На виду

      На самом деле, ничего нового не происходило. Дни сменяли друг друга, за новой темой на занятии следовала самостоятельная или контрольная работа, а после уроков всегда была перемена. Всё было настолько отточенным и выверенным, что школьное расписание стало напоминать Мелиссе тюремное. Из событий шаром покати. Иной раз она мечтала чтобы Амбер придумала какую-нибудь пакость, но даже та со своей свитой вела себя спокойнее обычного.       Неожиданно для себя Мелисса обнаружила, что ей нечем заняться на выходных. Даже мама заметила это, когда удивленно будила её по утрам, вопрошая, почему она до сих пор спит? Раньше Мелисса вскакивала ни свет ни заря, и у неё обязательно находилось какое-нибудь занятие: съёмка или прогулка с друзьями, поэтому она «ну никак не могла помочь по дому» или съездить к родственникам.       Что ж, вместе с Деброй исчезла и часть её рутины. Чтобы всё также отлынивать домашних дел, Мелисса сбегала куда угодно, но чаще всего в торговый центр через пару остановок от дома. Чисто по привычке, наверное. Зачастую она собиралась, не зная куда пойдёт, и только потом осознавала, что снова пришла в знакомый магазинчик с бижутерией на втором этаже. Редко кто составлял ей компанию — у всех обычно находились свои дела, поэтому перебирая товары на стеллажах, она периодически вспоминала, как им с Деброй нравилось беззаботно бродить вдоль рядов, устраивая затем модный показ друг другу в примерочной — Дебра всегда потом жаловалась на нехватку памяти в телефоне после таких прогулок.       Из уха выпал один наушник, и она потянулась чтобы поймать его. Шнур зацепился за кольцо. Незатейливая безделушка, которую она до сих пор носит с собой как напоминание о том, как глупо всё закончилось. В голове картинками появилось воспоминание, как перед прощальной вечеринкой пару месяцев назад Дебра накупила ей с Касом приятной ерунды «на память». Что ж, если на это и был расчёт, то всё работает, как надо. Забавно, что она носила всё это время его по привычке, даже забыв о этом. Словно оно само приросло к ней.       В этот момент кто-то задел её плечом, Мелисса по инерции повернулась, испуганно дернувшись. Сердце пропустило удар — очень уж знакомый силуэт. Незнакомка повернулась, извинилась и ушла, даже не представляя, что только что произошло в голове Мелиссы.       Что уж тут говорить — теперь каждая вторая девушка напоминала ей Дебру. Знакомый аромат духов, кожанка, причёска, а иногда даже голос — и это натурально пугало. Да, вернувшись домой с какой-то юбкой, выкупленной в магазине по распродаже, Мелисса призналась себе: она действительно скучает по подруге. И тем не менее, делать шаг навстречу ей казалось неправильным. Даже не столько потому, что она считала себя правой (хотя и это тоже), сколько потому что напряжение в их отношениях появилось не с бухты-барахты, а претензии друг к другу потихоньку росли, как снежный ком. Другими словами, окончание их отношений как будто бы было логично. Тем более, что вторая явно собиралась начать новую жизнь, в которой не было места ни Мелиссе, ни Кастиэлю, ни кому бы то ни было кроме неё.       И вроде бы всё логично, но откуда тогда у Мелиссы столько мокрого чувства внутри? Почему малейшая ерунда пробивает на слёзы? Откуда желание поговорить ещё раз — хоть и зная, что другой правды не будет?       Мелисса чувствует странно себя от мысли, что с Кастиэлем, которого раньше она терпеть не могла, её объединяет чувство привязанности к одной конкретной девушке. Нет-нет, а разговор о Дебре всё равно происходил. Даже если они просто курили за подъездом, наблюдая за листочком, проплывающим по луже. Сразу у кого-то из двоих находилось какое-нибудь воспоминание в стиле:       — Однажды мы с ней пошли гулять…       И замолкали, сморщив губу.       Вот и тут, ёжась от промозглого ветра, Мелисса потирала озябшие плечи, надеясь, что это поможет им согреться через ткань твидового пиджака. Фильтр весь пачкается от помады, Мел проводит языком по губам и спрашивает.       — Без новостей?       Кастиэль неоднозначно мотает головой, пожимая плечом. Сплёвывает под ноги.       — Я с аккаунта зашёл, у них там фото с группой, все дела. Обложки снимали, что ли… На, посмотри, -он тянется к мобильному, а затем протягивает ей — А? Как тебе?       — Охо-хо…       На экране Дебра, согнувшись в соблазнительной позе, улыбается, а декольте её заканчивается где-то в районе живота. Яркий макияж, пышная причёска. Мелисса некстати вспоминает, как Дебра ненавидела розовый цвет. Интересно, долго всем мозг выносила по этому поводу? Хотя, может, уже всё изменилось… Кто ж её теперь знает.       Следить за Деброй у них превратилось в привычку — как мониторить телепрограмму, надеясь, что там вышли новые серии любимого сериала. Открыто инициировать встречу казалось неуместным, да и кому это нужно? А так хоть какое-то разнообразие будней. Она стала их больной и большой темой для разговора, Дебра стала чем-то личным для них двух — потому как только они были к ней ближе всех. Они снова обсуждали прошлое, сходились в каких-то моментах, сверяли переписки, а потом подписались с левого аккаунта на рассылку новостей о её новой группе.       Таким образом они молчаливо наблюдали за тем, как она развивается — и отлично справляется без них. Новые друзья, контракты, музыка, поездки… Дальше — больше. Болезненное удовольствие — расковыривать еле зажившую рану.       Лизандр как-то поймал их за этим занятием и неодобрительно мотнул головой. Раньше Мелисса не обратила бы на это внимания — подобные маленькие замечания кажутся незначительными, но теперь…       — Почему бы вам просто не оставить её в покое? — спросил он недоуменно.       — Ты же, вот, не смог мимо нас пройти. Вот и мы. — Кастиэль словно специально небрежно роняет слова и облокачивается об парту.       — Действительно. В следующий раз оставлю своё мнение при себе.       И ушёл, хлопнув дверью. Мелисса даже слово не успела вставить — да и кто бы её слушал?       — Это было грубо. — запоздало пришла в себя она.       — Ничего, не сахарный, не растает.       — И часто вы так?       — Дай подумать… — продолжает гримасничать Кас, откладывая сотовый в сторону; рука задумчиво подпирает острый подбородок, — С тех пор, как мы стали чаще тусоваться вместе, да. Ему кажется, что я сталкиваю вас с Деброй лбами или типа того.       — В каком смысле?       Прозвенел звонок. В тишине подвала звучал он особенно громко. Кастиэль, уклоняясь от вопроса, ловко закидывает сумку на плечо, и хлопает её по спине, торопясь.       — Да забей, перебесится, в общем, и пройдёт. Сама спросишь. Пошли, домой пора.

***

      Кастиэль подходит к ней неловко и косолапо, если до этого его скрывала тень козырька, то сейчас под светом фонаря он предстал во всей красе.       Она даже не дёргается и не поворачивается — только смахивает пепел на асфальт, не отрывая наманикюренные пальцы от экрана.       Голос Кастиэля слегка надрывается когда он зовёт её по имени, и девушка наконец встревоженно поднимает голову. Не сказать, что выражение лица в этот момент было довольным, как это бывает, когда встречаешь парня, с кем встречалась почти всю старшую школу.       — Ого, привет, — только и выдаёт Дебра, и снова закуривает, но уже не отрывая от него внимательного взгляда, — Какими судьбами в наших краях?       — Гулял, — кивает он в сторону, засунув руки в карманы, и не выдерживает её взгляда, — Что? Я не могу просто гулять?       — Ага, в районе, где ты никогда не был случайно набрел на свою бывшую подружку? Коть, — старое прозвище режет слух, и сердце Кастиэля пропускает удар, — что хочешь говори, а в это не поверю. Ты пол года меня морозил из-за поездки в Верону, а тут вдруг приехал. Долго стоял?       И вот как парировать это? Что бы там Кас себе не представлял, какие бы слова и оправдания не готовил — Дебра же действительно его как облупленного знает. Лучше сказать, как есть.       — Да нет, правда мимо проходил. Тут, э-э, Лизандру надо было по делам смотаться.       Или нет.       Дебра выбрасывает окурок, не сдерживая улыбки, а затем и вовсе хохочет в голос.       Действительно, Лизандр и «смотаться по делам» вещи не совместимые — он теряется в трех соснах, но тогда можно было добавить, что как раз поэтому Кастиэль и нужен чтобы указать дорогу, да только какой из него гид?       Он даёт ей просмеяться, а потом делает то, что умеет лучше всего — делает вид, что всё так и должно быть.       Кастиэль ухмыляется, не замечая, как долго его взгляд фокусируется на родных глазах. Дебра устало ведёт плечом, посматривая сквозь него.       — Как ты?       Молчание кажется долгим. Слишком долгим для такого простого вопроса. Шумный вдох с её стороны.       — Более или менее. Ты же знаешь, — кивает она на свой телефон, — у меня совсем нет времени. Даже документы в школу для оформления ещё не все занесла.       — Если только ваша директриса не вторая Шермански, то это не должно быть такой уж проблемой.       — Мгм. — она снова зарывается в телефон и что-то печатает.       Промозглый ветер зарывается под куртку. Кастиэль вздрагивает, ощущая как похолодело в спине от влажной футболки. Шмыгает носом. Дебра даже не смотрит в его сторону.       О чём бы завести диалог? Что сказать? Она ведёт себя более отстраненно… Дебра вдруг говорит, не отрывая взгляда от экрана.       — Классный цвет, — очевидно имея в виду волосы, — даже сначала не узнала тебя.       — Чёрт, и что выдало?       — Походка, — улыбка у неё выходит совсем славная, добрая, — Я тебе всегда говорила-       —…что хожу я, как попало       Часть они договаривают вместе вслух. Смеясь, он будто прячется за пеленой эмоций, и не отрывает от неё глаз. Как много хочется сказать! А лучше взять, и-       — Ой, ой, ой, коть, я всё понимаю, мы соскучились, но давай не будем. — Дебра легонько отходит в сторону, стуча по уличной плитке каблуками; Кастиэль соврет, если скажет, что от этого «мы» у него в груди ничего не дрогнуло, — За мной сейчас пристально следят, не хочу лишнего внимания.       — Что, папарацци уже начали окружать на каждом шагу?       Её фирменный взгляд из-под ресниц. Кривит уголком губ, уставившись, пока он сдерживается, чтобы не улыбнуться во все зубы.       — Ну, почти.       Они так и остаются стоять на улице.