Синтез

Каждый вечер, развалившись посреди кровати, я пустым взглядом пронзаю потолок и рисую на белом подвесном полотне воспоминания будущего, которого никогда не будет. Я не тону в широте твоих глаз, не умиляюсь едва заметной родинке у виска, не вижу твоего силуэта, я попросту не вижу тебя. Лишь чувствую то, что ты тут, ты рядом. Ощущаю тепло твоей руки, крепко сжимающей мою руку. Я иду вперед, а ты, спотыкаясь, едва успеваешь за мной. Вот уже виднеется белый высокий забор, за которым расположен наш двор. Медленно открываю калитку и слышу лай собаки, которая спустя мгновение сбивает нас с ног. Слышится звонкий детский смех и маленькие ручонки сжимают нас в своих объятиях. Следующая картина моего воображения – комната нашего уютного дома. Ты сидишь в кресле перед камином и читаешь какую-то книгу, сюжета которой мне не дано понять, рядом, на ковре, детишки играют с собакой, ленивый толстый кот, которого ты прозвал Фукусимой, распластался на деревянном подоконнике, скрывшись от глаз посторонних за коричневыми занавесками. За окном бушует ветер, ветки деревьев царапают стекла, как будто просятся к нам, в тепло. Отодвигая занавеску, выглядываю во двор. Листва уже опала с деревьев и желто-красным осенним ковром покрыла землю. Сквозь ветви виднеется дорожка к калитке, за которой расположено поле. Где-то вдали виднеется лес, за которым выступают горы, пронзающие серое небо. Начинает смеркаться и я слышу робкие глухие шаги за своей спиной, разворачиваюсь и вижу тебя. Подходишь ко мне и вот я уже чувствую нежное прикосновение твоей руки. Холодные пальцы скользят по моей щеке, я прячу взгляд… Прижимаешь меня к себе и я чувствую твой запах, твое тепло. Легкое прикосновение губ, прядь темных шелковистых волос, щекочущая шею и столь внезапное отдаление. Невольно смотрю в твои глаза, обрамленные длинными густыми ресницами и мир вокруг начинает рушиться, мне становится стыдно… Стыдно за кражу мечты, за то, что похитила тебя и заперла в мире своих иллюзий. Перед глазами проносятся картины прошлого, твои слова. Слышу твой холодный голос и слово оглушающее каждый раз с новой силой - «Уходи!», -эхом разносится в моей голове. Возвращаюсь в реальность и под звон будильника, который выкрикивал уже ставшую мне до крайней степени неприятной мелодию, встаю с кровати. Встала и пошла собираться на работу для того, чтобы хорошенько вымотаться и как можно раньше вернуться в мир иллюзий, созданных моим больным воображением, в мир, где я не вижу твоих исполненных ненависти взглядов в мой адрес, в мир, который я еще не успела разрушить… Этот шумный маленький город уже давно не привлекает меня. Сейчас, когда я брожу по этим узким улочкам, наблюдая за многочисленными прохожими, только сейчас начинаю задумываться о том, почему среди всех этих людей… Шаг за шагом, небрежным движением руки задеваю прохожего, который в свою очередь, одаряет меня презрительным взглядом голубых холодных глаз и, буркнув что-то себе под нос, продолжает свой путь. Слегка склонив голову на бок, смотрю ему в след. Забывшись, теряю осознание того, что нахожусь на оживленной улице, где толпы прохожих время от времени бросают меня то в одну, то в другую сторону и, в один из таких моментов, теряю равновесие и падаю на асфальт. Мимо меня мелькают десятки, сотни ног, а я пытаюсь подняться. Штанина разодрана, из раны струйкой вытекает бордовая жидкость, сильная, но вполне терпимая боль. Наконец-то встаю, прихрамывая, направляюсь к ближайшей лавочке, падаю на нее и закуриваю сигарету. Едкий дым тут же заполняет легкие, выдыхаю, закидывая голову назад. Наблюдаю за тем, как струйка густого дыма рассеивается в воздухе и делаю очередную затяжку. Слишком много людей вокруг меня, слишком много. Моя несчастная мизантропическая натура этого не выдержит, ибо мой субъективный объективизм не просто преломляется, а именно ломается, проходя через ранее сложившуюся совокупность неповторимых черт моей психики, ныне именуемыми индивидуальными. Это то, что топит меня в состоянии фрустрации, отбросив все мысли о целях и мотивах, погружаюсь в так называемую прострацию и начинаю фотосинтезировать. Да здравствует мой трезвый аппатичный мир, мое депрессивное субъективное отражение объективной реальности, сломленное саркастическим сознанием. К черту сегодняшний день. Беру выходной. Поговорив с начальником и выключив телефон, утыкаюсь лицом в ладони. Закрыть глаза и забыть... нет. Забыться. Отключиться от реального мира и придумать свой собственный. Нарисовать на лицах серых прохожих улыбки, разукрасить улицы, а потом снова перекрасить их в мрачный цвет. Сочинить себе крылья и взлететь в небо, наслаждаться ветром, ласкающим тело, умиляться свысока людьми, суетящимися где-то внизу. А потом вдруг опомниться, открыть глаза и упасть. И вот он, реальный мир. Прохожие с отвращением проходят мимо, ледяной ветер больно бьёт по коже. Без дома, без друзей, но зато со своими мечтами. Срочно надо выпить. - Простите, - чей-то голос, обращаясь ко мне, заставляет меня приподнять голову. Предо мной стояла девушка лет семнадцати. - Эм, да? - С Вами все в порядке? Сижу, практикуя свою наитупейшую улыбку и думаю о том, что же ей ответить... Вечер. Пьяный дурман. Яркие огни, режущие глаз. Шум, гам, хаос вокруг. И две одинокие души, изрядно потрепанные жизнью. Шум, хаос, безумие, доходящее до нелепости. Нелепость, ставшая истинной гениальностью. Ее глаза, полные агрессии, ненависти, озорства. Смотрит прямо на меня, во взгляде явно читается вызов. Ну что ж, сыграем. Обстановка накаляется, напряжение достигает максимума, расстояние между нами сокращается. Удар. Ответный удар. Чувствую, как кто-то хватает меня за волосы, пытаюсь высвободиться, психую. Не выдерживаю, бью со всей силы, вырываю прядь ее шелковистых волос, еще удар, и еще один. Тонкая алая струйка стекает по подбородку, облизываюсь, во рту возникает медный привкус крови,вновь появляется какая-то ненормальная улыбка, снова встречаюсь с ней взглядом. Эти глаза, они шикарны, завораживают. На ее губах играет такая же безумная улыбка, еле сдерживаю смех. - Это все... - Что? - не перестаю умиляться. Тишина. Двадцать пар глаз изучают взглядом двух растрепанных девушек, валяющихся на земле, небрежно улыбающихся друг другу. Обе готовятся к очередному прыжку. - Пошли поговорим? - нарушаю тишину. - Пошли. Вечер, старый фонтан, незнакомые люди и она, нервно курит сигарету, пытается собраться с мыслями. Что-то говорит... Нет, не слышу, не слушаю, просто наблюдаю. Видно, все никак не может сформулировать очередную заумную фразу. Психует, выкидывает окурок, замолкает. Пристально на меня смотрит. - А тебе сколько лет? - нарушаю тишину. - 21... - мой неожиданный вопрос явно вызывает у нее недоумение. - А учишься где? - В ДГМА. На экономиста, - тут на ее лице вновь появляется улыбка. Растерянная, но такая искренняя улыбка, - Хреновая это профессия, если честно, - смеется. - Слушай, а дай свой номер? Она явно удивлена, наступает тишина. Снова пристально на меня смотрит. Немая пауза, девушка наклоняется ко мне, расстояние сокращается, возникает эффект дежавю. Готовлюсь к удару. Она слишком близко, закрываю глаза... Прикосновение несмелых губ, чувствую ее, хочу прижать к себе, но неожиданно поцелуй прерывается, вижу на ее щеках чуть заметный в темноте румянец, она быстро уходит. Прежде чем я успела опомниться, ее силуэт уже растаял в ночном мраке. Откидываюсь на спинку лавочки. - Черт, забыла спросить ее имя... Глубокий вдох, провожу пальцем по верхней губе, устало улыбаюсь. - Хотя, пофиг. Всему виной алкоголь. Да, всему виной алкоголь. Мрачные ночные улицы, освещенные разбитыми фонарями, ровные дороги с симметричными стильными впадинами. Стены домов, изрисованные и исписанные местными художниками да литераторами, очаровательные звуки завораживающих мелодий, исполняемых личностями инфантильной трезвости. Красота, романтика! И как меня сюда занесло? Не знаю, не задумываюсь, но продолжаю путь домой. Прохожу мимо знакомого до боли подъезда, по-привычке поднимая взгляд на окна третьего этажа - сквозь алые занавески прорывается свет. Ты дома. Застываю на мгновение, пытаясь подавить взбунтовавшиеся чувства, возобновив гармонию между силами разума и сердца, временно абстрагируюсь от внешнего мира и прихожу в себя лишь в тот момент, когда холодные пальцы касаются кнопки звонка. Резкий, противный звук режет слух и за дверью слышатся шаркающие шаги. Через мгновение я уже щурюсь от яркого света, лицезрея сонное недовольное существо в шаге от меня. - Привет, - робко начинаешь ты, явно недоумевая, что, собственно, моя персона делает здесь в столь поздний час. - Привет, - отвечаю я и замолкаю, поддаваясь революции бунтующих чувств и утопая в глубинах пьяного бреда. Не понимаю что творю, лишь чувствую тепло твоих губ с привкусом черного кофе. Никогда его не любила, но за столько лет успела привыкнуть. Мое поведение тебя не смутило, и ты жестом приглашаешь войти. Поддаюсь твоему напору и шаткой походкой захожу, нет, заваливаюсь в комнату. Осматриваюсь и ловлю себя на мысли, что за последний год в ней ничего, абсолютно ничего не изменилось: бежевые обои, помятая кровать с вечным обитателем сей обители Фукусимой. Кот как всегда по-царски развалился на бордовой подушке, спрятав нос под одеяло. Кресло с грудой одежды. Я не помню, чтобы ты когда-либо ее убирал. Груда становилась либо больше, либо меньше, но никогда не исчезала. Старый потертый шкаф, книжные полки. На них тоже никогда не было порядка. Масса сваленных в кучу книг: "NLP" Прайера, "Люди, которые играют в игры" Берна, "Будущее одной иллюзии", "Остроумие" Фрейда, "100 трюков" Лионова, "ЕХБС" Литвака, несколько самоучителей английского, разные учебники: педагогика, психология, история, генетика, экономика, медицина, математическая статистика... Почему я ни разу не видела у тебя художественной литературы? Не важно... У окна стоит письменный стол, закиданный тетрадками, блокнотами, исписанными и изрисованными листами. Где-то под этой грудой покоится ноутбук, которым ты довольно редко пользуешься. На тумбочке, возле стола, - около пяти чашек с недопитым кофе... Все как и раньше. Стою у кровати, не решаясь присесть, наблюдаю за тем, как ты копошишься в ящиках стола, что-то бормоча себе по нос. В конце концов находишь то, что искал и подходишь ко мне. Близко. Слишком близко. Мило улыбаешься, потом обнимаешь и почти касаясь губами уха шепчешь "С Днем Рождения!". Тут в моей голове начинает звучать какая-то противная мелодия и, тяжело вздохнув, я открываю глаза. Безумно гудит голова. Машинально тянусь рукой к телефону, но в процессе осознаю что столь отвратные мне звуки доносятся с другого конца квартиры. Лениво встаю, по дороге к двери бросаю взгляд в зеркало и ужасаюсь представленной в нем картине. Сколько же я вчера выпила? От печальных размышлений меня отвлекает новый залп настойчивых и раздражающих звуков. Все таки доползаю до двери и проворачиваю замок. - С днем рождения! - оглушает меня мощная волна, создаваемая неприятными голосами девяти неприятных мне людей. - Спасибо, - бурчу себе под нос и закрываю дверь, наслаждаясь возгласами возмущения, вздыхаю и все же впускаю идиотов, предоставляя им свою квартиру для проведения торжественной оргии в честь моего праздника.