На своей стороне

Сообщение, что Елена Ларсен ожидает его в игровой комнате номер тринадцать, Кир получил только через два часа и тут же бегом кинулся выполнять распоряжение: в его планы не входило злить людей тупящим киборгом. Временная хозяйка ждала его в компании темноволосого Iriena, сидя на полу рядом с большим вирт-окном. — Кирюша, — обрадовалась Леночка. — Садись к нам. Мы никак не можем решить, какие пазлы брать. Илюше больше нравятся 3D, а мне обычные. А ты как думаешь? Кир опустился на пол рядом с хозяйкой и внимательно изучил объёмное изображение здания и такое же, только плоское: строение было замысловатое, с башенками, зубчатой стенкой и маленькими флажками. И, такое ощущение, состояло из отдельных фрагментов различной формы. Хотя у некоторых форма повторялась. — Информация отсутствует. Уточните задание: для чего необходимо использовать объект «пазлы»? — Ты ни разу не видел, да? — Леночка посмотрела на киборга с сочувствием. — Это игра такая — собирать из кусочков картинку. Вон на полке лежат коробки, попробуй вечером собрать, хорошо? А сейчас давайте просто выберем, какие будем брать. Илья, ты тогда отбирай объёмные, а Кирилл выберет обычные. Надо отобрать штук триста с разными картинками. Кир кивнул, задание было понятное и неопасное, да и вся ситуация в целом пока устраивала. Временная хозяйка резко негативных эмоций, как хозяин, не вызывала. Положительных, правда, тоже, но Кир не допускал мысли, что люди могут нравиться, и для него все было нормально. Обеспечить безопасность человека тоже пока несложно: в комнате был только Irien, а он против шестерки не боец. Других опасных объектов в ближайшем окружении не наблюдалось, и Кир сосредоточился на каталоге, решив не доверять выбор процессору, который рекомендовал уточнить критерии отбора. Через десять минут доложил о выполнении задания. Леночка, улыбаясь, подтянула к себе список и открыла первую картинку. Потом вторую. На третьей она уже не улыбалась. — Кирюша, но почему именно такую? Судя по всему, киборг добрался до раздела «21+», и все картинки были оттуда. На экране двухголовое чудовище разрывало на части не очень одетую девушку. Точнее, судя по количеству крови и оторванным конечностям, уже не очень одетый труп девушки. Картинка была исключительно реалистичная, выполненная с анатомическими подробностями, и напоминала голографию. — Я видел такого, — ткнул пальцем в зверя Кир. — Только у этого вторая голова слишком открыта, можно убить. У настоящего она спрятана сильней. Кир действительно видел похожую тварь. Тогда они были целый месяц на нетерраформированной планете, охраняли научную экспедицию. Там было интересно и неопасно, только вот двухголовый ящер один раз напал на передвижную лабораторию. Обычное зверье распугивали ультразвуком, но эта особь то ли была глухой, то ли упрямой и, находясь на верхушке местной пищевой цепочки, уступать насиженное место из-за противного писка не собиралась. Так или иначе, но Киру пришлось запрыгнуть на зверя, чтобы дотянуться до второй головы, спрятанной за костными пластинами позади основной, оснащённой двумя рядами зубов, способными переломить плазмомёт (выяснили опытным путём). Бить надо было именно в маленькую голову — мозг был там. На почти оторванную зубастую башку зверь не обращал ни малейшего внимания, продолжая молотить острым хвостом налево и направо. Со зверем тогда справились, только киборг располосовал себе ногу об острые шипы на спине ящера, и изуродованный планетоход пришлось там бросить, а через две недели экспедицию свернули в связи с убылью научных работников и их взвод вернули к месту дислокации основной части. — А это? Ты тоже видел? Воин в средневековых доспехах замахивался мечом на изворачивающегося противника. Судя по всему, этот был последний враг, остальные украшали лесную поляну своими частями, живописно разбросанными в сочно-синей траве. Особенно хорошо смотрелась голова на переднем плане. Воин, похоже, был средневековым киборгом. — Нож хороший, — смутился Кир. Говорить с девушкой было не страшно (не то, что с хозяином), но признаваться, что ему что-то нравится, всё равно не хотелось. Мало ли что. Но и прятаться за процессор тоже опасно — вдруг передумают и не заберут на станцию. — Меч, — ошарашенно поправила Леночка. — Меч, — согласился Кир, записывая, как называется оружие: такое в современной армии не использовалось и в базе данных отсутствовало. Остальные триста картинок были из того же раздела, помеченные значком «насилие», и отличались только видом оружия, способом умерщвления и количеством крови. — Но… Кирюша, смотри, здесь есть другие… Вот с игрушками, например. — Я не знаю для чего они. — Играть, — важно заметил Irien, внимательно разглядывающий выбор DEX`a. Кир реплику киборга проигнорировал. — Ну, хорошо, а вот замок. Смотри, какое красивое озеро и цветы. — Плохое место, — не согласился Кир. — Открытое слишком. Если вот тут и тут поставить огневые точки, — киборг показал, где именно, — то не пройти. — Вот, смотри, ты же выбрал хорошую картинку, — обрадовалась Леночка, подтягивая экран поближе. — Космос, кораблик, никакой войны. Красиво. — Боевой линкор, — уточнил Кир и согласился: — Красивый. — Кирюша! — Леночка взяла киборга за руку и заглянула в глаза. — Война закончилась. Войны больше не будет. Тут никого не убивают, тебе не надо больше воевать. — Так не бывает, — не поверил Кир. Он точно знал: война есть всегда. Если сегодня тебе не падают на голову бомбы, они упадут завтра. Если в одном месте перестали стрелять, значит, тебя отвезут в другое место. Война всегда рядом, иначе не бывает, надо просто подождать, и война опять начнётся. Человек просто не в курсе. Или забыл. Леночка вздохнула, продолжая гладить Кира по ладони, а потом улыбнулась. — Давай порисуем? Кир кивнул, рисовать он тоже не умел, но это лучше, чем объяснять про картинки. Леночка открыла палитру красок на экране, залила вирт-окно белым, и, быстро ведя пальцем, нарисовала круг, овал и четыре палочки. Подумала и добавила в круг глаза и рот, а сверху бантик. — Это я. Нарисуй себя, пожалуйста, только не используй программу. Попробуй сам. Кир попробовал: оказалось несложно, его человечек получился чуть больше Леночки. Девушка рассмеялась и стёрла бантик. — Бантик — только девочкам. А теперь нарисуй Илюшу. Третий человечек получился ростом с первого. — Я тебя выше! — обиделся Irien. — И что? — не понял, какое отношение рост киборга имеет к рисунку, Кир. Подумал и решил сразу предупредить потенциальную угрозу: — Ты со мной не справишься. — Не ссорьтесь, мальчики. Кир, теперь нарисуй Диму, пожалуйста. Рисовать хозяина не хотелось, и человечек получился кривоватым, в стороне от остальных и выше почти на целую голову. — Молодец! А теперь закрась любым цветом. — Девушка подхватила на экране маленькую кисточку и, окунув её в виртуальную краску, залила свою фигурку жёлтым. Кир послушно закрасил второго человечка. — А почему ты выбрал серую краску? — Незаметная. Если, конечно, не снег. — Хорошо, закрась остальные фигурки, только выбери другую краску. Королёву досталась чёрная, а Илюше — болотная. Леночка вздохнула и погладила Кира по плечу. — Это был какой-то тест, да? — Кир отодвинулся от экрана. Он чувствовал, что человек не доволен, и это было плохо. Если бы он сразу понял, то подключил бы программу потихоньку и скопировал бы её рисунок один в один. Но сразу не сообразил, а теперь совсем не известно, к чему это приведёт. И самое главное — не ясно, какой у теста правильный результат. Их обычно не так тестировали: на скорость, на нечувствительность, на обработку приказа… Там все понятно — подчинись процессору, не думай, и все будет нормально. А тут? — Я не прошёл, да? — Кирюша… — успокаивающе протянула Леночка. — Ну ты чего? Раз ты сюда попал — значит, ты успешно прошёл все свои тесты. — Этот последний? — Нет, — покачала головой Леночка. — Это просто другие тесты. Они для людей, понимаешь? Люди тоже проходят тесты, только в них нет правильных ответов. Это не важно, что ты выберешь или нарисуешь. По этим рисункам я всего лишь вижу, что ты немного волнуешься, что тебе хочется спрятаться. Понимаешь? — Нет. Леночка порылась в виртуальной папке и развернула на весь экран голографии животных. — Илюша, выбери, пожалуйста, кто тебе нравится? Irien дисциплинированно прокрутил все картинки, иногда увеличивая выбранные, и показал на серого пушистого котёнка с клубком ниток. Леночка обвела пальцем рыжую собаку с большими ушами и толстыми лапами. — А теперь ты. Не бойся, выбери самого красивого, того, кого хочется погладить и почесать за ухом. Животных было много: большие и маленькие, детёныши и взрослые, хищники и травоядные со всех уголков галактики. В самом нижнем углу была голография белого зверя, прижавшегося задней частью к скале, оскаленная морда испачкана кровью, а шерсть серебрится в ночном свете. Стальные глаза смотрели прямо на зрителя, притягивая внимание. Кир заворожённо протянул руку и увеличил картинку, рассматривая. — Надо же… Ты выбрал лунного волка… — Это плохо? — Кир отдёрнул руку, вспомнив, что рядом сидит человек. — Нет. Он действительно очень красивый, но немного опасный, не находишь? — Его убили, да? — Почему? — Ему некуда бежать, и он сейчас прыгнет. А раз голография, значит перед ним люди. Они убьют. Они всегда убивают тех, кого боятся. — Тебе его жалко? Кир отвернулся. Зверь был сильный, но люди оказались сильнее. — Я думаю, с ним ничего не случилось. Там же фотограф, он просто сделал снимок. Кир недоверчиво посмотрел на улыбающуюся девушку, но сообщать ей, что тогда волк убил фотографа, не стал, а вместо этого спросил: — А зачем этот тест? — Он просто показывает, что мы разные. Вот Илюша, ему понравился котёнок, а значит, скорее всего, но необязательно, он спокойный и домашний. А я выбрала сеттера, это весёлое, доброе и смешное животное. — А волк? — Волк сильный. И гордый. Тут нет плохих картинок, нельзя выбрать что-то неправильное. Кир продолжал не понимать, зачем нужны тесты, если после них нет выбраковки. Хотя, если это «человеческие» тесты, то понятно, почему нет неправильных ответов: людей не выбраковывают. Ну, он ни разу о таком не слышал. А зачем тогда тесты? В кармане у девушки тоненько тренькнул видеофон. — Лен, ты в город в ближайшее время не собираешься? — Королёв на экране почесал нос. — Захватишь Кристину? — Собираюсь, захвачу, — подтвердила Лена. — Хотела посмотреть, что там за игрушки на складе. Кстати, Дим, а можно я возьму с собой Кирюшу? Погулять. После обеда привезу обратно. Кир замер, боясь спугнуть. Город — это значит за периметр. Это шанс, если не будет лишних приказов. Да и приказ мелочь — главное выбраться с базы. Данное хозяину слово в системе ценностей Кира находилось где-то на уровне подвала цокольного этажа и никакой связи с решением бежать при первой возможности не имело. — Нет, — сразу обломал все надежды киборга на свободную жизнь Королёв. — Рано еще ему. Успеет, нагуляется. Чем однозначно не добавил себе любви Кира. *** Королёв сидел в столовой и понимал, что ему лень пройти три метра и наложить себе еды. Двенадцатичасовой рабочий день даже не думал заканчиваться, а пообедать он, кажется, забыл. Надо хотя бы поужинать. — Привет, — элегантно опустилась на стул Леночка. — Устал? — Боюсь «устал» — это не совсем верное слово, тут сидит мой труп, — ухмыльнулся Димка. — Как у тебя дела? Только подробно не рассказывай, ладно? — С новеньким твоим возилась. Знаешь, Дим, его бы надо показать хорошему психологу, работающему с посттравматическим синдромом. Опытному. — Где я тебе его найду? Ты сама психолог, возьми почитай что-нибудь умное на эту тему. А там что, всё так плохо? — Я, конечно, почитаю, Дим, но ключевые слова были «опытный» и «хороший». Там не психика, там воронка от снаряда, я тебе серьёзно говорю. Он сразу после армии к нам? — Да. Но Дэнька тоже армейский киборг. И Сашка. И даже Джон. — У них была дельта мирной жизни, а у этого нет. Да и помладше он. Там одна война в голове. Знаешь, кого он выбрал из «звериного» теста? — Леночка усмехнулась. — Волка. Того самого. Второй раз за всё время. — Ух ты! — Димка тоже усмехнулся и уже привычно поскрёб колючую щеку. — За год этот тест прошло двести киборгов и сто человек. — Ну, зато теперь я не один. Красивая же фотка, и зверь хорош. — Дим, на неё страшно смотреть. Там от одного взгляда мороз по коже. И кровь… Он сказал, что его сейчас убьют. — Да, там же скала за ним, и он сейчас бросится. Либо его, либо он, — согласился Димка. — Твой киборг сказал то же самое. Леночка посмотрела на Димку с сочувствием, и парень заподозрил, что его тоже сейчас отправят к психологу. Лечить посттравматический синдром. И шизофрению. И еще чего-нибудь. — Хм, а мне показалось, что у него проблемы с формулировками. Что он разговаривает с трудом. — А мне показалось, что ты сильно недооцениваешь уровень его развития. Вполне сформировавшийся мозг, только не знает много и не понимает. С ним работать надо. И да, Королёв, я не знаю, что ты ему сделал, но он тебя до жути боится. Я тебе скину его рисунок. — Да побреюсь я! — буркнул Димка, вставая. Надо всё-таки поесть… или кормосмеси хотя бы выпить. — Завтра с утра — обязательно.