Марионетка

      Когда Чимин уже почти подошёл к своему дому, он неожиданно свернул в противоположную от него сторону. Возвращаться в квартиру вовсе не хотелось. Последнее время у него создавалось впечатление, будто стены комнаты давят, перекрывают кислород, заставляя биться в предсмертных судорогах. Парень поёжился и сильнее закутался в свою ветровку. Несмотря на то, что сейчас был уже конец марта на улице до сих пор было довольно прохладно. Но даже покрасневшие от холода руки и чувство приближающийся простуды не могли загнать Чимина в предательское тепло его дома. Из двух зол всегда надо выбирать меньшее и Пак без колебаний решил, что замёрзнуть на улице лучше, чем сойти с ума в стенах собственной комнаты. Чимин медленно перебирал ногами, уже давно не разбирая дороги, и прокручивал в своей голове недавний разговор с Хосоком. Пак думал, что ему станет легче, когда он узнает правду, но только сейчас осознал, как же он ошибался. Вместо страха и глухой боли, успевшей уже войти в привычку, пришла оглушающая пустота. И принять её было в сотню раз тяжелее.       Неизвестно сколько бы ещё Чимин бродил по переулкам в беспамятстве, если бы не наткнулся на Сонмина. Мальчишка не сразу заметил соседа, поэтому продолжил чиркать зажигалкой в жалких попытках зажечь сигарету, зажатую в его губах. Зажигалка выдавала слабую искру и тут же потухала, заставляя парнишку злостно чертыхаться. — Решил подражать своим «друзьям»?       Сонмин нервно дёрнулся от неожиданности и, наконец, заметил Чимина. — Что за бред. Я и до них баловался этим, — с наигранной небрежностью ответил мальчик. — Да? Не похоже. Ты сигарету не той стороной держишь. — Блять, — Сонмин сильно смял сигарету в руке, бросил на землю и злостно придавил её ботинком. А затем получил подзатыльник от старшего и, судя по округлившимся глазам мальчика, удар получился нехилый. Сонмин удивлённо вылупился на Пака, вмиг растеряв всё своё нахальство и язвительность. Старший впервые поднял на него руку, даже если было за что. Чимин сделал глубокий вдох и, бросив тихое «Пошли домой», зашагал вперёд. Мальчик послушно засеменил за ним. Сонмин сразу понял, что здесь что-то не так. Пак не читал ему нотации, не ворчал о том, что парнишке пора взять себя в руки, вместо этого старший просто шёл молча, смотря себе под ноги. И Сонмин даже был благодарен за ему за это. Сегодня мальчику вовсе не хотелось слушать нравоучения. — Тебя что-то беспокоит? — наконец подал голос Чимин, когда тяжёлое молчание затянулось. — Справлюсь, — кратко ответил мальчик, мысленно удивляясь тому, как старший быстро понял, что у него на душе.       Чимин понятливо кивнул, не отрывая взгляд от земли. Старший не стал выпытывать, что случилось, лишь заверил Сонмина в том, что тот всегда может прийти к нему за помощью в случае чего. — Спасибо, — со всей искренностью поблагодарил мальчик и улыбнулся уголками губ.       Наверно, это был единственный момент, когда подросток не язвил и не отшучивался от всего, что скажет Пак.        Они шли, волоча за собой груз сегодняшнего дня, не пытаясь узнать о проблемах другого, но принимали молчаливую поддержку друг друга. И, пожалуй, это было лучше любых слов утешения.       Сонмин и сам не знал, почему в компании старшего ему стало так спокойно. Былая тревога притупилась и, чтобы окончательно избавиться от неё, он решил завести разговор. Вот только не знал с чего начать. Все темы сейчас казались какими-то ничтожными и совсем не к месту. — Может… — мальчик сделал паузу, решаясь на откровение, — может мне стоит бросить школу? — О чём ты? Даже не думай, — возмутился Чимин. — Я ведь всё ровно нефига не учусь. — Ты должен получить образование, чтобы устроиться на хорошую работу. — Эй, ты же меня знаешь, такой как я нигде не пропадёт. Вот увидишь, ещё деньги в долг у меня просить будешь.       Чимин ничего не ответил и мальчик расценил это как согласие с его словами. — К тому же, — уже серьёзнее продолжил Сонмин, — даже если я закончу школу, что потом? У бабушки нет таких денег, чтобы оплатить моё дальнейшее обучение. — О деньгах можешь не волноваться, с этим я могу помочь.       Мальчик посмотрел на старшего, пытаясь понять, не шутит ли он, но Чимин был абсолютно серьёзен. — Не смеши меня, я знаю, где ты живёшь. Будь у тебя столько денег, ты бы давно съехал из этой дыры. — У меня есть свои причины оставаться тут. То есть были, — взгляд Чимина вновь стал каким-то отстранённым и Сонмин уже было подумал, что старший вновь уйдёт в себя со своими мыслями, но тот лишь слабо улыбнулся и потрепал мальчика по волосам. — Я вовсе не так беден, как ты думаешь.       Когда парнишка недовольно замычал, уворачиваясь от прикосновений старшего, Пак понял, что прежний Сонмин окончательно вернулся. — С чего бы тебе помогать мне? — В своё время мне тоже помогли. Один человек оплатил моё обучение. — Зачем? У тебя нет родителей для этого? — Ну отца я никогда и не знал, а мама живёт в другой стране со своим мужем. Наверное, она уже и забыла обо мне. — Как думаешь, у тебя есть братья или сёстры?       Чимин тихо усмехнулся. Он никогда не задумывался о таком, но сейчас, когда эту тему поднял Сонмин, Паку стало действительно интересно. — Возможно. — Я бы на твоём месте заявился бы к родственничкам с претензией на наследство, — сказал Сонмин, чем вызвал смех старшего. — Ты знаешь, а ведь это неплохая идея, — подыграл Чимин. — Вот мы и дома, — Сонмин уже хотел было попрощаться со старшим, но тот его остановил. — Скажи, ты помнишь, когда мы в прошлый раз шли домой, наткнулись на моего знакомого? — Ну. — Рядом с ним никого не было? — То есть? — не сразу понял вопрос мальчик. — То есть он был один? — Конечно, что за странный вопрос? — искренне недоумевал Сонмин. — Да так, просто уточнил, — с наигранной лёгкостью отмахнулся старший.       В этот вечер Чимину всё же пришлось вернуться в свою квартиру. Уже на пороге он почувствовал нарастающий жар. Пак стянул с себя кроссовки, накинул домашние тапочки и лениво зашаркал ногами в направление комнаты. С тяжёлым вздохом повалился на кровать и задумчиво уставился в потолок, будто ища там ответ на вопрос, как вернуть свою жизнь в прежнее русло. Чтобы не было никаких секретов, неожиданностей, убийств и внезапно восставших из могилы людей, а была лишь привычная повседневная рутина, скучная бумажная работа в компании и вечерние посиделки с Чонгуком. Только Чимин начал тешить себя этими мыслями, как вредный внутренний голос начал задавать вопрос, действительно ли Пак хочет именно этого. Парень недовольно хмыкнул и предложил своему сознанию сходить куда подальше.       В кармане джинсов завибрировал телефон и Чимин завозился на кровати словно червяк, в попытках его достать. Наконец, устройство оказалось в руках Пака и тот незамедлительно нажал на кнопку «принять вызов». — Не спишь? — раздался голос Чонгука на том конце провода. — Сон не идёт. — Сможешь выйти к дому минут через пять? Я заеду за тобой.       Чимин не стал выжидать сказанное ему время и вышел на улицу тут же. Чонгук приехал ровно через пять минут, как и обещал. — Привет, — сказал детектив, когда Пак оказался у него в машине. — Ты голоден? Хочешь что-нибудь перекусить? — Думаю, все кафе уже закрыты. Круглосуточный магазин подойдёт. — Да здравствует безвкусный кимбап и острый рамен, — нарочито бодро пропел Чонгук и завёл двигатель автомобиля.

***

— Как дела на работе? Тот свидетель сказал что-нибудь полезное? — Чимин аккуратно прощупывал почву, стараясь больно не выдавать свой неподдельный интерес.       Чонгук отвлёкся от распаковывания рисового треугольничка и посмотрел на друга. Пак еле сдержался от того, чтобы не съёжиться под пристальным взглядом детектива. — Да, свидетель оказался весьма полезным. Мы даже нашли убийцу. — Нашли убийцу? — как можно более равнодушно проговорил Пак. — К сожалению, он был уже мёртв. Но есть доказательства, что именно он наш серийный маньяк. — А что-нибудь ещё свидетель сказал? — Нет, больше ничего, — Чонгук ещё несколько секунд смотрел на друга, а потом вернулся к распаковыванию кимбапа. Чимин, наконец, смог спокойно выдохнуть.       Когда парни закончили в трапезой, Пак снова заговорил. — Чонгук-а, я могу сегодня ночевать у тебя? — Конечно, не вопрос. — Спасибо, — Чимин тепло улыбнулся, а затем встал со стула и направился к выходу. — Чего сидим? Я вообще-то спать хочу!       Чонгук медлил идти за Паком, провожая взглядом его отдаляющуюся спину. Детектива насторожило то, что Чимин совсем не поинтересовался, при каких обстоятельствах умер убийца. Будто это совсем незначительный факт. Но было ещё кое-что даже более подозрительное. На руках свидетеля и других жертв были точно такие же отметены от верёвки на руках, как у Чимина. Чонгук и эту вечернюю встречу затеял, надеясь, что друг сам во всём признается, но тот, видимо, не спешил этого делать. На удивление, детектив не почувствовал разочарования или чувства предательства. Лишь странное сомнение плотно засевшее внутри.       Чонгук последовал за другом к выходу и вышел на улицу, где его уже ждал Пак.       Детектив ещё тогда, утром, твёрдо для себя решил: Если Чимин что-то от него скрывает на это есть веские причины, а Чонгуку остаётся лишь довериться другу и молча принимать все его решения.