На своей стороне

Полковник Ли был недоволен. Прищурив и без того узкие глаза, он в упор рассматривал вытянувшего руки по швам Кира и молчал. — Так значит, Майкл ни с кем не встречался? — пришёл на помощь своему начальству сидящий в кресле майор. — Уверен? Кир не знал, что он собирался услышать, ползая по потолку. Что Майкл собирается взорвать город? Перебить всю охрану в тюрьме и половину заключённых в придачу? Готовит теракт на соседней планете? Наверное, это было бы идеально — он бы передал такую информацию полковнику, не задумываясь. Просто потому, что когда в море падают астероиды — это плохо. А когда они падают по воле человека — надо устранить человека и плохо не будет. А еще помнил, что заложенная в городе бомба означает, что какой-нибудь киборг пойдёт её нейтрализовать, с приказом в один конец. Но Майкл всего лишь собирался сбежать. Кир точно знал: если бы его самого посадили сюда пожизненно, он бы нашел способ выбраться из клетки. Лучше всю жизнь бежать, чем сидеть в капкане. И Майкла он понимал. — Да, — равнодушно повторил Кир, смотря мимо людей. — Он был в кальянной. Сначала один, потом вызвал девушку. Затем зашёл в ресторан. Один. И ещё три часа играл в рулетку. Там были другие люди, но я не видел, чтобы он разговаривал с посетителями. — Не надо со мной играть, Кирилл, — процедил Александр. — Не думай, что ты умнее. — Я не играю, — огрызнулся, не выдержав, Кир. У людей была одна очень удобная опция, но он её так и не освоил — не получалось у него толком врать. Он всегда предпочитал просто не отвечать на вопрос, но сейчас отмолчаться никак не выходило. Зато у него было одно явное преимущество перед людьми. — Можете меня через детектор прогнать. — Забываешься, Королёв! В следующий раз чтобы была запись! Свободен! *** — Ну чего ты разошёлся, Алекс? — развёл руками майор. — Может, не врёт парень. — Врёт, — припечатал Александр. — Спинным мозгом чую — врёт. И что значит «вы не просили записывать, вы просили посмотреть»? Издевается. — Ну врёт, ты-то чего в это дело лезешь? Пусть федералы агента присылают, это их работа. — Хочешь ещё одного в криокамере вернуть? — Алекс раздражённо дошёл до двери и, развернувшись, двинулся к окну, ступая совсем бесшумно, почти по-кошачьи. — А потом, мне не нравится, когда меня водят за нос в собственной тюрьме. Нам бы получить запись разговора, и Майкл не отвертится. — Ага, а ты заодно медаль получишь, — насмешливо протянул майор и демонстративно стукнул себя по груди, показывая, куда именно начальнику её повесят. — А потом с чистой совестью на заслуженный отдых. — Этот киборг просто подарок судьбы, — не обратил внимания на подколку Александр. — Только вот хреноватенький какой-то подарок. — И что думаешь делать? Александр, добравшись до окна, резко крутанулся на пятках, разворачиваясь к подчинённому. — Аргументы буду искать… поубедительней. *** Кир, смяв под головой подушку, безразлично таращился в потолок. Записать он может, только вот если Майкл опять с кем-нибудь встретится — что делать? Так почистить запись, чтобы все поверили, — это Сашка нужен, сам он только уничтожить информацию может, а не смонтировать. Или наплевать на предупреждение и всё-таки поговорить с Майклом? Пусть спокойно походит, а Кир позаписывает, только тогда придётся сказать, что в этот раз он уже записывал… И выходит, что Майкл его опекал, конфликт с местными погасил — без него бы Кир точно загремел в карцер за драку или ещё что хуже, — а он его собирался сдать. Вот просто так. И, глядя в глаза, придётся это признать. Тихо звякнул сигнал отбоя, и почти одновременно с ним щёлкнул замок на двери. Кир выдернул из-под головы подушку и плюхнул её себе на лицо. Он не пойдёт сегодня, у него ещё есть время подумать. А сейчас - спать... — DEX, подъем! Кир подпрыгнул на кровати — это ж надо было так заснуть, чтоб не услышать, как дверь открылась, — и уже хотел запустить подушкой в Тора, но в последней момент удержался. Посмотрел на гостя, поднялся и замер в предписанной правилами позе: в дверях стоял долговязый сержант, за его плечами маячила семерка. Охранник подошел, криво усмехнулся и молча ударил в живот. Кир, ошарашенно приоткрыв рот, сделал шаг назад, и рука вхолостую зацепила пустоту. — Посмотрим, насколько ты тут крутой, — процедил охранник, сплёвывая на пол. — DEX, держи его. — Физические наказания запр… — не договорил Кир, семерка шагнула вперед, резко выворачивая ему руки и заставляя наклониться вперед. В следующий момент кулак прилетел в лицо — Кир успел повернуть голову, подставляя щеку. — На колени его, — резко скомандовал человек. Кир послушно упал — удар у семерки был куда сильнее, сопротивляться, рискуя выбитыми коленями, глупо. Еще на станции Кир уболтал Сашку и Дэна провести спарринг с семёркой. Дрался он, Сашка накатил служебному киборгу тренировочные программы, а рыжий должен был прикрыть от Королёва если что. Семерка работала без травматичных приёмов, Кир тоже не собирался портить оборудование и был уверен, что в таких условиях у него есть шанс если не на победу, то хотя бы на благородную ничью. Через пять минут боя уже надеялся просто продержаться приличное время до нокаута. А через десять всех тормознул Дэн, заявив, что не собирается Димке предъявлять труп Кира, ему жить охота. Сейчас стоящий за его спиной киборг никакими ограничениями отягощен не был, и статус Кира позволял ему просто уничтожить зека при угрозе охраняемому объекту. Руки семёрка не отпустила — ну правильно, приказ не отменялся — и Кир почти повис на вывернутых плечевых суставах. Человек ударил ногой, и тяжелый ботинок впечатался в бедро, потом в живот, опять кулаком в лицо, и на экране побежали строчки, сообщающие о повреждениях. — Попроси прощения — отпущу, — глумливо протянул сержант, поглядывая на Кира с интересом профессионального мясника, прикидывающего, что первое отрезать от этой тушки. — Давай, только вежливо… Ничего страшного в извинениях Кир не видел, он бы ещё в вездеходе извинился, но тогда не осталось сил. И сейчас мог попросить прощения, если бы человек ему это сразу предложил. Но он не попросил. Он ударил. Кир сплюнул кровь на пол, провел языком по разбитым губам и процедил: — Да пошёл ты. Удар пришёлся в нос, и кровь брызнула фонтаном, заливая лицо и капая на пол. Всё-таки он на редкость неудачная модель, и куда только производители смотрели. Программа настойчиво требовала перейти в боевой режим, подсвечивая красным уязвимые точки на теле человека: он мог его достать даже из такого положения. Семёрке приказали держать, а не фиксировать, и секунда на один удар у него есть. Правда, в следующий момент ему свернут шею, но программу такие мелочи не волновали: человек был однозначно идентифицирован как враждебный объект, и его было необходимо нейтрализовать. — Что, семёрка это тебе не волки, да? Слабо тебе? — Слабо, — согласился Кир, восстанавливая дыхание: три удара пришлись на ребра и один в солнечное сплетение. — А тебе-то что? Ты-то не семёрка. Один струсил прийти? Разозлить сержанта удалось. Сначала Кир просто считал удары, предугадывая куда прилетит следующий и пытаясь отвлечься, а затем перестал, сосредоточившись на главном: не дать процессору перехватить управление телом. Джон оказался прав, чем старше они становились, тем хуже вёл себя собственный организм, становясь всё более человеческим. А человеческий мозг, в качестве основного бонуса, преподносил своему владельцу шикарный подарок — этот самый мозг легко можно было сломать. Оказалось, что если тебе не случайно пяткой в висок попали, а целенаправленно бьют кулаком в голову, то находиться в сознании — ещё та задача. С каждым ударом это удавалось все хуже, сознание норовило убежать и спрятаться, а система становилась всё настойчивей, истерично предлагая боевой режим — в конце концов, DEX он или где? — Ну что, DEX, как тебе быть слабее? Нравится? Кир с трудом поднял голову и, посмотрев на человека, сдавленно прохрипел: — Уходи… Если отключусь… Ты умрешь… — Ага, щаз. — Охранник наклонился совсем низко и прошипел: — А если надумаешь пожаловаться, твоим друзьям будет куда хуже, чем тебе, они, небось, не такие прочные. Кир дернулся, и человек шарахнулся в сторону от полыхнувших красным глаз. А потом ударил, мстя за пережитый страх. Развернулся и вышел, скомандовав семерке идти за ним. Киборг равнодушно переступил через свалившееся мешком тело. Тор нашел его через сорок минут — просто зашел поинтересоваться, чего приятель не идет кино смотреть, договаривались вроде с утра. — Кир! Ты чего? Ты живой? — Тор шлепнулся на колени, рывком переворачивая тело, и… отлетел в сторону, удачно затормозив о стену. — Рехнулся?! — Рыжий потер отбитый затылок и покосился на дверь, прикидывая как бы безопасней выбраться. — Никогда… не подходи… к боевому киборгу… без сознания. — Кир встал на четвереньки, постоял, одним рывком поднялся и шагнул к санузлу. Склонился над унитазом, и его вырвало. — А сейчас уже можно? — Тор шагнул вперед, опасливо держась на безопасном с его точки зрения расстоянии. — Что за нахрен вообще? — Гости были. — Охрана… — уверенно протянул рыжий, шагая ближе. — Вот уроды! Кир отстранённо подумал, что хоть кто-то еще за него волнуется — Тор откровенно злился. — И семёрка, — коротко уточнил Кир, засовывая голову под кран. Холодная вода обожгла лицо, зато в голове немного прояснилось. Ненадолго. Кир немного понаблюдал, как розовая вода закручивается в спираль, скользя по белому пластику, чтоб потом исчезнуть в сливе, и выпрямился. — За меня держись, — сердито скомандовал Тор, ловя пошатнувшегося приятеля. Кир подумал и оперся на рыжего. До кровати добрались вдвоем. — Тебе к врачу надо… — Рыжий подтянул к себе стул. — Вдруг что сломано. После того, как Кир закрыл Димку от десантного майора, Джон экспериментальным путем выяснил: имплантов в организме киборга имеется конечное значение, и они не размножаются. В результате новые ткани оказываются без усиления. Чем больше ранений, тем больше износ, и тем хуже работает киборг. Вот и сейчас — сломаны те ребра, что выращены после того боя. Сержант предпочитал левую ногу… — Два ребра, ключица, трещина в малой берцовой. Нос сломан. Повреждения мягких тканей. — …ц, — ошарашенно согласился с диагнозом Тор, с тревогой вглядываясь в лицо Кира. Лицо было красивое: вместо глаз узкие щели, кожа на скуле и лбу рассечена, нос распух. А губы вообще похожи на что угодно, только не на губы. — Вызвать охрану… чёрт. — Не надо. Пройдет. — Он сказал за что? — Потому что мог. — Кир попытался усмехнуться, но удалось лишь оскалиться окровавленным ртом. В армии он часто сталкивался с таким — ударить, пользуясь властью человека над киборгом, без причины, просто демонстрируя силу, срывая злость. За три года мирной жизни он почти забыл, что так бывает. Королёв мог ударить, например, влепить Сашке подзатыльник или Киру врезать, а то и влезть в разборки киборгов — тогда могло прилететь и правым, и виноватым. Но никогда Королёв не бил, пользуясь правом хозяина. Кир ни разу не видел, чтобы Димка даже в шутку замахнулся на того, кто не мог ему ответить хотя бы словами. Даже больше — нарваться на альтернативную «воспитательную беседу» было почётно, это означало, что хозяин признал в тебе равного себе, разумного, способного правильно оценить происходящие. Сейчас его вернули в настоящий, не сказочный мир. — А делать-то что? — Спать. — Кир закрыл глаза, почувствовав, как к горлу опять подкатила тошнота — при попытке сфокусироваться на приятеле комната начинала кружиться в безумном танце, пытаясь опрокинуть на них потолок. Тор неуверенно потоптался и бросился к выходу. Но не успел Кир облегчённо выдохнуть, как тот влетел обратно, таща за собой Майкла. И завопил с порога: — У него ребра сломаны! Майкл, нахмурившись, встал около кровати, и Кир только неопределённо дёрнул плечом — да, я знаю, что ты предупреждал, но говорить об этом не хочу. — Почему от врача отказываешься? — Не хочу объяснять, как я упал. — А если совсем плохо станет? — Не станет. За окном пробежал луч прожектора, на секунду раскрасив пластик бликами, и опять стемнело. Майкл посмотрел в окно, опять на Кира, скривился и кивнул: — Ладно… Про работу не волнуйся, я добуду тебе освобождение. И Кирилл… если станет хуже, ты пойдёшь к врачу, понял? И Тор тут подежурит. — Выходной завтра, — отказался Кир и, поняв, что от него не отстанут, добавил: — За сутки лучше станет, я хоть и шестёрка, но всё-таки киборг. Всё нормально будет, мне бы отдохнуть просто. Майкл вдруг зло врезал кулаком по столу, заставив стоящую на нём кружку испуганно подпрыгнуть, а Кира — открыть глаза. Меряющий шагами расстояние от душа до стенки (как раз два с половиной шага) Тор остановился и испуганно уставился на старшего. — Это хреновый совет, но я всё-таки его дам. Лучше молчи. За жалобу могут отомстить сильнее. Кир опять закрыл глаза и попросил: — Тора уйми, а? Чего он мельтешит. И свет потушите.