Гарри Wolf Эванс

Мы – непостоянные, глупые существа с плохими воспоминаниями и большим даром самоуничтожения. Голодные игры Сочельник. Все мои друзья дома с семьями, поэтому туда я соваться не стал, в Хогвартсе буквально летает дух рождества, который зачем-то пытается обвесить меня омелой, по этой понятной причине я сбежал и оттуда. Моим укрытием стала моя возлюбленная квартира, которую перестали терроризировать зомби и хорёк, у которых каждый второй час - это пятница. И вообще, мне кажется, меня жестоко обманули, и купил я не хорька, а кролика, у которого в этом году круглый год весна. Хотя врать не стану, я ему просто завидую, у самого внутри уже всё зудит и требует ласки. Поэтому же где-то пять дней я - взрослый человек, у которого не может постоянно быть какие-то скандальные интрижки с незнакомыми мужиками, от которых я запросто могу подцепить всё, что угодно. Это не мои громкие слова, а крик души моего психолога, который уже на втором сеансе поставил вето на мою половую жизнь. Но я же в прошлом Эванс, а в настоящем Поттер, сдаваться мне не особо по вкусу, да сомневаться во всём возможно, а не сдаваться. Так что вчера я смотался в Прагу, съел самый вкусный эклер и купил кое-что в небольшом магазинке на самой узкой улочке, что завивалась, как локон волос. Там была небольшая волшебная лавка секс мелочей для магов и волшебниц. В том чудном островке счастья, в полном отчаянии, я приобрёл шикарных, я бы даже сказал идеальных, размеров резиновый хуй, но лапку на отсечение, тот словно настоящий… Ну и так в придачу продавец за покупку столь древнего артефакта предоставил мне подарок в виде кольца неверного возлюбленного на член. В общем, мой сочельник ни в коей мере не отличается от вашего, лишь за исключением того, что я пеку не имбирные пряники и грею молоко, хотя идея неплоха. Я готовлю кое-что из совершенно другого праздника, который я терпеть не мог. Но пока я пытался не утопиться в своём горе, когда во второй раз самым простым заклинанием поиска старался кое-что передать Билли. У меня ничего не вышло, либо меня игнорируют, лучше бы, конечно, первый вариант. Я достал из холодильника банку водки и подарок на рождество от своего чудного дилера, парочку розовых таблеток в виде сердечек. В моём не самом позитивным на тот момент расположении духа я стал щёлкать каналы на телевизоре, и угадайте, что шло по всем каналам, никогда не угадаете! Да, рождественские фильмы, аж блевать потянуло, тогда-то я в бешеном режиме стал щёлкать по каналам, пока не наткнулся на фильм от студии Дисней с кричащим названием «Фокус-Покус». Результат, под этот замечательный фильм с парой таблеток и бутылкой водки я начал варить одну интересную штуку, которую видел в одной книге для взрослых магов. - Кедровый орех. – Не знаю, зачем надо говорить то, что кидаешь в свой котёл, но я делал всё, так как и ведьмы Сандерсон. Я кружил возле своего горе-котла в белый горошек. Я тихо произносил заклинание, которое делало жидкость более вязкой, меня всё это так возбуждало! Развернувшись к столу, я налил в стопку ещё водки и выпил не глядя, стал дальше нарезать следующий ингредиент. Чуть ли не до пыли накрошив чёрного, горького, прямо как моя жизнь, шоколада, я опустил его в котёл, запах стал таким непередаваемым, что мой член стал подрагивать. Пока на экране моего телевизора ведьмы пели, я, дергая задницей, достал из холодильника сосуд со свежим недавно выжатым гранатовым соком, который надо смешать с семенем молодого мужчины, и да, семя было моим. Быстро сотворив задуманное, порциями стал вливать в свой идеальный котёл гранатовую жидкость. Всё неистово закипело, забурлило, казалось, мой отвар даже свернулся в комочек, но через мгновение просто приобрёл прозрачно розовый оттенок. Ему надо было так покипеть десять минут на мелком огне, пока я подготовлю все остальные ингредиенты. Порошок из банановых листьев и кожуры авокадо уже стоял в полной готовности, пока я стоял и доводил пять перцев чили до состояния кашки, добавляя в неё тертый имбирь с молоком из миндаля. Чтобы купить все ингредиенты мне даже не пришлось шаркать по опасным волшебным улочкам и подозрительным магазинчикам. Добавив все ингредиенты по очереди, я стал размешивать своё сладко пахнущее варево против часовой стрелки, зашептывая в него волшебный приказ. Осталось выждать тридцать одну минуту, добавить последние ингредиенты и можно будет разливать его по бутылочкам, которые я приготовил заранее. Вы, наверное, думаете, что вообще это за хуйня, и нахуя мне её аж пять литров. Всё просто как день, это смазка, которая усиливает наслаждение в десятки раз, с ней даже самый простой и нежеланный половой акт станет сладострастным. А ещё мне что-то так захотелось, как братья Уизли, что-нибудь в школе попродавать, ну а смазка никогда лишней не будет, как-никак школа - это тюрьма с преступниками, у которых половое созревание. Водка уже закончилась, фильм подошёл к концу, и наступил тот самый момент, когда осталось добавить последний ингредиент! Листья цветов лаванды. Стоило их только добавить, как взорвалось облако в форме лилового сердечка над моим отваром. – Готово! Охладив зелье самым простым способом, чтобы от моей квартиры после что-нибудь осталось, я засунул кастрюлю в холодильник и обложил её пакетиками со льдом, а сам пошёл за бутылочками, которые оставил в спальне. Фильм закончился, но у меня осталась Сири на телефоне и плей-лист «K-POP», поэтому мне грустно следующий час уж точно не было, а тем временем я достал последнюю бутылку алкоголя в доме, им был абсент. Ох, будет весело и после. Меня обычно от зеленой феи уносит, как домики во время торнадо. Выпив пару стопок и поедая уже седьмое шоколадное печенье, я достал уже слегка остывшую смазку. От неё пахло так сказочно, что едва удержался от того, чтобы измазать в ней лицо. Я разлил всё по небольшим баночкам и закупорил те, казалось, что это был либо самый простой брелок, ну либо же какой-нибудь ингредиент для тех же зелий. Довольный, как кот, своей работой, я всё разложил по мешочкам и стал перекладывать в сундук, который собираюсь взять с собой в Хогвартс. Вдруг мне в голову пришла гениальная идея. Оставив у себя четыре унции смазки, я достал своего нового друга из-под подушки. А где ещё такие вещи, прошу прощения, хранить? Он был таким, что своей присоской мог присосаться к любой поверхности. Раздевшись снизу до пояса, я поставил член на пол, он встал просто идеально. Сглотнув, я провёл рукой по головке искусственного хрена. Так, надо действовать как в инструкции, да, у этого члена есть инструкция. Развернув пергамент, я стал про себя зачитывать текст, как только с ним было покончено, я наклонился головой к новой игрушке и поцеловал её головку. – Драко Малфой. – В этой инструкции было сказано, что я должен чётко представлять того, кому как бы должен принадлежать хуй. Прошу прощения за мой жаргон. Член словно преобразился, весь содрогнулся и стал по стойке смирно, а из головки стала сочиться смазка. Удивительно, ненастоящий, а за душу-то как берёт. Из-за долгого отсутствия секса, я надел себе на член кольцо, а с кровати стащил оставшуюся смазку. Окунув руку в ароматную смазку, я завёл руку себе за спину и сразу двумя пальцами стал разрабатывать себя. Это было невероятно, легкое жжение внутри, всё просто заплыло, я не мог сдерживать стоны. Это самая лучшая смазка, которой я только пользовался. Я поработал пальчиками всего пару минут, и мне стало этого катастрофически мало, из глаз градом сыпались слёзы, я хотел ощутить в себе горячую плоть одного определённого блондина. Почерпнув рукой ещё смазки, которая расточительно стала капать на пол, я опустил пальцы на член, который в ту же секунду стал реагировать на мои прикосновения. Вот что значит магическая вещь, меня впервые продавец не обманул, клялся о том, что я никогда вообще жалеть о своём приобретение не стану! Кажется, он был прав. Венки вздулись на члене, он так прекрасно дёргался, когда я водил рукой по стволу, а у меня всё так же катились по лицу слёзы от страха и счастья, что сейчас переполнило моё тело. Член весь напрягся, дрожал и был готов сейчас кончить, и я понял, что не на тот член кольцо, кажется, надел, но делать что-либо было поздно. Поэтому, отпустив словно живую плоть, я придвинулся к нему, сел так, что головка тут же уперлась мне в анус. Забавный факт, около моей кровати есть огромное зеркало, напротив которого я сейчас, как оказалось, сидел. По моим ляхам стекала смазка ручной работы и приятно оставляла после себя жжение. Прогнувшись в спине, я провёл в последний раз свободной рукой по члену, ввёл его головку в уже растянутый анус. Как только ощутил лёгкую наполненность внутри себя, резко, до самого упора опустился на член так, что ягодицы громко шлепнули об пол. Закрыв руками лицо, я громко стонал в голос, прогнувшись в спине настолько сильно, что казалось сейчас встану на мостик. Ничего подобного раньше даже близко не испытывал, все другие мои разы меркнут рядом с этим самоуправством. Легко двигаясь на упругом члене, я сотворил с ним такое, на что бы никогда не решился с реальным человеком. Это длилось не слишком долго, но зато как ярко и необыкновенно. Пара резких толчков, и перед моими глазами розовые звёздочки, кажется, этот ненастоящий член сейчас весьма по-настоящему кончает в меня. Не скажу, что это неприятно, наоборот, хочется, чтобы длилось подольше, но сам факт того, что он это сделал меня смущает, а ещё то, что из-за кольца на своем хере я кончить не могу… По истечении двадцать минут, я все так же не кончил. У меня всё так же из задницы вытекает смазка со спермой, а я так и не получил желаемой разрядки. И тогда до меня дошло, что кое-кто другой должен его снять, а для этого этот кто-то должен со мной переспать, раз к Малфою я не могу пойти и попросить снять с меня эту прекрасную вещицу. Схватив со стола телефон, я перенёсся в кабинет одного замечательного психолога, на которого всегда могу положиться, а на самом деле у меня просто выбора не было, но, когда я оказался в его кабинете, меня ждало кое-что удивительное. А именно красивая девушка в одной только рубашке синего цвета, так, спойлер, это я подарил эту рубашку на рождество своему психологу. Оттого, что я перемещался довольно быстро, девушка меня даже и не заметила. Почти больно, хочу заметить, но больнее от того, что мой член уже вздулся, и я никак не могу снять кольцо, которое серебрянным кнутом стянуло мой член. С глазами полными слёз я сжал в очередной раз свой кулон, и лучше вообще не говорить о том, куда я перенёсся. - Поттер? – Я сидел на достаточно большом столе в очаровательной однокомнатной квартире одного моего знакомого. Я сидел, кусал губы и боролся с желанием себе все губы в кровь искусать, но иного решения я принять не мог, либо этот человек, либо же я умру от спермотоксикоза. - Помоги мне. – Скинув со своих широких плеч кожаную куртку, парень в пару шагов оказался рядом со мной, но только для того, чтобы из холодильника достать бутылку пива. - И с чем же тебе помочь, зайчонок? – Парень перевёл на меня свои глаза цвета рома, а у меня всё сжалось. Я был настолько смущён, насколько только мог, а член ныл от боли. Я принял определённое решение, убегать уже поздно, да и неразумно, именно это двигало мной, ну а ещё бутылка водки. Я провёл рукой по выключателю на самой обычной настольной лампе, щелкнув тот. Загорелся приглушённый свет, но даже в таком освещении Билл должен был уже заметить отсутствие каких-либо штанов на мне. – Сексуально выглядишь, Поттер. – Он ещё даже не знал насколько. У меня по ногам всё так же стекает ненастоящая сперма с густыми комками смазки, от которой всё снова начинало жечь, и тело просило продолжения банкета. Переведя дыхание, которое сбилось от перенапряжения, я стал водить пальцами, которые были всё так же скользкими из-за смазки по своим ногам, раздвигая те каждый раз шире, когда пальцы продвигались ближе к скованной плоти. – Если ты меня соблазняешь, герой, то у тебя удачно всё получается. – Он даже не представляет, на каком я пределе, жду его уже полчаса. Интересно, и где же он гулял, когда семье наплел про то, что будет работать в сочельник, потому что как пить дать, он не работал, не в таком наряде. - Билл, я тут кое-что понял. – Я взял рубашку с обеих сторон за края и стал медленно ту поднимать вверх, отчего становилось видно не только мои обнажённые ноги, но и мошонку. – Мне одному без твоих сильных пальцев… – Я завёл руку себе под рубашку и стал водить рукой по головке уже давно готового члена. – Не снять это. – Я так несексуально поднял рубашку одной рукой, демонстрируя кольцо на своем члене. Парень сглотнул, отставив в сторону свою бутылку пива, он быстро подошёл ко мне, не отводя своих глаз от моего члена. - Да ты ж живое безумие, Поттер! *** Я проснулся намного раньше старшего брата своего друга. Голова грозилась лопнуть, так же, как и мой мочевой пузырь, но стоило мне только попытаться встать на ноги, как я оказался в позе раком. Этот чёртов волчара драл меня всю ночь без отдыха, хотя дурацкое кольцо снял с меня после первого подхода! Моя жопка просто горела, я уже не говорю про поясницу. Это лучшее утро Рождества, которые у меня только бывали, ну я же хотел расслабиться, верно, да. Так что грех жаловаться. Только теперь мне бы костыли не помешали, а лучше новое тело, а то это уже изжило себя. Ползком добравшись до туалета, я сумел всё же встать на ноги, хоть те и дрожали так, словно я вот-вот мог упасть. Рад тому, что так и не оказался снова на полу, а так же тому, что моя дырка осталась цела после ночи безумной страсти старшего из детей мистера Уизли. Я включил прохладную воду и без разрешения хозяина квартиры стал принимать успокаивающий душ, водил мыльными руками по искусанному телу, когда наткнулся на ужасное отсутствие своего медальона. Меня обхватил страх, я был готов побежать его искать, сломя голову, не беспокоясь о том, потревожу я сон Билла или нет. От этого мне стало стыдно, аж слёзы на глаза навернулись. Я не могу и дальше так быть озабочен человеком, с которым у меня уже точно ничего не выйдет. Я провёл ладонями по телу, и руки, словно потеряв все силы, просто опустились, а я хотел опуститься вслед за ними. Тогда, словно принц, который решился спасти принцессу из заточения, вошёл в душевую кабинку Билл и обнял меня со спины. - Доброе утро. – Его губы коснулись изгиба моей шеи, и я должен был возбудиться, но единственное, что меня окатило, было водой из душа. – Я не слишком сильно…? – Парень словно передумал задавать вопрос и, повернув меня лицом к себе, провёл руками по моим щекам, его глаза были тёмными, может из-за освещения, но смотрелось эпично. – У меня плохо с самоконтролем, скажем так, так что заранее прости, сладкий, если сделал больно. – Я смотрел прямо ему в глаза, но мог думать только о том, как безымянный палец Билла гладит меня по щеке, даже сказал бы прямо по нижнему веку. И это удивительно, даже страшно-пугающе заводило меня, такая ласка. – Ты же не злишься на меня? – Злюсь ли я? Удивительный вопрос, не находите? Ведь это я полный отчаянья пришёл к нему посреди ночи, стал молить, истекая от желания, о том, чтобы он трахнул меня и снял это идиотское кольцо с моего члена. – Гарри. - Я использовал тебя. – Сам не знаю, зачем сказал это, иногда я пру прямо как паровоз, совершенно не думая о чувствах других людей. Это не есть хорошо, вообще-то, просто иногда из-за своей болезни во мне словно эмоции кто-то отключает, и я начинаю говорить чёртову правду, не думая даже о том, что оная может не понравиться. – Так почему ты спрашиваешь, злюсь ли я, если этот вопрос мне следовало задать. - Потому что это я трахал тебя, пока ты просто не отключился весь в слезах. – Оу, а я как-то этого не запомнил. Хотя неудивительно, у меня всегда выносливость страдала на обе ноги, до сих пор вопрос, покрытый мраком, как я ещё жив. – Когда ты был без сознания, я это не сразу заметил, малыш. – Нет, нормально такое парню говорить? Он мне сейчас намекнул на то, что в постели я хуже мёртвого тела? Это сейчас, однако, больно было. - Это обидные слова. – Он только пожал плечами, и как у таких людей, как Артур и Молли, мог вырасти такой… Не будем ругаться в Рождество, как-никак это светлый, мать его, праздник. - Когда ты без сознания был, то стал стонать, был таким нежным и открытым. – Какая я интересная, однако, личность, когда теряю свое сознание. Теперь ясно, чего это Дмитрий меня всегда вырубал, прежде чем начать трахать. Не лучшее воспоминание, хочу подметить. – А ещё так громко и сладко стонал одно и то же имя, мне даже слегка обидно было, малыш. – Дайте угадаю, я постоянно стонал имя, которое начинается на «Дра», и заканчивающееся на «ко». По тому, как на меня смотрят эти ромовые глаза, думаю, оно так и есть. Сразу говорю, когда люди теряют сознание, они не контролируют, что говорят, и винить за такое не стоит. Ведь я просил секса, а не пришёл руку и сердце предлагать, окей? – Могу ли я поинтересоваться, что и как у вас с Малфоем-младшим? – Я подло врубил воду на полную и, смыв с себя по-быстрому пену от геля для тела, выскочил босыми ногами из душа. Едва не упав на пол, всё на таких же дрожащих ногах стал удаляться за своими вещами. Где же я их покидал? – Вот так живёт герой магического мира. – Мне с первого раза не зашла эта кличка, почему бы её просто не забыть. Лучше уж быть милашкой, котёнком, сладким, персиком или даже принцессой. Все эти клички мне, оказывается, куда больше по душе, чем этот «герой». – Поматросишь и бросишь. – Билл совершенно не стеснялся своей наготы, не то, что я. Из-за многочисленных шрамов на теле я не особо любил ими светить при свете дня, ночью ещё куда не шло, можно и не заметить моё уродство. А сейчас эти ромовые глаза так рассматривали меня, будто сканировали. – Ты так же и с Малфоем поступил? Бедный парнишка, не позавидуешь ему. - Это не так. – И чего я вообще стараюсь тут оправдываться, переспал со мной, пусть радуется, может даже похвастаться своим друзьям-старикам с работы, но приплетать сюда Малфоя было не обязательно. - Наконец до меня дошло. – Я не стал оборачиваться на это высказывание Уизли и просто подобрал с пола какой-то самый обычный свитер. Быстро надев его через голову, я собирался продолжить свои поиски, когда споткнулся от сказанных парнем слов. – Это не ты его, а он тебя кинул. – Прямо в самое сердце попал, но я не стал смущаться или, как любят делать героини испанских сериалов, плакать и кидаться подушками. Это ниже моего достоинства, даже несмотря на то, что оное на дне. – Понимаю, Поттер, любовь жжёт. – Опустив глаза на пол, я увидел, как под кушеткой что-то заблестело. От яркого солнечного света мой медальон выглядел ещё более прекрасно, чем обычно. Я хотел было подойти к нему, но не мог пошевелиться. Ничего нормально не ел, столько выпил алкоголя, так ещё всю ночь сексом занимался, не удивительно, что мышцы снова перестали взаимодействовать с мозгом, и я не мог даже пошевелить кончиками пальцев. - Да что ты поймаешь. – Сорвалось с кончика языка, ведь дело сейчас было не только в Малфое, а во всём и сразу, ведь мои проблемы умеют приходить только стаями, прямо как гиены на ослабевшую лань. - Знаешь, Поттер, я тебе совершенно точно не враг. – Парень стал медленно приближаться ко мне, а я из-за своей беспомощности так и сидел на попе ровно. – Мне тоже когда-то было пятнадцать. – Билл присел рядом со мной, его лицо осветила сказочно красивая улыбка, мне стало больно смотреть на неё. – И представь себе, я тоже так сидел и думал, что буду готов ради своего парня ползти на груди по разбитому стеклу. – Уизли опустился на одно колено и обнял меня, так, что всё внутри меня стало сжиматься. Признаюсь, так меня давненько никто не обнимал. – Но ему моя любовь была не нужна. – Меня знакомо затрясло, и вот уже ком у горла встал, а слёзы ждали того флага, по которому я могу заплакать. Но я лишь кусал сильнее губы. – Гарри. – Билл постарался отодвинуться от меня, а я схватился за него так, словно если отпущу, парень начнет хохотать от вида моих слёз. – Хватит убивать себя из-за него. – Словно под дых ударили, и я сам отпустил Билла Уизли, с полными слёз глазами я посмотрел на него и пустым голосом попросил. - Думаешь, я сломанный? – Может, рыжий так не думал, но я так думал. Я живу таким, и чаще всего, как и сказал Билл, я хочу себя убить, и убил бы, было бы у меня смелости на пару грамм больше, ну а сейчас мне лучше уйти. - Нечестно, что только ты один страдаешь, винишь себя и думаешь, что сломанный! – Думать и знать немного разное, поэтому, смахнув пальцами слёзы, я всё же пересилил свою слабость и поднялся на неустойчивые ноги, стал медленно идти к своему сокровищу. Пусть я буду выглядеть жалким и отвратительным, но я не могу не любить Малфоя. Я привык к этому чувству, мне тепло любить его. – Тебе же уже всё это говорили и, думаю, не раз, мне просто тоже такое повторяли. - И что, помогло перестать любить того парня? – Повисла тишина, а я про себя кивнул, потому что, чёрт меня дери, я знаю ответ, и он прост как состав воды. «Нет, не помогло». И Билл всё равно любил того парня, так же, как Маркус продолжает любить Криса, или же Фред Джорджа. Парни полное дно, они нас могут и даже любят, но не так, как надо нам, или же не уважают, ну и что? То, что вот тут в груди, всё равно не меняется. И я всё так же в огонь брошусь, попроси меня об этом Малфой. Я же унижаюсь ради него, когда опускаюсь до секса с резиновым членом, я убиваюсь, когда смотрю на счастливые отношения Драко, и в такие моменты я ещё тот безумец. - Нет, я любил его, но нашёл способ больше не думать о нём каждую минуту. – Я хотел было опуститься на пол, чтобы поднять из-под лежанки свой медальон, когда обернулся и посмотрел на Уизли. – Я начал встречаться с другим человеком, да, мы были вместе недолго, я не любил того парня, но тогда я понял, что кому-то всегда разбивают сердце. – Открыл Америку, все это знают, но почему я всё ещё не поднял своё сокровище с пола, почему стою и смотрю на рыжего парня с веснушками, который в действительности был дорог моему сердцу примерно так же, как мимо проходящий прохожий. – Хочу донести до тебя то, что порой, как ты, люди пьют, потому что им сложно всё пережить, но из-за этого алкоголиками они не становятся. - Вчера я удовлетворял себя, представляя при этом Малфоя. – Я всё же опустился на пол, достал тот дурацкий медальон и сжал его так больно в руке. – Когда он появился передо мной, я его не любил, да, мальчишка заинтересовал меня, но я его не хотел, а после всё изменилось. – Взмахнув руками, я приподнял плечи, прижав к сердцу самый дорогой из всех подарков. Я улыбнулся такой счастливой улыбкой, что на душе стало действительно хорошо, но слёзы стали катиться по щекам. – С ним было так сладко, он очаровал меня, а я всё испортил, и смотрю, как он счастлив без меня. – Опустив руки, не переставая улыбаться, выдохнул воздух, который душил сильнее чужих рук у меня на шее. Мне было сложно признать поражение. – Недавно он танцевал со мной, и это было так чудесно… Я люблю его… – Но я не могу портить ему жизнь и дальше, ведь я больше не его любимый человек. Мне осталось жить так мало, как я мог забыть об этом, а главное о своём эгоизме, мне надо снова начать любить себя больше, чем несносного блондина. – Хочешь встречаться со мной, Билл? - Сочту данное предложение за великую честь. – Вот же волчара. Этот рыжий парень, поднявшись с пола, сделал пару шагов ко мне, забрал из моих рук медальон и надел его мне на шею, после встав на одно колено, поцеловал мои пальцы. – Стать хорошим воспоминанием героя. - Только пусть отношения будут открытыми, не люблю быть в рамках, они меня… - Пугают? – Улыбнувшись этим невыносимым глазам, этим пухлым губам, я только и мог, что пару раз кивнуть головой в знак согласия. – А теперь пойдём домой. – Я не сразу понял, о чём он говорит, ведь мы уже находились в доме. Тогда он мне пояснил. – Ко мне домой, где моя мама приготовила печенье, отец пьёт эль, и твой лучшей друг сонный и с гнездом на голове открывает свои подарки. Вот в такой дом я зову тебя, котёнок. – Я не умею праздновать рождество, блин, как убого это звучит. Я могу вручную собрать ядерную бомбу, но не умею отмечать какой-то детский праздник. - Не стоит. – Убрав руки Билла, я пошёл в спальню, где проснулся. Мне надо было уйти, не хочу показывать себя с ещё более слабой стороны. Ведь я из тех детей, что учились и никогда не поддавались счастью праздников. - Если страшно, это нормально, я же буду рядом, да и Рон тоже. – Какого чёрта этот парень такой проницательный, или он как Крис, владеет той отвратительной магией, или как я, может влезать в головы других людей? - Откуда ты узнал, о чём я думаю? – Аж передёрнуло от одной мысли, что Билл был таким, как я, или хуже, таким же как Кристиан, не переживу ещё одного вмешательства в мою голову. - У тебя же всё на лице написано, котёнок. – Парень пожал плечами, словно всё было предельно очевидно. Я считал всегда себя странным, эгоистичным, больным, но никак не очевидным. Ведь я сам себя не понимал. Мне отчего-то так холодно стало, коленки всё так же дрожали, поясница болела, и мне хотелось сесть, но вместо этого я продолжал себя мучить, как обычно. – Эй, я расстроил тебя? - Можно вместо сладкого завтрака с мамой и подарками я кое-что тебе покажу, прежде чем ты окончательно станешь мне больше, чем просто знакомый. – Он не стал мне чётко говорить да или язвить, как обычно, только уверено кивнул. Билл собрался по-быстрому, пока я сидел в глубоком синем кресле с огромной спинкой, планируя, что бы такого красивого надеть, ведь то, что я хотел показать, стоило моего самого лучшего наряда. Когда Билл был готов, передо мной стоял красивый парень в тёплой куртке с шотландской клеткой на шарфе и шапкой красного цвета, выглядел так ярко, что сложно будет такого парня вообще не заметить даже в самой большой толпе. Выбравшись из кресла, я подошёл к своему будущему парню и провёл руками по его куртке, слово поправляя её. – Ты чертовски соблазнителен. – На что этот красавец-мужчина улыбнулся, и если бы я был бы девушкой, то потёк, как бы некрасиво это не звучало. Встав на носочки, я повёл себя романтично, может даже слишком, ведь обычно так себя не веду, но мне хотелось быть лучше, чем я есть на самом деле. – Я бы соблазнился тобой. - Ох, Поттер, молчи, иначе мы никуда не пойдём. Да и ходить ты не сможешь до начала семестра. – Его угроза звучала слишком хорошо, чтобы отказываться от неё, ведь я уже знал, что в штанах этого безумного парня. И мне бы хотелось ещё раза два-три, может даже сто раз, заняться безудержным сексом в его постели, на полу, даже можно на кухонном столе, всё подойдёт. Ведь этого парня, как видно, мало волновал мой возраст, а прочее неважно. – Что ты хотел мне показать? – Кивнув, я обхватил руками его шею и, прижавшись к раковине его уха, в мочке которого было небольшое колечко, произнес слова так, словно действительно нарывался на секс. - Возьми меня на руки. – Закатив глаза к небу, он поднял меня, на что я только ещё шире улыбнулся. Покрепче схватившись за плечи, я перенёс нас в мою грязную после вчерашнего дня квартиру, по которой сходил с ума, словно она была мне близким человеком. - Эм, где мы? – Билл не сразу отпустил меня на грязный пол, он стал осматривать место, его слегка смущала моя кухня. Да, после готовки она выглядела так, словно тут была война, не меньше, если не больше. Я всё оставил включённым, играла музыка, по телеку шёл какой-то фильм, на полу была рассыпана мука, это я так хотел печенье приготовить, но мука была так высоко, что я ту всю рассыпал, но пьяным убирать не стал. – Тут такой хаос, словно грабители побывали, но как же тут круто пахнет. – А, ну да, смазка же лавандой пахла, не удивительно, что аромат такой приятный. Да мне тоже нравится, думаю, он будет так стойко тут стоять ещё ближайшею неделю, но всё не о том. - Это мой дом. – Я слегка смущенно потёр шею, стал расхаживать по своей шикарной кухне, не могу не сказать, что обожал свою квартиру. – Я тут вчера готовил и устроил бардак, извини. - Тут, несмотря ни на что, очень даже красиво. – Согласился со сказанным и через арку прошёл в гостиную, где было намного чище, а пахло всё так же. – О боже, сколько тут книг! – У каждой стены стояли до потолка книжные полки, которые, как метко заметил Билл, были заставлены книгами. Как все помнят, я обожаю читать, и чтобы не происходило в моей жизни, как бы та не развернулась, кое-что оставалось неизменным, моя любовь к книгам. – Ты все их читал? - А зачем хранить книги, которые не читаешь? Это же расточительно. – Я обвёл руками корешки книг, которые стояли по странам и алфавиту. Я не могу не любить, или того хуже, не читать такие чудные, невероятные новые миры, где я не я, и у меня нет проблем. – Я такой с детства, всегда до самой макушки в книгах. Мой папа говорил, что этим я весь в Лили. – Прекрасная черта характера, которая мне досталась от мамы, думаю, мы бы вместе могли вот так книги по вечерам читать, если бы та была бы сейчас тут. - Ты и правда очень умный, я это и так знал, но не думал, что настолько. – Я только пожал плечами, моя любовь к книгам никак не влияет на мой ум, тут по большей части романы, нежели какие-нибудь энциклопедии или пособия. - Пойдём, я приоденусь. Ведь не квартиру же я тебе собирался показать. – Отодвинув свою дверь в сторону, я увидел, как недалеко от зеркала на полу всё так же стоял резиновый член, а рядом с ним недопитая бутылка абсента. Так вот куда она делась, не передать словами, как мне сейчас было стыдно за себя. Но, не подавая вида, я прошёл к своему шкафу, по дороге быстрым движением рук убрал с пола свои грязные улики, и это я не про бутылку. - Выглядит твой игрушечный член очень дорогим. – Он просто не представляет насколько эта вещь была дорогой и хорошей, к слову, тоже. Надо будет после и колечко свое у Билла забрать, никогда не знаешь, где оно может пригодиться. – И здесь книги, кажется, их тут больше, чем кислорода. - Тебе только так кажется. – Я достал с самого верха свой любимый свитер и отыскал верные джинсы, новая обувка, хорошая куртка, которая как мои все остальные, не кричала, что я нищий, и шарф… Красный, от которого всё так же пахло марихуаной, и моя головная боль, которая, как оказалось, у меня была сразу же утихла. Знал бы Эпл, как я скучал по нему. Я так же подхватил с пола своего шкафа тонкую бархатную ткань, которую грубо смял, когда пихал её в рюкзак, который решил взять с собой, на дне которого было четыре подарка. – Пойдём! – Но стоило мне взглянуть секундным взглядом на отражение в зеркале, как я тут же передумал куда-либо выходить из дома, когда моё лицо пугало даже меня. Я двинулся, как ненормальный, в ванную, предварительно за собой запирая дверь, проведя там целых сорок минут, я привёл в божеский вид не только свои волосы, так ещё и побитое жизнью лицо, ну, чтобы не казаться наркоманом, которым я являлся в действительности. Так же я принял лекарство, а то я как бы не ночевал дома, а раз нет, то и мои лекарства всё так же были в своих баночках рыжего цвета. Приняв свою горсть разноцветных пилюль, что поддерживали жизнь в моём ломаном тельце, я улыбнулся отражению, и всё же решился, что вот теперь можно и выйти. - О, ты вышел, а уж думал, тебя там смыло в другое измерение. Хотел было уже дверь начинать вскрывать. – Билл отложил мною недочитаную литературу, накинул на себя куртку, протянул руку и ласково поинтересовался, куда нам дальше. Сегодня я решился сломать шаблон и пойти пешком, не пользуясь портключом, но оный всё равно взял собой, мне буквально до дрожи страшно без него выходить. Мы зашли в мою любимую кофейню, я удивил его своим необычным вкусом в напитках, он не стал так извращаться и заказал просто американо. Я же взял двойное маккиато с карамелью и шоколадной крошкой, два сырных бублика. Боже, я словно годы их не ел, да и животик напомнил о своём существовании, и пока мы шли, я умял их со скоростью ветра. В метро какой-то, как мне казалось, мужчина мял активно мой зад, и когда мне это надоело, то я улучил момент, пока Билл изучал карту метро, обернулся на того смертника. Ну, там была девушка, такая слега пухленькая и явно бухенькая. Так что не стал ей ничего говорить, улыбнулся и продолжил нашу поездку. Может, она всю жизнь мечтала потискать паренька в метро, не буду портить чужие мечты, да и мне не жалко. Знаю, что мой японский персик просто невероятной красоты. Когда мы вышли из метро, я застрял у слепого гитариста, он играл такую знакомую песню, в которую я немного был влюблен. Ну и вообще многим нравилась «Perfect-Ed Sheeran». Я просто стоял и ловил кайф, пока Билл явно на меня пялился, а исполнение этого мужчины аж до слёз тронуло. Я ему сотку отдал, нельзя оставаться равнодушным к таким талантам. Пока шли, написал Ину о том, чтобы он забрал этого мужчину с гитарой с улицы и нашёл работу в баре, например у «Рокки». Мой сладкий близнец сказал, что всё будет в лучшем виде, и что, если я не появлюсь в замке сегодня, кое-кто поставит меня раком и не единожды. Я испугался и пообещал, что приду. - Так куда мы идём? – Всё же не сумев больше утерпеть, спросил как раз вовремя Билл. Из новенького дома вышло двое мужчин с коляской и малышкой на руках, та, как маленький буран, старалась выбраться из рук Яна, у меня аж сердце «ойкнуло». - Вон те мужчины с девочкой на руках. – Билл проследил за моим взглядом и так же посмотрел на мужчин, которые ни в какую не могли справиться с ребёнком. Вот вопрос, я был таким же? Помню, что Эпл говорил, что я приносил в каждый их день всё новые приключения, а Ян просто хватался за сердце и начинал креститься. Очень надеюсь, что с Альмой им попроще всё же, чем со мной, и как я вижу, принцесса здорова от макушки до своих розовых пяток. – Они таки красивые. – Ян умоляюще смотрел на Эпла, а тот старался не замечать мольбу во взгляде своего мужа, и это так смешило. Но в тоже время я держался на своих ментальных соплях от того, чтобы не распустить реальных. – Это самые лучшие люди. - Отчего же? – Я подошёл немного ближе. Альма, увидев меня, тут же стала ещё усерднее вырываться из рук своего отца, пока тот не опустил её на маленькие ножки в розовых сапожках. Малышка стала быстро идти ко мне, пока не упала носом в тот малый снег, что выпал в этом году. я едва не кинулся к ней, поднимать и отряхивать сестрёнку от снега, видимо, она меня ещё помнила. Такая надоедливая кроха, какой была её упрямая мать. Но девочка была не из робкого десятка, она встала обратно на свои маленькие ножки, кулачком в огромной розовой варежке протерев свой нос, снова двинулась ко мне. - Ян, держи её! – Едва ли не оглушая, закричал мой папочка, и совершено обратно своим словам продолжил стоять с коляской, наблюдая за тем, как муж уже бежал за дочкой. – Альма Эмма Эванс, не смей убегать от меня. – Я схватил Билла за рукав его куртки, когда моя младшая сестрёнка была от меня сантиметрах в двадцати. Я чувствовал его взгляд на себе, но не мог не смотреть на малышку. – Альма! – Ян почти поймал её, но та лисичкой извернулась, маленькая шалунья, оставив отца на земле. Она всё же дошла до меня, улыбаясь своими шестью зубиками с полными слёз глазами, маленькая хулиганка, которая явно пошла в меня всем, чем только было можно, схватила меня за ногу и стала тереться о неё лицом. Эпл подорвался от коляски и хотел было оторвать свою дочь от ноги незнакомца, но встал как вкопанный, а я воспользовался этим коротким промедлением и сел на корточки, чтобы увидеть зелёные глаза своей любимой девочки. Она стала такой большой, вон уже как бегает, а я её в последний раз видел в люльке. Она тогда была такой сморщенной, словно изюминка. Как же так, виделись всего пару-тройку раз, а принцесса меня всё так же помнит. – Извините, она обычно очень скромная девочка, не знаю, что с ней такое, но как только вас увидела, убежала. – Я так боялся заговорить, думал, скажу хоть слово и расплачусь, поэтому, подняв руки, объяснился пред отцом жестами, точно зная, что он знал язык жестов. Эпл снова изменился в лице, и к нам медленно и с подозрением приблизился Ян, боже, что в нём никогда не поменяется, так это его вечное подозрение к людям. Прямо флешбек перед глазами. Мне шесть лет, какой-то дядя на улице что-то спрашивает и хочет раскрыть своё осеннее пальто, летом, в плюс тридцать жары. Тогда прямо из окна второго этажа, из квартиры одной старушки, где Ян что-то чинил вроде, мой батя выпрыгивает прямо на мужика, который оказался извращенцем и попытался развратить его маленького зайчика. Тогда я для отца был маленьким и невинным зайчиком, хотя в действительности видел уже многое. И тот мужик с его отвисшими яйцами явно бы не напугал меня. Но мой супергерой был другого мнения, и сейчас, как в тот летней денёк, он шёл на меня с Биллом, то же лицо и подозрение, только из окна выпрыгивать не надо. - Я не помню вас на нашей улице, кто вы? – Суровым голосом самого опасного копа крайне невежливо поинтересовался Ян, щуря глаза, а Эпл, как обычно, толкнул своего мужа вбок. Надо было уходить, пока я не расплакался, или же Билл не спросил какую-нибудь глупость, показав жестами, что мы с другом просто гуляли, я сообщил, что уже уходим. Ян понял только малую часть из всех моих жестов, но вот Эпл стал яростно мне отвечать, видимо, он давно ни с кем не общался на языке жестов, а ведь раньше мы постоянно так говорили, чтобы кое-кто нас не слышал. Сглотнув ком слюны, я улыбнулся своей бывшей семье, которая сейчас видела во мне угрозу. Я посмотрел на сестрёнку, она всё так же за меня держалась, мне показалась уместным, если я возьму девочку на руки. Альма не стала сопротивляться, малышка наоборот так крепко схватилась за мой шарф, что я испугался того, что Ян мог всё не так понять. Сделав шаг к Эплу, я постарался ему передать малышку, она смотрела на меня такими расстроенными глазами полными слёз, из её красного от холода носа текли сопельки, а губы были надутыми. Дуется даже так же, как и я. Пару раз махнув девочке на руках папочки, я перевёл свои глаза на родителей, Ян что-то бормотал под нос, а Эпл, как открытая книга, радушно смотрел на меня, он всегда так относился к глухим людям. Я так сильно по ним скучаю, и так сильно не хочу уходить, что ноги не поддаются указаниям мозга, а сговорились с сердцем, которое обливалось кровью. - С Рождеством и хороших праздников. – Проговорил Эпл, а Альма стала плакать, моя сестрёнка всё понимала, считывала мои эмоции, как суперкомпьютер, и плакала так, как я не мог. – Нам пора. - Ах, да, и вам всего хорошего, у вас чудная дочка. – Подключился Билл, от его улыбки даже Ян смягчился, а на меня он всё время как на бандита реагирует… От этого так больно на душе, а от улыбки щеки болят. Пока я старался не расплакаться, моя маленькая сестрёнка громко закричала. - Бматик! – Нет, я не могу, дышать сложно. Развернувшись, я взял Билла и просто ушёл, на прощание ещё раз махнув рукой. Это была самая худшая из моих идей. Пока я удалялся, быстро, спотыкаясь, слышал слезливый крик малышки Альмы, я обещал, что не обернусь, буду сильнее этих чувств, и они будут мной гордиться. Я стал таким человеком, которым всегда меня хотели видеть отцы. Когда мы были настолько далеко, чтобы, наконец, выдохнуть, я почти упал, но меня вовремя поймал Билл и прижал к себе. - Кто те мужчины? – Я не могу нормально дышать, не то, что ответить на заданный вопрос. Ведь они снова так на меня смотрели, я никто для них, меня не существует для родителей. Я думал, что правда справлюсь, ведь днями следил за ними под мантией, но это, чёрт меня подери, не так. Мне кажется, я умираю каждый раз, когда они меня не узнают. Я так напуган, так скучаю по ним всем, а как же Альма, она же такое солнышко, так хочу петь ей колыбельные, укачивать, помогать, когда у неё зубы режутся. Я хочу быть её братиком, который был бы для неё самым лучшим. – Они те самые, ну, твои опекуны? - Отцы! Нет, не опекуны, они моя семья. – Подняв глаза на Билли, с таким же сопливым носом, как и у малышки Альмы, я улыбнулся и, наконец, без принуждения, сам по своему желанию признался. – Я кое-что натворил, когда был загнан в угол. Решил, что без меня им будет лучше, я эгоист. – Слёзы бы падали из глаз, если бы не пальцы Билла, который всё время смахивал слёзы с моего лица, а я схватился за его руки и продолжил быть честным с тем, кем может, это не факт, но почему бы и нет, я мог бы быть счастлив хоть какое-то время. – Я стёр себя из их памяти, а теперь каждый грёбаный праздник я мучаю себя, сталкиваясь с семьёй, которая меня вообще не знает. И вот с таким ты хочешь быть человеком?