Ну давай, убей меня!

Мария неподвижно лежала на траве. Грудь слабо вздымалась. Якобы смертельный яд всего лишь обездвижил ее, хотя это тоже весьма проблематично. У нее достаточно слабых мест, а добавлять к списку того, что так или иначе может сделать ее беспомощной, еще и яд – опасно. Сломанная кость вскоре срослась, а разодранная о кору щека зажила. Словно тряпичная кукла она лежала, не шевелясь. Рука, согнутая под неправильным углом, чуть подрагивающие ресницы. Спутавшиеся волосы, щекотали лицо. Она такая слабая, жалкая и ничтожная. Не справилась с каким-то человечешкой! Да это почти как таракана раздавить – даже этого не смогла. Неужели настолько уязвима? Но раз так, значит ей нужно бояться всего: любого шороха, каждого звука, потому что везде опасность. Нет ну надо же! Голыми руками ее на лопатки уложил! А ведь для Сета девушка умерла или бьется в предсмертных судорогах. Вот он обрадуется, увидев ее целой и невредимой. Много ли, мало ли времени прошло, а девушка, по-прежнему, не чувствовала ни рук, ни ног. Уже не верила, что набредет кто-то на ее тело. Гнить ей здесь за свою ошибку. Слушать нужно было Нейта! Да что уж теперь об это вспоминать. Что сделано – то сделано. Как говорится: прошлого не воротишь. Мария попыталась пошевелить пальцами, но тело не откликалось. Как бы сильно она ни старалась, как бы ни напрягала мышцы – все без толку. Может это наказание? Расплата за грехи. Медленная, мучительная и очень долгая смерть за всех тех людей, чья кровь на ее руках. Хотя, наверное, даже этого будет недостаточно, чтобы искупить свои деяния. Нет в ней раскаянья.

***

Удар в челюсть. Да такой, что в глазах потемнело, и весь мир вокруг пошатнулся. Нейт не скупился на силу. Глаза полные ярости и презрения прожигали дыру в затылке Сета. Схватив, согнувшегося пополам друга за грудки, он встряхнул его, словно щенка и ударил коленом в живот. - Она невинный человек! – рыкнул он, смотря, как Сет захлебывается собственной кровью. – Когда ты превратился в такое чудовище? - Это я-то чудовище? – усмехнулся парень. - Есть правила, нарушать которые запрещено! – Нейт подошел к лошади и быстро запрыгнул на нее. – Моли Бога о том, чтобы она была жива, иначе я сообщу о случившемся. - Если ты выберешь ее, можешь не рассчитывать на меня. Нейт пришпорил коня и поскакал обратно в лес. Не щадя лошадь, он понесся обратно к тому месту, где в последний раз видел девушку. Даже подумать страшно о том, что сейчас ее бездыханное тело лежит там, в лесу. Некому помочь, хотя, наверное, помощь уже не нужна. Это его вина. Нельзя было отпускать ее одну, зная характер Сета. Нужно было что-то придумать, пусть самую глупую ложь, в которую мало кто поверит, но надо было хотя бы попытаться, а не молча закрыть на все глаза, предпочитая оставаться в стороне. Во всем, что когда-либо с ней случалось, виноват он: когда ее чуть не убила обезумевшая лошадь, когда она чуть не утопла в болоте – все это его вина. Перед глазами всплывала жуткая картина: Мария лежит вся в крови с пустым, остекленевшим взглядом, устремленным в синее безоблачное небо. Легкие горели, лошадь скакала из последних сил. Все цвета вокруг смешались в одно пятно. Кровь стучала в висках. Поваленное дерево чуть не скинуло парня из седла, но он вовремя пригнулся. - Мария! – Сердце согревала надежда, что может быть девушка все еще жива, что вот сейчас снова огрызнется ему, ударит, но в ответ – тишина. – Мария! Нейт уже давно проскакал то место, где видел ее в последний раз. Девушка не могла далеко уйти. Нужно искать, нужно найти. Юноша вертел головой из стороны в сторону, боясь упустить что-то важное. Вдалеке, за деревом, он увидел бледную руку и, спрыгнув с лошади, побежал туда. - Боже, что он с тобой сделал? Бледная, как смерть, Мария лежала с закрытыми глазами, голова повернута набок. Внутри все сжалось: она мертва? Нейт дотронулся до ее руки – теплая. Может еще не поздно? Пульс слабый, но есть. С души свалился огромный камень. Девушка жива, совесть почти перестала грызть остаток сознания. Нейт облегченно выдохнул. Мария ничего не чувствовала. Рассудок помутился, она находилась в полубреду, не различая, что правда, а что плод больного воображения. Девушка не почувствовала и то, как кто-то поднял ее с земли, как чужое тепло согревало ее. Она так сильно устала, что ей не было дела ни до чего. Нейт аккуратно положил Марию на лошадь, так чтобы голова не свисала, и кровь не приливала к вискам. Было видно, что животное сильно устало и еле стоит на ногах, да и сам парень был не в лучшем виде: волосы растрепаны, усталый, даже обреченный взгляд, уголки губ опущены. Долгая была ночь, которая уже давно перешла в столь же длинное утро. Нейт потянул за поводья, и лошадь, измученная долгим бегом, двинулась с места. Юноша решил, что сегодня пройдется пешком, так как на двоих места не хватит, а оставлять Марию умирать в лесу – бесчеловечно, хотя его расклад тоже не самый лучший. Нейт понятия не имел, куда идти, но Сет говорил, что до ближайшего города пара часов езды, может, им повезет? Прохлада леса сменилась знойной жарой. Бесконечная степь предстала перед парнем. Высокая трава ростом с человека, закрывала весь обзор, да и мало ли что водится в этих зарослях? Хватит на сегодня приключений. Голову напекло, а перед глазами все вертелось и раскачивалось из стороны в сторону, или это его так шатает? Сколько времени уже прошло? Час? Два? Вокруг все та же степь, которой нет ни конца, ни края. Солнце не щадит никого. Воздух такой сухой, а на небе ни облачка. Лошадь фырчит, но все равно плетется следом. Трава резко заканчивается, и перед глазами появляется небольшой одноэтажный домик, с ухоженным двориком и собакой, спящей в своей будке. Нейт, не задумываясь, привязал лошадь за поводья к калитке и, взяв девушку на руки, направился к дому, который, к его великому счастью, оказался не заперт.

***

Приятное тепло окутывало все тело. Голова раскалывалась от боли, ноги не слушались. Такое чувство, будто она очень долго просидела на холоде, а сейчас никак не может согреться. Открывать глаза девушка не спешила: вдруг то, что она увидит, ей совсем не понравится? Хотя мягкая перина, в которой она буквально утопает, говорила об обратном. Это место ей уже по душе. Приоткрыв глаза, Мария ничего не увидела, пришлось подождать пару секунд, чтобы привыкнуть к темноте. Небольшая комнатка, в которой она не помнила, как очутилась, была прибрана. Из окна выглядывал полумесяц и,хоть немного, но рассеивал мрак помещения. Легкий ветерок колыхал занавески в горошек. Около противоположной стены стоял «пузатый» комод, возле кровати, на которой лежала девушка, стояли две маленькие прикроватные тумбочки. Не похоже, что здесь никто не живет, но кругом стояла гробовая тишина, даже на улице все молчало. Мария попыталась присесть, но возникший ниоткуда груз на ее животе не позволил и шелохнуться. Девушка перевела взгляд и увидела Нейта, который сидел на стуле около ее кровати, но уже давно принял полулежащее положение, переместившись на ее живот. Злость захлестнула сознание. Сколько наглости нужно иметь, чтобы так себя вести?! Он ведь наверняка это специально сделал. Позлить ее хочет? Снова издеваться вздумал и плевать, что она вроде как при смерти? Девушка уже собралась избавиться от столь тяжелой ноши, но, как только высунула руки из-под одеяла, замерла. «А если не издевается?», - пронеслась мысль в ее голове. Может, все то, что она считает издевками на самом деле человеческая доброта? Откуда ей знать, как она проявляется? К ней никогда не относились по-доброму, не удивительно, что все поступки Нейта она считает обманом. А ведь сколько раз он спасал ей жизнь? Это при том, что она даже не поблагодарила его ни разу. Девушка так и застыла с приподнятыми руками над головой парня. Тишину прервало долгое урчание ее пустого желудка. Нейт вмиг открыл глаза и поднял голову. Мария глубоко вдохнула, чтобы в очередной раз высказать все свое недовольство, но не проронила ни слова, взглянув на парня. - Ты жива! – обрадовался Нейт. Юноша попытался обнять девушку, но та оттолкнула его, кое-как выбравшись из кровати. - Не трогай меня, - сказала Мария, отходя от парня. Краем глаза она заметила медвежью шкуру на полу и на миг представила свою черную шерстку на этом месте. Почему она верит Нейту? Он друг Сета! - Успокойся, - медленно вставая со стула, проговорил юноша, надеясь успокоить девушку. – Я понимаю, что тебе пришлось пережить, но… - Нет! – крикнула Мария. Голос дрогнул, она попятилась назад. – Ты не понимаешь! Тебя там не было! Ты ничего не знаешь! - Успокойся, - шептал парень, приближаясь к ней. – Тебе нельзя волноваться. Это чудо то, что ты выжила. Тебе нужно отдыхать. - Не подходи! Мария прижалась лопатками к стене. Тупик. Щупая рукой поверхность тумбочки, девушка наткнулась на что-то холодное. Мгновенно схватив предмет не рассматривая, что это, она наставила его на Нейта. Ножницы. - Я не шучу! Я прирежу тебя, если подойдешь ближе! Юноша будто не слышал ее, делая шаг навстречу. Не отводя взгляда от ее глаз, он медленно поднял свою руку и обхватил ею ножницы, которые упирались ему в шею. - Тебе жить надоело? – недоумевала девушка, надавливая на рукоять. Нейт с легкостью отнял у Марии ножницы, и они со звенящим звуком упали на пол. Парень притянул девушку к себе и крепко обнял. Как бы сильно она ни вырывалась, ничего не получалось и вскоре Мария сдалась, опустив слабые руки. - Прости меня, - шептал юноша. – Это моя вина. Я не должен был тебя отпускать. - Совесть грызет? Нейт грустно усмехнулся. - Грызет. Губы Марии изогнулись в полуулыбке. Может, не все люди одинаковые? Ведь среди тысячи наверняка найдется единственный, который не такой как остальные. Девушка глубоко вдохнула и обняла Нейта в ответ. Быть может, уже завтра она пожалеет о своей слабости, но пока пусть все идет так, как идет сейчас. - Кхм… Мы вам не мешаем? Девушка вздрогнула и повернулась в ту сторону, откуда послышался голос. В дверях комнаты стоял молодой человек на вид не намного старше Нейта, а за ним девушка невысокого роста. Все бы ничего, если бы не ружье в руках мужчины, направленное в ее с Нейтом сторону.