Кто сказал, что после смерти приходит конец?

Starset — My Demons Mayday! Mayday! Помоги мне! Помоги мне! The ship is slowly sinking Корабль медленно тонет, They think Iʼm crazy Они думают, что я сумасшедший, But they donʼt know the feeling. Но им неведомо это чувство.

***

В последнее время Леви нечасто выпадали выходные, в которые он просто мог спокойно выспаться и расслабиться за чашкой чая. Течка уже отступила, так что через пару дней надо было выходить на работу. Представив, что творилось в кафе в его отсутствие, Леви ужаснулся. Конечно, мужчина знал, что Ирвин спуску никому не даст, но если учесть способность блондина отключаться от реальности во время работы, Аккерман уже ни в чем не был уверен. Ханжи так и не появлялась, что в какой-то степени радовало, так как над ухом никто не верещал, пытаясь подколоть и не просил подержать что-то, напоминающее ядерное оружие. Пару раз она ему звонила, убеждаясь, что омега еще жив и в том, что так и не нашел себе партнера, чему свидетельствовал недовольный голос и ворчания Леви о том, что он уже не ребенок. Но был один ребенок, который волновал мужчину. Йегер. В тот день Эрен сбежал домой так быстро, как только мог в силу своих немногочисленных способностей. Леви все понимал — не любому альфе будет легко вынести течную омегу. Мальчишка вел себя совсем не так, как ожидал Аккерман. Он не пытался навязаться и попасть к нему домой, не пытался распространять свои феромоны и, боже упаси, даже не пытался прикасаться к нему. Омега давно понял, что Йегер странный во всех отношениях. Походя больше на бету, чем на альфу, он умудрялся постоянно привлекать взгляд Леви, даже не подозревая об этом. Но на этом странности далеко не заканчивались. Во время течки его способность просыпаться от малейшего шороха пропадала. Засыпая на полу в ванной, просыпался Леви в своей кровати. В чистой кровати, с новыми простынями и высушенным матрасом. На небольшом прикроватном столике всегда покоилась чашка теплого чая. В квартире не было никакой пыли, а на полу не было ни соринки. В холодильнике появилось что-то кроме замороженных морепродуктов и консервов. Конечно, только идиот мог не догадаться, кто всем этим занимается, и, разумеется, причину понять было не так трудно. Леви, всё-таки, омега, поэтому Эрен делает все, чтобы понравиться, втереться в доверие и стать ближе. Размышляя на эту тему, мужчина решил, что Йегеру можно доверять, но лишь до поры до времени. Но если это и впрямь так, то какого чёрта он сейчас сидит и поглаживает мальчишку по голове, пытаясь охранять его сон от вредных внешних раздражителей, вроде солнечного света или шума машин?! Да, Леви задернул шторы, хотя ненавидел полумрак, да, Леви закрыл окно, пусть в комнате и стало душно, да, Леви укрыл Эрена покрывалом и теперь сидит, рассматривая его спящее лицо. Омеге очень хотелось знать, что творится у него в голове после появления этого ребенка в его жизни, а еще больше хотел узнать, что творится в голове у самого альфы. В спящем Эрене не было ничего особенного. Не было приоткрытого рта, который должен был «манить» омегу, а вместо миловидного лица была лишь приплюснутая к подушке щека, которая в свою очередь немного приплюснула нос парня, так что он смахивал скорее на поросенка, чем на объект вожделения. Но Леви не мог не признать, что его завораживала даже эта картина. Эрен не бормотал во сне, не причмокивал губами, даже не ворочался, а запах альфы практически пропал. Странно, но рядом с Йегером сны не посещали Леви с такой частотой, как раньше, и не были такими выматывающими, как морально, так и физически. Рядом с ним становилось легче, но омега чувствовал, что если не получит ответов на все свои вопросы, то скоро взорвется, прихватив с собой пацана и очкастую, которая явно что-то знает. Не о шмотках же они шушукаются в перерывах. От высоких дум Леви отвлекло движение на диване. Если Эрен и проснулся, то по крайней мере еще не открыл глаза, а пытался уловить остатки сна. Но Аккерман не будет Аккерманом, если просто позволит пацану уснуть. Он и так был слишком снисходителен к нему сегодня, поэтому Леви не церемонясь сдернул мальчишку с дивана, спасая его голову от удара вовремя подставленной рукой. — Доброе утро, пацан, — Леви буквально навис над Эреном, заглядывая в распахнувшиеся сине-зеленые глаза. «Огромные» — пронеслось в голове у Леви, но он быстро откинул эту мысль, — Не хочешь мне ничего объяснить? Эрен ощутил себя загнанным в ловушку кроликом, который смотрит на облизывающуюся, в предвкушении обеда змею. Он, видимо, случайно уснул в квартире Леви, когда вытаскивал из-под дивана очередную бумажку и это был огромнейший промах. Эрен не должен быть попасться ему, Леви не должен был знать о визитах альфы к нему в квартиру. В конце концов — это противозаконно. Трепет в душе Эрена не сменился страхом, как должно было быть, а наоборот, он ощутил что-то вроде облегчения. Он был пойман с поличным и сейчас будет выставлен за дверь, но оно того стоило. Он вновь увидел посвежевшее и отдохнувшее лицо Леви, в тусклом взгляде появился блеск, а синяки под глазами практически исчезли. Значит, омеге было лучше и Йегер смог этому посодействовать. А Леви терпеливо ждал, пока шатен перестанет витать в облаках и улыбаться, глядя вроде на него, а вроде и сквозь него. В надежде вырвать парня из его фантазий, Аккерман дернул его за прядку волос, на что получил порцию «Ай!» и возмущенных взглядов. Но, видимо, Эрен все-таки окончательно проснулся, потому что следующим его действием была попытка замотаться в одеяло, но омега быстро прекратил эти детские игры, резким рывком выдирая покрывало из рук пацана. — Ты соображаешь, в какую ситуацию попал, Йегер? — Шипение Леви больше походило на громкий шепот, чем на угрожающий тон, но Эрену и этого было достаточно, чтобы осознать, что мужчина злится. — Я просто хотел немного помочь вам, я не думал ни о чем таком, правда! Пожалуйста, простите меня и не сдавайте в полицию, я больше к вам не подойду, только, пожалуйста, не злитесь… — альфа бормотал тихо и неразборчиво, но больше всего Леви раздражало то, что он смотрел куда угодно, но не на него. — Смотри мне в глаза и перестань мямлить. Я не жажду знать, что тебя побудило на добровольной основе наняться моей горничной, — пальцы Аккермана обхватили лицо парня, надавив на щеки и направив взгляд шатена в прищуренные стальные глаза, — Но мне очень интересно, Ханджи или Ирвин? Как Леви догадался о затее этих двоих Эрен не знал, но в ответ лишь показал два пальца. Голос пропал, и если он сейчас откроет рот, то оттуда вырвутся разве что непонятные хрипения. — Хм, оба, значит. А ты и рад бы, да, Йегер? — голос Аккермана казался усталым и безразличным ко всему, руки ослабили хватку, отпуская парня, а голова оказалась запрокинута на диван. Эрен же, воспользовавшись внезапной свободой, принял вертикальное положение и с беспокойством уставился на Леви. — Если хочешь спросить, то не тяни кота за яйца и выкладывай. Хватит сверлить во мне дыру, — глаза мужчины приоткрылись и искоса посмотрели на Эрена. — А, ну… Хотите чая? — шатен, хрипя, озвучил единственный вопрос, что пришел на ум. — Ты и впрямь идиот, Эрен, — беззлобно бросил Леви, увидев улыбку на лице пацана.

***

Полчаса спустя в руках брюнета покоилась ароматная кружка с чаем, а сам он изменил свое местоположение, предпочитая занять диван вместо жесткого пола. В полуметре от него как ни в чем не бывало сидел Эрен и украдкой разглядывал окружавшую его обстановку. Ему нравилось смотреть на место, где живет человек, который ему небезразличен. Было в этом что-то захватывающее и сжимающее душу. Пара фарфоровых статуэток, странный орнамент на подушках, коллекция книг английской классической литературы… Эрен старался не пропустить ни одной мелочи, которая помогла бы ему лучше узнать этого человека. В последнее время парень часто думал о том, что стена, за которой прячется Леви, потихоньку спадает. Это радует Эрена и он попытается быть рядом и помочь омеге с этим, ведь сам не понаслышке знает, каково это — открываться перед людьми. Аккерман стал более мягок, чему свидетельствовало то, что он все еще позволяет Эрену находиться в своей квартире, несмотря на то, что тот проник без разрешения и даже хозяйничал тут в тайне от владельца. Леви стал чаще улыбаться, в особенности Эрену. (может, показалось) В нем проснулось качество, которое никто не замечал в нем раньше — человечность. Эрен подмечал любые изменения в характере омеги и радовался, как ребенок, когда ему позволяли находиться ближе, узнавать лучше, спрашивать и получать ответы. Мальчишка был все еще без ума от Аккермана. Подавители, которые дали ему Ханжи с Армином, работали прекрасно, притупляя кроме обоняния разве что еще и зрение, но Эрен считал это мелочью. Он не хотел бы сорвать свои желания на Леви, не хотел пугать и требовать. Он просто хочет быть рядом, помогать, поддерживать, возможно, когда-нибудь омега и обратит на него внимание, но это не главная цель парня. — Эй, Йегер? — голос Леви вернул Эрена к реальности, в которой Аккерман уже подсел к шатену и махал рукой перед его лицом. — Да, простите… Вам что-то нужно? — Куда делась твоя астма? — омега не давил своим вопросом, совершенно спокойно спросив, как будто интересовался, который час. — Я, вообще-то, не астматик, — Эрен замялся, формулируя ответ, — это, скорее, побочное действие психотропных, которые я тогда принимал. Да, как-то так. Микасе даже пришлось купить мне ингалятор на некоторое время, — альфа почесал затылок, смотря куда-то в бок, не зная, о чем еще можно поговорить и хочет ли этого вообще Леви. — Эрен, — над ухом шатена послышался тихий, хриплый голос, — если я попрошу тебя об одолжении, что ты ответишь? Леви откровенно провоцировал его на что-то. Вот только Эрен не понимал на что. Пока что Аккерман только вызывал у альфы приступы покраснения лица, ушей, шеи и других — невидимых частей тела. Как реагировать на вопрос он не знал, но если учесть, что Эрен не интересовал брюнета в извращенном смысле, то можно было решиться. Да ради этого человека Йегер в лепешку расшибется, но выполнит все, что тот попросит. — Я сделаю все, что пожелаете, Леви, — впервые Эрен нашел в себе силы заглянуть в серые глаза самостоятельно, но наткнулся лишь на темноволосую макушку, — Леви? — Я хочу, чтобы ты рассказал мне о своих кошмарах, о своей прошлой жизни. Я хочу знать все, что было с тобой до нашей встречи и то, что было после, — брюнет обхватил плечи Эрена руками, лбом уткнувшись куда-то в область шеи, — Я знаю, что не имею прав расспрашивать тебя об этом, но я настолько эгоистичен, что ты обязан мне рассказать… Пожалуйста, Эрен. Я очень тебя прошу. Я этого больше не вынесу. Я не знаю, почему меня мучают кошмары, я не знаю, что за параллельный мир мое сознание выдает мне в моих снах, я не знаю, почему там погибают все, кто мне дорог. Я не знаю, почему там погиб ты… Поэтому я прошу тебя, расскажи мне все, что знаешь. Впервые на памяти Эрена, Леви смог произнести такую трогательную речь. Без подколов, насмешек и полу-ухмылок. Даже безразличие, пропитанное сталью, исчезло из голоса. Сейчас Леви казался не взрослым и сильным мужчиной, а хрупким и незащищенным омегой, которому нужно было плечо альфы… Пусть даже и такого никчемного, как Эрен.