, наконец, заметил, что радужный мост цел, словно и не было разрушений, нанесенных Тором. Зачем же им пришлось использовать тессеракт для путешествия? Можно ведь было просто открыть мост, но тут его взгляд уткнулся в фигуру Хранителя, тот смотрел на Локи, не мигая, сжимая в руках свой огромный меч. Выглядел Хеймдалль настолько угрожающе, что трикстер поежился, он прекрасно помнил, как заморозил Хранителя при последней их встрече и не удивился бы, захоти, вдруг, гигант поквитаться с плененным принцем. Выходит, Тор пытается защитить его. Но зачем? - Пойдем, брат. Нас ждет отец. - Ты не брат мне, а Один – не отец, - привычно ощетинился Локи. Тор только опустил голову и вздохнул, ну хоть не начал снова заводить любимую песню: «мы росли вместе, мы сражались вместе». - Где же конвой? Где стража? Почему никто не встречает самого ужасного преступника Асгарда? – голос Локи просто сочился ядом, ему хотелось побольнее задеть Тора, заставить вспылить. Тогда он мог бы с полным правом напасть на него, но тот лишь покосился на него с плохо скрываемой жалостью. - Ты, правда, хочешь такой славы, брат? - Слава? – Локи хрипло расхохотался. - Мне не нужна твоя слава, - он буквально выплюнул последнее слово в лицо Тору. - Я рожден, чтобы править, и намерен был взять свое! Тор снова промолчал, за что удостоился еще одного удивленного взгляда Локи. Неужели, всегда такой опрометчивый громовержец изменился? Он стал рассудительным, в то время как сам Локи стал… безумным? Он оглядывался вокруг и словно не узнавал знакомых с детства улиц, все было таким же, как и раньше, но в то же время неуловимо изменилось. Или это сам он изменился? Когда-то он называл это место домом. А сейчас? Его ведут на суд, но он свободен. Лицо не скрывает маска, что позволяет презрительно кривить губы в ответ на каждый брошенный на него взгляд, руки не скованы цепями, и магия при нем. Что мешает ему щелкнуть пальцами и скрыться, взорвав полгорода? Нет, он не будет больше бежать, он - принц, наследник двух царств, а не безродный скиталец! Вскинув голову и расправив плечи, он уверенно поднимался по ступеням дворца. Стоявшие у ворот стражники расступились и склонились в почтительном поклоне. - С возвращением, Ваши Высочества. Всеотец ожидает вас. Ваши Высочества? Он по-прежнему принц Асгарда? Локи скривился, наверное, Царь просто не хочет выносить сор из избы, решил скрыть происхождение младшего принца от подданных. Ничего, все изменится на суде, который, наверняка, будет показательным. Тогда уж трикстер покажет народу свой истинный облик. Как же падет авторитет Всеотца, когда станет известно, что Царь принял в семью сына враждебного народа. Локи позволил себе легкую улыбку. Это было немного похоже на его прежние проказы, только ставки выше, гораздо выше. Они подходили все ближе к царским покоям, шаги гулко отдавались в пустых коридорах, осталось пройти еще один арочный переход, на стенах которого располагались зеркала от пола и до потолка. Пока принцы шли, Локи не отрывал взгляда от своего отражения. Было темно и плохо видно, маг нетерпеливо сложил пальцы в замысловатый жест, и коридор полыхнул огнем. Тор чуть вздрогнул от неожиданности, но не остановился, Локи же чуть замедлил шаг, внимательно осматривая себя. Синяки и ссадины, которыми наградил его зеленый монстр, успели сойти, и лицо было светлым и гладким как всегда. Каким же возвращается он в родную некогда обитель? Блудный принц. Он был совсем не таким как сейчас, когда в порыве безумия пытался убить брата, уничтожить Етунхейм, когда отчаянно желал умереть, разжав пальцы на копье Всеотца. Тогда им двигала обида, боль, разочарование. Он был глупым мальчишкой, несмотря на свой многовековой возраст, знания и опыт. Теперь же он, наконец, повзрослел, избавился от лишних сантиментов. В зеркало на него серьезно смотрел грустный мужчина, искорка безумия в глазах и скорбные морщинки в уголках губ. Взросление никому не дается просто, приходится приносить что-нибудь в жертву, в его случае это была привязанность к семье и способность любить. Локи рассеянно пригладил растрепавшиеся волосы, негоже появляться перед Царем неопрятным, легко провел руками по испачканному, местами порванному камзолу, грязь тут же испарилась, ткань вновь стала целой. Принцы замерли перед высокими дверьми, ограждающими вход в царские покои. Не успел Тор коснуться кулаком двери, как те широко распахнулись, словно приглашая их зайти внутрь. Громовержец нерешительно посмотрел на младшего принца, тот встретил его взгляд с обычной для него презрительной усмешкой. - Идем, брат, - Тор положил тяжелую ладонь на плечо Локи, трикстер раздраженно дернулся, сбрасывая руку, и первым вошел в комнату. В просторном помещении царила полутьма, освещаемая только теплыми всполохами огоньков свечей. К удивлению Локи, Один не восседал гордо на высоком кресле и не расхаживал по комнате, заложив руки за спину. Расслабленно откинувшись на расшитые золотом подушки, Царь полусидел на огромном ложе. Единственный глаз закрыт, грудь мерно вздымается и опускается. Локи будто вернулся в прошлое, снова увидел себя сидящим возле спящего целительным сном Одина, снова в голове кружатся обрывки мыслей, страх перед неизведанным гложет сердце, слезы Фригг обжигают душу. Лофт огляделся, Царица и сейчас здесь, сидит подле ложа и поглаживает руку супруга. Принцы подошли ближе, Локи растерянно переводил взгляд со спящего Одина на приемную мать. Что же произошло? Неужели Всеотец настолько выдохся, восстанавливая Радужный мост, что снова впал в сон? Кто же тогда будет судить преступника? Фригг слишком мягка, чересчур любит младшего «сына», в этом Локи был уверен, поймав на себе ее немного печальный, но в то же время светящийся взгляд. Царица поднялась и осторожно приблизилась к сыновьям, кивнула Тору и вдруг протянула руки младшему принцу. В глазах показались слезы, она сделала еще один неуверенный шажок навстречу и легко, словно, боясь вспугнуть, коснулась плеча Локи. Это был один из немногих случаев, когда эмоции взяли верх над разумом, маг шагнул вперед и изо всех сил сжал Фригг в объятьях, ему, бесчувственному монстру, вдруг, захотелось ощутить чье-то тепло рядом. Они простояли так довольно долго, Царица тихо всхлипывала, спрятав лицо на его груди, и проводила руками по напряженным плечам, он же закрыл глаза и полностью отдался забытым эмоциям и внезапно накатившим чувствам. Наконец, взяв себя в руки, он отстранил Фригг и внимательно вгляделся в ее лицо. Локи не мог поверить, что она действительно рада его видеть, все это время она была единственным существом, которое он вспоминал без ненависти, только мысли о матери согревали его во время бесконечных странствий по темным мирам. Тихий хриплый голос прервал его мысли, Один очнулся. - Дети мои. Тор, ты привел брата. - Я не… - привычно начал Локи. - Локи, хватит, - остановил его Всеотец, - не время предаваться детским обидам. Лофт задохнулся от таких слов. Детские обиды?! Ему лгали всю жизнь, его лишили всего, на что он мог бы претендовать, а когда он попытался забрать свое, его притащили в цепях, как нашкодившего пса. От охватившей ярости, он почувствовал, как по телу разливается ледяной холод, скосив глаза, заметил, что руки начали медленно синеть. - Все еще будешь говорить, что я твой сын, старик? – ухмыльнулся Локи, прекрасно зная, как жутко выглядит улыбка на его покрытом шрамами лице. Однако, улыбка тут же померкла, как только маг услышал смех Одина. - О, Локи, ты всегда любил драматические эффекты. Мальчик мой, когда же ты повзрослеешь? - Я не мальчик боле! Я Царь! – трикстер вскинул подбородок, дерзко глядя на обессиленного Одина. - Ты мог быть им, Локи, - почти прошептал Всеотец. - Нет, ты сам сказал это, мудрый Один. Ты все сказал тогда, на мосту! Ты никогда не позволил бы ледяному великану занять трон Асгарда! – Локи прокричал эти слова в лицо Царю, как тогда в Хранилище. Один отвел взгляд и посмотрел на Тора, который неловко топтался рядом, словно стараясь делать вид, что его вообще нет в комнате. - Локи, прости меня. Трикстер подумал, что угодил в какой-то неправильный Асгард: Тор не читает мораль, мать ждала его и волновалась, Один просит прощения. Наверное, маг просто сошел с ума после тесного знакомства с зеленым мидгардским монстром, или он страдает галлюцинациями в одной из земных больниц. Нет-нет-нет, этого просто не может быть, он даже потряс головой, пытаясь прояснить сознание. Когда Тор вел его во дворец, Локи был готов ко всему, к суду, к суровому наказанию, даже казни, а его даже не ругают? Он же чудовище, он монстр, верно? - Нет, Локи, ты не чудовище, - Один легко прочел его мысли, - но ты будешь им до тех пор, пока сам себя считаешь таковым. Как говорят в Мидгарде – "Лучше быть первосортным злом, чем второсортным добром"? Таков твой выбор? Локи отвернулся не в силах выносить понимающий взгляд бога, которого долгое время считал отцом, а потом сумел возненавидеть. - И это все? Это и есть мое наказание? Выслушивать твои мудрые речи, исполненные лжи и притворного сочувствия? - Нет, наказание будет другим. Ага, наказание все-таки будет, хоть в этом маг не ошибся. Лофт фыркнул и ухмыльнулся. - Я внимаю, о, мудрейший, - принц склонился в издевательском поклоне. - Не сейчас, сын. Отдохни, восстанови силы, мы поговорим после. Надеюсь, ты помнишь дорогу к своим покоям? Локи развернулся на каблуках, взметнув плащ и, не прощаясь, вышел из комнаты. Тор, вопреки обыкновению не догнал его, громко стуча сапогами. Он остался в отцовских покоях. Лофт почти бежал к своим покоям, привычно сворачивая в нужных местах. Немногочисленные стражи и слуги расступались перед ним, склоняясь в поклонах. Не так представлял себе маг свое возвращение, совсем не так. В направленных на него взглядах не было презрения или ненависти, лишь легкая опаска, которая, правда, присутствовала всегда. Казалось, что ничего не изменилось, и он просто вернулся домой из похода в какой-нибудь отдаленный мир. Нет, Локи скрипнул зубами, нельзя расслабляться. Это все хитрая задумка Одина, кому как не трикстеру знать каким изворотливым он может быть. Остановившись перед дверью в свои покои, маг перевел дыхание. Какой увидит он свою комнату? Разрушенной, со следами вандализма или наоборот заброшенной, укрытой паутиной и засыпанной пылью. Задержав дыхание, принц толкнул дверь и ахнул. Казалось, он вышел из комнаты только вчера, все сияло чистотой, вещи лежали на привычных местах, ложе аккуратно застелено. Как такое может быть? Это какая-то особо изощренная пытка? Локи вынужден был признать, что какую бы цель ни преследовал Всеотец, сбить с толку трикстера явно удалось. *** Дни тянулись за днями. Локи проводил почти все время в своих покоях или библиотеке. Никто не докучал ему навязчивым присутствием, Тор не сопел над ухом и не заводил нудных разговоров при встрече. Маг не общался ни с кем, иногда просто, молча, сидел рядом с Фригг в саду, погруженный в чтение, пока она ласково перебирала его волосы. Но даже это молчаливое присутствие он не мог выдерживать долго и срывался с места, сбросив ее руки. Наконец, настал день, которого Локи ждал и опасался. Всеотец вызвал его к себе. Локи провел рукой вдоль тела и облачился в парадные доспехи, что бы ни собирался поведать Один, каким бы ни было его наказание, принц Асгарда встретит его достойно. Стараясь не показывать собственное волнение, Локи, с замиранием сердца распахнул двери тронного зала. На мгновение его ослепило золотое сияние, струящееся отовсюду. Лофт поморщился, как же любят жители Асгарда весь этот пафос. Один сидел на троне, за ним стояла Фригг, а по правую руку расположился Тор. Вся семейка в сборе, Локи прищурился, глядя на «брата», но Царь стукнул копьем по полу, привлекая внимание приемного сына. - Я принял решение, Локи. Наказание будет суровым, но тебе будет даровано право выбора. Трикстер пренебрежительно фыркнул. Ему позволят выбрать способ смерти? Как благородно! - Во-первых, ты должен знать, что мы на пороге войны. Темные миры угрожают Асгарду, и одно из требований для заключения мира, это выдача тебя врагам. Локи с трудом удалось сохранить невозмутимое выражение лица, он-то думал, что в темнице Асгарда будет в безопасности. Сюда у его бывших союзников не было доступа. Теперь суть наказания стала яснее, его просто выдадут, как гарантию мира. Мудро, Локи никогда не сомневался в способностях Одина просчитывать все варианты. - Но, ты – мой сын. И я никогда не приму такого решения. Но, и оставить тебя здесь я тоже не могу, пока не уверен в твоей лояльности. Локи озадачено нахмурился, но отправить его в другой мир, фактически означало отдать в руки темным. Это и есть план Одина? Избавиться от неугодного «сына» и оставить руки чистыми. Гениальный план, не смог не признать маг. - Ты отправишься в ссылку в любой мир, который выберешь сам. После чего все пути туда будут закрыты, пока я не решу, что тебе можно вернуться. Никто не сможет попасть туда и выбраться оттуда без моего позволения. Ты будешь в безопасности, сын. А это могло сработать. Локи лихорадочно пытался найти какой-то изъян в решении Одина, но не мог, план был прост и гениален. Запереть его в каком-нибудь мирке, заткнуть все дыры. Всеотец одним ударом убивает двух зайцев, защищает свою спину от ненадежного младшего принца и одновременно спасает ему жизнь. Локи не мог рассчитывать на такую удачу. Предоставленный сам себе он мог добиться чего пожелает, только бы магия была с ним. Он украдкой посмотрел на Царя. Какой же мир выбрать? Первым в голову пришел Етунхейм, это же его родина, как бы он ни ненавидел ледяных гигантов и все, что с ними связано, он являлся наследником престола. Можно было бы попытаться заявить права на трон. Перед глазами всплыл ледяной дворец, угрюмый мир, где нет солнца, тепла, красок. Нет, это не то место, где принц хотел бы провести свои дни. Взгляд скользнул в сторону Тора, который почтительно внимал словам отца. Надо же, как изменился этот дубина в своем любимом Мидгарде. Стоп, по лицу Локи расплылась мстительная улыбка. Как же он сразу не подумал? Жалкие людишки, которым так нужна крепкая рука уверенного правителя. С первого раза не получилось поставить их на колени, но, если не совершать прежних ошибок, не торопиться, ведь не будет сопящих в затылок читаури, угрожающих страшными пытками, все может получиться. И да, сладкая месть, Тор ведь так любит этих ничтожных созданий, даже связался с какой-то мидгардской девкой. Локи как-то обещал навестить ее, а свои обещания он привык держать. Сердце трепетало от восторга, как же удачно все складывается! Братец даже не сможет навестить свою женщину, Один пообещал запечатать все пути в Мидгард. Чистое, незамутненное удовольствие горячей волной затопило тело обманщика. Пока Всеотец продолжал говорить, перечисляя миры и обещая Локи, что он будет наблюдать и не бросит блудного сына одного, тот уже мечтал, как сжимает пальцы на хрупком горлышке смертной. Из заманчивых мечтаний его вырвал обеспокоенный голос Одина. - Локи, ты слышишь меня? Бог Лжи быстро вернул на лицо привычную полупрезрительную маску, заметив, что очень уж подозрительно он улыбается. - Да, Всеотец. И я склоняюсь перед вашей мудростью. Могу я выбрать мир? - Да, сын. С трудом удержавшись, чтобы не исправить его в очередной раз, Локи стрельнул взглядом в сторону Тора и ответил: - Один Всеотец, я выбираю Мидгард. Он оказал прекрасное влияние на моего брата, и я смею надеяться, что так же смогу побороть там своих демонов. Слова лились легко, Лофт практически не задумывался над тем, какую ложь он произносит, не зря его язычок называли серебряным. Главное - не спугнуть такую неожиданную удачу. Локи ждал решения Одина. - Так тому и быть, Локи, сын Одина! Ты оправишься в Мидгард и будешь находиться там до тех пор, пока я не решу, что ты исправился. Все пути в этот мир будут закрыты сразу после твоего появления. - Отец, - прервал его неожиданно побледневший Тор, - ты, наверное, запамятовал, дева, о которой я тебе рассказывал. Если… если все пути будут закрыты, то… Локи не смог сдержать довольной улыбки, глядя, как мучается громовержец. - Сын мой, ты наследник трона Асгарда. Ты будущий Царь. Негоже тебе связываться со смертной девой. Я подберу тебе достойную супругу. Каждая богиня будет счастлива стать твоей избранницей. - Но, отец, я люблю ее. Один только улыбнулся в седые усы. - Как только ты выберешь достойную пару, назначим твою коронацию. Ты взойдешь на престол, сын мой. Выбор должен быть мудрым. И снова Локи не удержался от улыбки, как же легко Всеотец манипулирует сыном. От него не укрылось, как загорелись глаза Тора при словах о коронации. О, да, он мечтает о троне, спит и видит себя правителем Асгарда. Смешно, он даже не может отстоять свои убеждения перед стариком, а мнит себя хорошим Царем. Если бы у него, у Локи, грозились отнять что-то дорогое, он бы не купился на любые посулы. Нет, он держался бы своего. Только вот дорогого у него ничего нет. - Один, ты мудр, но эта дева важна для меня. Я не могу ее оставить, - упрямо продолжил Тор, и Локи перевел на него удивленный взгляд. - Тор, жизнь смертных коротка, подумай о ней. Она скоро состарится, каково будет ей увядать, глядя на твою вечную молодость? Не вмешивайся в ее судьбу, ей не дано быть с тобой рядом. Тор опустил голову. - Позволь хотя бы проститься с ней. Я не могу исчезнуть, ничего не сказав. - Позволяю, отправляйся немедленно. Когда ты вернешься, Локи перенесется в Мидгард, и с этого момента путь в мир людей будет закрыт.