На своей стороне

В воздухе слоистым облаком висела мутная дымка — натужно гудящая вентиляция пока ещё не всосала оставляющий мерзкий химический привкус в горле дым. На чёрном полу и серых стенах виднелись неровные штрихи подпалин и подтёки пластика, а в дальнем углу потрескивали и мигали световые панели, попавшие под случайный луч. Огромный ангар, увенчанный непрозрачным куполом, в ходе пятиминутного боя пострадал не сильно. Про людей того же сказать было нельзя. Киборг двигался слишком быстро, практически смазываясь в тень, и кому из его противников повезло, а кому не очень, в ходе боя определить было сложно. Да и внимательно следить за разворачивающейся баталией у Алекса желания не было — куда важнее было не оказаться в её эпицентре. Зато сейчас можно было оценить последствия. Чуть поодаль двое — то ли без сознания, то ли трупы. У торчащего в центе ангара корабля Майкл, в залитой кровью водолазке, морщась, держится за ногу — живой, но попыток дёрнуться и что-то изменить не предпринимает, похоже, киборг серьёзно его зацепил. Ещё одного было видно частично — только ноги в тяжёлых ботинках рядом с трапом, а последнего не видно вовсе, зато слышно: протяжные басовитые стоны, скорее подходящие раненому зверю, нежели человеку, гулким эхом ударялись о стены полупустого ангара и замирали где-то под крышей. Алекс посмотрел на груду оружия у себя под ногами (киборг что, все трофеи методично отправлял в его сторону?) и повторил: — Я бы так не сказал. Стефана зацепило. Макс, иди сюда. Максим, сильно сжав локоть Кира и тут же его отпустив, бросился обратно и склонился над скрючившимся на полу капитаном. А потом принялся быстро расстёгивать то, что осталось от форменной рубашки. Последствия встречи человеческого тела и луча бластера, особенно когда этот самый луч наискось цепляет брюшину, вспарывая кожу и мышцы, а затем прожигает внутренние органы, доктор представлял хорошо, только вот предсказать, в какой полости организма сейчас скапливается кровь и сколько ещё продержится человек, не мог. Как не мог лечить такое наложением рук, предпочитая нормальные хирургические инструменты и лекарства. — Алекс, отключай андроидов. Его надо срочно в медпункт. А лучше в криокамеру. — Максим, не получив ответа, сердито обернулся. — Алекс! Александр молча отвернулся и пошёл к кораблю. Зато отозвался лейтенант: — Из ангара нельзя отключить, только с пульта. Мера предосторожности, чтобы избежать захвата извне. Как только они закрыли шлюз, автоматически активировалась система охраны. — Рик беспомощно посмотрел на торчащую в стене камеру и добавил: — И в дежурке нас сейчас не видят. — А на корабле есть криокамеры? Александр молча стоял перед закрытым шлюзом транспортника. Если бы он принадлежал к какой-нибудь религиозной конфессии, то, наверное, обратился бы к своим богам, чтобы те разобрались с чужими, враждебными, обеспечившими им такую качественную подлость. Но подполковник был махровым материалистом и наличие высших сил не признавал, а как ещё решить возникшую проблему не знал. Луч выбрал из всей немаленькой обшивки корабля квадрат с диагональю в десять сантиметров. Дурацкая случайность, защитный кожух был открыт, и сейчас разбитые вдребезги микросхемы дымили, потрескивали и в изнеможении плевались голубоватыми искрами. Зато шлюз корабля был закрыт и теперь уже намертво. Тут даже андроид не поможет, не то что киборг. Помог бы промышленный лазерный резак, но его они совершенно случайно взять забыли. — Алекс! — Доктор возмущённо уставился в неподвижную спину начальства. — Макс, на корабль не попасть. Посмотри, что есть в аварийном боксе. Максим непонимающе зашарил взглядом по ангару, потом понял и кинулся к противоположной стене. Рывком отдёрнул дверцу в сторону — та с грохотом улетела в стенку, открыв встроенный шкаф, — и замер, изучая скудный ассортимент. Противопожарная установка, бесполезный на текущий момент пульт связи с базой и аптечка. Ну хоть что-то… Метнулся обратно, на ходу раскрывая кофр с нарисованным на боку красным крестом и болезненно кривясь: дежурная аптечка была рассчитана на порезанный палец и лёгкие ожоги. Можно ещё жгут наложить. Хорошо хоть обезболивающее есть. — По поверхности не пройти — до конца расщелины почти двести километров, и за месяц не обойдёшь… — Александр уже понимал, что тупик вышел знатным — вряд ли капитан сможет подождать, пока циклону наскучит буянить, и он куда-нибудь сдвинется, открывая воздушный коридор. — Я пойду через туннель, — решительно вскинулся лейтенант, но тут же сник. — Я попытаюсь. — Ага, — согласился Александр. — И давно ты двигаешься быстрее андроида? Точнее двух? Макс, остальных проверь. И кстати, связать бы их хорошо. Рик, займись. Кир, продолжая стоять на коленях, наблюдал, как доктор, вколов капитану какое-то лекарство и уложив того поудобнее, подошёл к Тору. Прижал пальцы к шее и коротко качнул головой. А затем, в сопровождении вооружившегося лейтенанта, направился к неподвижно валяющемуся Джеку. Кир и так мог сказать, какие у кого повреждения и кому нужна срочная помощь. Например, у капитана, похоже, началось внутреннее кровотечение, и он скоро потеряет сознание, если не принять меры. А остальные — он помнил, куда бил — вполне могут потерпеть. Но его не спрашивали, и он молчал, готовый, что в конце обхода лейтенант подойдёт к нему, чтобы стянуть ему руки его же ремнём за спиной. — Ты не коп! Кир, чуть заметно вздрогнув, повернулся к Майклу. Рик уткнул бластер тому в голову и, судя по закаменевшему лицу, вряд ли задумается перед тем как выстрелить, а доктор, закончив сосредоточенно щупать коленку, переключился на проткнутое ножом плечо. Но Майкл не обращал на них внимания, глядя с каким-то удивлённым презрением на Кира. — Не коп, — подтвердил очевидное Кир. Коп бы сейчас пытался придумать, как выбраться из ангара, а не стоял с заложенными за голову руками. — Тогда почему? — Майкл дёрнулся и зашипел сквозь зубы. — Поосторожнее, доктор! — А вы бы заткнулись, Майкл, — невозмутимо посоветовал Максим и, убрав баллончик с кровоостанавливающим гелем обратно в кофр, поднялся. — Жить будет. Вяжи его, Рик, чтоб не дёргался. Кир закрыл глаза и отвернулся. Что он мог ответить Майклу? Что когда-то давно — кажется, тогда он делал уроки, уже смешно — один человек сказал, что нельзя просто так убивать людей? И вспоминал странного генерала, выступившего против всей армии Федерации, чтобы спасти совершенно ненужных ему людей. Тогда он, Кир, так и не понял, в чём суть. А сейчас неожиданно дошло, человеческая логика совсем не сложная. Это же совсем просто — нельзя просто так убивать людей. Нельзя и всё. И смотреть, как убивают, тоже не получается. Вот такая ерунда. А ещё в голову с опозданием на месяц пришла другая простая мысль: он опять всех подставил. Как только репортёры узнают, что разумный киборг практически возглавил побег из тюрьмы, да ещё с жертвами — поднимут такой вой, что законопроект сенат может и отозвать. И Мэтта опять окажется на нелегальном положении. Не сможет Тоха тогда официально пойти работать к Димке, а Рут учиться. И всё из-за него. Несмотря на предупреждение доктора, он сломал будущее не только себе, но и всем остальным. И его уже не починить. Лучше бы его просто убила семёрка — что ему стоило дождаться? Всем было бы куда проще. У стены тихо застонал капитан, и Кир упрямо закусил губу. Королёв бы не стал сидеть и ждать, просто не смог бы. Наплевал бы на отрицательные шансы и полез всех спасать. Просто потому, что по-другому не получается. — Я пойду. — Что? — Полковник отвлёкся от бессмысленных тыканий в пульт связи и обернулся. — Я пойду, — повторил Кир. — По улице? — недоверчиво уточнил полковник. — По улице не успею. Попробую пройти туннель. — И давно ты умеешь не дышать? — сердито поинтересовался Алекс и приказал: — Так, поднимайся, хватит памятник изображать, иди лучше помоги лейтенанту их всех связать. — С рождения. — Кир встал, но помогать лейтенанту не пошёл — тот и сам нормально справлялся. — Я попробую дойти. Расскажите, что там. Вакуум? Полковник выругался, глянул на капитана, на Кира, ещё раз на капитана и отошёл от пульта. — Нет там никакого вакуума. Откуда, мы же не на астероиде, просто газ. Наверное, химики могли бы рассказать поподробнее, но Алекс знал только название — ангулат. Как именно он синтезировался в недрах Летума, полковнику было неизвестно, инструкция об этом умалчивала, информируя только о последствиях для человека — при высокой концентрации поражение лёгких вплоть до отёка наступает в течение трёх минут. Ещё через пять — смерть от удушья. Транспортная капсула, имея свою систему генерации воздуха, проезжала нормально, а человек, вздумай он прогуляться там без скафандра, далеко не уйдёт. По этой же причине туннель не охраняли киборги — там только андроидам было комфортно. — Чего-то вы перемудрили, Алекс, — неодобрительно откликнулся Максим, накладывая повязку продолжающему стонать Грыму. — Вы бы ещё туда мин накидали. Газ-то зачем? — А я-то здесь при чём? — сердито огрызнулся полковник. — Это природный газ. Думаешь, чего шахту закрыли? Наткнулись на какую-то полость, вся смена там и осталась. Он не пахнет, не горит, откачать его невозможно. Даже киборг, который с ними был, не вышел, хоть и дольше продержался. — А андроидов зачем воткнули? — продолжил сердиться доктор. — Я их, что ли, втыкал? До меня воткнули! Такие же придурки, как эти, смогли спереть скафандры техроты и дошли до взлётки. Экипаж транспортника положили, только про охотников наверху не знали. Вот и сделали второй контур защиты. — Андроидов точно два? Сканируется только пол? — Кто и когда напихал смертоносные игрушки в туннель, Кира не волновало, гораздо важнее — что именно напихали. — И стены. Там такая сетка, что даже если ты все датчики засечёшь, наступить просто некуда. — А потолок? — И давно ты по потолку ходить умеешь? — Тоже с рождения. Так что с потолком? Полковник, окончательно смирившись с безумной идеей, вздохнул и принялся подробно рассказывать, выдавая заключённому все секреты туннеля. Двухкамерные шлюзовые камеры запирали трёхкилометровый туннель с двух сторон, датчиков на потолке было совсем мало, но всё же они встречались. Газ был тяжелее воздуха, и основная его концентрация приходилась на нижнюю часть туннеля, но в других он тоже был. Зато ближе к выходу, где холоднее, начинал твердеть, превращаясь в лёд, и там уже, скорее всего, можно дышать. Андроиды, в силу своего искусственного интеллекта, будут стрелять, а не задавать вопросы, интересуясь, откуда там взялся киборг. Да, только в том случае, если получат сигнал с датчиков, сами они по коридору не бегают, стоят на точках. Открыть туннель можно техническим кодом, но только открыть, а не отключить систему безопасности — это только с пульта. Нет, никаких дополнительных огневых точек, типа самонаводящихся пулемётов там нет — смысла не было ставить, если будут прорываться на транспорте, то от пулемёта уйдут, а андроид и челнок остановит. И означает это всё в куче, что Киру надо, не дыша, пройти туннель, заполненный ядовитым газом, как-то справиться с двумя машинами, вся начинка которых заточена на уничтожение противника, открыть внешний шлюз, добраться до базы и активировать запасной пульт. Не так уж и много, в конце концов, именно для этого его и создавали. Кир, дослушав, развернулся и пошёл к лежащему неподалёку телу. Перевернул и снял кобуру вместе с ремнём, стараясь не смотреть в остекленевшие глаза. Он подумает обо всём этом позже, не сейчас. Если, конечно, будет, кому думать. — Может, я хоть вначале с тобой пойду? Там, где ещё меньше газа? — неожиданно предложил Рик, подходя сзади и протягивая Киру ещё одну кобуру — всего они притащили с собой десять единиц оружия, все, что было у дежурной смены, и по счастливой случайности не успели занести в корабль, оставив часть лежать на трапе. Кир молча взял кобуру и начал крепить на поясе — две спереди и две на спине, больше уже мешаться будет. — Ну так что? Прикрою немного… — Нет, Рик, извини. — Удивляться у Кира уже не было ни сил, ни желания. — Сейчас я тебя не дотащу, мне бы самому дойти. Максим посмотрел на покрасневшего лейтенанта с сочувствием, а на Кира — с тревогой: тот двигался с такой механической отстранённостью, что вспомнить о том, что он человек, было практически невозможно. А потом решительно рубанул воздух рукой. — Кирилл, ты не обязан, ты и так достаточно сделал. Алекс, так тоже нельзя, не пускай его! Он же не пройдёт! Кир не ответил, только дёрнул ремень, пристраивая кобуру поудобнее. Доктор был прав, он сделал достаточно. Настолько достаточно, что лучше бы ему остаться в этом туннеле навсегда. — Постарайся хотя бы не сильно поломаться, Кир, — тоскливо протянул Максим, поняв, что отвечать ему никто не собирается. — Хорошо… Тогда, стоя на мостике в рубке и ожидая залпов линкора, он не анализировал поступок Димки, он был просто счастлив, что тот не ушёл. А сейчас, глядя на этих, по большому счёту, совершенно чужих и враждебных ему людей, он неожиданно подумал, что понимает, почему люди выбирают смерть. Просто чтобы дать шанс на жизнь другим. Это было странно, нелогично и очень по-человечески. Он никогда не хотел быть человеком. Кир, не оглядываясь, шагнул в шлюз.