Мисаки

— Но… Как? Почему? — задал юноша банальные, но в тоже время нужные вопросы, чтобы прояснить, пролить свет на эту странную и запутанную ситуацию. Тикали часы, они просто раздражали человека, который итак был на эмоциях, хоть, и смог скрыть их, благодаря совету его друга — Мисаки Шибы. — Гакушу, я совершил ошибку, переведя тебя в класс «Е», и за эту ошибку расплачивался ты, отныне, я не допущу подобного, завтра тебе сотрут память, у тебя есть время, чтобы всё обдумать, попрощаться со своими одноклассниками, впрочем, я сомневаюсь, что ты с ними сблизился, — ответил отец, смотря прямо в глаза сыну. Обычно, он бы как всегда сложил руки за спину и гордой походкой подошёл к окну, но сейчас другой случай. Гакушу понял, что отец ни за что не изменит своего решения, и, смирившись с неизбежностью, спросил у отца: — Что подтолкнуло тебя к этому решению? — То, что из моего сына сделали монстра, — ответил председатель. — Монстром? Я не ослышался? Ты сказал, сделали монстром? — сын направился к выходу из дома, но перед этим обернулся. — Это ты монстр, мать умерла из-за тебя, мне сотрут память, я ничего не вспомню, но ты, будешь жить с этим вечно. Убийца, ты убийца. — Мисаки-сан, но… — пытался отговорить её синеволосый парень. — Это не обсуждается, если Асано уходит из класса, то мне нечего тут делать, — отрезала девушка. Она собралась выйти из класса, но встав в дверях, ей загородил путь Карма. — Ты слишком сильно к нему привязана, разве сама так не считаешь? — наклонил красноволосый парень голову набок. — Нет, просто без него, толку от меня не будет, — сказала Мисаки. — Думаешь, что не сможешь убить Коро-сенсея вместе с нами? — со злобой посмотрел на неё Терасака. Мисаки стояла у дверей молча где-то пол минуты, сначала просто смотрела в пол, что-то тщательно обдумывая, потом, взглянула на Акабане, между ними и пол метра не было, она хотела остановиться, но понимала, что нужно всё делать, согласно её плану, не поддаваться чувствам. — Вы ничтожны, от вас итак нету толку в убийстве осьминога, уже сентябрь, вы до сих пор и не ранили его, если без Асано я не могу убить монстра, то делать мне тут нечего. Я вернусь в «А» класс и получу блестящее образование, а если монстра не убьют, и мир начнёт погибать, то я буду рада, что прожила семь месяцев простой девушкой, которая спокойно наслаждалась своей жизнью и юностью, и вот, почему я принимаю это решение, потому что мне сотрут память, и я никогда, никогда не вспомню скотов вроде вас! — сказала девушка, и, сбив Карму с пути, ушла. Парень разочарованно посмотрел в её сторону. Ей было сейчас тяжелее всего, даже тяжелее, чем её одноклассникам из класса «Е», она говорила то, чего не хотела говорить. Этой фразой, она потеряла товарищей и подругу. Но так нужно, они должны её возненавидеть, иначе, план не сработает. — Я знала, что ты тут, Гакушу, — обратилась к человеку в капюшоне Шиба. Парень обернулся и удивлённо посмотрел в её сторону. — Мисаки? Ты зачем пришла? Как ты меня нашла? — Тебе на данный момент надо выпустить пар, и делаешь ты это через бег, и что самое главное, ты занимаешься паркуром только в этом парке, я слишком хорошо знаю тебя, Гакушу Асано. Парень обреченно смотрел в пустоту. — Даже если и изучила, завтра это тебе не пригодится, я не вспомню ничего. — Впрочем, как и я, — ответила девушка. — Я тоже перевожусь в класс «А», я тоже пройду химиотерапию по стеранию памяти. — Что? Шиба, ты чем думала? — Не волнуйся. Всё так и должно быть. — Но, неужели ты доверила такое ответственное задание, как убийство монстра тем идиотам? — Да. Они всё равно его не убьют, а без тебя я бесполезна. Не волнуйся, мы ещё вернёмся в «Е» класс, мы спасём мир. — Но как мы это сделаем? Нам сотрут память, от нас не будет толку. — Наш выход ещё не скоро, просто расслабься и доверься мне, — сказала девушка и поцеловала его в губы, это был первый раз, когда она сделала это сама, парень ответил на поцелуй, обняв её за талию. Девушка отстранилась. — А теперь, на протяжении всех этих семи месяцев до марта, мы должны делать всё возможное, чтобы класс «Е» нас просто возненавидел. Будем позорить их везде, чтобы они даже и приближаться к нам не думали. Конечно, в другом смысле, некоторые из них, как моя уже бывшая подруга Рио или Каяно, наверняка попытаются напомнить о том, что мне как раз и стёрли из головы, этого нельзя допускать. Они должны видеть в нас врагов. Пойдём по домам, завтра мы расстанемся с воспоминаниями о классе «Е».