На своей стороне

Боевой режим запустился автоматически. Враг, сумевший нейтрализовать семёрку, был опасен, это даже система понимала, проблема была в том, что Кир не мог идентифицировать врага. Ну не Чушка же вырубил киборга! Интуиция даже не вопила, а визжала недорезанным зверем, предлагая срочно рвануть к себе в камеру. Вопрос — точно ли его там не достанут? Что-то сомнительно. Да и не привык он врагов за спиной оставлять, неправильно это. Кир прижался спиной к стене и посмотрел на закрытые двери камер — не такие уж они и прочные, можно попробовать выбить, это внешнюю ему не пробить… — Королёв! Срочно вернись в камеру! Бегом! Кир вздрогнул и развернулся к активизировавшемуся вирт-окну. И тут же, перекрывая лицо охранника, на внутреннем экране неторопливо скользнула надпись: Команда идентифицирована. Отключение системы через пять секунд… Откуда пришёл сигнал, он засечь не успел, но только в одной камере человек стоял вплотную к двери. В самой дальней — точно напротив киборга. Кир, кинув на продолжающего кричать охранника ещё один взгляд, молча бросился к угловой камере. К себе он уже точно не успеет. Отключение системы через три секунды… Кир прыгнул, со всей силы врезавшись плечом в дверь. И ещё раз. Дверь натужно скрипнула и начала проминаться по центру, слегка отходя по краям от косяка. Отключение системы через одну секунду… Дверь рухнула в камеру вместе с Киром. — Надо же, прям с доставкой и на подносе, — глумливо протянул Майкл, ударом ноги переворачивая Кира на спину. — И чего старался, она открыта была… Побеседуем? Пара минут у нас с тобой есть. Беседой это назвать было сложно — Кир не мог шевельнуть ни ногой, ни рукой, ни языком. Даже посмотреть вбок не получалось — только чётко вверх и немного вперёд. Белый потолок и кусок световой панели, частично закрытый головой Майкла. А потом перед глазами появилась ложка. Точнее, её ручка. Майкл лениво крутанул ложку между пальцев и насмешливо протянул: — Зря ты так, Кирилл… Мне дорогу перешёл, я такого не забываю и не прощаю. Не достал бы тебя сейчас — достал бы потом, но раньше или позже — результат один, ты труп. А я тебя предупреждал, зря не послушался… Слегка заострённая ручка ложки маячила перед самым зрачком, и Кир понимал, как именно Майкл решил справиться с боевым киборгом. Мозг есть мозг, и инородный предмет в себе он не переживёт. Непонятно, чего тянет только… удовольствие получает, что ли? В коридоре что-то пару раз бухнуло и стихло — похоже, охрана сообразила, что выбить дверь не получится. Смотреть на мир без вечных надписей перед глазами было непривычно, но система бездействовала, и понять, что происходит в коридоре, было невозможно. Когда-то давно он тоже так лежал, только Димка не сидел на нём верхом и не тыкал ложкой в глаз. А рыжий ещё и подушку подсовывал… И тогда было страшно, а сейчас почему-то нет. Только в голове болталась дурацкая мысль, что Сашка так и не получит свою семёрку, а жалко, круто бы вышло. — Майкл! — прорычал с развернувшегося рядом с камерой экрана Грым. — Оставь мальчишку! — О! Какие люди, — дурашливо протянул Майкл. — Господин агент! Давно не виделись, хотите ещё что-то узнать? — Майкл, не делай хуже, чем есть! — Хуже? — изумился Майкл. — Хуже, говоришь? Да что вы мне хуже можете сделать, чем тот гроб на десятке? Может, сделаете одолжение и пристрелите? Нет? Ну, я так и знал! — Так, давай спокойно поговорим, а? — Лейтенант подался вперёд, будто пытаясь высунуться из экрана. — Я меняю себя на мальчишку. Пойдёт? С агентом в руках ты сможешь диктовать свои условия, подумай. Майкл захохотал, и Киру явно послышались истеричные нотки в голосе бывшего соучастника. — Коп собирается обменять себя на зека? Грым, ты меня совсем за идиота держишь, что ли? А потом, ты не расстраивайся, тебя тоже найдут, ты ходи да оглядывайся. Помни, что с твоим напарничком случилось. Экран под самым потолком было видно хорошо, но что сейчас лейтенант думает, понять не получалось: слишком мало эмоций было на его лице, только прищуренные глаза стали ещё меньше, а тяжёлые надбровные дуги поползли к переносице. Где-то глубоко шевельнулась надежда: агентов СБФ же хорошо готовят, учат вести переговоры с психами и террористами, он же может что-то придумать. — Spes est mortuus, reliquit occidere hominem… — Майкл наклонился, медленно растягивая губы в улыбке. — Или твоя надежда ещё жива? Кир не знал, как у него с надеждой, но вот у Майкла с ней было совсем плохо: на Кира смотрели глаза мёртвого человека, давно перешагнувшего грань и готового забрать с собой остальных. И неестественная улыбка на неподвижном, каком-то замороженном лице только сильнее подчёркивала то, что с Киром говорит мертвец, которого уже вряд ли что-то сможет остановить. — Майкл… — Лейтенант недовольно отмахнулся от кого-то за спиной, поправил клипсу наушника и продолжил: — Мы тут человечка одного взяли… Кристиан, вроде… то ли он, то ли не он… как думаешь? — Врёшь… — выдохнул Майкл, а потом вдруг оскалился. — Время тянешь, коп… Зря, я за ним слежу, на такой мелочи ты меня не… Рука с ложкой мелькнула перед глазами, а по ушам ударил дикий крик, тут же перекрытый глухим рыком. На щеку брызнуло что-то тёплое, и Кир беззвучно завыл, силясь повернуться. — Кир, отзови волка! Кир, очнись!.. От чёрт… Спросить Грыма, что происходит, тоже не получалось, но звуки рядом были настолько понятные, что поворачиваться уже не требовалось. Как он вылез-то, никогда же за Киром не совался, боялся коридора… Человеческий крик вдруг захлебнулся, сменившись бульканьем, и отчётливо хрустнула кость, а затем раздался знакомый звук — Кир помнил его, так рвутся человеческие мышцы, когда в них вгрызается что-то острое, чьи-то зубы, например. А потом все стихло. Кир прислушивался, чувствуя, как холодный ужас перекрывает горло. Семёрка упала раньше, а значит, и очнётся раньше, ей же щенок на один удар… И охрана, если прорвётся, просто расстреляет. Волк, загрызший человека — это для них всё, приговор. И зачем ты только полез, мелкий, не твоё это было дело… Грым бы и так что-нибудь придумал, а теперь-то что делать? В щеку ткнулся холодный нос, а затем по лицу пробежал шершавый язык. Волчонок попихал Кира носом, а потом несильно прикусил руку и дёрнул. Скованное имплантами тело не шевелилось, и щенок заскулил. Очень тихо, на грани слышимости, но как-то совсем жалобно — даже на операционном столе у него сердитее выходило. Кир почувствовал, как в грудь упёрлись лапы, а потом сверху навалилось что-то тяжёлое. Видно было только короткую шесть на лобастой голове, да чувствовалось тёплое дыхание на шее. Кир из последних сил напряг мышцы, выдираясь из мёртвой хватки имплантов, руку прошило болью, но кисть дёрнулась, пытаясь добраться до мехового бока и толкнуть. А потом опять безвольно упала на пол. Ну вот как его прогнать, как сказать, чтобы прятался, забился под кровать — тогда семёрка решит, что не опасен, и не тронет. Волчонок вскинул голову, зацепив носом подбородок Кира, и зарычал, смотря куда-то вправо. — DEX, стоять! — ожило вирт-окно. — Выйти из камеры, стоять в коридоре, следить, чтобы зеки не покинули карцер. Кирилл, ты держись там, сейчас замок вырежем… Из коридора раздалось шипение лазерного резака, и Кир попытался сжать пальцы — опять безуспешно. Громыхнула упавшая дверь, и волчонок дёрнулся, сильнее вжимаясь носом в шею Кира. — Не входить! — Голос полковника пронёсся по гулкому коридору, затерявшись где-то в недрах карцера. — Ждём. — Судя по семёрке, ещё минут пять, максимум десять, — спокойно согласился Грым. — Не стрелять пока. — Давайте я попробую отозвать? Последний голос принадлежал Рику, и Кир беззвучно застонал, не зная, что лучше — если Рик зайдёт или нет. Кто знает, как волчонок среагирует… Полковник что-то негромко ответил — Кир не разобрал что — и Рик тут же начал спорить, доказывая, что Киру, возможно, нужна помощь и никто его, Рика, не загрызёт. Кир вдруг подумал, что он плохо влияет на лейтенанта — раньше тот с начальством не спорил, брал под козырёк и шёл исполнять. И вообще, чего прискакал, он же в карцере не дежурит… — Действительно что-то долго, — заглушил спорщиков бас Грыма. — Семёрка уже минут двадцать, как на ногах. Если бы Кир мог говорить, он бы рассказал людям в коридоре про разные системы и что он понятия не имеет, какой у семёрок прописан тайм-аут. Да ещё глушилка самодельная — может, она на семёрок по-другому действует. И лучше бы они все ещё потоптались в коридоре. — Полковник, может, лейтенант сходит, а я прикрою? Чёрт его знает, что там, в камеру толком не видно. В коридоре ещё немного поспорили, а затем раздались осторожные, но не слишком тихие шаги — Кир даже без имплантов разобрал, что идут двое, а волчонок насторожено дёрнул ухом, ставя его торчком. — …ц, — голос Рика раздался совсем рядом. — Мелкий, ну ты наделал дел… Кир в очередной раз попытался безуспешно скосить глаза и сдался, продолжая наблюдать за подрагивающим ухом — волчонок на Рика бросаться не спешил, только заскулил чуть громче. Рик опустился рядом и сунул руку щенку под нос, пытаясь нащупать шею Кира. — Пульс есть, живой он, не скули, мелкий. — Рик наклонился ниже, заглядывая в глаза Киру. — Ты как? Слышишь меня? Кир медленно закрыл глаза — моргать система не мешала, веки не блокировались, скорее всего, чтоб избежать пересыхания слизистой. А потом открыл. — Супер, — обрадовался Рик. — Тебе помощь нужна? Кир распахнул глаза, стараясь не моргать, и тут же моргнул от неожиданности — система выбрала удачное время, чтобы ожить и выкинуть сразу кучу сообщений на внутренний экран. Рик озадаченно нахмурился. Подушечки пальцев закололо, а мышцы тут же отозвались болью, рассказывая, что спорить с имплантами нехорошо, но Кир только улыбнулся, чувствуя, как оживает и начинает слушаться тело. Осторожно поднял правую руку и уронил её на холку волчонка, прижимая щенка к себе. И тут же по лицу опять прогулялся чужой язык, широкими мазками облизывая щёки, нос и немного глаза. — Мелкий, фу! — Кир сел, спихнув тяжёлую тушку пониже, и огляделся. Грым, наставив на них бластер, замер напротив двери. Майкл, точнее, его тело, валялось неподалёку, а потемневшая кровь разлилась по полу, запустив длинные щупальца под дверь, на которой сидел Кир. Рик старательно не смотрел на изуродованное тело, хотя, с точки зрения Кира, ничего особенного в нем не было — ну горло разодрано и рука, да, судя по повороту головы, сломана шея — он думал, там все страшнее, но волчонок, убив врага, просто оставил его валяться, не расценив как пищу. — Не надо, лейтенант. — Кир повернулся к Грыму, всё ещё державшему их на мушке. — Он просто зверь, он не умеет по-другому. И он не опасен. Кир неожиданно подумал, что когда-то он тоже не умел по-другому и щенка понимает. А ещё понимает, что если он сейчас не спрячет волчонка, то люди могут рассудить иначе, а значит, надо успеть спрятать, как тогда Димка спрятал их, таких же, рычащих и кусающихся. На валяющегося рядом человека Киру было совершенно наплевать. — А он не отравится? — вдруг весело поинтересовался Грым, опуская бластер. — Боюсь, что Майкл был слегка ядовитый. Волчонок, игнорируя вооружённого человека в коридоре, упрямо лез облизываться, а когда Кир в очередной раз отодвинул его морду, лизнул Рика в ухо — ну, оно просто рядом было. — Кирилл… отведи, пожалуйста, его в камеру. — Полковник встал рядом с Грымом, но оружие, в отличие от агента, не опустил. — И закрой. — Я могу с ним посидеть, — тут же предложил Рик, и Кир заподозрил, что тому очень хочется куда-нибудь уйти из залитой кровью камеры. — Чтоб не скулил. Кир кивнул и, вскочив, потянул за собой щенка. Рик выбрался следом, старательно глядя на потолок и зажимая рот рукой. В свою камеру Кир решил не возвращаться — недалеко была свободная, и он, недолго думая, запихал туда щенка и Рика, приказав сидеть здесь. Рик послушно кивнул, а волчонок заинтересовался новым помещением и тут же принялся обнюхивать ножку кровати, игнорируя все приказы. Когда Кир вернулся к охране, полковник задумчиво стоял рядом с телом, а Грым мрачно изучал небольшую коробочку. — Знаешь, что это? Кир взял прибор — ещё бы он не знал, год с похожим на поясе пробегал. Только этот кособокий какой-то, да ещё перетянут широким скотчем для надёжности — может, Тор и был хорошим программистом, а вот руки у него были кривые. — Глушилка, блокирует работу системы на определённое время, плюс фиксирует имплантами тело до полной неподвижности, — пояснил Кир. — Я думал вы её нашли… в камере Майкла. Она разве не в сумке валялась? — Думал он, — проворчал Грым. — В сумке пара ножей валялась и кастет. Искали, но не нашли… — Меня вот больше интересует, как она в карцер телепортировалась… — развернулся к ним полковник. — Не сама же она прибежала. Кир вернув прибор Грыму, тоже задумчиво посмотрел на Майкла, потенциально обладавшего способностями к телепортации, и вдруг, озарённый неприятной догадкой, прыгнул в коридор. То, что где-то в карцере болтался ещё Чушка, он совсем забыл, а сейчас надеялся только на одно — что волчонок не начал с покалеченного пилота.