Любовь сквозь лёд и пламя

      Огромная толпа из нескольких сотен человек собралась перед входом в комплекс полигонов особняка Вария.       И если бы это было просто стадо. Неет…организованные отряды всех семи атрибутов, да плюсом офицеры Варии.       И вот, сейчас перед всеми этими людьми стояли Тсунаеши со Скуало. И оба были готовы со сто процентной уверенностью свалить отсюда. Мешал только Занзас, что стоял как раз за их спинами.       Тут кого угодно дрожь проберет, да еще и столько взглядов. Стремительно захотелось помереть. — Слушаем сюда, мусор, — начал Занзас. Он буквально проорал это, чтобы услышали все присутствующие, а какого же было нашей парочке, что стояла как раз перед этим громкоговорителем. — Это, — руки оказались на плечах омег, — новые офицеры Варии: Дождь, — потрепал по голове Скуало, а ведь его сутра и так заставили заплести волосы в косу, — и Облако, — рука опустилась уже на макушку Тсунаеши, трепля и без того растрепанные волосы. Ему не дали даже нормально сориентироваться.       Примерно неделю после того, как произошел разговор между Тсуной и Хибари, их с братом держали в подземелье особняка. «Для профилактики, — как выразился тогда Занзас, — слишком уж вы дикие». Ну укусил его Скуало за спину, пропитав зубы пламенем дождя, с кем не бывает. И даже не столько это, сколько то, что Тсуна подстроил аварию, пока их перевозили в особняк Варии.       Так что сегодня с утра их, сонных, вытащили из камеры. Искупали так, что ребята проснулись сразу же, как на них полилась холодная вода. Буквально впихнули в штаны и футболки, и выволокли на импровизированную сцену, даже не дав обуться. — Омеги? Капитан, но как же так?! Вы стольких талантливых бет и альф отсеяли, а их, — брезгливый взгляд скользнул по ребятам, — приняли даже без испытания. — Мусор, ты смеешь сомневаться в моих решениях? — Занзас прищурился, а офицер заметно стушевался под его взглядом. Но толи у босса было хорошее настроение, толи он все-таки решил показать силу новых офицеров, он с уверенностью заявил. — Они пройдут.       Тсунаеши открыл было рот, чтобы возразить, как над ухом пронеслось чуть насмешливое: «Договор нельзя нарушить, помни о последствиях». Пришлось смириться.       Так что их, босых повели в самую глубь комплекса. Прямо по холодной гальке, что мгновенно прорезала нежную кожу. Но Занзасу, на первый взгляд, было все равно.       Полигон № 9. Самый опасный из всех. Сотни ловушек, система специальных стенок и рвов. Большая часть земли пропитана ядами. Упал даже с царапиной, и неделя в больнице — наилучший исход.       Все собравшиеся неверяще смотрели на своего босса. Неужели он действительно отправит этих «беззащитных» созданий в этот рукотворный ад. — Ну что, мусор, вы хотели зрелища, дак вот оно.       Он подтолкнул ребят ко входу на полигон. Те непонимающе воззрились на него. — Пройдите всю полосу. Тогда вас примут, — на этот раз хотел возразить Скуало, но он даже не успел рта открыть. — Возражения не принимаются. Вперед.       На всей территории полигона установлены камеры видеонаблюдения, и с помощью пламени тумана была возможна трансляция прямо над воротами полигона. Все рядовые и офицеры могли видеть начинавшееся зрелище.       Первой была стенка, высотой метра три. Самая легкая часть полигона. Омеги пошли ее без помех, ну, а дальше…       Чтобы пройти в следующую часть тренировочной площадки, надо либо достать лестницу со дна грота, что был чуть левее ещё одной стены, либо…найти новое решение. К примеру, проломить (ну, это же Тсуна). Пламя облака охотно откликнулось на призыв хозяина.       А теперь внимание. То, что заставило непроизвольно сесть того самого офицера, который высказывался против кандидатуры ребят на пост Хранителей. Ну, в общем-то, сел не только он, но не суть.       Представляете себе горсть песочка? Ну так вот, эту горсточку пропитали пламенем облака. Фиолетовый песочек. Легкий взмах руки, и эта «милота» летит в титановую (!) стенку.       Щелчок от соприкосновений двух материй и…бабах. Дыра шириной примерно в четыре шага, а высота чуть больше роста самих омег.       Занзас одобрительно хмыкнул       Дальше были раскаленные пламенем урагана перекладины. По земле не пройти, сделаешь хоть шаг за линию, и из-под земли вырываются испарения ядовитых химикатов.       Благодаря особенности своего пламени, Скуало пропитал им перекладины, так что теперь их можно было касаться, не опасаясь ожогов.       Перейти ров длиной в пятнадцать метров, до верху наполненный водой. Проплыть не вариант. Камешек, полетевший в воду с тихим шипением испарился. Все наблюдавшие ясно представляли, что будет, если туда упасть. В общем, здесь может помочь лишь фантазия и изобретательность.       Пламя Облака окутало водную гладь, а по нему поползла дымка Тумана. Первым на импровизированный мост вступил Скуало, пропитывая пламенем воду и замедляя всю живность, что еще не среагировала на посетителей своего жилища.       Тсуна идёт следом. Корка льда покрывает ров, и омеги спокойно проходят. Конец.       Все рядовые в шоке. Младшие офицеры тоже.       Занзас одобрительно захохотал.       «Добро пожаловать в Семью, мелочь».

***

      Мда, а теперь человек, благодаря которому он и попал в Варию, гонится за ним. И явно с недобрыми намерениями. — Тсунаеши! Выходи. Я сегодня добрый, так что всего лишь проведу личную тренировку.       Тсуна еще больше вжался в шкаф, который и являлся временным убежищем омеги. Запах скрывать удастся еще минут десять, а потом…лучше не думать о худшем. Хоть твоя «смерть» и бродит совсем рядом. — Муку-тян, ты где? — раздалось чуть приглушенно, но все-таки достаточно громко.       «Знакомый голос…» — Чтоб ты зефир просроченный сожрал, зараза белая, — раздалось рядом еле уловимым шепотом. Тсуна от неожиданности чуть было не вскликнул, помешала лишь узкая теплая ладонь. — Не кричи. Я же вижу, что и у тебя тоже немалые проблемы. — В темноте, чуть мерцая, на него смотрели разноцветные глаза. Синий и красный.       Во взгляде промелькнуло понимание, а потом и узнавание. — Куро-кун, неужели… — из глаз полились непрошенные слёзы. — Ёши-тян?       И встретились два эксперимента. С одинаковым прошлым, но разной судьбой.       Лились слезы, но вместе с тем пришла и радость. Радость за то, что они все-таки встретились.       «Мы сдержали обещание»