История Двалина и Дис. Приложение к фику "Привет! Меня зовут Наташа"

Новая жизнь закружила, и время быстрой рекой потекло вперед. И вот уже детская пора осталась лишь воспоминаниями на дальних берегах ее памяти, а сама Дис, одетая по случаю своего совершеннолетия в королевские цвета, вступила в тронный зал и склонила голову перед королем. Уже давно на троне Синих Гор восседал ее отец, и память успела сгладить страшные воспоминания… Ей едва исполнилось тридцать, когда погиб дед. Трор так и не смог смириться с потерей несметных богатств Эребора, и жизнь в Синих Горах казалась ему убогой. С каждым годом он становился все мрачнее, все одержимее, почти перестал разговаривать, и никто из семьи не знал, о чем он думает. А потом он ушел, объявив королем своего сына и так ничего и не объяснив своим родным. И вскоре прилетела страшная весть: Трор жестоко убит предводителем орков. Тревога повисла в Синих Чертогах — гномы стали готовиться к войне. Об этом никто не говорил, и жизнь казалась такой же, как и прежде, но гномы никогда не прощали своих врагов. Девять лет над новым домом висели грозовые тучи, девять лет король собирал армию в надежде не только отомстить за отца, но и вернуть утраченное некогда могущественное гномье королевство — Морию. В этот раз ушли все, даже Фрерин. Светлый и жизнерадостный, он ненавидел войну, но остаться в стороне не смог и, ослушавшись приказа отца, что велел младшему сыну оставаться в Чертогах, взял с сестры обещание молчать и ушел тайком. Сколько боли и страха пришлось пережить ей в те годы. Сколько утрат. Из Мории вернулась лишь горстка гномов — все, что осталось от величайшей армии. И Фрерин, столь дорогой сердцу брат, остался там, у Восточных врат Кхазад-дума. Остался навсегда, пеплом развеянный по изуродованной страшной битвой равнине. Тогда Дис казалось, что слез у нее не осталось. Что сердце ее умерло вместе с братом. Она любила их всех, но Фрерин был светом ее души — и вот, его вдруг не стало. Жестокая скорбь долго разрывала сердце на части, но милосердное время все же сделало свое дело: боль утихла. И, хоть затаилась в уголке души, но больше не скребла мучительно, а Фрерин навсегда остался в памяти Дис молодым юношей с прилипшими к лицу мокрыми от дождя прядями и счастьем в глазах… Дис тряхнула головой, прогоняя тяжкие воспоминания: сегодня она не будет думать о грустном. Сегодня ее праздник, и она хочет веселиться. Отыскав взглядом Налию, принцесса улыбнулась ей и шагнула вперед. И тут же со всех сторон налетело веселье, закружило вихрем танца, оглушило песней скрипок и задорных рожков. Принцесса кружилась по залу, заливаясь счастливым смехом, ловила взгляды, такие же счастливые, ее родных и друзей. И радовалась, в этот миг по-настоящему радовалась жизни, которая, казалось, только начинается. Тогда она еще не знала, что ждет ее впереди, но, возможно, предчувствуя что-то, напитывалась этой радостью наперед, чтобы потом хранить в душе тепло этих воспоминаний на случай новых невзгод. Отец не танцевал, но взгляд его, обычно холодно-суровый, сейчас потеплел. Он любил свою дочку трепетно, хоть и не показывал своих чувств никому, даже самой Дис. И сейчас, наблюдая за ней, кружащейся в танце, видел в дочери черты любимой жены: ее красоту и грацию, любовь ко всему, что ее окружало, любовь к самой жизни, какой бы жестокой она не была. Остальные веселились от души, и тронный зал содрогался от топота множества тяжелых мужских сапог и громкого смеха. Танцевать гномы были мастаки и, хоть возможность такая выдавалась нечасто, в веселье толк знали. Женщин в их народе, как и прежде было мало, а потому на каждую даму приходилось с десяток кавалеров, но сейчас любому из мужчин, молод он был или стар, хотелось потанцевать именно с юной принцессой. Выстроившись в цепочку, гномы по очереди проходили круг по залу, сжимая в объятиях виновницу торжества, и Дис, не обращая внимания на боль в ногах, продолжала танцевать, боясь обидеть хоть одного из них. Торин, Балин, Фундин, Дайнар… и еще много-много других. Вот и Двалин, друг ее, уже далекого детства. Как давно они не виделись, и как сильно он возмужал за это время — настоящий воин! «Здравствуй!» — улыбнулась принцесса, а он вдруг смутился и покраснел. «Здравствуй,» — ответил, не поднимая глаз. И, пока вел ее в танце, не сказал ни слова… Что-то дернулось в душе тогда, словно маленькая птичка, запертая в клетке. Но в тот миг Дис ничего не поняла. Она продолжала смеяться и танцевать, забыв обо всем. Лишь когда поздним вечером, уже совсем обессиленная, покидала праздничный зал, обернулась на пороге еще раз махнуть рукой всем, кто собрался здесь, чтобы поздравить ее, и поймала взгляд Двалина — пристальный и, показалось, безнадежный. Отчего он так посмотрел на нее? Отчего так странно вел себя на празднике? Ответа Дис не знала. Но, едва переступила порог своих покоев, от неожиданности чуть не села на пол: на ковре, прямо у ее ног, лежала охапка полевых цветов.