Not Alone

      Дни и ночи напролёт Юнги лазил по дому. Иногда гонял веником надоедливого Ви. Но надо признать, что тот был весьма полезен время от времени. Он много чего знал и показывал все тайники в доме. Не дурно шпарил на мёртвом языке, да и вообще, в языках разбирался. А в остальное время нехило так и полезно отхватывал подпопников от ворчливого Юнги.       Понемногу дом и усадьба приходили в божеский вид. Солнышко припекало отнюдь не по-осеннему. Лес был окрашен множеством красок. Юнги устало упал в беседке на деревянную поверхность, вытирая пот со лба и кладя садовые ножницы подальше. — Уф! Ты бы хоть помог. Какой от тебя толк? Ты ужасный фамильяр, Ви, — жадно глотал воду парень. Ви появился из ниоткуда и плюхнулся рядом. Подперев обе щеки кулачками. — Ну, а что ты хочешь? Силы ты мне не даёшь, жертвоприношений никаких. Да и откуда мне силу брать, в конце концов? — Юнги зло сузил глазки. — Губу закатай… жертвоприношения ему. Что ещё, душу продать тебе? — Больно надо… — Фыркнул тот. — Она у тебя потрёпанная как трусы матроса. — И что ты предлагаешь? — идя на уступки (а на деле он просто заебался горбатиться один). — Можно пройтись до кой-кого. Уверен, помощь точно будет… ну и обнимашки там, — и его глаза засверкали нездоровым блеском. — Идёшь? Юнги горестно вздохнул, потирая ноющую поясницу, поплёлся за Ви. — Люблю лес в это время года, — втягивая носом воздух и сладко потягиваясь, говорил Ви, бесшумно идя по увядающей листве. Мин шёл молча. Оглядываясь. Запоминая маршрут. Когда он хотел задать резонный вопрос: « А куда мы идём?», перед ним предстал небольшой домик. Вокруг плетень. Небольшие клумбы с осенними цветами. Из трубы валил дым сизой дымкой и таял в бесконечно глубоком чистом голубом небе. Во дворе кто-то гонял листву метлой и чего-то напевал под нос. Парень был в довольно-таки обычной одежде. Кеды, драные джинсы и вязаная кофта, на голове шапка. — Встречай гостей! — Ви улыбнулся во все 32, словно в жопу получил разряд в 220 вольт. Человек обернулся, его светло-каштановые волосы дёрнулись, чёлка взметнулась в бок, а на лице появилась улыбка. — Сколько лет, сколько зим… — а затем лицо пронзила какая-то недобрая ухмылка. — Джин, тащи перчинку! Щас я его изловлю и обратно в ад отправлю! — Парень кинулся на Ви с метлой, не обращая никакого внимания на Юнги. — Я тебе покажу, как воровать мои снадобья! Я тебе покажу, как чертей в мой дом пускать! — Ви носился по полянке перед домом, а этот горе парень следом. Из дома вышел высокий блондин в фартуке и с поварешкой в руке. Завидев Мина, он улыбнулся. — Привет. Они друг друга стоят, да? — Не то слово, — затем протянул руку. — Мин Юнги, — парень пожал её. — Знакомы уже. Наверное, ты меня не помнишь. Неважно, я Ким Сокджин, зови Джин, а там Чон Хосок. Думаю, вы подружитесь. Идём в дом, — Юнги зашёл следом за Джином. Вскоре пришли взмыленный Хосок и очень довольный собой Ви. Джин помешивал какое-то варево в котелке. Домик был уютный. Вокруг развешано много трав, полочки с разными банками, которые были заполнены различным содержимым. Хосок зло глазел на мирно попивающего чаёк Ви. Шуга отпил ароматный напиток из чашки. — Джин-хён, мы пришли к вам за помощью, — выпалил Ви. Джин хмыкнул на это. Знал. — От меня помощи не жди, гад мерзопакостный! — Хосок отчего-то негативно косился на фамильяра. Джин снял фартук и поставил на стол Хоттоки. Все кинулись поглощать вкусности. — Мне и не нужна, — ответил Ви, еле пережевывая вкусность. — Хён дома один, ему привести надо всё в порядок, да и поясницу он, похоже, повредил. — Хосок… — Джин глянул на него умоляюще. — Поможем внучку бабушки. Она-то нам тоже много помогала, а? — Хосок отпил чай и кивнул в знак согласия.       Вскоре порядок в усадьбе Мина начал нарастать с гигантской скоростью. Джин оказался прям пиздец каким любителем всего миленького, а Хосок — педант педантом. Дом словно вылизали изнутри. — Шторы надо поменять, как-то мрачно у тебя, — сказал Джин, перебирая стеллажи с книгами. — Не разрешай ему! — в голос откликнулись Ви и Хосок. Хоть где-то они были дружны… хоть в чём-то. Юнги впервые искренне улыбался. После уборки все собрались в гостиной. Ви притащил старые киноплёнки, и все уселись за просмотр старого домашнего видео. Мин сразу же вспомнил Джина. На видео они ещё детьми бегали у реки и пускали воздушного змея. Родители Юнги живы на плёнке, и бабушка приветливо машет всем рукой, а рядом с ней сидит мальчик, до боли кого-то напоминавший Мину. Юнги покосился на профиль Ви. Значит, Ви был когда-то человеком. Значит, он его знал, как и Сокджина. Но тут накатили воспоминания об аварии. Потом детский приют и то, как бабушка старалась взять опекунство над внуком, как его у неё отобрали, а её отправили в дом для душевно больных. Как он зарабатывал на жизнь и учёбу, работая на трёх работах разом. Как его прогнали с первой песней. Она была удачной, только кто платит за место, того и крутят по радио. Как его бросила первая девушка. Как он безбожно спивался… как кто-то на его глазах сбил школьника, а он нёс тело мальчика шесть километров на себе до ближайшей больницы, мальчишка так и умер на его руках. Юнги всё вспомнил. И его ночёвки на кладбищах, и призраки в доме, в центре Сеула. И голоса, от которых нет спасенья. А тут он в коем-то веке высыпается, чувствует себя живым. Это непередаваемое ощущение, которое он с жадностью поглощал, перекрывая гнильё прошлого, заполняя светлыми моментами. Рядом сидит Сокджин и смеётся от того, что Ви опять драконит Хосока, а тот бьёт его подушкой. Для Юнги это незабываемо. Ви лезет за Юнги, смеётся над ухом. — Х-ё-ё-ё-н! Защити, а? — Ви ледяной как труп, но это ничего. Вечер прошёл весело. Джин и Хосок стояли и обувались в прихожей. Ви пропал на кухне. Юнги вышел их проводить. — Знаешь, Юнги, — Джин по-братски смотрел. — Если что, звони. Номер мой в книге есть, отвечу в любое время. За помощью можешь обращаться. И… будь осторожен. Нынче на некромантов и экзорцистов какая-то нехорошая охота у нечисти. Держись рядом с Ви. — он похлопал Юнги по плечу, и они с Хосоком растворились в тумане и мраке ночного леса. Когда Юнги закрыл дверь, то Ви, с заляпанной в чём-то съестном моськой, встретил его озадаченным видом. — Хён. Это хорошо, что ты вернулся. Но надо тренировки возобновить. Или ты хочешь бросить всё?.. Ах… если продашь дом, меня заберёшь с собой в большой город… Не хочу обратно откуда я вышел. — Он снова тараторил не переставая, даже попугай к нему задом повернулся. Юнги в шутку толкнул его в плечё. — Ага… уеду, продам всё, а тебя экзорцистам отдам на растерзание. — И пошёл спать. Ви от услышанного челюсть до пола опустил, а затем засеменил следом. — Хён… ты серьёзно? Хён!