Not Alone

      В камине потрескивали поленья. Огонь приятно светил и грел помещение. Юнги пил горячий смородиновый чай. Тело в одеяле и полотенце завошкалось. Из кокона показалась смоляная макушка, а затем и два глаза-бусинки. Парень сонно озирался кругом и когда понял, что его ожидания были ложными, тихо вздохнул. — Я думал, что это всё не по-настоящему. — С хрипотцой сказал он. Юнги хмыкнул. Хотел бы он переписать некоторые куски своей странной жизни. Но, увы, довольствуемся тем, что имеем.       За окном деревья ходили ходуном. Когда ветки можжевельника скребли по стеклу, парень судорожно сжимал одеяло бледными костяшками. — Как видишь, всё взаправду, — сказал Юнги. — Чай хочешь? — спросил он, протягивая кружку. Тот неуверенно взял её и понюхал содержимое.       Юнги подкинул поленьев в камин. Его мучил вопрос: что делать с ожившим трупом. Убить и закопать заново? Или же… а что или же? На сколько хватит действия заговора? Сколько этот бедолага протянет? В ванной по-прежнему валялась его почти истлевшая школьная форма. — Можно… — неуверенно начал юноша, смотря в пол. — Что?! — Юнги спросил довольно громко, от чего парень вздрогнул. — Одежда. Дай мне одежду, — мямлил он. Юнги решил, что действительно надо одеть его. Ну не кутаться же ему всё время в одеяло. Он отправился искать одежду. Своего ничего не нашёл и решил проверить комод Ви. Найдя там накрахмаленную рубашку и какие-то шорты строгого покроя вместе со своими трусами, он отнёс вещи парню.       Парень стоял в углу и медленно переодевался. Он никак не мог совладать с мелкими пуговицами на рубахе. Юнги плюнул на лень и боль во всём теле, встал и помог с рубашкой. Ему пришлось и помогать с шортами на подтяжках. Когда парень был одет, они сидели на кухне. Юнги заварил рамён и достал Бунгоппан, привезённый Хосоком от Джина. Парень ел молча, давился. Оно и понятно: год в земле практически пролежал. Юнги пользовался этим и в наглую пялился на него. Паренёк был не из хрупких: серовато-бледная кожа с синевой, тонкие пальцы, широкая ладонь, крупноватый нос и довольно-таки крупноватый лоб. Красивые густые брови, губы, обветренные потрескавшиеся, имели фиолетовый оттенок, как при обморожении. Волосы были густыми и чёрными. Челка практически касалась кончика носа. В одежде Ви он был похож на ученика приюта при церкви. К рубашке ещё бантика не хватало. Словно он жил столетие назад. Парень набивал желудок. Вдруг перестал есть. Рыбка упала на стол, а он схватился за живот и начал сползать на пол, истошно мыча. — Куда ж ты столько ешь?! Желудку-то сейчас много не надо, горе ты луковое! Щас приду, — Юнги сбегал к себе, достал скляночку из коробки с таблетками, на случай отравления или колик. Придя обратно, он налил воду в стакан и, затолкав две таблетки, влил воду в дёргающееся тело. Вскоре парню полегчало, и он, прокашлявшись, глупо улыбнулся, смотря на хозяина дома. — Спасибо… — замялся он, не зная имени. Переминаясь с ноги на ногу. — Хён. Зови Юнги, — сказал Мин. — А тебя как? — Жуя Бунгоппан и запивая всё тем же чаем, спросил Юнги. — Не знаю. Я не помню ничего из жизни, — как-то печально сказал он. — Бывает. Хотел бы и я не помнить ничего, — Юнги почесал свои фисташковые волосы с мятным оттенком. — Красивые, — улыбался парень, сверкая глазами, словно он живой человек. — Что? — Не понял Юнги. А парень смотрел и тянул к нему руку. Юнги даже подумал свалить и прийти с лопатой и, если что… ну, оглушить, как минимум. Нет, Юнги не трус. Но мало ли. — Твои волосы. Они такие красивые, — признался парень. — Я никогда такие не видел. Можно? — он, не дождавшись разрешения, запустил свою ледяную пятерню в зелёную копну волос. Он невесомо сжимал и разжимал волосы, заворожено смотря, как на чудо. Упиваясь этой красотой. Юнги не понимал ни черта. Но чувствовал он себя, как сраная малолетка, залипшая на оппу. Парень был сам необычайно красив.       Поймав себя на этой мысли, он убрал чужую руку от своей головы и подошёл к окну. Ви до сих пор не объявился. — Кто это был… там на кладбище? — спросил парень, сидя у камина. — Нечисть, неприкаянные души или злые духи, — Юнги точно не знал. Он ведь не видел ни черта. — Я снова умру? — Как-то печально спросил он. Юнги развернулся на пятках и, подойдя к нему, сел рядом. — Не знаю. Я просто тренировался. Просто решил попробовать… повёлся как сопляк на поводу у этого идиота лопоухого, — Юнги психовал, ведь идея и впрямь принадлежала Ви. — Где его носит?! — С ним всё хорошо? — спросил парень, заглядывая своими, по-детски наивными, чёрными, как ночь, глазами в глаза Юнги. Он нервно теребил подтяжки. О чём говорить, оба не знали. Оба хотели многое друг о друге узнать, оба молчали.       Время шло. Огонь в камине гас. Парень жался к Юнги. Тот леденел рядом с ним, а вот парень, напротив – грелся. Уснул он. Его голова скользнула на колени Мину. Ну не будить же? Сам Юнги рад бы поспать, да не может, сон как отрезало. Парень мирно сопел и причмокивал губами. Юнги гладил его по голове. И что ему с ним делать? — Красивый, да? Вместе вы отлично смотритесь, — послышался знакомый бас с лестницы. Ви собственной персоной сидел на перилах и качал ногами. — Я убью тебя! — зло прошипел Юнги. — Где ты был?! Сказал "мигом" и исчез?! — О, а ты волновался… миленько, — ехидничал Ви. — На самом деле, у Джина не было одного ингредиента. Я слетал до Будапешта и обратно. Вроде, не долго. Светает скоро, — будничным тоном говорил он. — Отнесу-ка я вас спать. Нет, его спать, а тебя лечить надо, — сказав сам себе, Ви спрыгнул на пол и уже взял на руки парня, и был таков. Через мгновенье уже стоял с пузырьком и ватой перед хозяином. — Скидывай портки! Лечить буду, — его улыбка не сулила ничего хорошего. В глазах читалась неприкрытая садистская страсть причинять боль. Юнги поморщился и снял с себя майку и джинсы. — Блять, вот только попробуй… АЙ! Да ну нахуй твоё лечение! — Юнги отскочил от Ви, который самодовольно лыбился с ваткой в руке. Раны на спине жгло неимоверно, будто его до сих пор раздирали твари. — Ну куда же ты? Не убегай. Это сперва больно, потом быстро заживёт. — Что в пузырьке, пакость ты мерзлотная?! — Юнги не на шутку был взбешен. Ви поднял пузырёк к глазам и потряс. — На сколько помню — полынь, святая вода, одуванчик, пара крыльев мотылька, жимолость и волчья ягода. Ничего плохого… ну и яд… какой-то. Но это чтобы раны затягивались быстрее. Тебя же не животное поранило, а нечисть как-никак. — Сам лечись этим! — Юнги выхватил пузырёк, грозясь кинуть его в Ви. Тот взвизгнул. — Сдурел, там вода святая! Юнги, я серьёзно! Это поможет тебе! Джин сам отвар варил! — Ладно, мажь. Только с одним условием, узнай, как парня-то зовут. — Чонгук, — уверенно назвал, дуя на ранки после обработки, чтобы не щипало. — Что? — Юнги обернулся, серьёзно глядя на Ви. — Откуда знаешь? — Ну, я же искал могилу не абы-кабы. Ты сказал, что как-то не смог спасти мальчика… ну вот, теперь спас. — Я ничего тебе не говорил, — удивился Мин. — Ну ладно, ладно. Я – Инкуб и вполне хорошо живу в чужих снах, там и питаюсь энергией. Просто случайно попал в твои сны. Юнги, СЛУЧАЙНО, — поднимая руки вверх, оправдывался Ви. — Ах ты зараза! Из-за тебя мне кошмары снятся?! Придушу своими руками! — Юнги, стой! Я не приношу кошмары, это раз. Во-вторых, с твоими снами можно с голоду умереть, там энергии нет… и как ты жив до сих пор, я не понимаю.       За окном начало светать. Звёзды постепенно меркли на озаряющемся солнечными лучами небе. Нечисть пряталась в укромные уголки. Юнги молча смотрел, как Ви сопит в обнимку с его пуфиком, а в его комнате спит Чонгук. Раны затягивались. Он устало вздохнул и провалился в сон рядом с новым знакомым.