Colonia for sweethearts.

            Всегда любила этот месяц. В это время на улице все чаще чувствовалась скорая весна. Снег таял, солнце выходило все чаще и радовало лучами. По-моему, тогда это было красивое зрелище. Но не сейчас... Из окон колонии наблюдать за тем, как медленно стекают ручейки таявшего снега, уже не так красиво, как было ранее. К тому же, у тебя нет много времени на то, чтобы тщательно рассмотреть траву, которая медленно пробирается сквозь покрытие снега. У тебя вообще почти нет времени заглядывать туда. Ты обязан либо заниматься каким-нибудь делом, чтобы не вызвать подозрений у охраны, либо как я. Тупо сидеть и мозолить языки от разговора с подругами. Они все еще пытали меня вопросами о том, зачем я тогда вступилась. Я все еще не говорила об этом, поскольку вовсе не хотела выносить свои переживания на всеобщее обозрение. Пришлось врать о том, что нужно было остаться наедине и обсудить дележ территории. На удивление, эта версия оказалась до ужаса правдоподобной среди народа и теперь уже меня никто не пытал с этими вопросами. Если говорить о самом Карле... После того обнимания, я не знала, что у нас дальше. То ли мы уже друзья, то ли по прежнему ненавидим друг друга. Это, мать вашу, трудно понять, когда вы стоите и обнимаетесь. Благо, что из ребят этого никто не видел. Тогда бы истории точно пришел конец. Мы с ним особо и не общались. Так, могли поздороваться за завтраком, извинится, если столкнулись где. Простых и свободных разговоров у нас не было. Но, признаю, в какой-то момент мне показалось, что он просто избегает меня. Что просто не хочет говорить, обсуждать что-то. Поэтому, после раскручивания этой мысли в голове, я постаралась снизить количество своих наблюдений за ним. До этого ведь чуть ли не каждую минуту смотрела, ждала какой-то реакции. Но, увы... Сегодня только третье число и оно не предвещает ничего страшного. Ну, по сути, благодаря охране, страшного тут ничего и не будет. После «нашей» с Карлом выходки, к двери приставили трех охранников и теперь они каждое воскресенье шманают наши вещи. Да уж, всполошили мы их сильно, никто не поспорит. Жить в таком постоянном контроле было дико непривычно и неудобно, но избавиться от этого никто не мог. Да и хотел ли кто? Уверена, что те, кому часто доставалась на наших боях, уже ликовали, что теперь никто не будет бить их. Кстати, из-за этой приставной, у нас теперь не было развлечений вечерами. Мы просто тихо и мирно ложились спать, еще задолго до отбоя.             Пол утра я просто пялилась в окно. Потом пришлось собираться на завтрак. Но была бы моя воля, я бы и сегодня ничего не ела. Я только со временем начала понимать, что питаться тут — дикость. Выбора и правда не было, иногда приходилось есть все насильно. Так вот, за завтраком ничего интересного не было. Я снова выслушивала какие-то странные истории от Миранды и Люси, пока мы шли до столовой. Как только заняли свои места, то девочки быстро замолкли. Это было так резко и неожиданно, что я вообще не выкупила, какая тут причина. Чуть позже, я начала понимать, что молчать они будут слишком долго. Осторожно толкнув Люси под локоть, я тихо и удивленно спросила: — Что тут за черт происходит? — Ты что, не знаешь? — Так же шепотом спросила подруга, откладывая свою ложку подальше от поданной тарелки. Я только отрицательно помотала головой. — Мы теперь обязаны молчать. Это указ парней с того столика. — Она осторожно мотнула головой в сторону стола напротив. Там сидели парни, а глаза тут же принялись их рассматривать. Куча незнакомых рож, все какие-то стремные и... Погодите-ка. Это что, Галлагер? Мать твою, что за нахрен? — А что там делает К... тот утырок? — Для девочек было бы странно услышать, что я зову его по имени. И я почти, блять, сказала! Благо, что успела поправить себя, пусть и нелепо. — Как говорят, у него сейчас там появились дружки. Те самые, что от его босса. Ему нужно с ними водится, — Люси определенно хотела сказать что-то еще, но снова подняла глаза на тот столик и замолкла. Один из парней смотрел на нее суровым взглядом. Он сидел как раз рядом с Галлагером, тот явно заметил его поворот и поступил точно так же. Его взгляд тут же прилетел ко мне. Такой... Нейтральный и до жути апатичный. У меня даже прошлись мурашки по спине, если честно. Интересно, и с каких пор нам вот так указывают? Почему мы обязаны их слушать? Девки не могли просто так пойти им на уступки, тут явно есть свои причины. И мне надо узнать их. Но не у них, бабы вряд ли что-то скажут. Стоит пойти к этому... Карлу и узнать, что за чертовщину они начали проворачивать. Вот после завтрака и займемся.

***

            Я шла по коридору, возвращаясь с завтрака. Миранда и Люси шли впереди, все время поглядывая на меня. Чтобы хоть чуть отставать, пришлось врать о том, что у меня дико болит живот. Конечно, они были согласны идти рядом со мной, чтобы было не так одиноко, но кое-как я их отговорила. Как только подруги скрылись за поворотом в комнату, я закончила все эти страдания и обернулась. Там как раз выходило несколько парней с того столика. Ну что ж, вздохнула и пошла. — Я смотрю, у нас тут желающие на разговор, — Раздался голос парня, когда я немного помешала пройти им через проем. На его лице красовалась усмешка, но лучше бы он ее спрятал. Она смотрится на нем очень дико. — Сильно много возомнил, — Быстро подметила я, скрещивая руки на груди. — Я просто хочу знать, с какого хрена вы начали показывать тут свои правила? — Это не мы, это наш главный, — Серьезно выговорил парнишка, который стоял чуть позади первого. — Да ну? — С насмешкой спросила я. — И кто же он? — Толпа чуть-чуть разошлась, а из нее медленно начал выходить Карл. Боже, вы серьезно? Вот это? Вот это главное? Ну, есть ему небольшая радость, есть, где команды раздавать. — У тебя есть какие-то претензии? Приемный день по четвергам, сегодня среда. Твое время завтра. — Быстро выговорил Галлагер. И что, мне стоять и вот так молчать? Извините, может бы и обнимались, но я еще не потеряла свои навыки давать отпор. Особенно такой шкуре, как эта. — А не ахуел ли ты, сучонок? — Серьезно спросила я, сделав один шаг ближе. Он только неровно выдохнул, отчего я слегка усмехнулась. — Кажется, кто-то не понял, что эта территория — моя собственность. Я давно загробастала ее себе, так что вы можете прощаться с этой мечтой. — Ты прекрасно знаешь, что эта территория не на века принадлежит тебе. Поверь, я очень скоро докажу тебе это и ты будешь выполнять все мои указания. — И после этого, толкнув меня плечом, эта тварь, вместе со своими, начала уходить к комнате.

***

            Вернувшись после столь приятного разговора, я сразу попала в руки к Миранде. Выслушивала ее речи о том, как она задолбалась без сигарет, как устала слушать какие-то нелепые шутеечки от парней в ее адрес. Ее проблемы настолько пустяковые, а она так из-за них парится. Я вообще сейчас сирота, считай, а ты мне тут про какие-то сигареты! В итоге, слушала я ее минут двадцать, если не больше. Эти истории меня так достали, что терпеть их уже не было сил. Пришлось пойти на маленькую ложь... — Ой, блин, что-то живот прихватило! — Тут же воскликнула я, немного сгорбившись. Пришлось изображать адские мучения, но, признаю, не так уж это и трудно. — Блин, Мир, ты прости, но я в туалет... — Да, у меня была идея просто свалить в туалет и спрятаться от нее там. Я бы все равно пришла и снова слушала истории, но так я смогу хоть чуть-чуть передохнуть. Быстро добежав, я только облокотилась об стенку и спокойно выдохнула. Подошла к раковине, быстро умыла лицо холодной водой и уже спокойно стояла, смотря на себя в зеркало. Старое, потертое зеркало. Я собиралась пораздумывать, почему оно такое, но не успела. Услышала какие-то шаги и голоса, по направлению сюда. Поэтому быстро спряталась в одну из самых дальних кабинок. Как только послышался скрип двери, за ним потянулись голоса. Мужские голоса. Почему-то показалось, что они мне знакомы, но сильно задумываться над этим я не собиралась. Пока не услышала первую реплику. — Ну ты, Карл, даешь, конечно... — Кажется, я уже догадываюсь, кто бы это мог быть. Скорее всего, это Галлагер и его компания. Что ж, давайте, я послушаю ваши сплетни. Немного ближе подойдя к двери кабинки, я постаралась прислушаться, чтобы еще отчетливей слышать фразы. — Уделать эту сучку даже я бы не смог, — Понятия не имею, кто это сказал, но уверена, что разговор шел обо мне. Через минуту я убедилась в этом. — Макейла всегда такая борзая? — Она считает, что она тут главная. Что территория вся ее и только она вправе вести себя так, как будто царица, — Тут и гадать не пришлось, чей голос прозвучал сейчас. Карл произносил это так апатично, как будто я для него — пустое место. Хотя, разве у нас что-то было, чтобы изменить отношение? Ну да, то блядское объятие, но-о... Не думаю, что он изменился. — Но это ненадолго. Я не намерен быть пустым местом здесь, что, зря сюда летел? К тому же, этой сучке надо показать, кто тут босс. — Я сейчас чуть не начала откровенно смеяться. Только голос из головы, который громко прокричал остановиться, заставил меня прикрыть рот рукой и издать слабый смешок. Вряд ли его кто-то слышал. — Ну, смотри, чтобы потом не влюбился. — Прошелся смешок. — Я вас, блять, умоляю! Я быстрее ее прикончу, нежели... Кончу, — Мне показалось, что он даже усмехнулся. Боже, какие, сука, шутки. Я прям умираю. Компания еще минуты две простояла в тишине, явно переглядываясь меж друг другом. Только после они покинули туалет, а я осталась раздумывать, что же дальше-то выйдет. Неужели этот сучонок все еще надеется на славу тут? Ну что ж, тогда, могу смело сказать, что пора приходить в себя. Отбросить все эти мысли на счет того, что он неплохой человек и включить ту прежнюю ненависть. Возобновить игру.