Игра по правилам и без

      — Ну, что скажешь, хвастун? — Молния смотрит на Франческо, презрительно поджав губы.       — Скажу, что в Лондоне уделаю тебя в хлам, красотка!       — Мечтай, макаронина самодовольная!       — О-хо-хо, приятно, когда ты так любя меня называешь, моя Маккуино! — подмигнул девушке Франческо.       — Что-о-о? Любя? Твоя? Ты, что себе возомнил? Совсем с катушек слетел?       — Слушай, ну, хватит тебе! Я пришёл не для этого! — итальянец попытался успокоить, начинавшую закипать, Молнию.       — Ну, давай, выкладывай зачем пришёл? И вали отсюда!       — Какая же ты всё-таки грубиянка… — Франческо поморщился, — и теперь я уже не уверен, что хочу того, зачем пришёл!       — Ну, говори уже! Сколько можно бла-бла-бла?       — Может всё же сходишь на ужин со мной?       — С чего бы это? Нет конечно! Тем более, что меня уже пригласили!       — Кто посмел?       — Что значит — посмел? Рауль ещё после гонки меня пригласил!       «Значит этот лягушатник! Небось рассчитывает после ужина остаться с ней наедине! А она и не прочь! Американская шлюшка!» — кулаки Бернулли сжались сами собой.       — Ну, ладно, тогда счастливо оставаться! И готовься к новому пари!       — Окей! И ты готовься тоже!       — Давно готов! — Франческо, как всегда оставил последнее слово за собой.       А Молния, посмотрев на часы, поняла, что ей уже пора идти на встречу с Раулем.       Бернулли был в бешенстве. Он ради того, чтобы увидеть эту выскочку, искал дом синьора Тополино, где она, вместе с друзьями остановилась, а она мало того, что нахамила ему, ещё и продинамила.       «Ну, всё, Маккуино, детские игры закончились! Готовься ко взрослым! То, что ты с такой лёгкостью позволяешь своему придурковатому зубатому дружку или этому Раулю и, бог знает, кому ещё, позволишь и мне! Не зря сегодня пялилась на меня, как перевозбуждённая шлюшка!» — думал он и, когда ему пришло в голову условие для пари в Лондоне, губы его расплылись в злорадной ухмылке.       Рауль был очень милым и совсем не таким брутальным хвастуном, как этот Франческо. Но всё же, прощаясь, хотел воспользоваться моментом и поцеловать Молнию в губы. Но девушка увернулась, и его губы скользнули по её щеке.       — Спасибо за вечер! — произнесла она, сделав вид, что ничего и не было. — И до встречи в Лондоне!       Всё-таки все они одинаковы и думают, видимо, только об одном!       Молния Маккуин уже не раз сталкивалась с проявлениями похоти, исходящей от мужчин, вроде бы совсем разных по характеру. И даже Мэтр поначалу пытался подкатить к ней, но потом, слава Богу, понял, что это бесполезно.       Когда девушке было всего восемнадцать лет и она только-только пришла в большой спорт, её стал донимать один из главных соперников — Чико Хикс. Он постоянно пытался подловить её где-нибудь наедине, шептал на ухо всякие непристойности, лапал её, пользуясь тем, что сильнее её. А у Молнии в душе росло лишь отвращение. Он был намного старше девушки — на целых семнадцать лет и, можно сказать, годился ей в отцы.       — Сладкая моя, я всё для тебя сделаю! — говорил он елейным голосом, поймав её как-то в пустом боксе, где она собиралась переодеться после соревнований. — Кубок будет твой, только дай мне! Вижу по тебе, что ты ещё девочка и это сводит меня с ума! Я буду очень нежен и тебе понравится, вот увидишь!       Кричать не хотелось — привлечёшь внимание и потом журналюги напишут о тебе такое, что диву будешь даваться! Да, к тому же, её вообще мог никто и не услышать и тогда Чико уж точно изнасилует её, злясь, что она не уступает ему. Надо было действовать по-другому.       Его руки шарили по её телу, вызывая мурашки отвращения, но девушка сделала вид, что она сдаётся, немного расслабившись и подставляя ему губы для поцелуя. Чико сразу же воспользовался этим, впечатываясь в её губы и проникая ей в рот языком, чем вызвал новый приступ гадливости. Молния услышала, как с неприятном визгом расстегнулся замок на её куртке и поняла, что пора прекращать это.       — Я сама разденусь, можно? — девушка старалась, чтобы её голос звучал тихо и нежно.       — Хорошо, любой твой каприз, красотка! — довольно сказал Чико, выпуская её из рук и готовясь увидеть захватывающее зрелище — Молния Маккуин разденется для него.       Но девушка, резко отскочив от мужчины, стрелой вылетела из боксов и помчалась искать Мака.       Как же она боялась, что Чико настигнет её и тогда ей придётся бороться с ним не на жизнь, а на смерть, но её быстрые ножки таки спасли её. И с тех пор, она никогда не оставалась одна там, где мог найти её Чико, что ужасно бесило последнего. Он пытался делать ей гадости, но ничего не помогало, и от этого он бесился ещё больше.       Потом было много эпизодов, когда мужчины, не таясь, проявляли к Молнии интерес, но делали это, по крайней мере не в такой форме, как тот наглец Чико Хикс.       Воспоминания наконец отступили, и Молния была рада, что всё это уже осталось в прошлом. Да, вот только этот Бернулли сейчас ведёт себя нагло и бесцеремонно, но она всё же не могла и близко сравнить его с Чико. Во-первых, Франческо был молод, во-вторых, умопомрачительно красив, в-третьих, он умудрялся волновать её, несмотря на то, что одновременно ужасно раздражал и выводил из себя.       «Как хорошо, что скоро последняя гонка! И, надеюсь, я после неё уеду и никогда больше не встречусь с этой макарониной! Теперь главное победа в Лондоне — тогда спеси у него заметно поубавится!», — так думала Молния, понимая, что Франческо очень серьёзный соперник, но выиграть у него можно и нужно.