На своей стороне

Весь полёт Кир то проваливался в мутный омут сна, то выныривал из него, судорожно пытаясь ухватить глоток свежего воздуха и отдышаться. И Димка каждый раз успокаивающе сжимал плечо, поправлял сползший спальник и пихал в руку бутылку с водой, которую успел пополнить из родника. Последний раз Кир проснулся, когда катер мягко опустился на площадку, и долго таращился на огни космопорта, пытаясь сообразить, куда они прилетели. Сообразил и выбрался из кресла вслед за человеком. Рюкзак Димка забрал себе, не обращая внимания на протянувшего руку киборга, — небрежно отмахнулся и легко забросил на одно плечо. Кир смирился, но для порядка перешёл в режим охраны объекта и пристроился позади: несмотря на ночь, люди вокруг были, и лучше подстраховаться. Тем более, что по правилам на Оккулте они обычные киборги, палиться не следует — это Дэн ещё по прилёту сюда объяснил. Грузовой терминал располагался чуть в стороне от основного входа, и Кир свернул за Димкой на подсвеченную зелёным дорожку: таможню ему предстояло проходить наравне с рюкзаком. Хорошо хоть, по упрощённой схеме, как «предмет личного использования». Желающих сдать груз в зале не было, и они быстро прошли к единственному работающему окошку. Скучающий молодой парень окинул их внимательным взглядом и недовольно скривился, смешно дёрнув большими, креативно расположенными почти перпендикулярно к черепу ушами. Кир едва удержался, чтобы не усмехнуться — вспомнил, как Рамзи шевелила ушами, дразня Сашку, а тот ругался и доказывал, что это спецпрограмма такая, иначе он тоже мог бы пошевелить. Надо ему рассказать, что люди тоже так умеют, а значит, не программа. Скорей бы уже до станции добраться. Таможенник тем временем принялся придирчиво изучать Димкины документы, так усердно хмурясь, что не только Димка почувствовал себя прожжённым контрабандистом, но и Кир заволновался. Документы, несмотря на то, что таможенник только на зуб не попробовал развёрнутое вирт-окно, оказались в порядке, и парень так же недовольно кивнул на сканер. — Жди меня на выходе, — приказал Димка, сгружая рюкзак на ленту траволатора. — Надеюсь, я быстро пройду. — И уже в спину шагнувшему вбок киборгу добавил: — А! Да, выполняешь все распоряжения сотрудников таможни в рамках необходимых процедур досмотра. Кир приказ подтвердил, но Димка уже шёл в сторону коридора, соединяющего «человеческую» и грузовую зоны. Проводив взглядом Димкину спину, Кир шагнул под рамку таможенного сканера и замер, позволяя высокой прямоугольной скобке описать вокруг него круг. Когда они сюда прилетели, его так тщательно не проверяли, а сейчас продержали под рамкой минут десять, и под конец парень даже вылез из-за стойки и поводил портативным сканером напротив его живота. Сканеру живот понравился, и он удовлетворённо замигал зелёным. А вот таможеннику, кажется, нет. — Эй, DEX! Шоколадку будешь? — В подтверждение своих слов парень вытащил из кармана батончик с весёлой заячьей мордой на обёртке. — Бери. — Данная процедура не входит в стандартные процедуры досмотра, — отказался Кир. Шоколадку ему точно не хотелось, у него ещё пирожки до конца не усвоились. Особенно последние, с вишней. — Вам необходимо запросить расширенные полномочия у лица с первым уровнем доступа. — Входит! Это новый метод досмотра… э-э-э… недавно появился. — Уровень правды десять процентов, — проинформировал Кир. Спалиться хотелось ещё меньше, чем шоколадку, и Кир немного разозлился: вот чего ему надо, не видит, что ли — киборг. Обычный. Просто чемодан с глазами, а чемоданы шоколадом не питаются. — Вам необходимо запросить расширенные полномочия у лица с первым уровнем доступа. — Да козёл он, твоё лицо с первым уровнем, — буркнул парень, но шоколадку обратно в карман сунул. — Урод, каких мало. Кир разозлился уже всерьёз, но сомневался, что Димка одобрит слегка тюкнутого в лоб таможенника. Чего бы он понимал, этот лопоухий! Сам он… козёл! — Офицер! Проблемы? С трудом подавив желание немного подвинуть таможенника в сторону, желательно хуком справа, Кир уставился бессмысленными глазами сквозь препятствие в форме. Парень скривился и процедил сквозь зубы: — Нет проблем. Забирайте своё оборудование. — Эй! Оборудование! Догоняй давай. — Димка наклонился и поднял подъехавший к его ногам рюкзак. Кир сорвался на бег, даже импланты подключил — правая нога норовила подломиться в колене и вела себя на редкость неприлично. Но полутёмный ангар был длинным, Димка ждал его на другом конце, и задерживаться на таможне, медленно хромая к выходу, совершенно не хотелось. Димка, не оборачиваясь, сунул пластиковую карточку в узкую щель приёмника, и выходная рамка приятным женским голосом уведомила, что он может забрать две единицы груза, не забыв пожелать приятного пути. Взлётное поле космопорта было совершенно темным, только светились указатели стоянок, да вдалеке сновали автопогрузчики, периодически высвечивая фарами спящие корабли. Для перевозки пассажиров были предусмотрены автокары, но их шаттл не относился к рейсовым кораблям, и Димка, недовольно посмотрев на опять прохудившееся небо, убыстрил шаг. Кир пристроился чуть позади. — Чего он от тебя хотел-то? — Сообщил, что ты козёл, — признался Кир. — Да? — меланхолично удивился Димка. — С чего бы это? Может, я его арестовывал когда… Хотя нет, такие уши я бы запомнил. — Шоколадку ещё предлагал… Димка споткнулся, изумлённо оглянулся на Кира и поудобнее перехватил рюкзак. — Он тебя что? Подманивал на неё? Я думал киберворы как-то иначе работают… Ты бы ему сказал, что тебя на горчицу подманивать надо… и можно без котлеты. — Ничего он не подманивал! — Возвращаться назад и выяснять, является ли таможенник кибервором, было бы совсем некстати. Кир даже пожалел, что сказал, — с Димки станется начать разбираться и арестовывать. А ему хотелось побыстрее уже попасть на тёплый шаттл, куда-нибудь сесть, хоть на пол, и вытянуть ноющую ногу. — Дурак просто… ушастый. Димка заржал, но комментировать не стал, шагнул в приветливо раззявленный шлюз шаттла и сразу прошёл в рубку. Там уже сбросил рюкзак на пол, заодно проведя рукой по голове и стряхивая мелкие бисеринки дождя. И, посмотрев на замершую с открытым ртом Киру, удивился: — Чего? Там всё мокрое, на станции высушу, потом домой заброшу… Ну, могу в каюту оттащить, если мешает. Кира мельком глянула на Димку и опять уставилась ему за плечо. — Красота инопланетная… Королёв, если Ларсен не спит, то я на твою жизнь точно не поставлю. Димка тоже обернулся и присвистнул. В ярком освещении рубки моментально стало понятно, почему он козёл. Лицо Кира напоминало хорошо отбитое и подготовленное для жарки мясо: черно-красные мазки наслаивались друг на друга, смешиваясь со стёсанными в кровь скулами. Лоб наискось пересекала глубокая царапина. Потрескавшиеся, с запёкшейся коркой губы были раза в полтора больше, чем обычно, и откровенно намекали, что по ним несколько раз прошлись кулаком, а потом ещё добавили ногой в армейском ботинке. И вишенкой на торте — узкие, заплывшие щели вместо глаз. Кисти рук, торчащие из длинноватых рукавов свитера, были выполнены в той же цветовой гамме, что и лицо. Как-то в сумраке это выглядело не столь… впечатляюще. — А мы можем не к офицерскому шлюзу пристыковаться? — А смысл? Не Ленка, так Кристинка тебя прибьёт. Или ты его решил медикам не сдавать? — Что? — Кир на всякий случай немного попятился и тоже покосился на свои руки. А потом упёрся языком в щёку, выпячивая, и постарался рассмотреть, что так удивило людей. Рассмотрел и насупился. Он не виноват, что «неудачная модель»! У него от любого тычка гематомы появляются. Это вон Рут хорошо — на ней, небось, синяки так не видно! — Меня о скалу стукнуло. — Ага, раз двести, — согласился Димка. И ласково поинтересовался: — Шоколадку хочешь? — Пить хочу, — признался Кир. Океан оказался на редкость солёным, и тех трёх литров воды, что он выпил за это время, было недостаточно, чтобы вывести всю соль из организма и справиться с последствиями обезвоживания. — Шёл бы ты в каюту лежать. Туда принесу. — А… — замялся Кир. — Можно я лучше тут? С вами? Димка неопределённо хмыкнул и приглашающе ткнул в капитанское кресло. Кир тут же скользнул вперёд, с наслаждением опускаясь на удобное сидение. Полежать было бы неплохо: организм был уверен, что по нему несколько часов туда-сюда бронетранспортёр ездил, не иначе. Но и оставлять этих двоих наедине не хотелось: они сейчас опять из-за него поругаются, а так он успеет вмешаться и отвлечь. Попить Димка действительно принёс — большую кружку чая, заодно прихватив одеяло. Кир уже почти согрелся, но в одеяло завернулся, жалея, что нельзя ещё и лицо спрятать. Сам Королёв занял место навигатора, только возмущённо хрюкнув в ответ на Кирино «ничего не трогай». — Дим, а что с Ханнесом?.. — Кир упихался чуть глубже в одеяло и глянул на Димку одним глазом. — Он поправился? — Поправился, — успокоил Димка. — Но если вы его ещё раз напугаете, я вам бошки пооткручиваю. Кир только кивнул, признавая право человека на откручивание их голов. Второй вопрос был куда сложнее, но задать его было всё равно надо, и Кир, спрятавшись в одеяло почти с головой, тихо поинтересовался из его недр: — А что с моей ротой?.. Бывшей… Димка насмешливо посмотрел на сгорбившуюся на капитанском кресле кучку и ответил, сделав ударение на второе слово: — С твоей ротой всё нормально. Сидят, тебя ждут. Завязывай рефлексировать, рота твоя, и все живы. Кучка вздохнула с таким явным облегчением, что фыркнула даже Кира, колдующая над пилотским пультом. — Кир, вылезай! Скажи-ка мне лучше, кто был инициатором кипиша? Кир повозился, но сел ровнее и неожиданно чётко заявил: — Я! — Та-а-к… — резко посерьёзнел Димка. — Давай-ка мы разберёмся, пока не взлетели. Вранья я больше не потерплю. Ты можешь мне прямо в лицо сказать, что я урод и сволочь, и тебе за это ничего не будет. А вот если будешь врать — прости, Кир, так у нас ничего не выйдет. — Я не вру! — отчаянно бухнул Кир и заспешил, боясь, что Димка сейчас опять решит какую-нибудь глупость: — Если бы я не сказал, что нас всех убьют, он бы не решил бежать. Это я их убедил. Я всё исправлю, Дим! Не наказывай их! — Он… Значит Курт… Успокойся! — Димка резко выбросил руку, останавливая подавшегося вперёд киборга. — И пристегнись. Сказал же, никого не трону. Мне просто надо понимать, кто у меня ещё, помимо тебя, бомба неисправная. Кир, хватит монстра из меня делать, в самом деле. Первая партия «гражданских» оказалась на редкость замороченной, и времени в последнюю неделю у Димки не было совсем. С трудом удалось выкроить десять минут, чтобы заскочить к мятежникам и сообщить, что они пока под арестом, убивать никого не будут, пусть сидят и думают над своим поведением. И да, игры и другие развлечения запрещены, можно книжки почитать. Три киборга внимали с истинным машинным смирением, а вот четвёртый, не таясь, смотрел с откровенной злостью. А в конце отрывисто поинтересовался, жив ли ещё Кир. И Димка, в принципе, был уверен, что зачинщика вычислил, только оставались небольшие сомнения насчёт девочки. Тоже несколько отмороженная. — Курт… — смирился Кир. — Я думал другой корабль захватить. На гасилке. Наших трогать не собирался, а он не понял. Решил, что удобный случай, и вот… — О! — Димка несколько раз открыл и закрыл рот, посмотрел на пилота и только после этого повторил: — О! Чёрт… я твоему Курту медаль дам, честное слово. Кир, ты… Нет, ты хоть понял, что сказал? — А что я сказал? — Кир, ища подмоги, тоже уставился на пилота, но та только вздохнула и покачала головой. — Кир! Если бы из наших кто пострадал — это ещё можно попытаться на тормозах спустить! Ну, кроме трупа… Всё-таки мы подписку давали, что осознаем опасность, и всё такое. Внутреннее расследование, компенсацию заплатили. А захват гражданского корабля — это же… — Димка витиевато объяснил, что именно. — Если бы об этом узнали вне компании — да проще было бы всю станцию ХБК залить, не разбирая, кто киборг, а кто человек. И сказать: нет никакой станции, вы что, вам показалось! А на вас бы охоту объявили. И поверь — даже биоматериала для исследований не осталось бы. И никаких доказательств наличия разумных киборгов. Пожалуй, смыться в каюту и отлежаться, прикинувшись тяжело больным, было бы неплохим вариантом, но он уже сидел, пристегнувшись, в кресле. Кир облизал потрескавшиеся губы, судорожно пытаясь придумать, как бы сделать так, чтобы Димка начал злиться уже на станции, а не пока они торчат на планете. — Я не подумал так… — Знаешь, лучше тебе вообще не думать, — сердито бросил Димка. — Я с твоими думалками до пенсии не доживу! Кира, мы лететь собираемся или как? — Куда? На пенсию? — флегматично поинтересовалась Кира, разворачиваясь к пульту и украдкой покрутив пальцем у виска. Королёв скорчил в ответ недоумённую мину. — Я коридора жду, транспортник садится. И ты не хочешь отложить воспитательный процесс? Вы мне мешаете. — Чем мы тебе ме… — Димка взглянул на Кира и чертыхнулся. Киборг сидел, вытянувшись по стойке смирно и сместившись почти на самый край кресла, — если бы не ремни, уже свалился бы. Заодно вцепившись в одеяло с такой силой, будто это был спасательный круг и бронежилет в одном флаконе. — Кир, о вас не должны узнать, понимаешь? Иначе я не смогу вам помочь. Это железное правило. Всё, расслабься и сядь нормально. Расслабиться по команде не получилось, но Кир выдохнул и, пытаясь отвлечь Димку от собственной персоны, уцепился за незнакомое слово. — А эта… пенсия, она где? Далеко? Димка изумлённо задрал бровь и хмыкнул. — Она когда! Лет через тридцать я планирую уйти на заслуженный отдых, лечь на диван и ждать, пока вы мне стакан воды подадите. — Я бы на твоём месте не рассчитывала, Королёв… Лучше сам бутылку захвати. — Кира активировала пульт. — Стартуем, мальчики. Пристегнулись? Пол под ногами едва заметно завибрировал, и Димка, почувствовав, как к горлу подкатывает ком, резко отхлебнул кофе. Почему-то он всегда тяжело переносил взлёт, несмотря на гравикомпенсаторы: тело изо всех сил хотело остаться на планете, а желудок, наоборот, рвался к звёздам. Да и пассажиром он летать не любил, предпочитая находиться за штурвалом всего, что движется. Но права у него были только «атмосферные», и шансов потеснить пилота не было, пришлось смириться. Димка, ещё раз пожалев, что до станции нельзя добраться на его аэрокаре, откинулся в кресле. Шаттл непринуждённо прошил густую кашу облаков, и на обзорном экране появился зелёный квадрат — туннель в астероидном поле. Кир на взлёт не обратил ни малейшего внимания, пытаясь осмыслить сказанное Димкой. Тридцать лет — это много. Очень много. Больше, чем жизнь. Кир попробовал примерить на себя такую кучу времени и не смог, не понял, что так долго можно делать. Хотя, если бы он родился человеком, он бы уже прожил две трети от этого срока… Интересно, каково это: столько прожить и знать, что впереди ещё целый океан времени? Кир был согласен и на половину — тоже очень много. А воды он мог и прямо сейчас принести, ему не сложно. Жалко, что Димка не знает, сколько живут киборги, если их не убивают… Может, Леночка знает? Шаттл незаметно скользнул в астероидное поле, только двигатели сменили тональность, заурчав чуть спокойнее. Кир смотрел на проплывающие мимо огромные булыжники, удерживаемые силовым полем, и чувствовал, как медленно отступает сковывающее обручем напряжение. Но до конца расслабился только, когда из-за нагромождения камней выполз бублик станции и начал медленно приближаться, заполняя собой экран.