Феникс и журавль

Алек уже давно не давал никаких интервью и комментариев, когда некий Магнус Бейн, представившийся представителем какого-то не особо популярного, но приличного журнала, каким-то образом добыл его номер и попросил интервью на «сугубо деловую тему». Ну, Лайтвуд соглашается, совершенно не заподозрив по простоте душевной, ничего особенного и плохого. Так что да, он подходит к назначенному времени к кафе и, пока ждет чужого появления, решает даже немного прогуляться. Этот интервьюер опаздывает на пять минут, выглядит довольно виноватым и искренне извиняется, так что Лайтвуд просто улыбается мягко, кивает и присаживается с ним за столик. Они заказывают кофе (американо для Алека и карамельный латте для Магнуса, и он еще возмущается, как можно пить такую сладкую гадость), одну выпечку на двоих, и все действительно проходит гладко, интересно, и молодой писатель даже получает от этого настоящее удовольствие. Они швыряются друг в друга крошками от выпечки, Магнус, кажется, выдирает у него клочок волос, оставаясь совершенно невозмутимым, а еще они много шутят и смеются, ощущая себя действительно непринужденно и спокойно. Правильно. Будто… Так и должно быть. У него копошится предчувствие под кожей, примерно в районе лопатки (что не самое удачное место для интуиции), но парень от этого только отмахивается. *** Когда Алек открывает глаза в следующий раз, то перед ними все еще дымка и немного скачет весь мир, а сам парень не имеет возможности даже подняться, потому что неожиданно обнаруживает свои ноги связанными перед собой, а руки за спиной. И просто… Если когда-то в его рассказе пробегала похожая нить, это не значит, что он хотел ее в реальности. Да еще и на себе самом. Но не то, чтобы он был удивлен: с его везением и умением находить приключения на задницу (это они находят его), а еще просто с феноменальным чутьем оказываться не в том месте и не в то время… Ну, скажем так, вот такой расклад еще не самый худший из того, что уже случалось. Просто почему он? Было время, после одного случая за границей, когда Алек на полном серьезе обзавелся картами звездного неба, простыми картами и сайтами в Сети, чтобы понять, под какой он звездой родился и не повернулась ли Луна жопой к Солнцу в день его рождения. А еще он сидит по пояс обнаженный и это тоже как бы странно, но Лайтвуд — божий одуванчик. И ему просто холодно. *** Похититель появляется через час, вызвав своим появлением мученический стон, потому что он, Алек, круглый дурак. Ну, маньяков-психопатов в его жизни еще не было. Хотя были просто психи и просто маньяки. — И долго ты собираешься держать меня здесь, Магнус? Если это твое имя? И почему я в таком виде? — Для моего эстетического удовольствия, — невозмутимо прилетает в ответ. Имя то его оказывается, но… Как-то дела это не меняет. — Что тебе вообще нужно? Все-таки, талант врожденный. Ну, а кто еще захочет мариновать другого человека в подвале, пока от того не останутся одни косточки? Алека вот хотят, по всей видимости. Хотя его вины то в произошедшем два года назад совсем нет. А потом просто… Магнус подходит к нему, а это Алек тут большой парень, который вроде как должен проявить себя, но он все равно немного отползает в сторону, потому что черт знает, что творится в головах людей с феерией красок в волосах, и пандой внешне. — Да тише ты, я просто хочу посмотреть. Кажется, я слишком сильно приложил тебя по голове, — фыркает так, будто они тут друзья-приятели или собираются разменяться на секс по дружбе, и Лайтвуд даже не успевает отреагировать, когда его наклоняют вперед, мягко коснувшись пальцами лопаток, а потом все снова меркнет. На пару секунд, правда, но их, видимо, хватает, чтобы уже потом Бейн отскочил от него, будто обжегшийся, смотря широко распахнутыми глазами. — Давно у тебя это тату? — Тату? — недоумения в голосе и попыток заглянуть себе за плечо хватает, чтобы стать красноречивым ответом. Тишину и его ерзания прорезает звонкий смех и сам недо-похититель сгибается в три погибели, держась за живот, а Алек же упирается взглядом в тату (тату же?) на его шее, рассматривая с интересом. — Красивая, — и кивает на нее. Да, только с такими то людьми и надо флиртовать. — Рад, что тебе нравится твое же тату… Я похитил родственную душу… *** — Ну, радикальные и решительные методы всегда были с Магнусом, это, знаешь, как две половины одной монеты: Магнус и его идиотизм, который он выдает за гениальность. Алек, уже знавший своего похитителя-неудачника три месяца (хотя сердце тот точно умудрился похитить), только кивает на слова Рагнора, который очень адекватный друг, что странно, не обращая внимания на ворчания и сопения своего парня.