Сестры
5 августа 2016 г., 19:28
Семья. Вот чем стоит дорожить в этом мире. Никто не будет любить тебя так, как родители, сестры и братья. Никогда не отворачивайтесь от родных, только они искренне и без злого умысла помогут в трудной ситуации и спасут твою жопу.
I
В просторной большой комнате находились двое: пациент и психиатр. В помещении была та самая атмосфера доверия, когда чувствуешь в себе силы рассказать всю историю в самых незначительных подробностях. Поэтому молодая девушка ждала от доктора его вопросов, чтобы, наконец, облегчить душу. Кэтрин Донован — весьма симпатичная студентка, которая окончила третий курс в государственном университете Килл-фокса. Самое прекрасное в Кэтрин — ее большие зеленые глаза, посмотрев в них, можно всегда с легкостью понять, какое настроение было у девушки, и какое у нее расположение духа в любой день недели. У Кэтрин были длинные светлые волосы, густые брови, которые делали ее глаза еще выразительнее и все это дополняли губы кораллового цвета. Девушка не отличалась высоким ростом и идеальными пропорциями тела, поскольку ей немного не хватало в весе, но несмотря на это обстоятельство, ее нельзя назвать доской, так как она могла похвастаться какой-никакой грудью и пятой точкой. Но Кэтрин совсем не комплексовала, а наоборот, всегда была уверенна в себе, именно поэтому внимания противоположного пола хватало. Пару минут в кабинете царила полная тишина, но психиатр, мисс Доус, вскоре поспешила начать беседу: — Кэтрин, я пока смутно представляю, что вынудило вас обратиться ко мне, но надеюсь, вы предоставите мне возможность помочь вам. По телефону вы сообщили, что это связано с вашей сестрой, так почему бы вам не рассказать мне о ней и отношениях между вами. — мисс Доус говорила тихо и спокойно, ее голос был весьма дружелюбным. Когда Кэтрин решила обратиться к психиатру, она была тверда в своем решении, но как только девушка попыталась объяснить, что тревожило ее, то вся уверенность сошла на нет, ей сразу захотелось повернуть время вспять, чтобы исправить эту ошибку. — Да, я пришла, поскольку меня мучает… чувство вины, каждую ночь мне снятся кошмары… точнее… сны… точнее, мне кажется, что это сны. Они до такой степени реалистичны, что порой я не знаю, что было, а чего не было, — Кэтрин абсолютно не слышала вопроса, который ей задала психолог. Она говорила быстро, иногда прерывалась, подбирая правильные слова, которые могли бы пояснить ее состояние. Но в то же время Кэтрин старалась выражаться так, чтобы не выглядеть сумасшедшей. — Мисс Донован, постарайтесь рассказать все с самого начала, последовательно. Например, кошмары. Как долго они вас мучают? А чувство вины? Из-за чего оно вас преследует? — Психолог внимательно наблюдала за Кэтрин, пытаясь уловить в движениях ее тела, в мимике ее лица внутреннее состояние пациентки. — Чувство вины стало частью меня. Это из-за сестры… точнее, из-за того, что с ней случилось… то есть когда ее… когда он ее… Нет, доктор, кажется, я не готова говорить об этом, вы не сможете мне помочь, я должна сама разобраться в этом, — глаза девушки покраснели. Спустя несколько секунд на ее щеках уже были слезы, которые Кэтрин быстрым движением рук вытерла, после чего схватила сумку и уже встала, чтобы выйти из кабинета. Однако мисс Доус очень ласково посмотрела на пациентку и тихо сказала: «Кэтрин, если вы сейчас уйдете, то я точно не смогу помочь». Несколько мгновений Кэтрин смотрела в глаза психиатру, после чего села обратно в кресло. Она еще раз смахнула слезы, которые катились по лицу, потом извинилась за несдержанность и согласилась продолжить прием. Тогда мисс Доус решила начать издалека: «Скажите, как звали вашу сестру? Вы были близки с ней?» — Джессика, так ее звали. Мы были с ней всегда вместе, сколько я себя помню. Даже когда ей уже было шестнадцать, а мне пятнадцать, мы продолжали жить в одной комнате. Родители вечно твердили нам, что если бы мы жили отдельно друг от друга, то нам было бы просторнее. Но мы с Джессикой и слышать не хотели ничего об этом разделении. Но вскоре обстоятельства все-таки заставили нас расстаться, но не надолго. Когда Джесс поступила в университет и уехала за тысячу миль от дома, мы целый год жили в разлуке. Время порознь тянулось вечность, но после этого ужасного для нее и для меня года я поступила в то же учебное заведение, и мы больше не расставались. Я и Джессика жили в одной комнате в общаге, у нас были общие друзья, мы ходили на одни и те же вечеринки (не часто, я не очень любила вечеринки, но Джесс всегда пыталась вытащить меня из комнаты). Но на втором курсе я совершила ужаснейшую ошибку. Из-за меня она… ее… убил тот сукин сын. И почему именно Джессика стала его последней жертвой? У нее вся жизнь была впереди, но теперь это уже неважно, как жаль, что машины времени возможны только в фильмах. Но вскоре я потеряла еще одну родственную душу. Мама из-за своего горя серьезно заболела, ведь самое сложное в жизни каждой матери — лишиться своего дитя. И спустя два месяца мы с отцом… — Кэтрин больше не пыталась сдерживать слезы, она дала волю чувствам, и ее рыдания превратились в настоящую истерику. Мисс Доус не пыталась утешить девушку, как она знала по собственному опыту, лучшее средство облегчить душевные страдания — хорошенько выплакаться. Когда Кэтрин успокоилась, она поблагодарила мисс Доус и вышла из кабинета, больше ни на какие приемы, ни к каким психиатрам девушка не ходила.***
Год назад — Сколько можно вертеться перед зеркалом? Дай и другим людям пару секунд на себя поглядеть, а потом лицезрей себя любимую хоть еще два часа! — Кэтрин говорила громко и строго, но с такой любовью в голосе, что обидеться на ее обвинение в эгоизме было нельзя. — На что ты собралась смотреть? Ты что действительно пойдешь на вечеринку по случаю Хеллоуина в этом? — Джессика быстро взглянула на сестру так, словно Кэтрин стояла перед ней голышом, но на самом деле она была в простых темных джинсах и в самой обыкновенной футболке. Типичный наряд типичного студента. — Я не хочу надевать то, что ты купила мне в том секс шопе, я не хочу походить на проститутку, тем более на улице холодно, не хочется простудиться. — Кэтрин только после того как высказалась, поняла, что ее аргументы не волнуют Джесс, а спорить с ней себе дороже. Джессика, как маленький щеночек посмотрела на сестру, поэтому Кэтрин без лишних слов стала переодеваться. Еще за две недели до вечеринки Джессика позаботилась и о своем наряде и о наряде сестры. Кэтрин об этом не просила, поскольку не хотела никуда идти. Но Джесс знала, что если Кэт не заставить, то ни на какую тусовку ее зубрилка-сестра не пойдет. Если перед Кэтрин был выбор, идти на очередную вечеринку или просидеть весь вечер за книгой, то она без всяких сомнений выбирала второй вариант, ведь пиво мозгов не прибавит. Джессика была не такой серьезной, как ее сестра. Удивительно, ей как-то хватало времени и за учебниками посидеть и вечером сходить на какую-нибудь тусню, которую устраивали разные братства. Когда Кэтрин только поступила в университет она с удовольствием ходила на все вечерние бухаши. Но головные боли по утрам не давали сосредоточиться на лекциях, а на домашнее задание совсем не осталось времени, поэтому она решила, что пора заканчивать с выпивкой и пьяными танцами. Джессика вскоре, как и младшая сестра, перестала вести ночную жизнь, но пару раз за год Джесс уговаривала Кэтрин сходить повеселиться, и последняя не могла отказаться. Внешне сестры были непохожи, поэтому трудно было поверить в их родство. Они всегда и везде были вместе, ссоры были редкостью, обычно, по разным пустякам. Как-то раз Кэтрин целый день злилась на Джесс за сломанный фен, пожалуй, это была самая масштабная их недомолвка. Хотя был еще случай. Когда Кэт было четырнадцать, а Джесс пятнадцать, так совпало, что они влюбились. Сначала девушки даже не подозревали, что их возлюбленные — один и тот же человек, но когда сестры поняли, что мечтают об одинаковом принце, то не разговаривали друг с другом около недели. Каждая из сестер по-своему пыталась понравиться соседскому пареньку. Но вскоре выяснилось, что у их возлюбленного ей свой возлюбленный, поэтому девчонки, быстро помирившись, еще долго смеялись над тем, что поссорились из-за мальчика-гея. «Но с кем не бывает?» — подумали сестры и больше не ругались из-за парней. Джессика - шатенка с карими глазами, копия матери, такая же красивая и веселая. Она всегда улыбалась, и Кэт называла сестру солнышком за ее прекрасную улыбку и маленькие веснушки на щечках и носике. Кэтрин всегда немного завидовала фигуре старшей сестры, которая была, как все говорили, то, что надо. Джесс не была полной или, наоборот, слишком худой, она была стройной. А еще природа наградила девушку отличной грудью, что делало ее любимицей всего мужского пола. Но как расстраивался всякий парень, пытавшийся к ней подкатить, когда она со своей лучезарной улыбкой отвечала ему: «Ты настоящий пикап-мастер, но у меня уже есть любимый человек». Тодд, возлюбленный Джесс, и днем и ночью ревновал ко всем свою Джесси, хотя никакого повода она не давала. Тодд был кем-то средним между качком и ботаником. Он был в меру красив и умен, но что больше всего ценила в нем Джессика, так это чувство юмора. Тодд никогда не давал ей скучать, постоянно шутил и рассказывал на первый взгляд глупые истории, но Джесс они нравились, и это было самое главное для него. Он брюнет с такими же карими глазами, как и у его девушки. Вообще, они с Джесс были очень похожи, и многие, видевшие их вместе, думали, что перед ними брат и сестра. Отношения этой пары были настолько серьезные, что они не раз думали о свадьбе после университета и о долгом медовом месяце. Прошло еще около полутора часа, прежде чем Кэтрин и Джесс были готовы к вечеринке. Как это ни банально, Джесс выбрала для себя наряд сексуальной медсестры. Когда Кэтрин осуждающе смотрела на нее, то Джессика говорила, что этот костюм для Тодда, что только ради него она оделась столь откровенно (хотя белый халат был не сильно коротким, а вырез на груди не очень вызывающим). Еще больше Кэт была недовольна своим платьем. Так называемый костюм ведьмы был слишком далек от тех одеяний, которые носят всякие колдуньи с зеленой кожей, бородавками на носу и подбородке. Все, что было от ведьмы в этом комплекте, так это действительно ведьминская шляпа. — Знаешь, ты выглядишь, как настоящая ведьма, вот только метлы не хватает. А что скажешь о моем халатике? Только не смотри на меня опять так осуждающе, просто представь, что ты парень, точнее, не просто парень, ты Тодд. Представила? — Джесс вопросительно смотрела на Кэтрин, и когда та кивнула, Джессика с улыбкой спросила, — как по шкале от одного до десяти ты оценишь мой наряд? — На восьмерочку с минусом потянешь, — Кэтрин улыбнулась, этого было достаточно для Джессики, чтобы понять, что она выглядит превосходно. Девушки сразу поспешили из общежития на вечеринку, но Джесс видела, что Кэтрин не в самом лучшем расположении духа. Дело было вовсе не в платье. Когда сестры были почти на месте, Кэт стала взволнованнее, и Джессика сразу поняла, что к чему. — Я знаю, почему ты так волнуешься, но ведь уже два месяца прошло, я бы на твоем месте давно забыла все, что было. — На слова Джесс Кэтрин только нахмурилась, — мне кажется, что ты зря переживаешь, его может там и не быть. А даже если он тоже на вечеринке, то там столько народа, что вероятность вашей встречи равна одной тысячной. — Кэтрин продолжала молчать, но слова сестры ее немного успокоили. Джесс сама не особо верила в то, что говорила, ведь в мире существует очень неприятный и жестокий закон подлости, и что, как назло, именно сегодня и именно на вечеринке Кэтрин может встретиться с одним козлом. А еще Джессика знала, что у этого козла очередная баба, и она не могла не предупредить об этом сестру. — Ты, наверно, слышала, что у него новая пассия? Казалось, на Кэтрин это не произвело никакого впечатления, она просто промолвила: « Я рада за него», — после чего больше не сказала ни слова. На самом деле Кэт успела расчленить, потом утопить, повесить и живьем закопать в землю эту девушку в своей голове, и когда Джесс посмотрела Кэтрин прямо в глаза, чтобы убедиться, что она в порядке, Кэт стало немного стыдно за такие кровожадные мысли. Когда Кэтрин и Джесс зашли в дом братства, то там уже собралось много студентов, некоторые из них бухали, другие плюс этому курили кальян и травку, остальные закидывались наркотой. Вечерина только началась, а в нормальном состоянии никого не видно, но это не плохо, веселье, можно сказать, в разгаре. В помещении стояла ужасная духота, и многие, страдая от жары, частично избавились от одежды. Парни остались без футболок, некоторые без стеснения стянули штаны, самые дерзкие девушки тоже последовали примеру мужской половины. Но даже массовое раздевание не спасло от духоты, и все изрядно выпившие, полуголые студенты вышли на задний двор, где продолжали свои пьяные танцы. Когда Джесс по дороге вспомнила Барби и его новую подстилку, в то самое мгновение Кэтрин решила, что напьется, только в путь. Пока Джессика и Тодд наслаждались обществом друг друга, Кэтрин не теряла время. Как и на любой вечеринке, бухашек (алкоголя) было достаточно, чтобы выпасть из жизни на всю ночь и следующее утро. И вот почти полная бутылка виски, бесхозно стоявшая возле Кэтрин на столе несколько секунд назад, уже была у нее в руках. Кэтрин была из тех самых девушек, которые не дружат с выпивкой, поскольку пары глотков достаточно, чтобы начать творить беспредел. И вот Кэт, сделав ту самую пару глотков, уже опьянела. Если бы поблизости находилась Джесс, знавшая, как градус влияет на сестру, то положение можно было бы спасти. Но рядом с Кэтрин находились одни бухари, остановить ее никто не мог, она выпила еще. Спустя какие-то пятнадцать минут Кэтрин присоединилась к небольшому кружку парней и девушек, игравших в бутылочку. Бутылочка указала на нее, и сидящий напротив парень, похожий на панка, спустя секунду уже исследовал языком ее рот. Когда он отстранился от Кэтрин, то посмотрел на нее таким пошлым взглядом, словно приглашающим уйти отсюда и продолжить в более уединенном месте. Следующей крутила Кэт, предстоял мокрый поцелуй с девушкой. Чего только не сделаешь в пьяном виде, Кэтрин, не думая, целовалась и со своей однокурсницей Сашей, которая, как все знали, была лесбиянка. На втором круге Кэт целовалась с парнем, который ей сразу понравился. Он был спортивного телосложения, с большими голубыми глазами и с темными волосами почти до плеч. С этим незнакомцем поцелуй длился дольше всего. Кэтрин настолько раскрепостилась, что запустила руки к нему в волосы, а симпатичный студент держал своими большими ладонями ее лицо. Напоследок девушка укусила парня за губу, и потом они долго обменивались друг с другом похотливыми взглядами. Второй круг замкнулся, Кэт сильно возбужденная хотела подойти к сексуальному длинноволосому парню, но когда она увидела Аманду, то забыла о нем. Аманда училась на третьем курсе и знала всех наркодилеров, поэтому у нее всегда с самой имелись какие-нибудь таблетки или порошок. Кэтрин всегда хотела попробовать, что-нибудь подобного рода, но боялась зависимости, но в нынешнем состоянии, она не отдавала отчетам своим действиям. «Какая разница, что будет сегодня, завтра это будет в прошлом», — так говорила себе Кэтрин. Аманда дала девушке на пробу не очень сильные таблетки, а что обрадовало Кэт, они достались ей бесплатно. Проглотив несколько колесиков, она сначала не почувствовала ничего особенного. Потом ей стало очень хорошо, Кэтрин сразу стала танцевать, она почувствовала прилив сил и готова была танцевать всю ночь. Но возбуждение, которое девушка испытала во время поцелуя с голубоглазым студентом, стало сильнее. «Хочу с кем-нибудь переспать, год назад я была не готова заняться сексом с Барби, теперь все иначе. Нужно найти его, сделаем это сегодня,» — уверенная в правильности своих мыслей, Кэтрин стала глазами искать того, кого еще пару часов назад считала козлом. Теперь она хотела, чтобы он стал ее первым. Кто ищет тот всегда найдет. Но на самом деле искать никого не пришлось, Барби, словно почувствовав, что о нем думает Кэтрин, показался в поле ее зрения. Кэт незамедлительно подошла к Барби и без всяких прелюдий сказала, что хочет заняться с ним сексом. Барби сначала потерял дар речи, поскольку он знал ее как одну из скромнейших девушек, но потом он понял, что Кэтрин изрядно выпила, но все равно предложил пойти к нему в общагу и не откладывать с этим делом. Ответ девушки был положительным. Пока Кэтрин хорошо проводила время, Джесс сильно волновалась за нее, она не могла нигде найти сестру. Народу было слишком много. Джессика знала, что Кэтрин плюс выпивка приравнивается к безбашенности. Когда Джессика обошла весь задний двор и не нашла сестру, то решила вернуться в общагу. Она надеялась, что Кэтрин могла уже уйти домой, ведь не очень-то и хотела младшая сестренка на вечеринку. Тодд остался в доме братства и продолжал искать Кэт там. Время было давно за полночь, Джесс шла в полном одиночестве, поначалу она не боялась, потому что по улицам шлялись пьяные студенты. Но когда дом братства остался далеко позади, девушке становило страшно, поскольку вокруг не было ни души, и стояла полная тишина. Ей постоянно мерещилось, что кто-то идет за ней, но когда она оборачивалась, никого не оказывалось рядом. Потом Джесс услышала странный шум позади, но оглянувшись, увидела собаку, преследовавшую ее. Она очень сильно боялась дворняжек, никогда не знаешь, что у них на уме, поэтому Джессика прибавила шаг, но животное не собиралось отставать. Зная, что собаки чувствуют страх, Джесс пыталась успокоиться, а шавка плюс ко всему начала громко лаять. Девушка, чуть не теряя сознание от страха, перешла на бег, собака прекратила преследование, пробежав еще немного, Джессика остановилась и отдышалась. Впереди уже виднелся корпус общежития, Джесс услышала шаги позади себя, но не стала больше оборачиваться, думая, что это ее воображение играет с ней. Как она ошибалась…
