Музыка во мне.

      Где-то впереди в темноте засиял белый свет. Я от безысходности шла к нему, не чувствуя абсолютно ничего. Я знала, что это конец. Оставалось лишь дождаться, когда и этот свет исчезнет, оставляя меня в полной темноте навсегда.       Я слышала отчаянные голоса, но не могла понять, кому они принадлежат. Но мне и не хотелось узнавать это. Хотелось лишь полностью раствориться, оставляя все прошедшее позади.       Но вдруг что-то стало утягивать меня от света все дальше и дальше. Это было ненавязчиво, но почему-то я послушалась и сменила направление. В этой темноте мне не страшно было потеряться, потому что меня будто бы вели за руку к нужной цели.       Я открыла глаза и поняла, что я не умерла. Вокруг слышался мерный писк приборов, за окном тёмно, шумел ветер. Рядом с кроватью на табуретке кемарила медсестра. Вполне себе реальная обстановка.       По щеке скатилась слезинка. Я не смогла уйти за Алексом. Теперь меня ждала медленная мучительная смерть, спасения от которой я найти не могла.       Но эту слезинку стёрли холодные пальцы. Я перевела взгляд на человека, на котором лежала. Им оказался Алекс. Слабый, болезненный, но живой. Он с некоторой тревогой смотрел на меня, не скрывая при этом радости, что я сейчас рядом с ним.       — Алекс! — вскрикнула я, не беспокоясь, что кто-то мог услышать. — Неужели ты очнулся?! Или же я просто умерла и теперь с тобой на том свете?       — Так, — хрипло произнёс парень. — Ты эти шуточки про тот свет брось. Я же тебе говорил, чтобы ты жила дальше.       Медсестра услышала нас, удивленно ахнула и выбежала из палаты. Я же решила продолжить этот долгожданный разговор.       — Но как ты выбрался из комы? — спросила я. — Врач говорил, что ты не выживешь.       — Темнота меня почти поглотила, — признался Алекс. — Но вдруг я услышал звуки гитары и твой голос. Слов песни я разобрать не мог, но понял, что я не должен сдаваться. Поэтому шёл за твоим голосом, даже когда он начал затихать. И как видишь, я победил болезнь. Я здесь, с тобой.       — Какое счастье! — воскликнул с порога Кирилл. — Ты жив! Я поверить не могу!       — Это вправду чудо, — произнёс врач, идущий следом за Субботиным-старшим. — Чудо, что вы оба живы. Елена, давайте мы обработаем ваши раны на пальцах и со всем разберемся.

***

      Пока мне обрабатывали раны, за окном начало светать. Видимо, проснулись мы все-таки ближе к утру, а не глубокой ночью. Хотя, как призналась медсестра, страшнее было, когда абсолютно здоровый человек не подавал признаков жизни.       Как выяснилось, я свои пальцы повредила так, что все руки были в бинтах. Но это ничуть не ухудшило моё настроение.       — Итак, — начал Кирилл. — Вчера около десяти вечера мне с тревогой позвонил Федор Юрьевич. Мало того, что ты, Алекс, очень медленно умирал, так ещё и Лена лежала рядом с тобой, не реагируя вообще ни на что. Все перепугались, но ничего на смогли сделать. Честно скажу, я думал, что потеряю вас обоих.       — Ну, теперь то все хорошо, — произнесла я. — Прости, что заставила тебя поволноваться.       — Зато я точно понял, что ты любишь Алекса искренне. Это для меня очень радостно. Спасибо, что не бросила нас.       — Кирилл, — сказал Алекс. — Ты меня дурака прости, что я не обратился к тебе за помощью. Это было опрометчиво, ведь после смерти мамы только ты и был рядом.       — Думаю, теперь наша семья пополнилась. Эта ситуация показала нам, кому можно доверять, — сказал Кирилл, слегка потрепав меня по голове. — Тем более она защищала тебя от нашего отца, не побоявшись его побоев.       — Это правда? — Алекс посмотрел на меня с такой заботой, что я невольно съежилась от воспоминаний о том дне.       — Правда, — кивнула я. — И если бы Кирилл не подоспел вовремя, я оказалась бы в больнице ещё раньше.       — Ну, не будем о грустном, — заключил Субботин старший, отвлекшись на свой телефон. — А пока давайте встретим гостей.       И в подтверждение его словам дверь отводилась и в палату вошли Дима, Наталья Михайловна и даже Саня — тот парень, который беспокоился об Алексее не меньше нас. Лица у всех были сонными, но счастливыми. Глаза каждого сияли и чуть ли не слезились. Сегодняшний день был прекрасен для всех.       — Привет, Алекс, — скромно сказал Саня. Он был единственным, кто не видел Субботина в коме, поэтому быстрее преодолел смущение и страх. — Я рад, что ты очнулся. Расскажешь, как до такого дошло?       — Конечно, расскажу, — улыбнулся Алекс. — Но все по порядку. И сначала…       Несмотря на то, что я сидела на его кровати, блондин притянул меня ещё ближе и впился в губы поцелуем. Такой долгожданный и немного горький поцелуй, таящий в себе все те чувства, которые скрывало и моё сердце, и сердце Алекса. Мы справились с тем испытанием, что подготовила судьба, и справимся с другими, которые навалятся на наши плечи. Мы будем вместе. А я наконец перестала чувствовать себя одинокой.