Гарри Wolf Эванс

Я верю, что самое главное на свете — это быть счастливым! Счастье. Невзыскательное, как бокал шоколада, или непростое, как сердце. Горькое. Сладкое. Настоящее. Шоколад Моя жизнь и везение - это две совершенно несовместимые вещи. Иначе как можно только объяснить, что мы оказались в западне у самого выхода, под рабочим столом той самой девушки, сидя под мантией моего отца, прижимаясь друг к другу, словно шпроты в банке с маслом. Наши сердца создавали свой отдельный хор, а мы с ребятами всё старались их утихомирить, но, откровенно говоря, ничего у нас не получалось. Ведь это чудовище с его когтями пришло не одно, с ним ещё был рыжий парень с катанами, и он не раздумывая набросился на Блейза. Честно говоря, такой диковатой скорости, как у чёртового Соника, я точно не ожидал, и мой друг, хочу заметить, тоже, потому что у него теперь три глубоких раны: в боку, на ноге и на лице. Вообще удивительно, как Блейзу удалось увернуться, потому что моя реакция была настолько замедленной, что я даже не понял, когда у Забини появились раны. И вот после этого вечера, если мы его теперь, конечно, переживём… Ведь в этих побегушках я потерял свой медальон! Это такой бред, потому что я под столом сижу с раненым Блейзом и слегка встревоженной Пенси, которая прижала к губам руки, чтобы дыхание было не настолько очевидно слышно. - Кто были эти двое? – Едва слышно спросила Пенси, глядя на меня глазами запуганного кролика, честно говоря, у меня взгляд так же недалеко от напуганного зверя уходил, пока сердце билось где-то в ушах. - Личный отряд Темного Лорда. – Так мне по крайне мере говорил Хлопик про себя, Брайна и чёртового Чарльза, знал бы - не воскрешал эту рыжую морду, чтоб ему пусто было, а ведь я его на днях вычесывал в виде Живоглотика. - И я так думаю, они лучшие из лучших? – Уже всё наводило на мысль, что мы в заднице, и я бы сказал, что не в лёгкой, а в самой глубокой. Радуюсь лишь тому, что книгу не потерял, а ребята свои палочки. - А ты не думай, Пен, так оно и есть. Я думал с жизнью попрощаться, когда этот рыжий из меня решето чуть не сделал. – С очевидной яростью прошептал Блейз, держась за свой бок, откуда текла густая кровь, которая в тухлом свете одной единственной лампы на столе выглядела особенно впечатляюще. А ведь мы могли друг друга и не знать, если бы не моя привилегия притягивать неприятности. – Что нам теперь делать, Поттер? С такой глубокой раной я долго не побегаю, убюдок задел органы. – Я совершенно потерялся в тёмно-карих глазах Блейза, который смотрел на меня так, словно я чёртов лидер и знаю абсолютно всё, но это было не так, я лишь избалованный мальчишка из верхнего Манхеттена! Которому большую часть его жизни всё подавалось на ёбаном блюдечке! - Чёрт. – Убрав руки ото рта, я быстро наклонился к Забини, смыкая в лёгком поцелуе наши влажные от волнения искусанные губы под шокированный взгляд подруги. Начиная уверенно двигать своими губами на мягких податливых губах друга, я проник в рот Блейза языком, начиная углублять поцелуй, делая его слегка агрессивным. А пока наши языки сплетались в диком танце, пока сердца отчаянно вырывались из грудной клетки, губы друга начинали разогреваться. Я лишь углублял наш поцелуй, делая его слегка хищным, ощущал, как магия, наполняющая моё тело, мягко перетекала через поцелуй в тело итальянца, и когда у меня начала гудеть голова, я так же быстро поцелуй закончил, чтобы в конечном итоге не стать бесполезным телом. Отстранившись на возможное расстояние от Блейза, я мягко залез под кофту друга, чтобы проверить рану, но там была лишь небольшая царапина, такая же, как на лице и бедре, а с ними можно было жить. – Лучше? – Блейз аккуратно убрал с моего лица слегка отросшую чёлку. Друг посмотрел мне прямо в глаза, после чего уверенно кивнул и обнял меня одной рукой, и в этом жесте был целый Титаник благодарности. - Лучше. – Мы с парнем перевели глаза на Пенси, которая печально улыбалась, видимо, она понимала, что раны Блейза в такой отчаянной ситуации мог излечить только я, ведь для этого мне не надо было напрягаться слишком сильно, но при этом я больше всех от этого страдал. - Почему? – В отчаянии спросила Паркинсон, всё так же прижимая свои аккуратные пальцы в маленьких колечках к губам. – Почему из всех болезней тебе досталась именно эта? Ты не можешь умереть, с чего бы? – Я не мог ответить на это, ведь точно так же годами задавался этим вопросом, таким же, как и зачем детям умирать, зачем заставлять стариков доживать до таких годов, что их тело уже просто не справляется и им больно, но нет такого закона, чтобы врачи убили тех, кто страдает и мучается, нет, это плохо, пусть дальше мучается, пока сам своей смертью не умрёт. - Прости, но у меня нет ответа на твой вопрос, родная, просто так вышло. – Пенси лишь закрыла глаза, словно проглатывая мои слова, забавно, но Ханна, которую неожиданно мне так захотелось увидеть, точно так же закрывала всегда глаза, когда сдерживала свои чувства. Мне следовало поговорить с ней вчера чуть больше, возможно следовало обнять, а не просто эгоистично уходить за алкоголем, но такой уж я слабак. - Как ты себя чувствуешь, Гарри? – Прошептала Пенси, аккуратно проводя пальцами по моему вспотевшему лицу, и тогда я понял, что нужно сказать. - Вы должны будете бросить меня. – Оба стали мотать головами и выглядели так, словно малые дети, которых отругала мама, а сейчас они были слегка напуганными, но так следовало поступить, так было правильно. Нет смысла спасать разбитое зеркало, лучше уйти за новым, так вот я и есть разбитое зеркало. – Ребята, я ваш щит, ведь я вас сюда и втянул, у вас есть впереди долгая жизнь, и я хочу, чтобы вы обо мне рассказали своим детям, как о хорошем друге, который помог вам… - Я могу сама за себя постоять, мне щит не нужен, и не говори так, словно собрался сегодня умереть, Поттер. – Грозно, словно медведь, начала шептать Пенси мне прямо на ухо, пока нас по всему чёртовому отделу искали Пожиратели, перемещаясь словно тени, а выглядели хуже, чем дементоры в тёмной комнате. – Ты должен попрощаться с Драко, он не сможет без этого, как ты говоришь, прожить счастливую жизнь, не после ссоры с тобой. Он любит тебя, как не посмотри. – Пенси сжала рукой моё колено, отчего появилось чувство, что я правда должен был ещё хоть раз увидеть Малфоя, услышать его голос и поцеловать его. - Ладно. – Но для того, чтобы ещё раз увидеть всех, о ком я думал в момент полного ужаса, мне следовало для начала выбраться из того самого кошмара, в который я удачно себя так загнал. – Я отвлеку их, Пенси, призови мой медальон, он принадлежал раньше семье Драко, а у вас где-то там есть родственные корни. – Прошептал я, поворачивая голову уже к Блейзу, у которого на лице запекалась кровь на том месте, где раньше была достаточно глубокая рана. Мягко коснувшись щеки друга, я снова улыбнулся, стирая часть крови. – Блейз, поставь своих кукол передо мной, пусть они будут чем-то вроде преграды между нами и Пожирателями, хорошо? – Друг лишь начал кивать, когда я мягко провёл напоследок пальцами по его щеке, словно прощаясь, и выбрался из-под мантии. Выглянув из-под стола, я не сразу заметил Пожирателей, они, видимо, не предполагали, что мы с ребятами могли, как дети, которые увидели Бугимена, спрятаться под столом. Проведя руками по лицу, я услышал, как Пенси тихо дышит у меня у правого уха за спиной, при этом казалось, что я под самой высокой защитой. Выйдя из-за стола, я сделал пару тихих шагов вперёд, пока ребята были за мной, я искал глазами тёмных магов, которые, на удивлении, не сбежались на запах свежей плоти. - Куклы встали. – Передо мной в лёгком отблеске стоял целый ряд кукол, выполненных в мексиканском стиле, и в каждой вуду-кукле была заточена душа погибшего мага семьи Забини, мне Блейз не так давно рассказал о своей вуду-магии. Сглотнув, я уверенно поднял голову, после чего положил два пальца в рот, набрал воздуха и, как учил Кристофер, засвистел. Крис говорил, что, если я так сделаю, он всегда услышит и придёт, глупо, но я в это верил. Ну а Пожиратели долго ждать не стали, они стали выползать из темноты, словно тараканы, и это пугало, но я слышал тихий шёпот Пенси, которая старалась призвать медальон семьи Малфой. - Гарри Поттер. – Протягивая каждую гласную букву, проговаривал моё имя Люциус, который, по всей видимости, успел оклематься и даже привести себя в порядок, чисто аристократ. – А мы думали, ты до конца будешь прятаться. Что, решил снова продемонстрировать свои жалкие потуги в магии? – Усмехнувшись в свой кулак, я стал насмехаться над Пожирателями смерти, этому меня научил Джеймс, он всегда говорил: «Если страшно - пугай других, не показывай, что испугался, иначе сожрут». - Судя по вашим лицам, вы впервые видите высшее существо. – Сложив руки у себя на груди, я чувствовал себя совершенно могущественным, казалось, я даже стал бессмертным. – Я не высокомерен, не подумайте, ребята. – Я достал из мантии свою любимую книгу для лёгкого чтения, подкинув том тёмной магии в воздух. Книга зависла, открываясь на нужной мне странице, и тогда все змеи, которые только были в радиусе десяти километров, оказались в этой комнате и медленно стали выползать из темноты, пока Пожиратели смотрели на меня. А ведь это было даже не самое сильное заклятья, от слова совсем, просто это всего лишь змеи, но, когда ты змееуст, это великое тихое оружие. – Вы такое убожество, взрослые мужики никак не могут справиться с тремя подростками, если все Пожиратели такие же, то хана вашему Лорду. - А ты, Поттер, так уверен в себе. Думаешь, жалкие куколки сумею спасти вас? – Растянув улыбку, я пару раз качнул головой, ведь как раз таки догадывался, что куклы Блейза уже на грани ещё после первого столкновения с Пожирателями, а раз так вышло, что мы лишь дети, то уж простите, если будем играть подло. - А кто сказал, что я призвал только кукол? – Усмешка не спешила сходить с лица Пожирателя, и тогда я увидел в их ногах первых змей, наши глаза встретились. Не боясь совершенно ничего, я сделал пару шагов вперёд, начиная науськивать змей, это было мне как раз таки не впервой, и с годами я едва ли не в совершенстве овладел языком змей. – Сисаяашесхассясесасашэфхас. – Первое, что я сказал, было «Пожалуйста», змеи любят, когда с ними вежливы, а после уже я говорил с ними как с давними друзьями, и это было: «Они нападают на меня, на вас, убейте их, убейте их всех». - Парселтанг? – Последнее, что успел сказать Пожиратель, когда на него напала змея. На них всех как на сырое мясо накинулись голодные волки, вот только это были сотни змей и многие из них были ядовитыми, потому что, вот шок, но совершенно недалеко от Министерства находился террариум со змеями. - Уходим! – Я кинулся к двери, пока Отдел Тайн наполнялся криками, говорят укус даже не ядовитой змеи очень болезненный. Но стоило мне лишь подумать о том, чтобы открыть дверь, то в зал вошла та самая девушка, вытирая свои мокрые от слёз очки, и я замер, смотря на неё. - Поттер? – Дверь за спиной этой девушки в сером платье в белый горошек громко захлопнулась, словно отрезая меня и друзей от блаженной свободы. – Что у тебя с лицом, я могу помочь? – Не смотря на ту ситуацию, которая произошла ранее, девушка тут же захотела помочь, и она словно не слышала криков Пожирателей. – Кто эти люди там? – Я даже оборачиваться не стал, боясь того, что Пожиратели могли разобраться уже со всеми змеями и кинулись в очередной раз на нас. - Это Пожиратели! Они пришли убить Гарри! – Тут же выпалила Пенси, отчего мы с Блейзом, который стоял по левую руку от меня, перевели глаза на Паркинсон. – Что?! Она же взрослая! - Да, и я выше её на пол головы и уверен, Пен, что эта девушка тут просто для того, чтобы бумаги перебирать! – Крикнул на подругу Блейз, и я как бы был с ним согласен, ведь девушка действительно не выглядела сверх сильной в своем платье ниже колена, в туфлях без каблука и очках хуже, чем мои старые. - Я не настолько беспомощна, как кажется! Изначально я шла в авроры, но завалила тест на выдержку, у меня врождённый порок сердца! – Встрепенулась девушка, и, честно говоря, я подумал о том, что ей тут попросту быть не должно было, ведь она не особо-то старше меня и ребят, а при нас всё равно должна вести себя как ответственный взрослый. – Так, я их задержу, а если вы пройдёте по этому коридору… – Девушка взмахнула своей волшебной палочкой, на которой были вырезаны цветы, мне это отчего-то надолго в памяти застряло, палочка с резбой цветами. – Он приведёт вас к одной единственной двери, за ней будет пропасть, просто прыгните в неё, там будет арка, обогните её и выйдете камину. Уходите, убегайте, я помогу. - Спасибо. – Не думая, ответила Пенси, хватая меня за рукав мантии, начиная тянуть к тому магическому коридору, но я так не хотел оставлять Сьюзен одну, это было так нечестно по отношению к девушке. - Пойдем с нами, ты не обязана становиться блокадной стеной. – Блейз уже был в коридоре, когда я замер, глядя в глаза цвета аквамарина за большими круглыми очками, но девушка лишь улыбнулась и сказала. - Не волнуйся, я правда не настолько беспомощна. Иди, ты же Гарри, ты и есть сама надежда всего магического сообщества. – Пенси лишь ещё раз потянула меня к коридору, а я в последний раз взглянул девушке в глаза, когда вместе с друзьями сломя голову стал бежать по узкому коридору, конца которому не было. И мы бежали долго, честно говоря, казалось, мы уже не сумеем выйти из этого коридора, когда перед нашими глазами возникла большая дубовая дверь. До неё оставалось лишь метра три где-то, когда за моей спиной раздался душераздирающий крик, он эхом отозвался от стен. Когда до меня дошел этот крик, напитанный болью, я споткнулся и упал, ноги перестали меня слушаться. А крик всё продолжался и проникал в самую глубину тела, закрадываясь в сердце и кости, в сам костный мозг. Когда крик прекратился, я понял, что Сьюзен умерла. - Гарри, мы обязаны идти дальше, чтобы это не было напрасным. – Блейз помог мне подняться, и мы в отчаянной попытке постарались убежать от Пожирателей смерти, но правда в том, что от смерти нельзя убежать. Когда мы открыли дверь, там действительно была словно бездна, и нам необходимо было в неё прыгнуть, а мне всё это напоминало приключение Алисы в стране чудес. Но где был я - не было чудес, лишь ребята, которые, как и я, безумно хотели выжить, отталкиваясь от этого, мы и прыгнули. Пока мы падали, честно, где-то очень глубоко внутри себя я думал о том, что хочу умереть при этом падении, ведь я такой паршивый человек, из-за меня буквально пару минут назад умерла девушка, у которой вся её жизнь была впереди. Скажу сразу, я не умер при падении, слегка отбил колени, но серьёзных повреждений ни у меня, ни у ребят не оказалось, как и сказала Сьюзен. Это была огромная комната, скорее даже руины какого-то места, и в центре каменой комнаты была арка, она была с туманом посередине, он кружил внутри, словно запертый монстр, и от этой пугающей арки буквально веяло болью, отчаяньем, а главное - смертью. Всё это напомнило мне о зеркале Еиналеж, казалось, эта арка от того же производителя. Но долго её рассматривать у меня не было времени, ведь смерть буквально наступала нам на пятки. Мы бежали по обломкам какого-то не то здания, не то просто по камням, это было неважно, мы просто были напуганными детьми. Мы видели цель и старались игнорировать препятствия, ведь они нас ещё не догнали, Сьюзен действительно сумела изо всех своих сил, что только были в ней, выиграть нам время. И когда мы в очередной раз почти выбрались, оставалось просто добраться до каминов, один из Пожирателей в момент своего перемещения схватил не меня, а Пенси. - Гарри! Уходи! – Парень выглядел как панк, у него всё лицо было в пирсенге, а на руках виднелись уродливые татуировки с расчленёнными телами и порнографией, в то время как левый глаз этого парня был полностью чёрным, а другой отвратительно жёлтого цвета, как у животного. Пожиратель, схватив Пенси, прижал её к себе и языком, разрезанным как у змеи, облизал шею и лицо моей подруги, пока его палочка, которая была совмещена с ножом, плотно прижималась горлу Пен, отчего у девушки шла кровь. - Ну что, милый маленький Поттер, убежишь как трус или спасешь как герой свою подружку? – Пожиратель бегло прошёлся рукой по груди Пенси, словно её тело было его собственностью, отчего меня всего передёрнуло. – А знаешь, когда я был ребёнком, то столько книг о тебе прочитал! Как о чуде, что случилось с магическим миром! – Парень уже внаглую грубо сжимал грудь мой подруги, пока по её белой, как молоко, коже текла кровь из раны на шее. - Возьми меня, убей меня, да хоть изнасилуй, только её отпусти! – Блейз схватил меня за руку, ведь видит Око Саурона, я бы кинулся на этого парня, который лишь в голос засмеялся от моих слов, но было уже поздно меняться заложниками, словно из черного тумана явили себя остатки Пожирателей, которых змеи не убили. Ну и конечно же трое из личного отряда даже не вспотели, это так бесило, что я ощущал, как каждая капля моего пота на моём теле начинала вскипать, словно я начинал раскаляться. Моя магия создавала пламя, которое могло всё тут уничтожить, я словно постепенно становился заклятьем адского пламени. Это гнетущее чувство было таким же, как в тот день в зоопарке на мой одиннадцатый день рождения, как в тот раз, когда я узнал, что Джеймс умер… - Я поймал их. – Прошипел не хуже змей этот ублюдок, пока с десяток Пожирателей вышли из тумана, и в том числе, конечно же, Люциус и Белатрисса, которую я до этого момента даже и не замечал, видимо, она сдерживалась, наблюдая всё то время за происходящим. - Гарри, пожалуйста, убегайте! Ах. – Нож лишь глубже вошёл в горло Пенси, и в этот момент на нас с Блейзом кинулся Чарльз. Забини, не раздумывая, оттолкнул меня в сторону, создавая невидимый щит, который за пару ударов пробили катаны рыжего. От толчка Блейза, я упал и, немного прокатившись по камням, оказался возле стены, но, честно говоря, я даже подняться не успел, когда мне по солнечному сплетению ударили тяжелым ботинком с металлическим носком. Мне показалось, что эта боль от удара, когда глазах темнеет и тебя рвёт, длилась вечность, а не минуты две. От такого удара я кое-что снова вспомнил, что давным-давно забыл, это было связано с Дмитрием и тем, что он был одним из них. Как-то раз я измазал татуировку своего похитителя своей кровью, его тогда так трясло, словно моя кровь была из кислоты. Монстр с лестницы сел передо мной на корточки, от его голоса веяло холодом, а сам монстр пропах кровью… Он потянулся своими когтями к моему лицу, видимо, как в прошлый раз, он хотел ранить меня, и тогда под когти я резко подставил свои ладони, позволяя их себе рассечь. Кровь тут же покатилась по моим ладоням, а монстр захрипел, после чего отвратным голосом, как у мертвеца, выдавил. -Молись, Поттер, вдруг бог услышит твои мольбы. – Вобрав воздух в горящие лёгкие после удара, я вскинул свои глаза цвета яда на монстра. В детстве он напугал меня до оцепенения, и Морфею пришлось, как и всегда, спасать меня из лап чудовища, но я больше не ребёнок, и не обязан его бояться. - Никакого бога нет. – Резко, как не позволяло моё больное тело, я вскочил и руками вцепился в горло монстра, чётко помня, что он укусил в прошлый раз меня, оторвав часть плоти от шеи. Я вздёрнул его рукав куртки, проводя кровоточащими руками по метке, и тогда она буквально стала гореть, а моя кровь шипеть, оставляя следы как от ожога. Сплюнув на камни кусок кожи и мяса вместе с кровью валяющегося на земле и орущего Пожирателя, я двинулся к остальным, желая убить каждого из них. На меня тут же кинулись другие Пожиратели, но я вёл себя как злобные призраки из ужасов. Каждый ублюдок с татуировкой черепа со змеёй подвешивался на виселице, прямо как в одном ужастике, который я как-то раз смотрел с Джо. Их лица наливались кровью, пока я медленно шёл к своим друзьям, но стоило мне только найти Пенси, как всё внутри меня перевернулось и сделало сальто, после чего сжалось в маленький тугой клубок. Пенси лежала на камнях вся в крови, словно сейчас был дождь из крови, а я этого не застал, она лежала и задыхалась так, словно заразилась от меня редкими приступами астмы. Подойдя к подруге на дрожащих от усталости ногах, я тут же упал перед ней, уже в руке держа маленький голубоватый ингалятор. - Тебе нужно сделать вдох. – Поднеся к губам подруги лекарство, я нажал на кнопку, выпуская его. Пенси смотрела на меня глазами полных слёз, и я, честно говоря, боялся даже узнать, что тут произошло, учитывая, что трусики моей подруги лежали в метре от меня. Я даже и не думал, что всё могло вылиться в нечто подобное, когда шёл сюда. Пенси была как никогда права, нам следовало позвать взрослых, я снова всё испортил. После второго нажатия ингалятора, Пенси подняла руку, чтобы сжать мою, и тихо призналась мне, отчего её слезы, смешавшись с кровью, медленно катились по её вискам. - Он хотел изнасиловать меня, Гарри, я так испугалась, я не хотела. – Всё это было хуже, чем то, что происходило на чемпионате мира, на кубке огня, всё это было в разы хуже, и я уже и сам не знал, что мне делать, когда даже Пенси плакала. – Я убила человека, Гарри. – Выдохнув, я мягко убрал волосы с лица подруги, начиная с болью улыбаться, вспоминая, сколько уже людей убил я. - Всё в порядке, Пенси. – Мягко помогая подруге подняться с земли, я крепко обнял её и на самое ухо прошептал ей. – Он не был человеком. – После того, как мы встали, Пенси старалась вести себя так, словно ничего и не случилось вовсе, у нас не было просто времени на слабость, да и все мои петли, на которых я вздёргивал Пожирателей, уже давно были обрезаны. – Ты смогла достать медальон? - Нет. – Слегка виновато сказала Пенси, хотя её вины тут вовсе не было. Мы вышли на открытое пространство, когда увидели подвешенного за ноги Блейза, он был без сознания и истекал кровью, пока Чарльз глумился, словно крыса. И тогда я вспомнил кое-что очень важное, я могу управлять волей этого Пожирателя, ведь именно я и оживил его, он чёртова марионетка под моим контролем. - Принеси мне Блейза сейчас же, Чарльз. – Пожирателя с огненно-рыжими волосами всего передёрнуло, и он, повинуясь лучше любой куклы Блейза, тут же со скоростью всё того же скоростного ежа принёс мне моего потерявшего сознание друга. Чарльз выглядел удивлённым, это было видно даже через его маску красного японского демона. – Чарльз. – Пожиратель вскинул голову, едва ли не кланяясь мне, мне давно надо было так поступить. Дружба и любовь ничего не стоили, когда те, кого ты любишь, имели такую вот татуировку черепа, из которого выползала змея. – Не давай им коснуться нас. Умри, но не дай им нас ранить, впредь это мой тебе приказ. - Как скажете. – Передав на мои руки Блейза, безропотно Чарльз достал свои клинки, а возле его головы стали крутиться самые разные ножи, он словно управлял ими силой мысли. Пожиратели даже и слова сказать не успели, когда в них со скоростью звука устремились ножи, множество погибло или же было серьёзно ранено, но такие крысы, как Морфей, раненый, но уверенный в себе Брайн, Белатрисса и, конечно же, Люциус Малфой, просто так не могли умереть. Проведя грязной от пыли и крови рукой по волосам Блейза, я был счастлив уже от того, что грудь этого идиота поднималась, я и не думал, что буду волноваться столь сильно за парня, который разрушил в какой-то момент мою жизнь. Но его раны они были не просто глубокими, они были смертельными, и Блейз буквально умирал у меня на руках, пока Пенси слегка потряхивало рядом. Мы пока не проиграли, пока вспыхивали яркие вспышки от заклятий, и Чарльз защищал нас словно берсерк. - Я исцелю его. – Это не было вопросом, я просто обязан был сказать об этом Пенси, чтобы она после могла сказать Блейзу, что я сделал это не просто так, что он был тоже крайне дорог мне. –Иначе он умрёт. - Но если ты его исцелишь, умрёшь уже ты. – Я лишь пожал плечами, ведь Пенси была права, я умру. Моих сил едва ли хватало, чтобы глаза держать открытыми, я устал и хотел просто спать, но вместо того, чтобы как следует отдохнуть, я приподнял подбородок Блейза и мягко поцеловал его бледные сухие губы. Он не умрёт сегодня, не из-за меня и моих неразумных действий. Плотно закрыв глаза, я старался изо всех сил исцелить Блейза, ощущая в очередной раз как тепло перетекало в тело итальянца, как его губы становились теплее, а из-за влаги поцелуя скользкими. - Знаешь, Поттер, мне начинает это даже нравиться. Следующее, что я запомнил, это как весь тёмный зал наполнил мягкий свет, который мог прогнать даже самую опасную тьму. Из того света вышли профессор Снейп, за ним Тонкс со своими сахарными волосами, а за ней шли мистер Уизли и, конечно же, Люпин с моим крёстным. Когда все из Ордена Феникса бросились в неравную битву с Пожирателями смерти, а я отозвал Чарльза, чтобы его случайно не сцапали, выглядело так словно рыжий, испугавшись, просто сбежал, примерно как поступил и Брайн в своём костюме монстра. Морфей же просто занял место крысы, в самом тёмном углу наблюдая за тем, как остатки Пожирателей смерти боролись с прибывшими взрослыми светлыми магами. Мы же с Пенси и бледным, как сама матушка-смерть, Блейзом всё так же сидели на камнях в пяти метрах от той злополучной арки. - Гарри! – Ко мне кинулся Сириус, его огромные сильные руки быстрым движением подхватили меня с земли, и показалось, что я наконец оказался дома, когда меня обнял мой единственный родной человек. – Глупый мальчишка, почему тебя так отчаянно тянет к неприятностям. – Втягивая через нос запах своего крёстного отца, я словно только что подключился к аппарату жизнеобеспечения. – Я так испугался, почему ты не можешь, как другие дети, просто учиться? - Потому что я сын Лили и Джеймса, и меня отчасти воспитывал ты, Бродяга? – Усмехнувшись, крёстный опустил меня обратно на землю, а его губы мягко коснулись моего лба, казалось, я вернулся в тринадцать лет, когда всё было не настолько угнетающе плохо. - Я очень сильно люблю тебя, Гарри, так что давай я тебя уведу отсюда. – Положив руку на сердце, я мог поклясться, что, когда всё это уже закончится, я хочу правда стать ненадолго, но семьёй с Сириусом, мы это заслужили. Бродяга проверил, как там состояние Блейза, помог ему встать на ноги, спросил нужно ли что-нибудь Пенси, которую потряхивало, мы были как батарейки, заряда которых скорее не было, чем он был. - Гарри Поттер! – Обернувшись на человека, что позвал меня, я увидел никого иного как Беллатриссу Лестрейндж, она словно вышла из самой темноты, ждала такого момента ,чтобы напасть как крыса, которой и была, из-за спины. Замахнувшись палочкой с безумной улыбкой, эта женщина в чёрном старом платье и с кудрявыми волосами кинула одно из непростительных заклятий прямо в меня. – Авада Кедавра! – Зелёный луч, слегка подрагивая, стремительно летел прямо в меня, я лишь успел перевести глаза на Пенси, когда меня грубо оттолкнули в сторону, и я буквально повалился на свою подругу, настолько сильно ударяясь головой, что весь мир стал содрогаться, а звуки отзывались эхом. Я помню, как отдаленно слышал безумных хохот Беллатриссы, и то, как она со смехом кричала, что убила кого-то, но я никак не мог понять кого из-за гула в своей голове, он был невыносимым. Когда я поднял глаза, то увидел, как Сириус, смотря в никуда, шатаясь начинал падать. - Сириус… – Заплетаясь как руками, так и ногами, я поднялся с земли держась за голову, в которой словно маленькие планеты взрывались, создавая метеоритные дожди, которые проходили через атмосферу. – Сириус. – Безжизненными глазами мой крёстный взглянул на меня, после чего споткнувшись упал в ту самую арку. – Сириус? – Мои мысли снова стали мельтешить, напоминая рой пчёл, неуверенными шагами я двинулся к арке, протягивая к ней руки, словно маленький ребёнок к матери. – Сириус! - Гарри, стой! – Меня перехватил за талию Ремус, я поднял на него глаза, они ничего не видели, и я задыхался от нехватки кислорода. - Сириус, Рем. Где Сириус, он упал, где он, Ремус? – Меня сильно держали руки бывшего профессора по ЗОТИ, пока я едва ли сопротивляясь всё смотрел не то на Люпина, не то на арку, где в последний раз мог видеть моего крёстного. – Его здесь не должно было быть. – До меня стало очень медленно доходить происходящее, когда из моих глаз вместо слёз потекла кровь. – Я виноват, его не должно было быть здесь. - Гарри. – Ко мне хотела подойти Пенси, когда всё, что я знал, обрушилось, и я, просто сжавшись, набрал в себя воздуха. Блейз шагнул ко мне, когда я оглушительно болезненно закричал, сорвав себе голос в одночасье, и потерял сознание. Но мой крик догнал Беллатриссу, где бы она не была, и ударил её прямо в сердце, пробивая грудную клетку насквозь. *** Я пришёл в себя в самом очевидном месте, в больничном крыле, когда солнце только наплывало на небо, раскрашивая его в нежные розовые тона рассвета. Это было красиво, ещё не было бы так больно. Меня напоили успокоительным зельем, и я вроде как понимал, что Сириуса просто больше нет, он умер, но я был так спокоен, словно танк, может из-за того, что мы скоро с ним снова увидимся? Что касается моего состояния, оно ухудшилось от слова совсем, а лето уже через месяц и было бы совсем неплохо, дотяни я до лета. Но сегодня ночью из-за пережитого потрясения, перелома трёх рёбер и сотрясения мозга я много спал и меня примерно столько же тошнило. И всё это вкупе с тем, что у меня скакнула температура до сорока. Было бы круто даже просто пережить эту неделю, честно говоря. Мне даже сейчас было плохо, пока я стоял у окна в больничном крыле и наблюдал за прекрасным неизменным солнцем. - Гарри. – По каждому миллиметру моей кожи прошёлся мороз, он был такой приятный, хотелось раствориться в этом голосе, вообще во всём человеке, но я не стал оборачиваться, зная, что, посмотрев на него, не сумею уже сдержаться и просто кинусь к нему. Ведь ни на минутку своего бытия за последние годы не переставал любить этого идиотского блондина с его серыми добрыми, иногда холодными глазами. – Привет, я хотел ещё вечером зайти, но меня к тебе не пустили… - Я знаю. – Ведь это я попросил никого к себе не пускать, не только Драко, вообще никого, со мной какое-то время была Тонкс, и я не плакал и не спал, просто лежал рядом с ней и смотрел куда-то в область потолка. – Так почему ты тут? - Мне Пенси рассказала, что случилось с твоим крёстным. – Я даже и не удивлён, что Пенси об этом рассказала, ведь она всегда старается наизнос помочь нашим с Малфоем отношениям, но правда в том, что как бы сильно мы друг друга не любили, нам просто не суждено быть вместе, иногда и такое бывает. – Я хочу быть рядом, Гарри, я могу позаботиться о тебе, и не важно, что было раньше, главное… - Нет. – Я не позволил блондину закончить просто идеальную мысль, от которой мои бабочки в животе начинали вылезать из своих куколок. – Мы расстались. – Я даже обернулся на своего блондина, который стоял от меня всего-то в паре метров, ему шаг-другой, руку протяни, и он бы мог обнять меня, или я его, вообще неважно, я просто хотел, чтобы он обнял меня. - Ты мне нравишься. – Уверенно заявил Малфой, делая шаг ко мне, отчего я буквально чуть не подался к нему и не ответил тем же, но нет, не мог, не хотел, не стал бы, всё же не выйдет. Получилось бы лишь так, что я был бы с ним месяц, и это время было бы ужасным. Я бы блевал в прозрачные пакеты, жил на таблетках и морфине, потому что уже всё, финишная прямая, моя смерть близко, даже слишком. - Молчи. – Я был грубым и мог снова задеть за мягкое сердце, которое всё-таки было у Драко, но я никогда не думал о том, когда говорил ему все эти грубости, когда отвергал, словно они и не делали ему больно, хотя это и не так. - Ты… - Сказал же не говорить! – Видимо, успокоительные заканчивали своё действие, и мои эмоции снова возвращались на американские горки, то взлетая, то снова падая, и так из раза в раз. Но когда я посмотрел на Драко, его глаза слегка покраснели, словно он был готов заплакать из-за меня. – Слёзы тебя краше не делают, знаешь же. – Драко словно получил удар по лицу и отступил от меня на небольшой шаг, делая между нами такое атмосферное расстояние, словно стена нарастала. Стало противно, и, сделав пару шагов к блондину, я положил ладонь в бинтах на его красивое лицо и, натянув на свои губы улыбку, мягко попросил прощения. – Прости меня, хорошо? Я так научился справляться с болью, причиняя её другим. – Драко лишь снова поднял на меня свои серебряные глаза, в которых всё горело и блестело, хотелось накрыть Малфоя тёплым одеялом из любви и никуда не отпускать, а тем временем у меня к горлу подступила рвота. - Скажи, что ты не хочешь целовать меня, Поттер. – Буквально сглотнув собственную рвоту, я стал тонуть в глазах своего принца, позволяя его рукам мягко сомкнуться у меня на талии, пока его губы словно заманивали меня, прося поцеловать. Он чёртов дьявол с лицом самого красивого ангела. – Скажи, что не хочешь раздеть меня. – Драко лишь мягко придвинул меня к себе, в то время как я не просто этого хотел, я умирал от желания быть с этим мальчишкой целиком и полностью. Пока мои дрожащие пальцы прошлись по мятой рубашке, прочерчивая кубики пресса под ней. – Скажи мне, Поттер, что не хочешь меня, и я уйду. – Сжав рубашку Драко на его талии, я не мог ничего уже сказать, кроме как в отчаянной попытке облизнуть губы, тянуться медленно к лицу своего парня. – Ну же, Поттер, мы оба этого всегда хотели. – Мои губы мягко коснулись нижней губы Малфоя, едва ли я бы сказал точнее, но уже от этого моё тело встрепенулось. - Прости, что я не совершенство. Прости, но всё же мы расстались…