Марионетка

      Несколько секунд Хосок стоял без движения, прежде чем слегка поддаться вперёд и ответить на поцелуй. Чон аккуратно приобнял Чимина, прижимая ближе к себе. Он действовал осторожно и ненавязчиво, будто Чимин был чем-то хрупким, готовым сломаться или вовсе исчезнуть, растаяв в воздухе, если применить чуть больше силы. По телу Пака тут же пробежал табун мурашек и отозвался лёгкой слабостью в ногах. Его тело ещё помнило прикосновения Хосока, жаждало и отзывалось на них. Чимин хотел обвить руками шею Чона, но стоило нечаянно коснуться ужасного шрама, как Пак испуганно отшатнулся, будто ужаленный. Хосок понимающе кивнул, опустил глаза к полу и попятился назад, будто в произошедшем была доля его вины.  — Я, — Чимин наморщился и слегка повёл головой в сторону, — мне не стоило этого делать. Прости.       Всё это время, вплоть до этого дня Чимин опасался вновь сближаться с Хосоком, держался на расстоянии и строил себе шаги для отступления. Но всего минуту назад всё это оказалось разрушенным, как не прискорбно, по вине самого Пака. — Уже успел пожалеть, что поцеловал меня? — на лице Хосока появилась слабая улыбка, не коснувшаяся глаз. Они по-прежнему оставались до боли печальными. — Да, есть такое, — честно признался Чимин. — Понимаю. Не беспокойся, я переночую сегодня у себя. Дай знак, когда всё обдумаешь.       Хосок вышел из комнаты, а затем из квартиры, но Чимин так и не сказал ни слова. Да и нечего было говорить.

***

      Чимин втянул холодный вечерний воздух и поднял голову к небу. Погода была пасмурной. За такой погодой приятно наблюдать из окна своего дома, укутавшись в тёплый плед и попивая горячий кофе. Однако, если оказаться в такую пору на улице, она ни разу не покажется вам приятной. Небо, плотно затянутое серыми тучами, напоминало чёрно-белую фотографию, снятую на старую плёнку. Как Чимин ни пытался, разглядеть солнце сквозь тёмную завесу было невозможно. Где-то вдали раздался грохочущий звук грома. Чимин накинул на голову тканевый капюшон толстовки, который, в случае дождя, всё равно не спасёт, и ускорил шаг. Как назло, утром, собираясь на работу, Пак забыл зонт дома, поэтому сейчас оставалось лишь надеяться, что ливень не застанет его на улице.       Прошло пару дней с их последней встречи с Хосоком. С того момента Чон ни разу не звонил и не приходил к Чимину. Пак тоже не спешил предпринимать какие-либо действия.       До дома оставалось всего пару шагов, и Чимин уже начал мысленно ликовать, что ему всё-таки удалось не попасть под дождь, но взгляд Пака поймал сгорбленную маленькую фигуру в тени дома, сидящую на скамейке. Чимин подошёл к соседке, та медленно подняла взгляд, будто даже это давалось ей с трудом. — Сонмин опять куда-то сбежал? — поинтересовался Пак, сразу догадавшись о причине, которая заставила старушку выйти вечером в такую погоду из дома.       Женщина кивнула и вновь уставилась куда-то сквозь Чимина. Пак сердито заскрежетал зубами. Парень понимал, что здоровье соседки просто не позволяло ей бегать по городу в поисках своего непослушного внука, старушке только и оставалось, что дожидаться его на улице возле дома. Чимин отодвинул желание поскорей попасть домой в самый дальний уголок своего сознания и пообещал соседке, что найдёт и приведёт ей Сонмина.       Чимин быстро шагал по узкой безлюдной улице, изредка с опаской глядя на сгущающиеся на небе тучи. Ух, если из-за этого поганца он попадёт под дождь, мало ему не покажется!       Но искать долго Сонмина не пришлось.       Чимин не сразу разглядел человеческий силуэт на асфальте из-за мигающего фонаря. Пак остановился и начал присматриваться. — Сонмин…- наконец Чимин узнал в силуэте соседского мальчишку и тут же ринулся к нему.       Пак упал на колени рядом с Сонмином и тут же начал расспрашивать, всё ли с ним в порядке. Тот был в сознании и даже смотрел на Чимина, но почему-то не отвечал. А потом Чимин почувствовал, что его рука находится в луже какой-то жидкости. Он посмотрел на свою ладонь, которая успела перепачкаться в ярко-красной густой крови. Мигающий свет фонаря на секунду погружал всё в глухой мрак, а затем снова бросал в ужасающую реальность, где руки Пака были перепачканы алой кровью, а прямо перед ним лежал еле живой Сонмин. Чимину показалось, что если он ничего этого не видит, то всё это нереально, и тогда ему искренне захотелось, чтобы фонарь перегорел окончательно, скрыв весь происходящий ужас под покровом темноты, забрав зрение Пака. Чимину потребовалось неимоверной силы воли, чтобы побороть нарастающую панику и заставить себя трезво мыслить. Первым делом он достал из кармана джинсов свой телефон и начал быстро набирать номер скорой, стараясь не замечать, как оставляет кровавые отпечатки пальцев на экране. Быстро протараторив адрес и кратко описав ситуацию, он откинул телефон куда-то в сторону и одним сильным рывком распахнул куртку Сонмина. Серая мальчишеская толстовка уже успела почти полностью перекраситься в бордовый. Чимин быстро нашёл и зажал рукой рану, из которой сочилась кровь, но потом обнаружил ещё одну…и ещё…и ещё. Истерика всё-таки вырвалась наружу, овладев сознанием Пака. Ему вдруг показалось, что пол начинает уходить из-под ног, а пространство вокруг теряло привычную чёткость и устойчивость. В висках будто кто-то отыгрывал барабанную дробь, а из-за сильного головокружения Чимину показалось, что он вот-вот потеряет сознание. Сонмин попытался что-то сказать, но получилось лишь хрипение. Рот мальчика оказался полным крови. -Тише-тише, — проговорил Чимин, стараясь заставить мальчика прекратить попытки говорить.       Скорая приехала почти сразу, но из-за того, что машина не могла проехать на узких улочках старого района, почти половину улицы Сонмина пришлось тащить на носилках. Когда они оказались в машине скорой, мальчик уже успел потерять сознание.

***

      Чимин сидел возле закрытых дверей операционной, над которыми горела красная зловещая лапочка. Он то и дело нервно ерошил волосы или прятал лицо в ладони, испачканные в чужой крови. В какой-то момент за спиной послышались чьи-то шаги, тихим эхом разносившиеся по длинному пустому коридору. Пак обернулся и увидел Хосока. — Что ты здесь… Как узнал, что я…- Чимин остановился на половине фразы, увидев ошеломлённое выражение лица Чона. В голову Пака пришла ужасающая догадка. — Ты здесь не из-за меня.