На своей стороне

— Проходи, — приветственно махнул рукой Тор. — Пива? — Давай. — Кир поймал брошенную банку, покрутил её в руках и, не выдержав, поинтересовался: — А откуда? Здесь вроде не продаётся? Магазин в тюрьме был, но алкоголя там точно не было — так, кофе можно было купить или новую футболку. Лично он добросовестно покупал там раз в два дня упаковку сахара и иногда сливочное масло и шоколад — в отличие от армии, в тюрьме дополнительные пайки киборгу положены не были. Да ещё в последнее время система, наконец сообразив, в каких условиях планируют эксплуатировать организм, помимо вечных надоедливых сообщений о недостатке углеводов, затребовала ещё дополнительный белок, решив, что мышечную массу необходимо увеличить, чтобы уменьшить нагрузку на позвоночник. Пришлось купить ещё спортивного питания — оно тоже в супермаркете было. — Ха! Места знать надо! — Присаживайся, Кирилл, — кивнул Майкл. — За деньги можно купить почти всё, так что расслабься и отдыхай. Тор сказал, ты работать собираешься? — Собираюсь, — согласился Кир, открывая пиво. — А что, есть варианты? — Это смотря зачем ты хочешь работать. Деньги можно и не на шахте заработать. Деньги Киру точно были не нужны. Федерация платила заключённым минимальное пособие, да и денежные переводы с «воли» были разрешены. И Мэтта в первый же месяц выслала своему непутёвому ребёнку денежное содержание по верхней границе разрешённого. Кир даже написал Джону, что они шлют слишком много, тут тратить некуда. Только что выбранный губернатор сердито пояснил, что это совершенно точно не его проблемы — придумывать, куда Киру потратить деньги, он не будет, и пусть Кир не выпендривается. Кир послушался и настаивать не стал, в результате на его счету было больше, чем нужно, и зарплата шахтёра его интересовала не сильно. — Срок, — удивлённо пожал плечами Кир. — Иначе какой смысл был сюда лететь? После оглашения приговора Киру предложили на выбор четыре тюрьмы одного класса — сбежать было нельзя ниоткуда, но гарантированное уменьшение срока давали только планеты серии «Летум», и насильно сюда не отправляли, честно предупреждая, что самоубийство дело добровольное. Несмотря на совет адвоката, самую комфортную тюрьму на спутнике одной из метановых планет в дальнем секторе Кир забраковал сразу, заинтересовавшись концом списка — тут год считался за полтора. И выбирал между Летумом II и Летумом IV. Но если первая планета медленно убивала повышенной силой тяжести и быстро — холодом, то вторая отличалась ненормальным уровнем радиации. В принципе, значения были не критичными — он бы там два года спокойно продержался даже без защитных куполов, только вот ассоциации были неприятными, и Кир остановился на вечной зиме. — Везёт, — хмыкнул Санни. — У кого-то был выбор. — А у тебя нет? — Ну как же, они обязаны предложить варианты, только вот какая печаль — тюрьмы переполнены, и выбирал я между этой и дрянью на каких-то болотах: профита никакого, только комары размером с кулак. Кир попытался себе представить такого кровососа (наверное, белка в нём много!) и мысленно отмахнулся от системы — достала, он не виноват, что на Винса не похож, вот того да, специально для таких условий делали, а что у него самого кости хрупкие, он в курсе, завтра ещё упаковку этой белковой дряни купит. И даже выпьет. — Срок — дело серьёзное, — согласился Майкл. — Только учти, тут за любое нарушение могут эти льготы отменить. Горбатился ты месяц на шахте, потом косо на охранника глянул — и убрали у тебя этот месяц, будто и не работал. — Например, за это? — Кир ткнул пальцем в початую бутылку виски. — А это, Кирилл, — усмехнулся Майкл, — маленькие радости жизни. Сотня галактов начальнику смены — и он не заглядывает этой ночью в наш сектор. Ну и мы тоже к нему со всем уважением, никто же бунтов не устраивает, ведут себя тихо, порядочно, а мы, так сказать, присматриваем, конфликты решаем, начальство не беспокоим. Им хорошо и нам приятно. — А я вам зачем? — бухнул Кир, в упор рассматривая Майкла. Майкл в долгу не остался и взгляда не отвёл, только насмешливо прищурился, обдумывая ответ. — А я пока не знаю. За тобой месяц наблюдали, но так и не поняли, что ты такое. Прямо скажем, особо ты мне не нужен, охрана у меня и так есть, правда, Грым? — Ыыыы, — радостно подтвердил из своего угла питекантроп. — Да и не тронет меня тут никто. Считай, что мне просто любопытно, люблю знакомиться с интересными людьми. Да и симпатичен ты мне. Майкл не врал — Кир даже детектор подключил, ожидая ответа, но и без него было понятно, что правда. Вот только как относиться к этой правде — не понял. Он не загадочная зверушка, чтобы его изучать, и развлекать людей он тоже не собирался. — А теперь спроси, зачем мы тебе. — Ну и зачем? — А мы люди полезные, Кирилл, советом можем помочь, да и не советом тоже. Ситуации разные бывают, помощь — она каждому потребоваться может. — Мне не требуется. Кир спиной почувствовал повисшую в комнате тишину: люди будто замерли, забыв на минуту, как дышать. Майкл изумлённо приподнял брови, а потом вдруг захохотал. И все ожили, задвигались, а Тор покрутил пальцем у виска. — Ладно, молодёжь, развлекайтесь. — Майкл поднялся. — Пойду-ка я спать. Тор, как только дверь захлопнулась, перепрыгнул на диван к Киру и ткнул киборга кулаком в бок. — Ну ты даёшь! От таких предложений не отказываются, с ума сошёл, что ли? — Да от каких таких-то? — недовольно поинтересовался Кир. — Слушай, Майкл здесь царь — если он захотел тебе помочь, ты в шоколаде, парень. А если ты с ним поругаешься… ну, я тогда на тебя и галакта не поставлю, Майкл справедлив, но суров. — А охрана тут вообще мимо гуляет, что ли? — Ой, да какое дело охране до нас. Им главное, чтоб мы не разбежались, а сколько нас тут передохнет, никого не волнует. — Я ни с кем не ругаюсь, — отрезал Кир, поднимаясь. — И меня сложно… подохнуть. В камере Кир долго ворочался на кровати, а потом просто сел у окна, наблюдая за гуляющим лучом прожектора — он бы успел пробежать между полосками света, прячась в темноте, было бы куда бежать. Люди были непонятные, и зачем Майклу потребовалось опекать арестованного киборга, разобраться не получалось. Ну, он же не Димка, чтобы спасать всех, кто под руку случайно подвернётся. Или этот тоже больной на всю голову? Утром Тор как ни в чём не бывало занял место в столовой напротив Кира, слегка подвинув его поднос. Кир на такое самоуправство не среагировал, смирившись с тем фактом, что, похоже, рыжие будут вечно присутствовать в его жизни, и также вечно доставать. Осталось только дождаться, пока Тор его ещё и воспитывать начнёт. — Ты чего опаздываешь? — Кир отодвинул от себя пустую тарелку и взял кекс — пренебрегать углеводами тут было нецелесообразно. — Или ты сегодня не работаешь? — Я и завтра не работаю, — жизнерадостно уточнил Тор. — У меня временный медотвод. Тяжело переношу гравитацию, никак не приспособлюсь. Кир чуть не подавился раскрошившимся во рту кексом, вспомнив вчерашнюю тренировку: впечатления еле ползающего под непомерным гнётом силы тяжести Тор не производил совсем. — Ты попроси Майкла, и тебе можно будет сделать. — Я здоров, — буркнул Кир, проталкивая кекс компотом. — Я не понимаю, если ты не хочешь работать, то чего ты вообще сюда прилетел? Тоже выбор был между снегом и комарами? — Дурак был, — признался Тор. — Думал срок сократить. А потом понял, что я быстрее в инвалидную коляску сяду, чем отсюда выйду. Не знаю, что там у тебя с костями, может, они у тебя титановые, а я насмотрелся, каким народ из шахт вылезает. Да ещё и завалить может. А контракт уже подписан — так что два года мне ещё тут торчать, а потом можно прошение подать, чтобы перевели куда потеплее. Так что ты подумай насчёт справочки — отсидишь с комфортом. Ответить Кир не успел: на противоположной стене развернулось вирт-окно, и человек в форме обвёл взглядом полупустую столовую. — Королёв тут? — Я, — вскочил Кир. — Доедай и иди к первому шлюзу. У шлюза жди сопровождающего. Выполняй. Кир посмотрел на пустой поднос и, убедившись, что доедать ему нечего, понёс грязную посуду к траволатору, жалея, что не успел выпить кофе: банка растворимого у него стояла в камере, это разрешалось, а кипяток можно было из столовой прихватить. Первым шлюзом заканчивался длинный коридор, ведущий из сектора в административную часть, где обитала дежурная смена охраны и находился медпункт. Скорее всего там было что-то ещё, но Кира до этого вызывали только на медобследование, да ещё в пару кабинетов, а провести экскурсию по остальной части как-то не догадались. Кир остановился у красной черты и, повернувшись к стене, упёр руки в нарисованные красные круги — порядок он уже знал, только все принимаемые меры безопасности были рассчитаны на людей, что киборгу четыре метра до шлюза, заложник даже сообразить ничего не успеет. Неожиданно стало интересно: а какая должна быть тюрьма для киборгов? Ну вот, например, если сейчас опустить за спиной нормальной толщины решётку, то обезопасить охранника вполне реально, с другой стороны — они же её вынуждены будут поднять, а значит, киборг опять получит доступ к человеку. За спиной зашумел, открываясь, шлюз, и в коридор вышла семёрка — тоже неплохо. — Следуй за мной, — приказал киборг, закончив сканирование и не обнаружив у Кира ничего запрещённого. Кир послушно шагнул в тамбур и остановился рядом со своим конвоиром, покосившись на равнодушного киборга. Никаких внятных подтверждений, что семёрки могут быть разумными, они за два года так и не получили, но заключение криминалистов, расследующих гибель директора DEX-компани было однозначным: Марко Бруно убила собственная семёрка. Сашка тогда предположил, что разум есть, но семёрки не могут взять контроль над собственным телом. Димка, выслушав их хакера, матерился долго и громко, а потом зло пообещал никаких киборгов в качестве живого щита больше не использовать. Кир мог бы тогда позлорадствовать, припомнив старый разговор, но не стал: иметь под боком зомби, намертво замурованных в своём теле, да ещё с характеристиками, прилично превышающими его собственные, откровенно не хотелось. Второй шлюз, наконец, открылся, и Кир, подчиняясь команде, свернул в правый коридор, ничем принципиально не отличающийся от коридоров в их секторе: те же бледно-жёлтые стены, квадраты световых панелей, и стрелки указателей на полу. Только двери были не из белого пластика, а имитирующие дерево. — Заключённый Королев по вашему приказу явился. — Кир замер по стойке смирно и уставился на начальника тюрьмы немигающим взглядом. — Садись, Кирилл. — Невысокий подтянутый человек с раскосыми глазами произносил «р» мягко, будто перекатывая букву во рту. — Кофе хочешь? Двадцать минут назад кофе хотелось, а сейчас почему-то резко расхотелось, несмотря на то, что в кабинете стояла кофемашина, а не жестяная банка с дерьмовым кофе, оставляющим во рту кисловатый привкус. Стоящий у окна человек Киру не понравился с первой встречи: то ли странно неподвижным лицом — будто маску надели, то ли формой, резко подчёркивающей, что они с Киром по разную сторону забора. — Нет. Водно-солевой баланс в норме. Необходимость в психостимуляторах пуринового ряда отсутствует. Александр ошарашенно моргнул и уставился на блондина с интересом. В самом начале ему позвонил угрюмый темноволосый мужик и начал долго и нудно объяснять, что Кирилл обычный человек, только немного сильнее и быстрее… ну ладно, не немного, но основного это не отменяет — он в первую очередь человек, а во все остальные — киборг. В конце концов, правда, суть объяснений свелась к банальному: если с парнем что-нибудь случится, я вашу тюрьму по соседним секторам раскатаю. Александр повеселился — за десять лет управления тюрьмой кто только ему не угрожал, начиная от самих заключённых и их родственников и заканчивая очень влиятельными людьми, чьи интересы вдруг оказались под угрозой, в связи с арестом их компаньона. Иногда приходилось идти и на уступки, изворачиваться, но темноволосый явно собрался лично бить ему морду, а значит, угрозы не представлял, и дёргаться повода не было. Но на всякий случай изучил все материалы, имеющиеся в свободном доступе — скорее пытаясь понять, что за коробочку с сюрпризом к ним прислали и, самое главное, когда из неё выскочит чёртик. Наличие у киборга естественного интеллекта не оспаривалось, а вот симбиоз с искусственным вызывал обоснованные опасения. — Ну как хочешь, а я выпью. — Александр сделал себе кофе, с наслаждением принюхался и небрежно поинтересовался: — Я смотрю, ты с Майклом подружился. — Это запрещено? — любопытства в голосе киборга было примерно столько же, сколько у кофеварки, когда она интересовалась необходимым количеством сахара. Хотя нет, у последней существенно больше. — Нет, просто мне кажется, это не та компания, которая тебе нужна. Кир вежливо помолчал. — Майкл не очень хороший человек. — Александр постарался прогнать мысль, что он общается с киборгом из охраны — лицо блондина было совершенно неподвижно. — Мне бы не хотелось, чтобы ты… помог ему в чем-нибудь незаконном. Ты же не хочешь, чтобы тебе накинули ещё лет пять или десять. Кир ещё раз вежливо помолчал, не понимая, что именно начальнику тюрьмы надо. Если тот был не в курсе ночных тусовок заключённых, то Кир его просвещать точно не собирался, а если в курсе — то вообще не понятно, в чём претензии. — Кирилл, если тебе угрожают или у тебя какие-то неприятности, я могу помочь. — Мне сложно угрожать. — Человеку, наконец, удалось выбить из киборга эмоцию — Кир посмотрел на него удивленно-насмешливо. — Кирилл, — скривился Александр. — С любым киборгом можно справиться. Не надо думать, что ты неуязвимый и бессмертный. Если ты мне не доверяешь, можешь к нашему психологу обратиться. Посоветоваться. — Я обращался. В соответствии с регламентом пребывания заключённых в тюрьме. Кир действительно в положенное время явился на собеседование. Маленький, уставший от жизни человек, давно засунувший на дальнюю полку идею перевоспитания местных обитателей в связи с её фантастичностью, развернул вирт-окно и предложил рассказать, что его пациент там видит. Кир прилежно изучил криво заштрихованную кляксу и честно сообщил, что видит две тысячи триста восемьдесят пять отрезков разной длины, расположенных в рандомном порядке, иногда пересекающихся под произвольными углами. И одну кривую замкнутую линию. Чем вывел психолога из летаргического сна. Человек развернул экран к себе, некоторое время шевелил губами (наверное, пытаясь сосчитать штрихи), потом махнул рукой и отпустил. Больше вызовов к психологу не поступало. — Ладно. Не хочешь, дело твоё. Но я всё-таки тебя предупреждаю — в твоих личных интересах, если ты узнаешь что-то... существенное, лучше мне сообщить. — Уточните критерии информации, которую мне необходимо вам сообщить. Для верной её идентификации. — Дело твоё, — неожиданно согласился Александр. — Моё — предложить тебе… по-хорошему, а тебе решать дальше. У тебя заканчивается карантин, жалобы на здоровье есть? Обследование проходил? — Нет. Да. — Хорошо, с завтрашнего дня ты в двенадцатой бригаде. Сегодня получишь тёплую одежду, и в восемь утра ждёшь вызова у третьего шлюза. Первый месяц работаешь пятьдесят процентов времени, то есть через смену. — Я могу полную, — недовольно отозвался Кир, понимая, что урезанная смена удлиняет срок — точнее, не даёт его сократить по максимуму. — Я не человек, я уже говорил вашему врачу, что мне не нужна адаптация. — Мы не будем менять регламент ради одного киборга. Адаптация положена всем. Если у тебя больше нет вопросов — можешь идти.