Средняя Намимори приветствует новенького

      От увиденного Кёя чуть не упал в обморок. Его взору предстала такая «слегка» необычная картина: фотографии Кёи, плюшевые Хибёрды, игрушечные наручники и тонфа, на другой полке лежали куклы, похожие на Хибари… — Что, Кёя-кун, нравится? Вот до чего ты меня довел своей тупостью в делах любовных, — усмехнулся иллюзионист. — Ты дебил? — спокойно спросил Хибари, взяв себя в руки. — Кёя-кун, я не дебил. Просто, если Кё-чан не идёт ко мне, то я, так уж и быть приду к тебе. Ку-фу-фу. А помогут мне в этом вот это, — Мукуро, поменяв иероглиф в своём правом глазу материализовал наручники. — Узнаешь? — Сволочь! — только и сказал Кёя. Его кольцо на пальце левой руки в ту же секунду обвило пламя посмертной воли фиолетового цвета. Хибари хотел было достать коробочку и активировать её, но Мукуро всё же оказался более предусмотрительным и отобрал не только тонфа, но и коробочку. — Ку-фу-фу, Кёя-кун не найдешь, не найдешь. Бе-е-е! — решил поиздеваться ещё немного Мукуро над психикой ГДК.       Хибари уже бросился в атаку на кулаках, как вдруг его руки сковали наручники, и он оказался опять поваленным на всё той же кровати, во всё той же комнате, а Мукуро опять оказался сверху. Он просто не заметил иллюзию. Из-за не внимательности он опять оказался в дурацкой положении.       Гроза всея Намимори понял, что всё, хана ему. Он старался вырваться, но не получалось. На удивление Хибари, Рокудо оказался вполне сильным, несмотря на всю сущность иллюзиониста.       Мукуро, сев на Хибари, склонился над его лицом. Иллюзионист медленно припал своими губами к губам брюнета.       Кёя начал отвечать на поцелуй, руководствуясь тем, что чем быстрее всё это начнётся, тем быстрее всё это закончится, и он, Хибари, забудет этот день, как страшный сон.       Этот поцелуй был для Мукуро особенным, ведь Кёя начал отвечать на этот Его поцелуй. Ему уже было всё равно, почему Хибари на него ответил. В кромке сознания промелькнула мысль, надежда, что всё-таки Кёя… У обоих уже почти закончился воздух, но поцелуй продолжался и продолжался, потому что Хибари не хотел проигрывать Мукуро даже в этом, точнее сказать «хотя бы» в этом. Ну, а Рокудо просто потому, что он был безумно счастлив, что Кёя ответил на поцелуй.       Но жить хотелось обоим и потому они с трудом, но оторвались друг от друга и после порции следующего вздоха снова слились в поцелуе. Рокудо, как инициатор этого всего начал действовать — покусывал нижнюю губу Хибари. Ведь он, как истинный хищник, не хотел укрощения, не хотел становится пассией для этого самонадеянного, самовлюблённого, само… И так Хибари мог долго продолжать список, пока наконец-таки не решил действовать — он пытался освободиться от наручников, благо, они были точной копией его, а уж своё оружие Кёя знал на зубок. Только надо было вспомнить способ открытия наручников, а при таком положении дел, было сложно сосредоточиться.       Ананас ловко начал расстегивать пуговицы на рубашке Кёи и оторвался от сладких губ Хибари, а сам ГДК терпел иллюзиониста из последних сил, ведь тот начал ставить засосы на шее и ключицах, переходя медленно всё ниже и ниже. Но всю эйфорию страсти для Рокудо и страдания Кёи пришлось прервать из-за голоса Десятого Вонголы, от которого содрогались стены, ведь Тсуна что-то кричал.       Впервые на памяти Хибари, зверёк на кого-то так повысил голос: — Гокудера-кун, надо искать Хибари-сана, а не взрывать здание! — с мало скрываемым раздражением и угрозой кричал Савада на свой Ураган. — Простите меня, Джудайме. Я не достоин быть вашей правой рукой — так же громко проговорил Хаято своему боссу.       Рокудо быстро освободил Хибари от наручников, и вместе с ним быстро сполз под кровать, ибо оба не хотели, чтобы их застали в таком неловком положении. Вдруг раздался скрип двери… — Хей, Тсуна, в этой комнате никого-о-о-о… Ого! Матерь Божья! — крикнул парень с золотой шевелюрой, переводя свой взгляд на открытый шкаф и на всякий случай, перекрестившись, добавил. — Тсуна, зови всех и топай сюда. Быстрее! Я хочу убедиться в том что я вижу не очередные выкрутасы Мукуро.       Из-под кровати послышался приглушенный шёпот: «блин, шкаф забыл закрыть». Но пока Кавалоне любовался шкафом, у Кёи появился шанс сбежать через открытое окно. Быстро проскользнув до окна, он выпрыгнул из него. К счастью, это был третий этаж и пламя защитило его от возможных тяжелых последствиях. Рокудо последовал примеру Кёи и выпрыгнул тоже из окна, благо изучение шкафа — самое интересная вещь для Дино на данный момент.       Приземлившись на землю, Мукуро не увидел Кёи и хмыкнув себе под нос, ушёл по своим ананасовым делам. Тем временем, дверь той самой комнаты открылась и на пороге стояло двое подростков. — Что случилось, Дино-сан? — спросил шатен, подходя к шкафу. Ого! Мать моя, я даже не знаю кто… Кто тот умник, который решил создать храм для поклонения секты Облачных? — Джудайме, что там? — спросил второй подросток, подходя к шкафу вслед за Тсуной. — Что за?! Почему Это здесь? Кто додумался собирать все эти вещи, которые связаны с тем ненормальным, помешанного на дисциплине? — прокричал Хаято и убежал от Кокуе-ленда в неизвестном направлении, а двое оставшихся пристально смотрели на шкаф со слегка открытыми, от шока, ртами. А шкаф из-за их пристальных взглядов только засмущался.       Где-то в Намимори: — Апчхи! — Будьте здоровы, Кё-сан.