Часть 11
10 сентября 2023 г., 15:41
Тронный зал представлял собой просторную комнату с остроконечными деревянными колоннами, словно шипы они уходили вверх в пустоту, поддерживая невидимый глазу потолок. Заостренные рамы оплетали каждое вытянутое окно, сквозь узорчатые решетки которого проникал точечный свет в помещение. Не смотря на обилие таких окон по обе стороны холла, он все еще был погружен во мрак, чередующийся с полосами дневного света, создавая гнетущую атмосферу. По центру комнаты был расстелен ковер, жесткие волокна которого обжигали кожу любого, кто вынужден был поклониться королеве. Золотая ковровая дорожка вела прямиком к массивному трону, так или иначе приковывающему к себе взгляд. Вся архитектура комнаты сводилась линиями к сложной золотой конструкции трона с гигантской мозаичной спинкой с пиками. На алых бархатных подушках восседала сама королева, положив руки на обвитые кованными лозами золотые подлокотники. По обе стороны ее стояли гиганты стражники облаченные в ту же броню, что и на входе в замок.
Ворвавшись в помещение без спроса и стука Джон был тут же остановлен взмахом руки Гиллеса.
— Стой здесь и веди себя тихо. — Предостерег его воин, обходя по краю помещение, чтобы никому не помешать.
Йоко тем временем мелкими перебежками добралась до уголка зала, где стояли остальные служанки в идентичных ей платьях. Скромно приклонив голову, они ожидали указаний.
Джон тем временем слился с закрывшейся за ним дверью и замер созерцая происходящее. В центре ковра, на одном колене сидела рыжая девушка в коричневом платье, проштопанном красной тканью. Ее одежда выглядела потрепанной. Не смотря на дороговизну тканей, казалось, что это платье передавалось из поколение в поколение. Однако больше не могло выдержать сурового испытания дорогой до Цитадели, как и ее волосы, выбившиеся из хвоста и теперь клоками свисающие со всех сторон. Королева не обратила внимания на появившихся новых гостей и с усталым вздохом подперла свой подбородок рукой, переводя утомленный взгляд на девушку.
— Продолжай, если ты не закончила. Если закончила – уходи. Уважай время других. — Голос королевы словно был подхвачен самой комнатой, превозносился над головами присутствующих, отражаясь от стен и потолка.
— Простите, королева. — Девушка смиренно поклонилась, и после, вновь подняв глаза на властную женщину, продолжила. – Я повторю, деревни на границах Кризела атакованы, прямо сейчас наших людей убивают, а вся наша земля будет объята огнем, до тех пор пока нас не вынудят склонить колени.
— Я бы не пришла к Вам, если бы положение не было критическим. Вы не дали мне ответа. Я не могу уйти без него. – Импульсивно излагала она, явно с трудом выбирая слова и играя в притворную покорность, что была ей чужда.
Как и сам этот двор и его этикет и даже это ограничивающее движение платье - все это было противно волчице.
— Разве волки не должны смириться и принять свою смерть, как честь, на поле боя? А если нет, то ты склонила колени сейчас, почему бы не склонить их и там? Атакованы только границы, а вы уже сдались? К чему мне такой союзник? — Королева тряхнула черными, как ночь, локонами перекладывая их за спину, оголяя белоснежные плечи.
Ее черные глаза неестественно светились золотыми огнями, а корона состоящая из черных кристаллов с золотыми крапинками летала в воздухе, как по волшебству.
«Она тоже маг? Как это работает?» – Подумал про себя Джон, внимательно изучая королеву.
Его взгляд прошелся и по великолепным формам, подчеркнутым ее черным с золотом одеянием, линии вышивки которого закручивались на груди, гипнотизируя всех мужчин в ее окружении. Ее тонкая изящная шея, обвитая ошейником из черных блестящих кристаллов, что мог ввести в заблуждение о смирении и покорности, но Зериэлла по своей сути была противоположностью этих качеств.
— Мой народ умирает. А Вы говорите мне смириться? Склонить колено перед Вами для просьбы, и склонить колено перед врагами, как знак поражения.. это другое. — Девушка, не выдержав накала, вскочила на ноги, недовольно размахивая руками.
Вслед за ней также подорвался Гиллес, обнажая свой наточенный до блеска меч, а затем встал между рыжей и троном.
— Ты можешь услышать мой совет или нет. Но это все, чего ты добьешься здесь. Если хочешь помощи – научись предлагать что-то взамен. Я не буду посылать своих людей помогать, потому что это - правое дело. А теперь уходи. — Королева и глазом не повела на это представление.
Она гордо выпрямилась, из-за чего золотые вставки на ее платье приглушенно зазвенели, а после кивком указала Гиллесу вывести девушку, чьи глаза уже заливались животным желанием убивать. Ее правое запястье отягощал золотой браслет со знаком песочных часов обрамленных лозой. Сейчас украшение светилось, поглощая всю ее волчью энергию, не позволяя ей обратиться и воспользоваться своими инстинктами, дабы силой получить желаемое.
«Такой же знак.. как и на их броне. Может ли быть это герб Цитадели? Королева не выглядит доброй, кто знает зачем меня сюда привели.. может еще высекут..хотя если это будет она – я не против.» – Джон , улыбаясь, как умалишенный, вперил взгляд в очаровательное, но в то же время суровое лицо королевы.
Ее алые пухлые губы были слегка приоткрыты, пока она наблюдала, как следующий просящий садится на колени - на то же место почета. Кто знает какой по счету это была аудиенция, в любом случае вид у Зериэллы был притомленным, она лениво махнула рукой, разрешая мужчине высказаться.
— Ваше Величество, я скромный обладатель земель на юге. Как Вы знаете, рядом с деревнями Солайса есть разлом. В последнее время участились смерти нашего скота, не от демонов, а от неизвестной болезни. Люди тоже подвержены ей, но умирают они медленнее. Я.. болен и прошу помочь мне и деревням. — Мужчина еле внятно мямлил свою историю, и на этапе признания, закатал рукав льняной рубахи, демонстрируя черные волдыри с бурлящей жидкостью внутри.
Увидев это королева неконтролируемо вздрогнула, инстинктивно отдалившись от мужчины, но уже спустя секунду она вернула себе природное равнодушие и величие.
— Благодарю за проделанный путь сюда. И новости, что ты сообщил. Что до болезни.. Гиллес, проводи его до верховного мага, он сможет помочь. — Собравшись с мыслями, молвила Зериэлла.
Приподняв острый подбородок, она смотрела сверху вниз на сморщенного от тяжелой работы на фермах работягу. Смущенный под ее взором, он наскоро раскатал рукав обратно, скрывая изуродованную кожу.
— Простите, моя жизнь ничего не стоит по сравнению с жизнями жителей деревни. Я был выбран и послан сюда, чтобы помочь своим сожителям и земле, которой я обязан всем. Помогите им, прошу Вас. — Мужчина хаотично кланялся и в завершении своей речи припал к ковру лбом, глухим ударом сталкиваясь с полом.
Он не отрывал своего лица от ковра, пока королева вновь не обратилась к нему с уже неприкрытым недовольством настойчивостью его просьбы.
— Я прошу тебя проследовать за Гиллесом. Что до деревень, теперь я знаю о вашей проблеме и сделаю все, что в моих силах и интересах королевства. — Обтекаемо сделала заявление Зериэлла, слегка постукивая перстнями по подлокотнику, намекая им поторапливаться.
Гиллес опасался прикасаться к работяге, даже через плотную льняную ткань его рубахи, потому он лишь указал рукой направление и проводил его на безопасном отдалении за дверь.
— Не вздумай ничего вытворить, пока я не рядом. — Предупреждающе цыкнул на Джона воин, проходя мимо блондина.
На что последний только закатил глаза, выражая полнейшее равнодушие к его указаниям.
— Запускать следующих? — Поинтересовалась Йоко, занявшая место главной служанки и теперь вынужденная исполнять свои прямые обязанности и сдерживаться от раздирающего ее желания ласкать взглядом беспокойного Джона у двери.
Так, она хотя бы могла пройти рядом с ним, пока открывает дверь, что уже сулило мимолетное счастье.
— Не стоит. Закончим на сегодня. Скажи остальным – прийти завтра. — Небрежно приказала королева, переводя свой мистический томный взгляд на Джона, который усиленно старался оставаться незамеченным и избежать ее внимания.
Йоко радостно, чуть ли не переходя на бег, прошла к двери. Как бы невзначай задела локоть Джона своим, пока открывала не поддающиеся ее хрупким рукам двери.
— Джон. Ты не желаешь поприветствовать меня? — Зериэлла заинтересовано подняла одну из идеально накрашенных черных бровей, делая тяжелый вздох, от чего ее золотые треугольники под грудью вновь забренчали.
Мужчина завороженно смотрел на них, погружаясь в усыпляющую и расслабляющую мелодию. После он встряхнул головой, понимая, что слишком пристально созерцает область ее груди и, слегка покраснев, вышел вперед на ковер. Чувствуя, что его щеки полыхают и он сам вместе с ними, наемник был рад возможности приклонить колено и стыдливо спрятать лицо, вперив взгляд на свои ботинки.
— Оставьте нас. — Громогласно распорядилась королева, чей приказ гулким эхом разлетелся по комнате, требуя незамедлительного повиновения.
Все присутствующие в ту же секунду засуетились, поспешно покидая помещение, расталкивая друг друга у выхода. Даже стражники поодаль королевы, переглянувшись, высказали немое недоумение, но смиренно покинули свой пост. Разумеется, при их приближении обычные люди расступились, освобождая им дорогу. Джон последовав общему примеру, бойко поднялся с колен, уже внутренне ликуя, что все обошлось и зря он переживал о своей судьбе, последние пятнадцать минут обдумывая возможные исходы.
— Джон. Ты ослушиваешься меня? — Гневно с нотками досады в голосе проговорила королева, останавливая его на полпути к выходу.
Только сейчас до наемника дошло, что это с ним она хотела остаться наедине.
— Нет, я просто решил размять ноги. — Стараясь скрыть истеричную улыбку за маской суровости, Джон как ни в чем не бывало вернулся на ковер перед ней и даже скромно опустился на колено.
— Но, Ваше Величество, позвольте.. Вы не можете оставаться с Джоном наедине. Он - наемник. Он - убийца. Это угроза вашей безопасности. — Йоко, что уже вернулась на свою позицию, выполнив прошлые указания, осмелилась вмешаться, нервно перетаптываясь на месте.
— Ты смеешь перечить мне? Я сама решу где и с кем мне безопасно. А теперь – убирайся. — Хладнокровно возмутилась Зериэлла, не повышая голос и не используя жесты, она выражала свои эмоции лишь словами.
Голубоглазая в этот раз была не так расторопна и до предела неторопливо, подчеркнуто без особого интереса, покинула зал вместе со всеми, плотно хлопая дверью за собой.
— Эта девчонка все еще не знает манер. Может стоит ее отправить в сточный колодец, что научит ее уму. — Рассуждала вслух королева, задумчиво смотря на затворенные двери.
Джон сообразил, что она обращалась не к нему, а может и вовсе забыла, что он все еще здесь, потому терпеливо выжидал, пока его позовут. Правда, такой участи для Йоко, он не желал, но и спорить об этом значило усугубить ситуацию, а может оказаться вместе с ней в одном колодце.
— Джон. Это заняло у тебя так много времени, но все же ты здесь. Года в поисках того, как лишить твоих друзей бессмертия, и вот ты добился своего. Удивительно, что тебя пришлось тащить сюда силой за наградой, а не ты прибежал сам на мой порог. Прими мои поздравления. В благодарность за верность короне и мне, я дарую тебе одно любое желание, как мы и договаривались. Если оно тебе еще нужно, учитывая, что ты не торопился тут появляться. Я доверяю тебе, оставаясь с тобой наедине. Но ты не доверяешь мне, став смертным? — Пока королевская речь складно лилась, словно была записана ею задолго до их встречи, Джон безучастно отстранено думал о том, как прекрасна была королева.
В его мозг тут же закралась идея, что пока все женщины, которых он встречал, были влюблены в него.
— Желание? У-ля-ля. — Непроизвольно выдал Джон, смачно облизывая губы и вставая без спроса с колен.
— Что бы это значило? Ты потерял остатки приличия? — Раздраженно сдвинула брови королева, обеспокоено перебирая шарики на цепи, что обвивала одну из ее утонченных ладоней, переплетаясь между пальцами.
Джон распознал в этой цепи идентичную, той, что была у Сирилы, и, умудрившись, сохранить самообладание и не перейти на бег отсюда, усмирил свой пыл и разгоряченные желания.
— Да, простите. Забылся в присутствии такой очаровательной дамы. — С трудом прокашлялся Джон, делая монотонные шаги на встречу к трону и останавливаясь в метре от него.
— И все еще забываешься. — Не смотря на стальной тон ее голоса, наемник был уверен, что в глубине души она должно быть улыбается и рада комплиментам.
Но внешне она никак не проявляла ни симпатии, ни агрессии по поводу его приближения и слов. Королева вздернула руку с цепью вперед себя, жестом повелевая ему остановиться.
Вероятно, отсутствие насыщенной жизни в предыдущем мире или оба сорванных секса в прошлом, вынуждали его мечтать только об одном виде желаний, не задумываясь об их уместности и возможных последствиях.
— В благодарность за верность Вам я бы хотел увидеть, как ее Величество прелюбодействует с единственным человеком, что ее достоин – с самой собой. — Осадил королеву Джон, будучи уверенным в том, что перед его харизмой не устоит ни одна женщина.
Да и любое желание на то и любое. Тем не менее он был наготове использовать свою силу в любой момент, чтобы спасти свою бесценную задницу и уже придумал пути быстрого побега через окно. Теперь наемник был научен, что цепь может подавить его природные способности. А значит не собирался допускать впредь такой же ошибки и позволять женщинам с ней даже проходить рядом.
— Я могла бы приказать тебя высечь за такие слова, а после распять на кресте, как урок таким же невеждам. — Мягко сообщила она, вставая со своих роскошных подушек.
Джон машинально сделал шаг назад.
— Ты боишься меня? — Словно издевалась Зерриэлла над наемником, угрожающе поднимая руку.
Кристальная корона все еще мистическим образом висела в воздухе, повторяя каждый ее шаг.
— Нет. Ваше Величество не держит слово? — Ехидно вопрошал Джон, наблюдая за тем, как ее корона распадается на отдельно стоящие кристаллы, зеркально отражая настроение своей госпожи.
Они плавно развернулись острыми концами в его сторону, будто вот-вот влетят в его черепушку, словно брошенные кинжалы разбойницей.
— Как ты смеешь обвинять меня в этом? — Нервно сглотнув, негодовала Зериэлла, наспех поправляя складки на своем платье и обратно усаживаясь на трон.
Ее корона вернулась в исходное неагрессивное состояние, а Джон протер выступавшие на лбу капельки испарины.
— Я просто говорю, что не могу быть верен королеве, что не верна своему слову. — Оправдывался наемник, стараясь прочитать эмоции сквозь ее безразличие.
— Тем не менее, ты говоришь об измене короне. И говоришь мне об этом в лицо. Ты либо смелый, либо полоумный. — Отнекивалась женщина, откидываясь вальяжно на троне.
— А Вы остались наедине с убийцей. Вы тоже либо смелы либо.. — Не подумав ляпнул Джон, вскидывая с вызовом подбородок.
— Либо я знаю твое место. С убийцей, что создали здесь с единственной целью, чтобы ты служил Цитадели, а значит мне. — Грубо оборвала его речь королева, целиком уверенная в своих словах.
— Да. И я рад, что я служу Вам. А если бы моя королева была с меньшим уровнем чести, я бы не смог ей служить. Но это не вы. То была гипотетическая измена гипотетической королеве. — Вывернулся блондин, подчеркивая свои слова показательным поклоном в знак подчинения.
— Ты ведешь себя неподобающе и это - опасная игра, что может стоить твоему телу головы. Не забывай свое место и, что Цитадель сделала тебя таким, какой ты есть, и как она дала тебе силы, так она может их и отнять. Обычно тебе хватало ума действовать так, чтобы не приходилось об этом напоминать. — Колко заявила Зериэлла и передернула плечами так, будто сбрасывала груз неприятных воспоминаний, которые нельзя увидеть, но можно почувствовать.
— Вам не нужно мне угрожать, чтобы я был верен. Достаточно быть верной себе. — Улыбнулся Джон, присаживаясь у ее ног.
Сладко потянувшись, наемник разминал ноги и после чего сложил их крестом, почувствовав себя, как дома.
— Я не говорила, что не сдержу слово. Я лишь сказала, что после таких желаний, ты можешь начинать прощаться с жизнью, ведь она у тебя будет короткой. Или.. ты еще можешь поменять желание. Если ты настаиваешь на своем, я гарантирую тебе быструю смерть после его исполнения. Моя благодетель не бесконечна, так же как мое терпение. Продолжай верно служить – больше твоих желаний исполнится. Стань бесполезным – ты не заметишь как быстро благосклонность обратится в гнев. — Слова королевы пробрали его до костей, заставляя все тело напрячься от внезапно нахлынувшего на него озноба.
Он хотел бы спросить почему здесь стало так холодно, но это было бы верхом неприличия, хотя о каком неприличии может идти речь после таких откровенных разговоров.
