Выродки

В кабаке, не смотря на то, что начало марта выдалось очень холодным, было душно и очень жарко. Пот градом катился по раскрасневшимся лицам посетителей и работников, которые носились тут и там, ничего не успевая. Не мудрено — в пятницу все злачные места забиты донельзя, рабочие отдыхали после тяжёлой недели, галдя за чашкой дешёвого (и, честно говоря, очень разбавленного) пива или плохого виски. За одним столиком было особенно шумно, хозяин кабака внимательно поглядывал туда, чтобы вовремя вывести излишне разгорячившегося «джентльмена», если тот начнёт буйствовать. — Я говорю, это не моя Эйлин! — Успокойся, Тобиас. Подумаешь, пошла баба на работу — что тут странного? Я бы радовался, если бы моя Аманда начала работать, а не тянуть деньги с моего кошелька. — Неееет, — пьяно протянул Снейп, — не только это. Она стала слишком самоуверенной, над сыном трясётся, как курица… — Небо, Тобиас, — собеседник грубо перебил его, — она женщина, любовь к детям у них в крови! — Джек, — Снейп вскочил и стукнул по столу кулаком что есть силы, — ещё три месяца назад она плевать хотела на Северуса, а теперь воркует над ним, каждый вечер ему книги на ночь читает. — Тише ты, тише, — примирительно замурчал Джек, неловко улыбнувшись людям, что обернулись на шум. — Может, твоя жёнушка решила исправиться? — Говорю же тебе, нет, — Тобиас сделал ещё один жадный глоток, — она резко стала дерзкой, шумной, самоуверенной стервой! Снейп резко замолчал и, скрестив руки на груди, задумался. Ещё совсем недавно его жена была затурканной девчонкой, подчиняющейся ему беспрекословно (единственное, она могла робко проявить свой характер, когда заступалась за Северуса, и то, потом была не раз за это бита), она, словно кролик в норе, сидела дома, стесняясь даже попустословить с какой-то соседкой. Теперь же Тобиас сам тушуется перед Эйлин. Она вихрем носится везде, крутится словно белка в колесе, забив полностью на мужа, превратив его авторитет в половую тряпку. Шутка ли! Эйлин даже вновь взяла в руки палочку… Мало того, она угрожала ему! — Странная она, Джек, очень странная… Собеседник устало вздохнул и, закатив глаза, промолчал. А Тобиас, жадно припав к кружке, продолжал размышлять о своей жене. Она не может иметь сильный характер! Эйлин выросла в семье с авторитарным отцом, который ей с пелёнок внушал, что женщины (даже колдуньи) созданы для того, чтобы подчиняться мужьям. Он даже выбрал ей в супруги какого-то волшебника, когда Эйлин было лет пятнадцать. Сказал, что брак состоится сразу после того, как она окончит Хогвартс. И всё так и было бы, наверное, если бы Эйлин после выпускного бала жестоко не изнасиловали, наложив на неё то ли парализующее заклинание, то ли заклинание подчинения (Тобиас в этом не особо разбирался). Преступников тогда так и не нашли, а пострадавшая девушка окончательно замкнулась в себе, приходя в панический ужас, оказываясь среди магов. Отец с матерью пытались ей помочь, вызывая к ней лучших колдомедиков, но однажды ночью Эйлин, устав от всего, просто сбежала в мир маглов, где и встретила его, Тобиаса. Она больше всего желала сбежать от жестокости и насилия, забыть ту боль, причинённую магами, поэтому и выскочила замуж за первого встречного магла, но попала в ловушку. Девушку это сломило окончательно и она смирилась с ролью жертвы. — Джек, она ведьма… Уж не вселилось ли в неё что-то? — Перестань, друг. Я видел твою жену несколько дней назад, она вполне нормальная. — Она ведьма! И сын мой ведьмак, он вскоре уедет в Хогвартс, учиться волшебству! — Ты перебрал, Тобиас, давай я помогу тебе дойти домой, — наверное, все в окружении старшего Снейпа привыкли, что он, напиваясь, несёт какой-то бред о магах и таинственной Шотландской школе. — Я не пьян… Я докажу! Докажу, что это не моя Эйлин! Хозяин кабака, зная о горячности Снейпа и опасаясь за целостность своего имущества, подошёл к столику: — Джентльмены, я прошу вас покинуть это заведение, — мужчина огромной глыбой навалился на стол, демонстративно сжимая огромные кулаки. — Чтоооо? Да как… как ты смеешь? Мы как поря… порядочные люди, — начал было Снейп, но Джек, грубо приказав ему заткнуться, расплатился с хозяином и потащил пьяного товарища к выходу.

***

Тихий стук заставил Нину отложить в сторону ветхий томик Шекспира (всё ж это, как оказалось, было намного интереснее магических книг). Женщина, укутавшись плотнее в старую когда-то нежно-розовую шаль, поспешила к дверям. Отворив их, она едва заметно презрительно сморщила нос, ведь на пороге, едва держась на ногах стоял благоверный Эйлин. Его немного придерживал за плечи другой мужчина, лицо которого было скрыто капюшоном. Женщина опасливо сжалась и приготовилась быстро захлопнуть дверь. — Доброй ночи, миссис Снейп, — Соловьёва заметно расслабилась. — А, это вы, мистер Лидс? Проходите скорее, на улице такая холодина! Мужчина затащил пьяного в дрова Тобиаса и вошёл следом. Он аккуратно отряхнулся у входа от снега и снял ботинки. Нина тем временем занялась «муженьком». С горем пополам она уложила его спать в гостиной, укрыв колючим клетчатым пледом. — Спасибо вам, Джек. Простите, что вам опять пришлось тащить Тобиаса… — Ничего, вы не виноваты в этом. Пожалуй, я пойду, мне бы не хотелось разбудить Северуса. Я слышал, он приболел? Нина тепло улыбнулась. Джек был очень славным малым, он даже не пил! Скорее всего, такие серьёзные люди, как он, не общались бы со Снейпом, но их дружба с Лидсом началась буквально с пелёнок… И Нина благодарила Небо за это, ведь Джек здорово выручал их семью, а уж сколько раз он приводил домой пьяного Тобиаса, не позволяя ему замёрзнуть где-то под забором. — Да, простыл маленько. Благо, мне на работе дали целых пять дней отгулов! Я уж быстро его на ноги поставлю. Но, тем не менее, я очень обижусь, если вы уйдёте, не попив чаю. Думаете, никто не заметил, что вы замёрзли? Джек опустил глаза, робко улыбнувшись. И правда, его нос стал ярко-алым, словно у оленёнка Рудольфа, кончики пальцев рук почти что посинели, а плечи мелко дрожали. — О, я был бы вам очень благодарен! — Тогда пойдёмте на кухню. Только, мне не чем вас накормить… — У меня с собой есть немного печенья, — добродушно улыбнулся мужчина, достав из кармана небольшой бумажный свёрток. Конечно, Джек заметил изменения в вечно хмурой запуганной Эйлин, но ему казалось, что это вполне логично: мало кто будет безропотно терпеть пьяницу-мужа и его тиранию. Вот и Эйлин взбунтовалась. Странно только, что так резко… Видимо, Снейп чего-то не договаривал, ведь, скорее всего, он натворил что-то, перегнул палку и разбудил волка в пугливом кролике. — Как себя чувствует Аманда? Не пора ли вас поздравлять с очередным пополнением? — Всё отлично, Эйлин. Думаю, через недельки две можно будет принимать поздравления… На маленькой кухне пахло дешёвым чаем, два человека шёпотом переговаривались и почти беззвучно смеялись. Нина внезапно почувствовала себя почти что дома, все беды и проблемы отошли на задний план. Да, скоро опять будут неметь руки от холодной воды, кости ломить от тяжёлой работы, все трудности жизни Эйлин накроют Соловьёву новой волной… Но это будет потом, а сейчас Нина просто хочет побыть собой. Имеет же она изредка, в конце-концов, на это право?