Ты мое небо

ЭПИЛОГ – Мерлин, я женюсь на Гермионе Грейнджер!.. – дрожащими руками Драко пытался в четвертый раз завязать галстук. – Дракл, ну его к чертям! – Малфой, успокойся уже, – снисходительно улыбаясь, произнес Забини, подходя к другу и за считанные секунды завязывая злополучный темно-зеленый лоскут материи. – Вот и все. – он хлопнул его по плечу. – Или ты боишься, что Грейнджер сбежит в самый главный момент? Малфой метнул в Нотта насупленный взгляд. Тот только рассмеялся, переглянувшись с Поттером. – Это было бы, конечно, здорово… – зеленые глаза Гарри блеснули из-под круглых очков. – Но, – он выдержал паузу, наслаждаясь мгновенно разъярившимся взглядом серых малфоевских глаз. – Это маловероятно! – Пот-тер-р!.. – Да, Малфой? – Гарри выгнул бровь. – Сколько там времени, мы не опоздаем? – Без тебя не начнут, – даже не пытаясь сдержать хохот, ответил Забини. – Блейз прав, Драко, – в спальню сына, усмехаясь, вошел Люциус. Малфой-младший закатил глаза. – Хотел бы я на вас посмотреть в день ваших свадеб, наверняка вы были спокойные, как флоббер-черви! *** Гермиона прижала ладони к щекам, рассматривая себя в широком зеркале в позолоченной раме. Всего полчаса – и Гермионы Грейнджер больше не будет. Я стану Гермионой Малфой… – Мамочка, ты такая красивая! – широко открыв серые, точь- в -точь, как у отца, восхищенно произнес Скай, прежде, чем выбежать из материнской спальни и понестись в отцовскую, в противоположный конец коридора. – Но я ему ничего не скажу, пусть сам увидит! Гермиона с нежной улыбкой посмотрела вслед сыну, одетому в черный фрак с галстуком-бабочкой. – Ты готова? – спросила Джинни, подходя к подруге и оглядывая ее внимательным взглядом от высоко уложенных кудрей и приколотой к ним фаты до носков белых лакированных туфель, выглядывающих из-под подола пышного белого свадебного платья, расшитого мелким жемчугом. – Выглядишь потрясающе! Драко онемеет! – На месте Гермионы я бы этого не хотела, – усмехнулась Полумна. – Ему еще клятву произносить. – Мам, ты тоже волновалась, когда выходила замуж за папу? – порывисто вздыхая, спросила Гермиона у Джин. Миссис Грейнджер обняла дочь за плечи и посмотрела на ее лицо в зеркале. – Все невесты волнуются. Это как традиция. Правда, девочки? Полумна, Джинни и Панси, переглянувшись, быстро закивали. – А может, ты передумала выходить замуж? Или думаешь, что Драко сбежит? – спросила Панси, стараясь не смеяться – а в зеленых глазах все равно блестело веселье. Гермиона обернулась к миссис Забини, несколько побледневшая. – Глупости какие, – сказала Нарцисса, стремительно входя в комнату. – Драко любит тебя, Гермиона. Очень любит, и никуда не денется. Не слушай их, – миссис Малфой кивнула на смеющихся подружек невесты. – сами как будто забыли, как переживали на собственных свадьбах... Все обернулись на Джинни, неожиданно громко засмеявшуюся. – Ничего, все в порядке! – она замахала руками, пытаясь унять хохот. – Я просто вспомнила, как на нашей свадьбе, Гарри, после произнесения клятв, прошептал мне на ухо: «Шалость удалась». *** – Рон, может, все-таки не стоит?.. – Нет. Я уже все решил. – Мне не по себе… – Успокойся. Мы должны это сделать. *** Драко остановился у двери Гермионы, глубоко вздыхая и нервно кусая губы. Мэнор опустел – родители, друзья, гости, волшебник из министерства, который обвенчает их – все собрались в саду в ожидании начала свадебной церемонии. Теперь туда должен был пойти Драко и ждать невесту у алтаря, но вместо этого он замер у двери ее спальни. Еще раз выпустив воздух из легких, Малфой еле слышно постучался. Шорох платья…легкие торопливые шаги… – Папа, я уже иду! – Гермиона!.. – она резко отпустила ручку двери, едва не распахнув ее. – Драко?! Мерлин, что ты здесь делаешь? Ты же должен… – Ждать тебя у алтаря? – Я надеялась на это. – Я тоже. – Малфой!.. – Что?.. – Все…гости уже собрались? – Да. Все ждут только тебя. Ты так долго не появлялась, что меня послали узнать, что случилось. – Малфой!.. – Что, пока-еще-Грейнджер? – Ты невыносим. – Ты мне это уже говорила. В Выручай-комнате. – И с удовольствием повторю еще раз. – Грейнджер… – Чего тебе?.. – Сейчас у тебя есть последняя возможность отказаться. – Хм…заманчиво-заманчиво… – Что?! – Не дождешься. *** Драко про себя считал секунды до появления своей будущей жены и рассеянно рассматривал собравшихся гостей. В первых рядах, конечно, самые близкие…Он улыбнулся, слегка кивнув Люциусу и Нарциссе, стоящих слева от него. Мать была изумительна в бледно-зеленом шелковом платье в пол в тон костюму отца. Столкнулся с ободряющими взглядами Блейза и Тео, которых крепко держали под руки их жены; подмигнул Поттерам и пожелал Гарри побольше нервов – Джинни снова носила ребенка, и на этот раз счастливый отец был точно уверен, что будет девочка. Вот Рональд Уизли приобнял за плечи…Стоп-стоп-стоп!..Асторию Гринграсс?! Вели-икий Мерлин! Драко подавил ухмылку – так тебе и надо, злостный противник слизеринцев…Чуть дальше – Билл и Флер Уизли, Джордж и Анджелина Уизли, Ксенофилиус Лавгуд, Молли и Артур Уизли, Дерек Паркинсон и еще много других, радостных улыбающихся лиц…Малфой еще раз осмотрел сад и остановил взгляд на закрытых широких двустворчатых дверях мэнора, из которых с секунды на секунду должна была появиться Гермиона. Моя Гермиона… – Па-ап… Малфой посмотрел на сына, который стоял рядом с ним – на него сегодня была возложена торжественная и почетная обязанность – подать родителям обручальные кольца. – Папочка, не волнуйся. Мамочка обязательно придет. Она так долго тебя ждала… Драко кивнул, чувствуя, как глаза становятся влажными…Музыка заиграла громче, затем – тише, и еще – раз чуть громче, прежде, чем выровнять тон. Малфой мгновенно понял – Гермиона идет к нему. Он увидел ее – изящную, хрупкую, прекрасную, бесконечно любимую! – в белом платье, надетом специально для него. В горле тут же пересохло от восхищения, и Драко едва не забыл слова, которые собрался говорить, пока Гермиона под руку со своим отцом неизбежно и горячо желанно приближалась к нему. Малфой глубоко вздохнул и призвал на помощь Мерлина. – Благословенны час, и день, и год… – Гермиона, опешив, на миг замерла, услышав слова сонета известнейшего итальянского поэта Франческо Петрарки. Драко, переведя дыхание, улыбнулся и кивнул ей. И так же медленно ступая, она продолжила свой путь к нему. – Благословенны те края земные, Когда и где вобрал меня впервые Любимых глаз твоих водоворот. Никто не смел ни сказать и слова, ни вздохнуть, ни пошевелиться. Тишина в саду была такой, что Гермиона слышала, как гулко и нетерпеливо бьются их сердца. – Благословенна горечь долгих лет, Мучительно заполненных тобою С тех пор как в сердце, раненном стрелою, Кроме тебя других томлений нет. Люблю тебя… Так сильно люблю тебя! – Благословен прекрасный образ твой, Воссозданный из глубины страданья В моих стихах, пылающих огнем. Последние слова сонета совпали с последними шагами Гермионы к Драко. Он нежно взял ее руку и поцеловал. – Ну что же, я думаю, мы можем начинать церемонию… – голос министерского волшебника прозвучал оглушительно громко. – Простите…Я бы хотела сказать несколько слов, перед тем, как вы обвенчаете нас. Гермиона взяла Драко за руку. Она не планировала что-то говорить, но после прочитанного им сонета, после того, как посмотрела в него сияющие глаза, слова возникли словно сами собой, как и неудержимое желание тут же сказать их ему – самому дорогому и любимому человеку на свете. И, пока Гермиона говорила, она вспоминала каждый день, проведенный вместе с Драко и была уверенна – таких счастливых дней будут еще сотни и тысячи. – Драко, я хочу сказать тебе…Я обещаю принимать тебя таким, какой ты есть. Я влюбилась в тебя такого, и не буду пытаться переделать тебя. Я обещаю уважать тебя как личность, с твоими собственными интересами и желаниями. Я обещаю быть готовой к любым переменам, если только ты будешь рядом. Я обещаю любить тебя все сильней с каждым часом, в радости и печали, и отдавать тебе все, что есть у меня…полностью и всегда. У обоих перехватило дыхание. Они просто смотрели друг другу в глаза, и в этих взглядах было все, что невозможно описать словами… Волшебник, ожидающий момента, когда все-таки можно будет начать венчать эту до безумия влюбленную пару, подумал, что уже смешно и бессмысленно спрашивать у жениха и невесты, готовы ли они вступить в брак – это же чистая формальность. Соблюсти которую, однако, все-таки необходимо. Уполномоченный для ее выполнения решил сократить традиционный обмен клятвами, поскольку ему показалось кощунственным портить впечатление от тех слов, которые жених и невеста уже сказали друг другу. – Драко Люциус Малфой, согласны ли вы взять в законные жены Гермиону Джин Грейнджер, любить ее, уважать и быть всегда рядом, что бы ни случилось? – Согласен. – твердо и четко ответил Драко, глядя в глаза Гермионы. – Гермиона Джин Грейнджер, согласны ли вы взять в законные мужья Драко Люциуса Малфоя, любить его, уважать и быть всегда рядом, что бы ни случилось? – Согласна, – нетерпеливо, как показалось Малфою, ответила Гермиона. – Обменяйтесь кольцами. Скай тут же подошел к родителям с открытой маленькой серебряной шкатулкой с выгравированным фамильным гербом Малфоев, в которой на бархатной подушечке лежали два золотых кольца, украшенных по ободку россыпью мелких бриллиантов. Драко взял одно кольцо дрожащей рукой и надел его на безымянный палец Гермионы; так же, с дрожащей радостной улыбкой, поступила и она. – Отныне и пока смерть не разлучит вас, вы – мистер и миссис Малфой, муж и жена. Живите в любви и согласии! – Миссис Малфой… – ласково позвал Драко, обнимая ее лицо ладонями, прежде чем поцеловать – властно, сладко, собственнически, трепетно и волнующе. Через несколько секунд сад наполнился счастливыми криками и аплодисментами. Малфой с неохотой отпустил губы своей жены. – Мамочка и папочка, поздравляю вас! Я вас очень люблю! Драко подхватил сына на руки: – И мы тебя очень любим! Гермиона, счастливая, красивая, бесконечно любимая, прижалась к плечу мужа, любуясь звонким смехом своего сына… *** – Ты – мое небо…Я всегда боялась летать, небо было для меня недосягаемым. А ты…ты научил меня не бояться, дал возможность летать без страха упасть. Ты – мое небо, которое всегда со мной… ОСТАНЕШЬСЯ СО МНОЙ НАВСЕГДА. 11.08.2016.