Драббл-сборник

Персонажи: Виктор Крам/Гарри Поттер Рейтинг: PG–13 Тип: слэш Жанр: романтика, дружба, ангст, AU Аннотация: Бывает, что мы опаздываем, но приходим как раз вовремя Заявка: большое искусство — опоздать как раз вовремя

***

      Гарри сидел на крыше небоскрёба в Нью-Йорке и бездумно смотрел на яркие огни ночного города, сияющую высоко в небе луну и мерцающие таинственными огоньками звёзды. По-хорошему, сейчас он должен был быть в Англии, сражаться с Волан-де-Мортом, быть героем и т.д., но как-то не хотелось. Не просто так, разумеется, была вполне себе серьёзная причина, о которой он бы предпочёл никогда не знать, но, к счастью, или, к сожалению, год назад он просто случайно опоздал...

Ретроспектива

      Гарри быстро бежал по улице Хогсмида, торопясь укрыться от проливного дождя, который припустил не на шутку и заканчиваться не собирался. Само собой, можно было наколдовать себе зонтик или защитный купол, но Поттер с детства любил дождь и часто гулял под ним. Вот и сейчас решил не заморачиваться на эту тему. Вымок и вымок — не сахарный, не растает, максимум, немного приболеет, осень всё-таки, но это его волновало в последнюю очередь. Ещё пару дней назад он, Рон и Гермиона договорились сходить вместе в Хогсмид — развеяться немного и просто отдохнуть, потому что все понимали, что относительно беззаботных деньков у них осталось мало. Тучи сгущались над Англией, Волан-де-Морт с каждым днём становился всё сильнее, а Дамблдор что-то темнил, не подпуская Гарри слишком близко к своим тайнам, что немало настораживало героя. Но он был убеждён, что бить тревогу смысла нет. Возвращаясь к сегодняшнему походу: всё бы ничего с этим планом, но утром парень срочно понадобился МакГонагалл на дополнительных занятиях с младшекурсниками и, разумеется, гриффиндорец не смог ей отказать, отпустив друзей гулять вдвоём и договорившись присоединиться к ним в «Трёх мётлах» в одиннадцать часов. Вот и выходило, что на часах уже 11:15, а он всё ещё не на месте и безбожно опаздывает.       Отряхнув волосы, надеясь тем самым избавиться от холодной воды, Поттер зашёл в бар через заднюю дверь и тут же направился к друзьям, которые его, очевидно, не заметили. Он уже был в двух шагах от нужного столика, как его внимание привлекли странные огоньки в дальнем углу помещения. Гарри замер в тёмном пространстве возле одной из балок, которая это самое пространство и образовывала, и вгляделся в разноцветные, мигающие огоньки. Ещё раз тряхнув волосами, юноша решил, что кто-то просто испытывает новое для себя заклинание и собрался уже продолжить свой путь, но в этот раз замер от услышанных слов.       — Мы должны рассказать ему, Рон, — взволнованно говорила Гермиона, всё время поглядывая на парадный (если это определение здесь уместно) вход в бар, а голос её дрожал. — Гарри... — она запнулась, но вскоре собралась и продолжила: — Он же наш друг, а мы в буквальном смысле отправляем его на эшафот. Тот-Кого-Нельзя-Называть убьёт его, не моргнув и глазом, потому что... потому что, Мерлин раздери, это Невилл должен рисковать своей шкурой и драться с ним, а не Гарри. Он не заслуживает умереть вот так из-за того, что кому-то там страшно или кто-то не готов, — гневно сказала девушка и сжала кулаки на столе.       Поттер сглотнул, не веря собственным ушам, и прижался спиной к той самой балке, что служила ему укрытием. Его раздирали на части противоречивые чувства: с одной стороны, он был растерян, не понимая и не желая понимать услышанного, а с другой — был безмерно благодарен подруге за свою защиту. В голове всё смешалось и билась только одна чёткая и понятная мысль: «Неужели всё ложь? Неужели мама и папа, Сириус и даже Седрик… Неужели все они погибли, веря в эту ложь, веря в меня... ошибаясь во мне?».       — Герми, мне всё это тоже чертовски не нравится, но Дамблдор не просто так прятал Невилла от этого монстра. Ему нужно время, чтобы научиться, чтобы достичь необходимого уровня магии. Я бы и сам уже давно всё рассказал Гарри, но меня останавливает понимание того, как больно ему будет узнать об этом сейчас, когда он уже лишился так многого. Возможно, и я не говорю, что это правильно, всё-таки будет лучше, если он погибнет и успокоится в ином мире, — вздохнул Уизли, потупив взгляд.       Дальше Поттер слушать не стал, а просто выбежал из бара так же, как и попал туда, никем не замеченный. На улице по-прежнему шёл дождь, смешиваясь со слезами на его лице. Он не злился, просто отказывался принимать такое положение вещей, отказывался даже просто понимать его. Изнутри раздирало саднящее чувство предательства и неправильности всего происходящего, в горле стоял комок, не позволяющий дышать, а вся тяжесть прожитых лет будто двойным весом навалилась на плечи. Хотелось сбежать, исчезнуть, чтобы ничего больше об этом не знать.       — Я помогу тебе, — раздался рядом немного грубый, знакомый, пусть и позабытый голос.

Конец ретроспективы

      Из тяжёлых воспоминаний Гарри выдернули сильные руки, укутавшие его в плед и утянувшие в крепкие, надёжные объятья. Юноша безропотно откинулся на широкую грудь, чувствуя жар, исходящий от молодого мужчины, его ласковые губы на своей шее и лёгкую улыбку. В руках этого человека он ощущал себя в безопасности, окружённый заботой и любовью, уверенностью и спокойствием.       — Ты всё ещё вспоминаешь тот день, верно? — спросил грубоватый голос, обдавая жаром чувствительное ухо.       Поттер вздрогнул всем телом от того, как ровные зубы осторожно покусывают его шею, а дыхание щекочет и посылает волны мурашек по спине. Его парень был собственником и очень страстным любовником, обожающим шею Гарри, которую мог изучать часами, оставляя засосы и даже прокусывая тонкую кожу до крови, чему сильно способствовали острые от природы клыки. Бывший гриффиндорец никогда не возражал, потому что постоянно таял в этих умелых руках, позволяя им и их обладателю всё.       — Да, я тогда немного опоздал, — почти простонал Поттер, заводя руку назад и зарываясь пальцами в жёсткие, короткие волосы.       — Мой директор часто повторял: «Большое искусство — опоздать как раз вовремя», — последовал глубокомысленный ответ.       — Можно ли думать, что мне повезло овладеть этим искусством? — спросил Гарри, разворачивая голову и вглядываясь в глаза цвета молочного шоколада.       — Разумеется, любовь моя, — ответил молодой мужчина и поцеловал парня.       Вряд ли Виктор Крам расскажет когда-нибудь своему зеленоглазому ангелу, что то судьбоносное опоздание вовсе не было случайным, как и услышанный им разговор. Впрочем, на что только не пойдёшь ради юноши, который одной короткой улыбкой и взмахом пушистых чёрных ресниц покорил твоё сердце.