На своей стороне

Оставив первую камеру шлюза с одиноко скучающим челноком за спиной, Кир шагнул в следующий бокс и поёжился: здесь было значительно холоднее, а по ногам дул ветер, загоняя серовато-белые хлопья к решётке в углу. Провёл пальцами по изморози на стене, и та моментально исчезла, а система недовольно сообщила о наличии в воздухе ядовитого газа в минимальной концентрации — похоже, тот переходил из твёрдого состояния в газообразное, минуя жидкую фазу. Судя по тому, что рассказал полковник, основная защита была в начале туннеля, с датчиками открытия шлюза заморачиваться не стали. А значит и суетиться не стоило. Дождавшись, пока дверь откроется полностью, Кир подпрыгнул и, практически сев на шпагат, упёрся ногами в створки шлюза, спиной к туннелю. Подпрыгнул ещё, продвигаясь вверх и выгибая спину назад. Дотянулся рукой и ухватился за шершавый каменный выступ на потолке, перебрасывая тело дальше. Шлюз с тихим шелестом закрылся, оставив за собой световые панели, воздух и относительную безопасность. Вибро-датчиков в туннеле не было — слишком тонкая настройка приведёт к тому, что андроиды будут бегать на каждый упавший камешек, а слишком грубая может и не сработать на осторожно крадущегося человека. Не было и ИК-датчиков, способных проанализировать изменение температуры: предполагалось, что злоумышленник без скафандра помрёт и так, чего зря андроидов напрягать, энергию тратить. Служба безопасности нашпиговала коридор микроволновыми датчиками, как ёжика иголками, чем очень облегчила киборгу задачу: не читаемое в видимом диапазоне излучение весьма неплохо различалось сканерами DEX`а, и Кир видел туннель, испещрённый широкими красными лучами, неспешно шарящими по стенам в поисках добычи. Самое главное не попасть в такой луч — тогда датчик, поймав искажённый обратный сигнал, моментально поднимет тревогу. А ещё оказалось, что заполнивший туннель газ хорошо виден в ультрафиолетовой части спектра, и вокруг висел, выпустив длинные щупальца и лениво покачиваясь, рваный туман. Какую-то часть ядовитого газа лёгкие, вероятно, смогут отфильтровать, но Кир на всякий случай не дышал: во-первых, не факт, что получится полностью нейтрализовать, а во-вторых, не понятно, как среагирует на токсин человеческая часть мозга. Так или иначе, но шахтёрский киборг не выжил, а значит, и рисковать не стоило. Входной туннель в шахту был естественного происхождения — неровный, с трещинами и выступами, и передвигаться по потолку было несложно. Бежать, конечно, быстрее, но куда хуже было бы, если б коридор обшили укрепляющими панелями, а так только стесали лишнее снизу, обеспечив проезд транспорту, а потолок остался почти в первозданном виде. Вот только надо было всё-таки комбинезон надеть — растяжка у джинсов была куда хуже, чем у него самого, и они откровенно мешали, но раздеться заранее он не додумался, а сейчас было уже поздно. Почти каждые сто метров встречались боковые ответвления, уходящие в неизвестном направлении, — вряд ли они вели на улицу, скорее заканчивались тупиками, но служба безопасности перестраховалась, и датчиков в коридоре было много. Иногда Кир спрыгивал, но по большей части предпочитал передвигаться по потолку — так было спокойнее, да и ядовитой дряни наверху было поменьше. Длинный коридор заворачивал направо, скрывая таящееся в его недрах зло от глаз киборга. Второе. Первое высокотехнологичное зло находилось перед поворотом и дремало в дежурном режиме. Кир поудобнее упёрся ногами, почти прилипнув животом к потолку: прямо на его пути был датчик, расположенный так, что перепрыгнуть или подлезть невозможно. Кир пялился на едва заметный металлический цилиндр секунд десять, но датчик не собирался отключаться, ломаться или, на крайний случай, просто исчезать. Был только один сектор, не попадающий под сканирующий луч, и Кир, приняв решение, разжал пальцы и рухнул вниз. Андроид в спящем состоянии напоминал круглую бочку с изрезанными щелями боками и неровными выступами оружейных блоков. Крышка у бочки была плоская, гладкая, чуть больше метра в диаметре. Прям идеальная посадочная площадка, на которую киборг и приандройдился, умудрившись выхватить в полёте бластеры и сгруппироваться. Бочка на свалившегося в прямом смысле слова ей на голову гостя не обратила ни малейшего внимания, продолжая исправно анализировать информацию с внешних датчиков. С точки зрения последних, в коридоре всё было тихо, и не было ни малейшего повода для беспокойства. Кир едва заметно пожал плечами — повезло — огляделся и спрыгнул на пол. За плечами была уже половина пути и две трети запаса кислорода в лёгких. Сидеть и думать, почему инженеры не запихнули пару сенсоров в голову (если, конечно, верх бочки — это голова) андроида, времени не было. Да и не интересно. Кир подождал, пока ближайший луч неспешно пройдётся по стене и сдвинется дальше, подпрыгнул, ухватился за выступ, подтянулся и рывком вытянул тело параллельно полу, в последний момент нашарив ногами опору. Правда, пришлось растянуть ноги в почти отрицательном шпагате, но киборга это не волновало. В отличие от джинсов, которые с громким треском не выдержали такого издевательства. Кир чертыхнулся про себя и, отпустив одну руку, изогнулся и резко дёрнул за штанину, увеличивая дыру. Правое лёгкое, то, что осталось после ранения практически без имплантов, начало покалывать, намекая, что Кир уже не новый киборг и до заявленных производителем восемнадцати минут может и не дотянуть. И Кир, прислушавшись к ощущениям, ускорился. Со стороны киборг казался торопящейся по своим делам мухой, которую не волнует некоторое отсутствие воздуха и отрицательная температура. DEX-компани создавало оборудование для работы в условиях, где человек не сможет даже выжить, не говоря уж про эффективное выполнение задачи. Кир и работал, полностью переключившись в режим оборудования: равномерные выверенные механические движения, ни одной ошибки, ни одной эмоции. Только усилил кровоток в конечностях: обмороженные щёки были не важны, а ноги и руки подвести не должны. В голубых глазах ни тени мысли, лишь красные блики сканеров. Киборг выполнял свою основную задачу: спасал людей, не обращая внимания на угрозу жизни оборудования. Вторая бочка стояла в самом конце коридора, недалеко от первого шлюза. Люди здраво ожидали попытки прорыва со стороны тюрьмы, а не ледяной пустыни. Не отключил защиту, открыл шлюз, шагнул в коридор — и всё. Даже транспортная капсула не устоит против боевого андроида девятого поколения. Киру надо было спрыгнуть вниз, успеть ввести шестизначный код и дождаться открытия шлюза — не меньше двадцати секунд. Кир внимательно посмотрел на полупрозрачную красную завесу сторожевого датчика, полностью перекрывающую путь к выходу, и перевёл взгляд на своего потенциального противника. Процессор против процессора. Импланты против сервоприводов. Человеческая плоть против сверхпрочного сплава. Устаревшая модель против модели последнего поколения. Стрелять Кир начал ещё в полёте, целясь в оружейные щели и не жалея батарей. Раненая махина, взревев сервоприводами, упруго подпрыгнула, разворачиваясь в гигантского паука, вставшего на задние лапы. Передние лапы ему заменяли оружейные стволы, а хитин на теле — бронепластины. Два шестиствольных лазерных пулемёта и один «шершень», способный в минуту выплюнуть до двух десятков «ос» — капсул, удерживающих в магнитной ловушке высокотемпературную плазму. Ну и ещё по мелочи немного метательного и режущего. Андроид не проигрывал в скорости, был лучше вооружён и ему не нужен был воздух; у Кира был только один козырь — время. На переход в боевой режим механическому воину нужно было секунд шесть, и Кир, приземлившись, продолжил стрелять прямо в раскрывающуюся грудь, безошибочно выбирая пуговицы камер. Повезло, что эта модель андроидов была известна системе, и он знал куда бить. Ослепшая махина дёрнула лапами и застыла, пытаясь вычислить цель на слух. Оба бластера, кувыркаясь, полетели в коридор, заставляя датчики взвыть — это уже неважно, плотную завесу за спиной всё равно не обойти. Андроид тут же крутанулся и атаковал противника, неизвестно как оказавшегося за его спиной. Сноп лучей ударил точно в цель, превращая бесполезное уже оружие в куски спёкшегося металла и даря Киру немного времени. На то, чтобы выхватить запасные бластеры, ушло меньше секунды. Кир стрелял с обеих рук, целясь в едва заметный выступ на «спине» врага. «Шершень» хорошее оружие, особенно против кучно сгруппированного противника: плазма, вырываясь из ловушки, растекалась по коже, парализуя человека болью и обеспечивая тому пусть не всегда смертельные, но крайне обширные ожоги. Единственный минус в конструкции — если бить в одну точку на полной мощности, ни один кожух не выдержит. Плазма вспыхнула беззвучно, и по матовому корпусу поползли языки пламени, затекая в сочленения и пытаясь добраться до начинки. Кир метнулся к пульту, моментально обозначив новую цель для механических стражей. Пробежал пальцами по выпуклым, рассчитанным на толстую перчатку скафандра, клавишам, и тут же подпрыгнул, цепляясь за выступ и с силой выбрасывая тело из зоны поражения. Воздух взорвался сухим треском — задержка на оценку ситуации у андроида была явно не человеческая, и очередной сноп лучей оплавил камень, с которого только что соскользнула рука. И тут же взвыла система, рассказывая, что второй враг сорвался с насиженного места и сейчас несётся к ним, не желая пропускать развлечение. Одна секунда… Две… Над дверью вспыхнул зелёный огонёк, разрешая доступ. О том, чтобы уничтожить андроида в честном бою, не было и речи, Кир это понимал, а значит, единственная надежда на то, что его противник не успеет выпустить по нему весь боезапас, пока дверь будет открываться. Правое лёгкое уже не кололо, а жгло огнём, сознание путалось от недостатка кислорода, но дверь медлила, болея явно не за Кира. Со скрежетом подломилась одна металлическая лапа, и андроид начал заваливаться набок, не забывая стрелять. Три секунды… Четыре… Дверь скрипнула и дёрнулась. Время замедлилось, став тягучим и вязким, как мокрый песок под ногами. Яркая вспышка высветила неровный уступ — что-то полыхнуло в почти поверженной машине. Взметнулся ядовитым газом иней со стен. Луч вгрызся в тело, взорвавшись информационной строкой на внутреннем экране. Кир бежал, ни на что особо не надеясь, просто стараясь увернуться от острых лазерных стрел. Прыгал на стены, отталкивался и падал вниз, откатывался в сторону и снова вскакивал, пытаясь выжать из своего организма максимум и ещё немного. Полумёртвый андроид, застрявший на одном месте, всё ещё огрызался, честно отрабатывая заложенную в него программу. Пять секунд… Тонкая полоска света прорезала стену, рассказывая, что за дверью есть шанс на жизнь. Луч краем, как острой бритвой, полоснул по шее, цепляя сонную артерию, но импланты тут же заблокировали порез. Ещё один воткнулся в икроножную мышцу. Затем в бедро. И на долгих шесть секунд все стихло — андроид покорёженной кучей рухнул на пол, наполняя воздух дребезжащим гулом. Перед глазами побежала информационная строка: … повреждено предплечье… ожог бедра… повреждён тазобедренный сустав… вероятность отключения оборудования 57%… уровень запаса энергии 68%… повреждён лучезапястный сустав… Шарик ударил в стену, разбрызгивая содержимое, и водолазка тут же вспыхнула. Кир упал на пол и покатился, пытаясь сбить огонь. Второй андроид начал стрелять, как только нарушитель оказался в прямой видимости. Кисть разжалась, теряя бластер, и рука повисла бесполезной плетью. Кир в кувырке выпустил последний заряд, целя в коленный сустав боевого паука, и попытался поднять выпавшее из правой руки оружие. Не достал. Зато дверь, смилостивившись, наконец сдвинулась в сторону. … повреждён плечевой сустав… ожог предплечья третьей степени … вероятность отключения оборудования 65%… ожог кисти… Кир, закрывая голову рабочей рукой, прыгнул навстречу белому квадрату, ввалился в шлюз и растянулся на полу. А потом судорожно глотнул воздух, не выдержав разрывающую боль в лёгких. Серые хлопья взметнулись, растворяясь, и в горло хлынул огонь, ударив в мозг адской вспышкой боли. Сознание вернулось резко. Кир моргнул, не понимая, почему он на ногах и как дошёл до открытой двери. И почему она открыта. Система очистки воздуха заканчивала свою работу, сгоняя остатки серого снега к мембранному фильтру, а перед глазами был следующий коридор, гораздо холоднее предыдущего. Никакого места базирования в системе прописано не было, как, впрочем, и хозяина, который мог отдать приказ — если бы Кир не пришёл в сознание, киборг бы так и стоял, тупо пялясь на ледяные стены перед собой. Зато система старательно чистила лёгкие от ядовитого газа, и Кир зашёлся в хриплом лающем кашле, а затем сплюнул под ноги ярко-красный комок. И только потом сосредоточился на информационной строке. Почему он ещё жив в целом было ясно — DEX-компани делало хорошее оборудование, надёжное, способное функционировать с обожжёнными руками, простреленными ногами и ещё целым списком повреждений. Только вот система затруднялась сказать, сколько ещё это самое оборудование сможет функционировать. Кир посмотрел на свою руку — обуглившаяся кожа почернела, а местами и потрескалась — наклонился и зацепил кусок льда негнущимися пальцами. Сунул его в рот, пытаясь унять полыхающее огнём горло, и только затем шагнул вперёд. DEX-компани могла гордиться своей продукцией. Рукотворный коридор был совершенно прямым, без изгибов и поворотов, плавно поднимающийся к поверхности. Кир брёл, цепляясь рукой за ледяную стену и механически переставляя ноги. Если верить счётчику, то с того момента, как он зашёл в туннель, прошло всего семнадцать минут, а по ощущениям — целая жизнь. Кир не чувствовал, как холод цепляется за кожу, проползая в прорехи одежды, что кровоток уже не справляется, и ладонь стала совсем белой, а из самых крупных ран начинает сочиться кровь. Он просто шёл, зная, что ему надо дойти, иначе всё напрасно. Как туннель закончился, Кир не отследил — врезался в дверь и, с трудом удержавшись на ногах, долго водил по ней рукой, пытаясь найти выход. Потом сообразил и ввёл код. Метель за это время успела поутихнуть и, кажется, сверху снег больше не сыпал. Зато ветер, поднимая и закручивая снежные вихри, решил скомпенсировать это упущение и свирепо атаковал, со всего размаху толкнув в спину. Жёсткий лёд ударил по голым коленям, разрывая кожу, а потом добавил по лицу. Зачем-то проснувшаяся боль прокатилась жаркой волной, выбивая из горла стон, и Кир зашипел сквозь зубы, опираясь на левую руку. Подняться обратно не получилось ни с первой попытки, ни со второй, и Кир пополз на коленях, помогая себе рукой и низко опустив голову. Ветер бил беспощадно, и уровень работоспособности даже не падал, а просто летел к нулевой отметке. Система бросила все резервы на фиксацию ран, ответив отказом на попытку запустить боевой режим, и сейчас у Кира в наличии были только человеческие силы, которых явно не хватало. До нужной точки было почти четыреста метров, а за пять минут удалось преодолеть около двадцати. И получалось, что ползти ему полтора часа — ветер имел все шансы успешно закончить начатое андроидами. Кир закрыл глаза и двинул колено вперёд, отвоёвывая у непогоды сантиметры. Мысли закончились совсем, остались только пробирающий до костей холод и боль, пульсирующая по всему телу. И на выбивающийся из равномерного гула звук Кир среагировал не сразу. Сначала ему показалось, что где-то рядом работает двигатель. Потом — что у двигателя проблемы со стартером, и он постоянно глохнет, а иногда даже повизгивает. Кир остановился, пытаясь вычислить источник шума, — если пришла помощь с материка, то можно дальше не ползти. А если это галлюцинации, то надо бы уже передать управление программе и надеяться, что та дотащит его тело до точки. Но система предложила третий вариант, высветив на экране две красные точки: теплокровные и опасные объекты. Кир всмотрелся в снежную пелену и понял. Рождённые на Летуме звери явно считали сбивающий с ног буран и колкую позёмку отличной погодой. С трудом различимые среди вихрей, волки длинными прыжками носились неподалёку, то ли за кем-то охотясь, то ли играя. Скорее второе: один, что побольше, вдруг прыгнул, сбивая второго с ног и поднимая белое облако, и тут же отскочил обратно. Ветер донёс весёлое тявканье и сердитое порыкивание — похоже, старший не одобрил падение мелкого. Волки были так увлечены, что не сразу заметили Кира. Наконец старший зверь замер и принюхался, а потом оба уставились на киборга. Волк помладше склонил лобастую башку набок, оттопырив вверх мохнатое ухо. А потом оба потрусили в сторону Кира. Крупные меховые лапы держали их, как лыжи, не давая проваливаться в сугробы, и создавалось впечатление, что звери парят над снегом, наплевав на какую-то там гравитацию. У Кира не было ни таких классных антигравитационных лап, ни сил, ни укрытия, так что мыслью сбежать от них он себя не тешил. Медленно распрямился, не вставая с колен, и непослушными пальцами расстегнул ножны. Старший волк, успевший подобраться на расстояние броска, прижал уши и заворчал, скаля острые зубы, и Кир рванул нож, чувствуя, как холодный металл выскальзывает из руки. И уставился на зверя, понимая, что сейчас так пахнет кровью и слабостью, что они не устоят, даже если не очень голодные. Волки легко скользнули в стороны, оббегая Кира со спины, и он с трудом успел повернуться вслед за ними. Звери отшатнулись и остановились, задумчиво переглядываясь, будто советуясь, стоит ли тратить силы на полудохлую добычу или она сама вскоре в лапы свалится. Киру даже померещилось, что они ведут какой-то не очень приятный диалог об умственных способностях отдельно взятых киборгов, которых так и тянет самоубиться в метели. Сейчас он не то, что с ножом, он и с бластером не проложит себе дорогу, волкам даже напрягаться не придётся. Против человека у Кира ещё был шанс, даже с одной рукой, против зверя — нет. Но волки не нападали, выжидая непонятно чего. Мир вокруг норовил расплыться, мешая в кучу снег и волчьи шкуры. Кир сфокусировал взгляд на старшем волке и понял, что уследить за двумя зверями вряд ли сможет. А если сюда подтянется остальная стая… Окоченевшие пальцы разжались, выпуская нож, и Кир, посмотрев на свою, вдруг ставшую совершенно непослушной, руку, опустил голову, подставляя шею. Минуту было тихо, а потом мягко прошуршали лапы, и шею обдало тёплым дыханием. Волк пофыркал, обнюхивая и щекоча кожу холодным влажным носом, и неожиданно боднул Кира в плечо. В левое. Кир со всего размаху рухнул на бок и чуть не закричал, когда предплечье обожгло огнём. В грудь упёрлись мохнатые лапы, а сверху нависла зубастая морда. Волк вывалил язык и обдал жарким дыханьем, заставив Кира зажмуриться. А потом неудачно переступил лапами, надавив на простреленное плечо, чьи-то зубы дёрнули правую руку, и мир, взорвавшись болью, погас. Второй раз сознание вернулось куда более жёстко. По лицу что-то ударило, потом ещё раз и ещё. Кир завозился, пытаясь выплюнуть снег, и с удивлением понял, что его тащат. Вроде за ботинок, не сильно заботясь о комфорте пойманной добычи. Система, как ни странно, никаких советов не давала и не сопротивлялась, хотя давно должна была перехватить управление телом и попытаться решить проблему — похоже, энергозапас упал совсем. А может, угрозы не было… Кир дёрнул ногу, вырывая её из пасти, резко перекатился набок и сел. Волк недовольно заворчал и шагнул было обратно к ботинку, но не успел: мелкий, выскочив откуда-то сбоку, ткнулся Киру в щеку носом, а потом прошёлся шершавым языком по лицу, зацепив нос и немного глаза. И, виновато заскулив, отпрыгнул в сторону. Кир проморгался и, сообразив, что ужинать им, похоже, не стали, просипел: — Куда? Волк молчал, и Кир, догадавшись, что вопрос был на редкость глупый, сосредоточился на внутреннем экране. Как ни странно, но двигались они в нужном направлении: то ли волк запомнил, откуда Кир в прошлый раз вышел, то ли просто шёл на запах человеческого жилья. И проползли они таким образом почти триста метров — Киру на секунду даже стало обидно, что он так рано очнулся, мог бы уже у ворот это сделать. Волчонок упал на брюхо и подполз к Киру, задрав хвост, как трубу. Ткнулся носом в ладонь и заворчал, зовя играть. А может, намекал, что сидеть просто так Киру не стоило, и спорить с этим было сложно. Кир осторожно завалился набок, потом оперся на колени и, пошатываясь, встал. Попытался переставить ноги и чуть не упал. Волк тут же скользнул к Киру и замер сбоку, настороженно кося голубым глазом. Кир подумал и положил руку на мохнатую спину — зверь был большой, голова находилась чуть ниже его груди, и держаться за волка оказалось неожиданно удобно. Волк не протестовал, только сердито мотал хвостом, иногда стукая им по ногам. Идти, когда рядом, немного прикрывая от ветра, бесшумно скользит зверь, было проще — не то чтобы он как-то серьёзно помогал, просто ощущение тёплого бока давало капельку сил. Ещё бы мелкий не пихался под колени — и совсем хорошо. Шерсть на затылке зверя вздыбилась, и волк зарычал, останавливаясь. Кир приподнял голову, слепо всматриваясь в снег, — проход был открыт, силовое поле за ними никто не включил, да и пулемёты на них не реагировали, ожидая приказа, но, похоже, зверю не нравился работающий забор. Кир убрал руку со спины зверя и шагнул вперёд уже сам. А затем оглянулся, фиксируя взглядом две белые фигуры, оставшиеся за периметром — побольше и поменьше. Сенсор на приложенную ладонь не среагировал. Кир надавил сильнее и чуть не заскулил: дверь не открывалась. Ещё был вариант добраться, например, до медотсека и выбить окно. Но, во-первых, он не был уверен, что ему хватит сил, а во-вторых, что дверь из блока будет открыта. Да и что делать с пультом не представлял. Посмотрел на ладонь, а потом опустился на колени и принялся яростно тереть её о снег, счищая кровь. Встал и опять прижал. Датчик недовольно мигнул и переключился на зелёный, открывая дверь в тамбур. Копошащиеся у другой двери люди на явление киборга не среагировали. Кир привалился к стене и попытался сфокусировать взгляд. Вышло не очень: картинка смазывалась, дрожала и двоилась. — Кто из вас лейтенант Свержин? Хриплый, какой-то каркающий голос произвёл эффект разорвавшегося снаряда: люди подпрыгнули, оглянулись и только что не попадали на пол, закрывая голову руками. — Лейтенант кто? — прохрипел ещё раз Кир. — Сюда иди. Там вашего капитана ранили. Каждое слово отдавалось болью в сожжённом горле, но надо было донести мысль до людей — Кир не был уверен, что у него есть время на долгие объяснения. — Открою дверь… — Голос сорвался, и Кир закашлял. — Дойдём до пульта… Отключишь андроидов, у тебя доступ есть… Если не получится — посылай киберов, пусть добьют… И потом на взлётку киберов, вашим помочь надо… Капитан тяжёлый… — Не слушайте его, он с ним был! — взвизгнул сбоку знакомый голос. — Меня слушать! — рявкнул из последних сил Кир, окончательно срывая горло. — Лейтенант! Если упаду — не подходите… — Ты что? Туннель прошёл? А как же… — шагнул, наконец, навстречу Киру невысокий офицер — кажется, это ему в подбородок он тогда упирал бластер. — Тебе помощь нужна… Кир молча отлип от стены и, шатаясь, двинулся к двери. Люди сначала расступились, а потом кто-то бросился к нему, подставляя плечо. Дорогу до дублирующей дежурки Кир запомнил плохо — вроде его тащили двое, а может показалось. Только помнил, как прижал руку и назвал код, а затем лёг на пол. Критичный уровень энергозапаса… Необходимо восполнение… Отключить регенерацию. Пульт замигал огоньками, оживая, и Кир попытался улыбнуться, а потом закрыл глаза, проваливаясь в темноту. Импланты, фиксирующие порванную артерию, отключились через сорок две минуты.