На своей стороне

За последнюю неделю Димка домой так и не выбрался, предпочитая ночевать даже не в гостинице для сотрудников, а в спальном блоке для киборгов: он ближе и на улицу выходить не надо. Времени не хватало просто катастрофически, вся его немногочисленная команда из сорока человек и полутора десятков киборгов по каждому, даже самому незначительному вопросу (Какие футболки закупать — серые или голубые? А если серых нет? А голубых тоже мало… Чего ты орёшь?) бежала к нему. По-хорошему, надо было вникнуть в схему обеспечения безопасности станции, подготовленную Дэном, продумать стратегию работы с киборгами, да и научный план неплохо бы составить — всё-таки они исследовательское подразделение, и головной офис рано или поздно начнет требовать отчёты. Вместо этого Димка подписывал сметы, пытался просчитать бюджет, прикидывал, сколько пар кроссовок им надо и что лучше купить: планшеты для рисования или кубики. То есть занимался, с его точки зрения, чем-то противоестественным и ненормальным. Что не могло не сказаться отрицательно на его душевном равновесии и положительно — на инстинкте самосохранения остальных: последнее время даже Дэн старался обойти его по широкой дуге, а Андрей сегодня с утра при виде начальника юркнул под стол и постарался притвориться невидимкой. Димка, поняв к вечеру, что уже готов обменять всех психологов чохом на пару дополнительных завхозов, волевым усилием принял решение ехать спать домой. Всё равно надо хотя бы собраться — до отлёта максимум три дня осталось, больше откладывать нельзя, надо перебираться в новый дом. Так что из лифта Королёв вышел уже в приподнятом настроении, предвкушая пиво на ужин и роскошный десяти… нет, двенадцатичасовой сон. В просторном холле первого этажа у прозрачной стены стоял белокурый киборг, который при появлении хозяина вздрогнул, быстро глянул на человека и тут же застыл неподвижным манекеном. И тот короткий, секундный взгляд заставил Димку сначала споткнуться, а потом остановиться. Он видел такое выражение глаз один раз и запомнил на всю жизнь. Во всём цивилизованном мире древние зоопарки были запрещены, но находились планеты (или люди), готовые платить огромные деньги за редких животных и держать их в клетках на потеху публике. Тогда Димкина группа брала контрабандистов, промышляющих отловом и доставкой животных на заказ. И в трюме корабля среди множества клеток была одна, побольше, с огромной голубой кошкой, которая смотрела из-за силового барьера на Димку с такой обречённостью, что он притормозил напротив, с жалостью разглядывая сильного зверя, пленённого людьми. А потом контрабандист, прятавшийся за клетками, отключил силовое поле, удерживающее животных внутри, надеясь, что вырвавшиеся на волю хищники разберутся с полицией лучше него. Димке потом долго снилась эта безысходность в жёлтых тускнеющих глазах, и как он расстреливает зверя. Контрабандиста, убитого там же, в трюме, вместе с кошкой, он не вспоминал никогда. И минуту назад киборг смотрел на него с такой же звериной тоской в глазах. За раздвижными дверями маячили холодное пиво и двенадцатичасовой сон, и Димка, жалобно глянув на тёмный пластик, скрывающий желанное, снова уставился на блондина. Скоро у него будет целая армия киборгов, и если хотя бы пять процентов окажутся «бракованными», он замучается им всем сопли вытирать. Но это чуть позже, а пока у него только четыре «личных» киборга, не считая Джона, и одному из этих четверых явно нужна помощь. — Кирилл, иди сюда. — Димка отогнал подлую мысль опять сдать блондина Леночке (в конце концов, одиннадцать часов сна это почти то же самое, что и двенадцать, только на час меньше) и махнул рукой, подзывая. Киборг метнулся вперёд и замер перед хозяином, вытянувшись по стойке смирно. — Вольно, солдат. Расслабься уже, мы не в армии. Давай прогуляемся, поговорим. Из здания вышли молча. Киборг послушно свернул за хозяином на боковую дорожку, огибающую огромную клумбу справа. За последнюю неделю Кир почти привык, что люди не обращают внимания на «нестандартное» поведение киборгов. Можно сидеть на пуфике в холле, гулять, запускать голоплатформу в игровой комнате. Или даже пойти сделать себе кофе в автомате — люди, если подойдут, то просто молча дождутся, пока киборг заберёт свой стаканчик и отойдёт. А у окна стоять — совсем никому дела нет, стоит себе и стоит, никому не мешает. За последние дни хозяин и сам пробегал мимо него раз десять или больше, но в упор не замечал своё имущество. Сегодня заметил. Идти «прогуливаться» с Димкой Кир не имел ни малейшего желания. И уж тем более разговаривать. До переезда на станцию оставалось несколько дней, и в последний момент узнать, что хозяин передумал, совсем не хотелось, а о чём еще намеревался поговорить человек, Кир представить не мог. Королёв шёл молча, не замечая уныло плетущегося рядом киборга, и отвлёкся только на завибрировавший браслет видеофона. — Дим, а вы куда? — поинтересовался Дэн, кидая с экрана взгляд на блондина. — Да просто пройдёмся, не волнуйся, — успокоил любопытного киборга Димка. — Кстати, скинь Ксю список — какие вещи тебе забрать из дома? Или ты сам потом слетаешь? — Лучше скину, — подумав, согласился Дэн. — Наверно, не успею уже до отлёта. Дорожка мягко пружинила под ногами, серебристо-жёлтой змеёй извиваясь между седых кустов, едва слышно похрустывая под ногами чешуйками пылесборников. Кир покосился на человека и опять уткнулся взглядом в дорожку: рассматривать последнюю было безопаснее. Корпуса́ давно остались за спиной, кустарник становился все реже, сменяясь аккуратно постриженным газоном, а дорожка всё бежала вперёд, прямо к скалистому обрыву, под которым едва слышно шумела река. Кир поднял глаза и пропустил вдох. Обрыв был за периметром, отсечённый цифровым забором, пройти через который можно только с человеком. И погруженный в свои мысли хозяин шёл именно туда. Кир весь подобрался, стараясь даже дышать не так громко: главное не спугнуть, чтобы человек не сообразил, он же не видит этот забор, а дальше — одно движение и они уже не догонят. Внутри Кира спокойно уживались мысль пойти попросить взять его на станцию и уверенность, что человеку лучше не вставать на его пути, когда появится возможность бежать, не вызывая ни малейшего диссонанса. Такие эфемерные понятия, как честь и верность слову, вполне комфортно существовали в параллельной вселенной, не пересекающейся с вселенной Кира. Димка старательно пытался придумать, что сказать киборгу, но в голову упорно лезло «да не тронет тебя никто, здесь безопасно», но это он, кажется, уже говорил. Рисунок, который его все-таки заставила посмотреть Леночка, был просто классикой детской психологии: страшный и сильный абьюзер-отец, угрожающий маленькому забитому ребёнку. Хоть вызывай ювенильную полицию, по его, Димкину, душу! И хорошо бы парня успокоить, объяснить, что его хозяин на обед и ужин киборгами не питается, да и завтракать предпочитает другим. И вообще, все страшное уже закончилось, так сильно бояться нечего. С дерева спланировал полупрозрачный цветок, похожий на неизвестное науке насекомое, прямо на подставленную ладонь. Димка понюхал неожиданную добычу, поморщился от приторного запаха и закрутил головой, пытаясь обнаружить какую-нибудь лавочку — на ходу мысли в уставшей голове подпрыгивали в такт шагам, разгоняя нужные — зацепился взглядом за киборга и чуть не сбился с шага. Куда только делся напуганный пацан из кафе, рисующий схематичных человечков: рядом с ним беззвучной тенью скользил уверенный в своих силах хищник, почуявший кровь жертвы. Мелькнула мысль, что если бы в бытность работы в галаполиции Димке дали в группу такого киборга, он бы постарался избавиться от такого подарочка как можно быстрее: от него угрозой за километр веет! А своим ощущениям бывший коп привык доверять. Лучше уж совсем без киборга. Димка еще раз скользнул безразличным взглядом по блондину: натянутое как струна тело подалось вперёд, левая рука слегка отведена в сторону, сам держится чуть позади — да ему даже замахиваться особо не надо будет, чтобы отбросить от себя человека. Димка попытался понять, куда так рвётся киборг, понял и даже усмехнулся про себя: а ведь чуть не попался, ещё бы метров сто, и у парня было бы свободное для манёвра поле. А мальчишка не так прост, как показалось вначале, прав был Дэн. Глянул вправо — неподалёку параллельным курсом двигалась дежурная семёрка, и Димка волевым усилием подавил желание подозвать служебного киборга поближе. Если он сейчас проявит слабость, то потом с белобрысым зверёнышем ему уже не справиться. Таких, как он, надо либо крепко держать за холку, либо сразу убивать, не дожидаясь броска сзади, но не воспитывать же ребёнка топором! Остановился, взглянул в равнодушные голубые глаза и, постаравшись отогнать маячившую в памяти таблицу с базовыми характеристиками шестой модели, усмехнулся: — Туда хочешь? Кир, с неимоверным трудом удержав в горле бросившийся в зубы рык, тоже посмотрел на хозяина. Человек догадался и теперь откровенно издевался, презрительно задирая одну бровь. Кир никогда не боялся конкретного человека, ненавидел — да, опасался, но откровенного страха не было. От нового хозяина по спине бежала морозная волна, а холодный прищуренный взгляд заставлял втягивать голову в плечи и делать шаг назад. Он всегда был сильнее людей, и дело не в имплантах: люди видели в нём покорную машину, не допуская даже мысли о неподчинении — и в этом была их слабость, а его, Кира, сила. Хозяин не просто знал, на что способен «бракованный» киборг, Киру казалось, что человек видит его насквозь, может предугадать любое действие, как сейчас, например, а это значит он сильнее и опасней киборга. И этот инстинктивный страх только усиливал ненависть к хозяину, возводя её в бесконечную степень. Еще каких-то пару месяцев назад все страхи Кира имели бы под собой вполне серьёзный фундамент: если бы к Королёву первым попал киборг с таким личным делом, то он вполне серьёзно задумался бы над утилизацией такого интересного оборудования. А скорее всего решил бы сначала попытаться выяснить, что там в нейронных сетях закоротило, а потом — отключить киборга от греха подальше. Не то чтобы Димку волновал тот факт, что, судя по обрывочной информации, у парня руки в крови даже не по локоть, а по самые плечи — у капитана Королёва тоже было за спиной своё персональное кладбище, и призраки убитых по ночам на огонёк не заскакивали и тенями по углам не шарахались — а вот факт существования неуправляемой машины, способной всадить своему хозяину нож в спину, напрягал. Если бы, конечно, парень не пошёл на контакт. А интуиция подсказывала Димке, что этот — не пошёл бы. Повезло, что тогда первым к нему попал Дэн, и два месяца тесного общения вывернули ситуацию наизнанку, обнажив спрятанную под блестящей поверхностью ветхую стыдную подкладку. Сейчас Димка видел перед собой просто трудного подростка, способного доставить в будущем кучу проблем. За время службы в полиции бывший капитан достаточно насмотрелся на таких: брошенных, недолюбленных, озлобившихся на весь мир, понимающих только силу. Они сбивались в стаи, примыкая к сильному вожаку, и чаще всего так и оставались на дне, пропадая в тюрьмах и погибая в бессмысленных разборках. Единицы становились лидерами, сколачивая свои группировки, еще меньше находили в себе силы вырваться в нормальную жизнь. Могло ли получиться что-то толковое из такого киборга Димка не знал, но в жизни бы себе не простил, если бы не попытался что-нибудь исправить. — Ну, пошли, если хочешь… только без глупостей, нет времени за тобой бегать. — Димка развернулся и пошёл к реке, на полпути оглянулся, скептически окинул взглядом тупящего блондина и приказал: — DEX, следуй за мной.