Сумасшедшая

POV Аня Баринова

      Утро выдалось гаденьким благодаря идее Крис: она хотела, чтобы я стала моделью новой коллекции женской одежды магазина Black Star Wear. Но я не хотела слышать ни о чем, что бы сейчас касалось этого лейбла, ведь еще не отошла от ссоры с Кридом. Я совершенно не понимала этого человека: сначала он говорил, что желает мне лишь хорошего, а потом начал спрашивать, что у меня случилось с Воробьевым. После откровенного разговора с Кристиной на эту тему я не хотела больше ни с кем разговаривать, и любое упоминание об этом человеке вызывало во мне ярость, подпитанную отчаянием.       Я никогда, ни на секунду, не забывала о Леше. И несмотря на то, что я уже не видела его в каждом человеке, все еще продолжала вспоминать о нем. Чуть ли не каждое третье счастливое событие в моей жизни было связано с ним.       Травма оказалась серьезней, чем я думала, но выздоровление шло довольно гладко, и уже через несколько дней боль утихомирилась до легкой и почти незаметной. Я легко передвигалась по квартире, но выходить на улицу еще не решалась, потому что мне нужна была вечная дружеская поддержка. Все-таки уговорив меня, Кристина вызвала такси и помогла мне добраться до ванной и одеться.       В студии кипела жизнь. Я встретила бегающего из кабинета в кабинет Матвея и случайно наткнулась на Тимати, ужасно напугавшись, когда тот возник прямо передо мной. Я встала, как вкопанная, испуганно выпучив глаза.       — А вот и Аня, — позади появилась Кристина, положив руки мне на плечи. — Посмотри на нее, она ведь идеально подходит новой линии.       — Ну привет, Аня, — улыбнулся тот и пропустил меня в фотостудию. — Тимур.       Я кивнула головой и пошла за Крис переодеваться.       Тим пробыл в студии минут пятнадцать, а потом уехал, когда ему позвонили. Мы остались втроем: я, Кристина и фотограф. Имиджмейкеров девушка отпустила, потому что одежды было не так уж и много.       — Нога не болит? — спросила певица, поднося мне стул. — Ты давай отдохни, а я принесу нам кофе, — она обратилась к фотографу. — Мы же за час управимся? Нас ждет прием у врача.       Парень-фотограф кивнул и отошел перекусить, а я уселась на стул и сняла толстовку. За дверью кто-то постоянно бегал и что-то обсуждал. Спокойствие, в котором я пребывала последние несколько дней благодаря травме, стало ужасно надоедать, и я горела желанием куда-нибудь сходить и оторваться.       Дверь открылась, а я даже не обернулась, ожидая увидеть Крис с кофе.       — Привет.       Но это был Егор. Он, оперевшись на стену, пристально на меня смотрел. Прожигаемая его взглядом, я и не сразу заметила изменение: Крид сбрил бороду. Я прикрыла рот рукой, чтобы не засмеяться.       — Что ты тут делаешь? — я старалась говорить спокойно, но удавалось плохо, и я прыснула. — Прости.       — Эй, тебе не нравится? — рассмеялся тот. — Вчера ты говорила об обратном.       — Только не говори, что это я толкнула тебя на такой поступок, — сложила руки на груди я. — Не надо меня во всем обвинять.       — Может, я просто пересмотрел свои приоритеты, — пожал плечами Крид.       В студию вошла Кристина, держа в руках стаканчики с кофе. Она удивленно посмотрела на меня, а потом на Егора. Девушка сощурилась, окинув певца подозрительным взглядом, и протянула мне напиток.       — Раз уж вы не ругаетесь, — сказала она, — Егор, будь добр, отвези Аню в больницу. Тим сказал, что у меня сегодня интервью для журнала, а я совсем забыла об этом.       — Без проблем, — ответил Крид. — Я свободен.       Фотосессия закончилась, и мы, вместе перекусив, отправились по своим делам.       Егор во всем помогал мне, но не так яро, как прежде, и это меня успокаивало. Певец усадил меня у кабинета, а сам куда-то поехал, обещав забрать по первому звонку.       В очереди я была третьей, но врач принимал долго, и вскоре я заскучала. Я зашла в Инстаграм и стала листать ленту, останавливаясь на аккаунтах с рецептами, соображая, что приготовить на ужин. Случайно наткнувшись на Воробьева, я хотела обойти его стороной, но не сдержалась. Леша выложил много наших совместных фотографий, и мне стало не по себе, когда я наткнулась на видео, где бегала с Элвисом-Мэлвисом наперегонки по пляжу. Меня снова окутала грусть, и я поспешно удалила приложение, чтобы как можно меньше напоминало мне о прошлом.       Крид забрал меня в течении пяти минут после звонка.       — Ты хочешь домой? — спросил он.       — Не очень, мне уже надоели эти стены, — сказала я.       — Тогда я украду тебя до вечера, — потер руки певец.       Машина рванула вперед и остановилась лишь у Парка Горького. Егор помог мне выбраться, и мы побрели вдоль береговой линии. Я шла медленно, стараясь не нагружать ногу, но и Крид не торопился. Парень рассказывал смешные истории и жаловался на Тимура, который сначала отчитал его за сбритую бороду, а потом очень долго смеялся, называя маленьким мальчиком.       — Скажи мне правду, — начала я. — Зачем побрился?       — Я же уже ответил, Нюта, — подмигнул тот. — Пересмотрел приоритеты.       — Ясно, — промычала я. — Пересмотрел приоритеты.       Я прыснула и пихнула Крида. Тот обиженно надул губы.       — Да, приоритеты, — сказал он. — А почему ты спросила?       — Просто так, — пожала плечами я. — Но Тим прав.       — Значит, ты считаешь, что я выгляжу, как… — поставил руки в боки Егор.       — Как подросток, — кивнула я.       Крид резко схватил меня и перекинул через плечо, назвав меня обманщицей. Сказал, что я просто боюсь перечить Тимуру, за что получил ладошкой по спине. Парень кружился на месте, смеясь сам и заражая меня. Егор грозился не отпускать меня, пока я не извинюсь, но вскоре устал, и сдался сам.       — Слабак, — улыбнулась я, ткнув запыхавшегося певца.       — Да ты бессмертная, — тяжело дыша, ответил Крид. — Нарываешься.       Резко сорвавшись с места, он погнался за мной, а я с визгом побежала в неизвестном направлении. Но, к моему сожалению, Егор быстро настиг меня, и мы повалились на усыпанный желтыми листьями газон.       — Ты совсем покалечить меня решил! — смеясь, воскликнула я.       Егор, пробурчав что-то вроде «секундочку», оставил меня на траве, а сам куда-то убежал.       Я подняла голову к небу. Оно уже было по-настоящему осенним, не таким голубым, а будто уставшим. Все веселье как рукой сняло, и я завороженно стала наблюдать за облаками.       Уже несколько часов я даже не вспоминала о Воробьеве, что было большим плюсом этого дня. Все отвлекало меня, а Крид был главным заводилой моего хорошего настроения. Мне не хотелось, чтобы он уходил, но и открываться я перед ним не собиралась.       Егор вернулся с двумя рожками мороженого. Он помог мне встать.       — Я загладил вину?       — Может быть, — протянула я, облизывая шоколадную корочку на вафле.       — Эй, полегче с язычком, — проворчал Егор. — Не так легко контролировать себя, когда рядом…       — Еще один! — цокнула я. — Кто меня окружает… Неужели трудно хоть раз не свести все на этот лад?       Егор засмеялся, а потом выпачкал мне нос       мороженным.       — Эй! Вообще страх потерял? — возмутилась я.       — Ты о чём? — спросил Крид, прикидываясь дурачком.       — Я о чём? Да так, — сказала я, а потом с размаху дала ему подзатыльник.       Крид ошарашенно потер ушибленное место, а потом скрестил руки на груди.       — Милочка, по-моему, страх теряешь здесь ты… — грозно сказал он. — Тебе не учили, что маленьких обижать нельзя?       — В каком месте ты маленький? — прыснула я.       — Не в том, о котором ты подумала, — все так же невозмутимо ответил Егор и хитро улыбнулся.       — Пошляк тут один, — я закатила глаза и снова дала ему подзатыльник.       — А этот за что?! — воскликнул Крид и выпучил глаза.       — Ну ты же маленький, а дети не должны думать о том, о чём думаешь ты, — я тоже испачкала его нос мороженным.       — Хулиганка!       Егор повалил меня на землю и начал щекотать, пытаясь измазать мороженным. Листья под нами шуршали и напоминали о детстве и о прогулках с родителями. Мы громко смеялись, не обращая внимания на окружающих.       — Егор, прекрати! — визжала я. — Я больше не буду!       Но парень не унимался, а у меня уже начали болеть утруженные мышцы.       — Ну пожалуйста! — молила я. — Крид, имей совесть! Я из-за тебя и так вся в мороженном!       Когда певец наконец отпустил меня, я устало выдохнула и расслабилась. Егор лёг на землю и смотрел на облака, совершенно не замечая меня. Я перевела взгляд на него, потом на своё мороженное и снова на Егора. Несколько секунд, и я оказалась сидящей на его бёдрах, а парень удивлённо уставился на меня. Я опять испачкала мороженным его нос и щёки. Крид начал вертеть головой, а я тыкать в него мороженным. Он вдруг схватил мои руки, немного притянув к себе.       — Прости, детка, но я люблю быть сверху! — на этих словах Егор перевернул меня, оказываясь сверху, поднялся с земли и подал руку. — Пойдём в магазин, у меня не было в планах ходить по парку перепачканным мороженным.