К-комбо

— Курица под соусом «Якитори». Что непонятного? — Да всё, — кипит ТэХён и отшвыривает на отполированный стол кулинарную книгу. — Ну, ёжик, не злись, — хихикает ХоСок, откапывая морковь в огромном холодильнике. — За ёжика подо мной ночью отдуваться будешь, — шипит Ким и споласкивает мисочку для мариновки. Чон обхохатывается с надутого Тэ, совершая быстрые манипуляции с куриным филе, за чем следит младший из-под чёлки как кот, охотящийся за лазером. У него такой сосредоточенный вид, для полного сходства не хватает только повилять задом и наброситься на руку Хо . — Зачем я тебе помогаю? Ты прекрасно справляешься, а от меня толку никакого. — Главное не результат, а участие, — говорит ХоСок и ободряюще треплет немного отросшие волосы ТэХёна, проходя мимо за острой добавкой. — Приторно на кухне стало, чувствуешь? Это от тебя, — хмурится Тэ и психует, когда пакетик с соусом выскальзывает из рук и шлёпается на ламинат, разбрызгивая своё ароматное, густое содержимое. — Вот! Доволен? Говорил же, что толку от меня… Чон улыбается и приседает на корточки. — Дай салфетки, я уберу. ТэХён до боли закусывает губы, швыряет одноразовые платочки и вылетает из кухни. Он не пускает ничего не понимающего старшего к себе и сидит взаперти до вечера. «Какого чёрта он такой…такой, блять, идеальный? Что бы ни делал, за что бы ни брался… А я? Руки из жопы в узел завязаны. Ничего нормально не получается, что за человек? Везде я не ведущий, а ведомый. Это не удел парня! Как девчонка, блин… Нельзя так пацану, нельзя». — Иди есть, Тэ, — осторожно стучится Чон и ждет ответа. — Проваливай! — В чем дело? — Свали нахер отсюда! — А вот возьму и не пойду. Что за выкаблучивание? — Ты заебал быть таким… Иди, блять. — Я надоел тебе? — не понимает ХоСок и прислушивается к шороху за дверью, но тут же отшатывается, потому что младший что-то швырнул в неё изнутри. — Истерики — это так глупо, ты же сам понимаешь. Давай поговорим, — не сдаётся Хо. — Ты ничего не понимаешь! — Так объясни. Язык тебе не для того, чтобы его в жопу засунуть и молчать в тряпочку. Молчание в комнате свидетельствует о том, что Ким в раздумьях. Отходчивый младший, да, но стервозный такой, что маман не горюй. Парень выползает из своего укрытия, шмыгая носом, и тут же натыкается на Чона, что встречает его снисходительным, но серьёзным взглядом. — Ты меня ненавидишь, зуб даю, — говорит ТэХён и хмыкает. — Забери его обратно, потому что это не так, — ласково опровергает домыслы младшего ХоСок. — Просто ты постоянно со мной, и я думаю, что надоел уже своей беспомощностью, — Ким пожимает плечами, не веря Хо. — Если бы надоел, я уже давно ушёл бы. — А вдруг тебя держат деньги на обучение? — с вызовом предполагает Ким, но тут же испуганно сжимается, понимая, что перегнул. Чон молчит и удивлённо смотрит на Тэ. Старший никак не ожидал услышать подобного, поэтому на минуту выпадает из реальности и теряется, но потом глубоко вздыхает, успокаиваясь. Крики ни к чему не приведут. — Может быть, это я тебе надоел? Если хочешь, чтобы я ушёл, мог бы так и сказать, а не трепать нам обоим нервы почём зря. — Нет-нет, я не это… Ты не так понял. Прости, я не хотел, я не то сказал, — Ким испуганно мотает руками в попытке забрать свои слова назад. «Я никогда никого не боялся потерять. Никогда не извинялся и не заботился о том, что и как говорить. Я сейчас и правда всё наоборот делаю?». — Трактую не так? Может, ты хочешь объяснить, как надо? — Хо-хён, прости. Я хотел сказать, что… Я парнем себя рядом с тобой не чувствую, — Ким краснеет весь и стыдливо отводит глаза в сторону. Чон долго пытается вникнуть, разгадать, не шутка ли это? Приходит к выводу, что младший на полном серьёзе загоняется. Парень никак не может удержаться от смеха, распирающего его, а ТэХён испепеляюще смотрит на это, и внутри ещё больше закусывается самолюбие. — Хватит угорать, — паренёк не выдерживает и тыкает смеющегося Чона в плечо, чтобы тот опомнился. — И что же ты предлагаешь по борьбе с этой «проблемой»? — отсмеявшись, интересуется ХоСок и заинтересованно склоняет голову. — Я хочу, чтобы ты был снизу, — твёрдо заявляет Ким, а Хо от смеха распирает, когда он глядит на эту насупившуюся мордашку напротив. «ТэХён сверху? Нет, он серьёзно? Погодите минутку, подавлю новый приступ смеха, иначе он меня задушит просто». — Ну, хорошо, — соглашается старший, разводя руками. — Если это поможет тебе почувствовать себя мужчиной… — а сам мысленно валяется от хохота и комичности ситуации. «Ну, Ким ТэХён, такого слона из мухи раздуть… Неслыханный пиздец». Вечером, входя в комнату младшего, скептическое настроение Хо притупляется; полумрак такой, самого Тэ нигде нет — настораживает всё это. — Настал этот день, — доносится из тёмного угла эпический торжественный голос, а Чон зажимает губы, чтобы не прыснуть со смеху вновь. Прерывать пафос Кима ХоСок не хочет, дабы не навлекать на себя гнев и окончательно не разрушать всё его самолюбие к чертям. Да, смеяться чревато, поэтому Чон стоит неподвижно и молчит, давая возможность своему оппоненту заговорить вновь. — Я поработал с камерами видеонаблюдения, так что НамДжун, даже если он дома, ничего не узнает. — Не думаешь, что это подозрительно? Ну, когда несколько камер выведены из строя… — Я не идиот, — отрезает ТэХён. — Я поработал так, как надо, а ты, — он подходит так близко, что можно почувствовать тепло и увидеть его искрящиеся глаза, — поменьше бы балаболил и начал набирать в лёгкие воздуха. — Так и сделаю, — усмехается старший ТэХёну в лицо, но вместо ожидаемого стыдливого возмущённого взгляда на его самоуверенность видит то выражение, которое было тогда в ночном клубе. В тот раз Тэ действительно излучал уверенность и готовность доминировать. От решительности младшего Хо решает заткнуться уже по-настоящему, смотря в упор и не сдавая позиций; давать слабину не хочется, но что ни сделаешь ради Тэ? — Прошу на кровать, сильвупле, — Ким похабно улыбается и наигранно вежливо приглашает парня вперёд. Чон недоверчиво глядит на широкое шикарное ложе, на котором ТэХён спит ежедневно, и отчего-то вдруг в горле пересыхает. Грубоватый толчок, и ХоСок теряет равновесие, бухаясь на мягкое покрывало и утыкаясь в него лицом. Он немного дезориентирован происходящим и, поднимаясь на локтях, непонимающе глядит через плечо назад. — Обалдел? — Не мешай мне доминировать, — рыкает Тэ и вжимает голову парня обратно в кровать, заламывая руки за спину. Хо рефлекторно дёргается: к такому старший точно уж не привык. — Полегче, слышишь? — Всё, ты достал, — Ким выходит из себя и с мягких волос на затылке смещает ладонь на рот, зажимая. Чон вскидывает брови и смотрит то на затыкающую его руку, то на Тэ, насколько это позволяет положение. ТэХён же склоняется над парнем и прижимается всем телом, растягивая долгожданные сладкие минуты. — Вообще-то, я фетишист, — шепчет младший вкрадчиво, — поэтому сегодня ты познакомишься с моими фаворитами. Ким убирает ладошку с лица ХоСока и сильнее выворачивает обе его руки вверх, обматывая какой-то тряпкой или верёвкой, чем вызывает возмущённое мычание в простыни. «Мы так не договаривались» — с тревогой о предстоящем думает Хо, а младший тем временем приподнимает его голову и заклеивает рот скотчем. — «А эту хрень я как потом снимать буду, он подумал? Эпиляция — удел женщин!». Чон снова дёргается, а Тэ успокаивающе похлопывает его по лопаткам, спускается по спине и ниже, останавливаясь на ягодицах. Хо замирает; просто не знает, чего ждать дальше. Ким снова выгибает вперёд чужие скованные руки и опускает смачный шлепок, а ХоСок старается повернуться хотя бы боком, чтобы закрыть поле деятельности ТэХёна, при этом напрягая руки так, чтобы было максимально неудобно их заламывать. «Он просто издевается! Гад мелкий». — Опять хочешь поругаться? — задаёт младший каверзный вопрос и слышит непонятные невнятные слова яростным голосом. — Не хочешь? Вот и замечательно. ТэХён плавно спускает домашние хосоковы шорты, оставляя парня в одних лишь боксерах, получая эстетическое наслаждение от вида упругого подтянутого зада, и Хо чувствует, как будто его какое-то насекомое укусило, потому что ощущает слабое жжение внизу. И до парня вдруг доходит, что Тэ его ущипнул. «Что ты делаешь, блять? Хоть предупредил бы о своих специфических вкусах. Ущипнуть. Меня. За. Зад. Я. Ебал». Хоть ХоСок и редко говорит маты, думать на них ему никто не запрещает. В протест Чон повторно дёргается и взбрыкивает, давая понять, что-либо сейчас же ТэХён начинает вести себя адекватно, либо Хо скачет прочь из этой извращенской обители прямо в том виде, в котором сейчас. — Тебе уже говорили, что ты не умеешь веселиться? — мурчит Ким, наконец стаскивая с бёдер парня бельё. «Такой же молокосос, как ты, мне это говорил и как раз-таки тогда, когда дело касалось твоей, непосредственно, жопы. И я не думаю, что в тот момент ты бы обвинил меня в этом неумении и излишней серьёзности! Ты младше меня всего на год, а в башке тайфун как у ЧонГука. И я сейчас под этим ребёнком. Ахринеть!». ХоСок мигом теряет возмущённую мысль от того, что Ким двигает его дальше на кровать и прогибает парня в спине, чтобы тот оттопырил задницу. «От того, что он начал действовать, как-то легче не стало» — за секунду проносится у ХоСока, и думы вновь бесцеремонно обрываются, когда смазанный палец ТэХёна аккуратно проникает внутрь. Младший мостится сзади и, держа одну руку у Чона на пояснице, чтоб не рыпался, добавляет второй палец и делает поступательное неглубокое движение, слыша сипение снизу. Ким толкается фалангами всё быстрее и под разными углами, чтобы найти простату, как в прошлый раз проделал с ним ХоСок. — Теперь время поменяться местами, Хо-хён, — выдыхает парень и надавливает, наконец, на то самое, что вынуждает старшего сдавленно заскулить и выгнуться гимнастом, уткнувшись лбом в простыни. Довольно хмыкая, Тэ уже целенаправленно проходится по точке всё чаще, по мере ускорения, а Чон в кулаках за спиной пальцы то сжимает, то разжимает, лопатки ходуном ходят, а сам ХоСок постанывает и зажмуривается. Однако ТэХён добавляет третий палец, а Хо, хоть и пытается расслабиться, у него это не совсем получается, и он протестующе мычит.  — А как ты хотел? Не всё в этой жизни так просто. Давай же, расслабься, — младший наклоняется к уху Хо и прикусывает мочку, тут же проводя по укусу тёплым влажным языком, попутно двигая двумя пальцами мучительно медленно. И когда Чон уже сам не может терпеть и поддаётся навстречу, Ким снова пробует добавить третий палец. На этот раз ему удаётся. Несколько минут прелюдий прерываются наконец ТэХёном, решившим, что пора переходить к самому интересному. Хо слышит негромкое шуршание маленького пакетика и затем резкий хруст, повествующий об удачном разрыве и изъятии смазанного кусочка форменного латекса. «Где этот херов конспиратор надыбал презервативы со смазкой вообще? Я опять проглядел этот переломный момент в становлении его личности?» — Хо даже в такой момент глобально грызёт чувство ответственности за Тэ, и последний замечает то, как напрягся Чон. — Не знаю, что у тебя там в черепушке происходит, но я выбью из неё все мысли, — как только Ким заканчивает говорить, он плавно и медленно, но полностью входит в ХоСока, отчего старший сжимает кулаки до белизны в костяшках, не зная, куда деть руки, и не может сдержать стона, половина которого всё равно уходит в скотч. ТэХён входит медленными глубокими толчками, иногда сменяя их резкими и быстрыми, а Хо просто крышу сносит, и он действительно забывает, о чём думал, растворяясь в ощущениях. Ким вдруг аккуратно отклеивает скотч, давая старшему полную свободу голоса, и в комнате становится до невозможности пошло и жарко. Всё-таки звуки много роли играют в подобных случаях. — О, хён, не думал, что услышу такие развратные стоны от тебя, — глумится Тэ сквозь свои же рваные выдохи. Он не упускает возможности подкусить Чона даже тогда, когда, казалось бы, обоим не до этого. — Это…первый и…последний раз, — сбитым надломленным голосом, то и дело прерываясь постаныванием, всё же выговаривает парень и особенно громко вскрикивает, с наслаждением получая долгожданный оргазм. Младший хочет усмехнуться на эти слова, но сам вместо этого громко стонет с придыханием, а перед глазами мигает, рябит и уши закладывает от того, что он тоже кончает. Через несколько минут восстановления сил и молчания с тяжёлым дыханием на двоих, Тэ развязывает ХоСоку руки, и тот медленно опускает затёкшие натёртые конечности на простыни, шёпотом бранясь на Кима и посылая ему проклятия. — Мы словно местами поменялись, — замечает шутливо ТэХён и с мягким рычанием кусает старшего за выступающую лопатку. — Мне не даёт покоя вопрос. Когда ты всё это купил? — Да в магазин мы с тобой ходили, и пока ты читал что-то на этикетке от соуса, я на кассе приобрёл. — Вот засранец, — выдыхает Хо и устало улыбается, видя довольное сияющее лицо младшего. Таким его приходится видеть очень редко. — Я люблю тебя, — шепчет ТэХён, когда Чон уже почти задремал. Парень вздрагивает и приоткрывает глаза, фокусируя их на стушевавшемся Киме. — И я тебя, ТэТэ. — Я думал, ты заснул, — младший будто бы оправдывается. Что ж, выглядит умилительно. — А я не заснул, — сонно смеётся Хо и ласково тыкает пальцем смущённого парня в щёку. Вот так вот спонтанно и признались. Жизнь вообще проще, чем кажется. Наутро Чон просыпается в одиночестве и долго не может понять, куда подевался его подопечный. Парень ныряет в свободную домашнюю одежду, которой его вчера благополучно лишили, как и анальной девственности, идёт в ванную, чтобы хоть немного освежить помятое заспанное лицо, а затем спускается на кухню, потому что запах оттуда распространяется довольно аппетитный. — Доброе утречко, Хо-хён, — щебечет ТэХён нараспев, наливает чёрный ягодный чай и ставит на белый гладкий стол рядом с греческим салатом. — Завтрак? — не понимает Хо и ерошит торчащие после сна дыбом волосы. — Салат — это единственное, что не может подгореть, — оповещает младший всё ещё не до конца проснувшегося ХоСока и приглашает парня за стол, лукаво улыбаясь. — А самооценка-то у тебя, смотрю, после вчерашнего поднялась… — подмечает старший, осматривая бодрого младшего, — …и ширинка. На кухне воцаряется секундная тишина замешательства. — Так, н-нет, — глаза Хо округляются, и он пятится назад, замечая то, что лучше бы игнорировал. — Нет, Ким ТэХён. Понял? Даже не думай. — А почему уже не «ёжик»? — ехидно потирает ладони Тэ и смотрит вызывающе, ступая вперёд. Он понимает, что Чон заметил, и ему отчего-то это нравится. — Ты уже не ёжик, а какой-то змей-искуситель. Мне больше нравилось, когда ты не был таким развязным и…и не был сверху, в конце-то концов. — Люди меняются, Хо-хён. В данном случае ты сам своим сосуществованием рядом со мной запустил необратимый процесс моего апгрейда. А теперь прошу в спальню, — Тэ проходит мимо старшего, подстрекательски повиливая задом и предвкушая новый заход, а Хо задумчиво смотрит ему вслед. «Ну ладно, Тэ. Допустим, вызов принят. Посмотрим, кто сегодня будет снизу, если я применю на тебе твоё же оружие» — ухмыляется вдруг ХоСок про себя и всё-таки идёт за ТэХёном, разминая пальцы.