Инвалид 2: Мир наоборот.

На улице ярко светило солнце, и хоть оно совсем не грело, все равно, смотря на город, залитый светом, на душе становилось чуть теплее.  Се Хун посмотрел в конец улицы и поежился от прохладного ветра. Как и всегда, он забыл шарф дома, поэтому, придерживая воротник осеннего пальто, он пытался не замерзнуть окончательно.  Зайдя в университет, он отвернул воротник на место и поправил порядком отросшие волосы.  Решив не идти до шкафчика, в другое крыло, он направился к лестнице, на третий этаж -  в кабинет Криса.  Все равно идти на пары не было никакого желания, а оставаться дома.. тоже.  Поднимаясь по лестнице, он подумал, что не разговаривал с Лу Ханом уже.. неделю. Хмыкнув, юноша вновь повторил себе, что старший сам виноват, он поспешно перестал об этом думать, пытаясь не обращать внимания на странный осадок в душе.  Хозяина кабинета не было, но дверь была не заперта. Пожав плечами, Се Хун зашел внутрь, по привычному кинул сумку и пальто на спинку кресла, а сам рухнул на диван, прикрывая рукой глаза.  И почему Лу Хан тогда так себя повел? Почему так невежественно вел себя с его отцом? И почему потом даже не хотел извиниться?  Странный он.  Се Хун не говорил, но он понемногу стал вспоминать. Не сами картинки прошлого, а ощущения. Как дежавю.  Касаясь Лу Хана, даже невзначай, он чувствовал, что так было и так должно быть. Целуя или обнимая - появлялось чувство, щемящее в груди. Чувство правильности.  Вскочив с дивана, он помотал головой, тут же зарываясь руками в волосы.  Пытаясь отогнать эти мысли от себя, он просто хотел перестать себя накручивать.  Сев за стол президента, юноша налил себе стакан воды, выпил половину и, поставив наполовину полный стакан обратно, устало откинулся в мягком кресле.  Закрыв глаза, Се Хун пытался представить, как было тогда, до того, как он забыл Лу Хана. Как проходили их дни, о чем они разговаривали.  Какими тогда были Кай, Крис, Чан Ель.  Были ли они такими же отстраненными, как сейчас?  Почему-то, юноше казалось, что раньше, тогда, ребята были другими.  Кай казался веселым и взрывным, Чан Ель - веселым и постоянно смеющимся, а Крис - с совершенно серьезным взглядом и легкой, еле заметной, снисходительной улыбкой.  Сейчас же все по-другому. Холодный, отстраненный Чон Ин. Рыжик, который стал молчаливым, и Крис, который теперь почти не вылезает из этого самого кабинета.  Се Хун уже и забыл, когда в последний раз они все вместе ходили в их любимое кафе. Когда они заглядывали к Юйлинь, чтобы спросить как ее дела, помочь, чем смогут, и просто поиграть с Сяо Луном.  Усмехнувшись, юноша услышал мелодию звонка. Поспешив достать телефон из кармана, он удивился - отец редко звонит в учебное время.  Недолго думая, Се Хун ответил на звонок.  Отец говорил странно, еле связно, будто был уставшим или даже выпившим. Он просил сына приехать к нему, чтобы о чем-то поговорить.  Отключившись, Се Хун удивленно уставился на дисплей телефона, не совсем понимая, что же отцу понадобилось сейчас и в таком состоянии.  Юноша встал с кресла, прошел вдоль комнаты, надел пальто и, посмотрев на сумку, решил ее не брать. Вернувшись к столу, Се Хун взял стикер и написал на нем, чтобы Крис не забыл его сумку здесь и взял ее с собой, когда соберется домой.  Оставив записку на столе, юноша еще раз посмотрел на нее и поспешил уйти - не каждый день отец зовет его поговорить. 

***

В отельном номере господина О было довольно холодно и темно.  Пройдя вглубь комнаты, Се Хун поежился - отец зачем-то включил кондиционер и занавесил окна.  -Пап? - позвал Се Хун.  Номер его отца был большой, с тремя комнатами, ванной и небольшим баром. Поэтому, юноша окликнул хозяина номера, чтобы долго не искать его.  Но вместо ответа Се Хун услышал глухой звук, будто что-то упало на ковер.  Пройдя в сторону бара, он осторожно заглянул внутрь и увидел отца.  Тот сидел у барной стойки, пил виски, пустая бутылка которого, действительно, нашлась на мягком ковровом покрытии.  -Что за праздник отмечаешь? - скептически выдохнул Се Хун, осматривая комнату.  -Праздник, - хмыкнул господин О, - это праздник совести, сын.  Недовольно вздохнув и изогнув брови, Се Хун поморщился и все-таки прошел ближе к отцу, снимая пальто и присаживаясь за соседний барный стул.  -Ты хотел со мной поговорить? - без особого энтузиазма начал юноша.  -Знаешь что такое зов крови?  Удивившись такому вопросу, Се Хун удивлено уставился на отца, отрицательно мотая головой.  -Это такое явление.. когда ты сделал что-то с кем-то, потом забыл, уехал оттуда, сжег все мосты. Но пройдет много времени. Год, два, десять и ты все равно встретишься с тем человеком или с тем, кто близок ему.  -Не совсем понимаю о чем ты…  Се Хуну не нравился этот разговор. Казалось, что отец сошел с ума.  Этот вечный прагматик, вдруг несет какую-то чушь, про какой-то "зов крови", при этом методично напиваясь.  Вдруг, Се Хуну показалось, что он услышал будто бы дверь открылась. Но отец, кинувший уже пустой стакан на пол, отвлек его от этого.  -Знаешь, этот парень, твой друг, который трясся тогда здесь, как он?  -В порядке, а почему..  -Он сирота?  Этот вопрос поставил юношу в тупик. Ведь его отец.. который никогда не интересовался ничем, кроме учебы сына, вдруг знает, что Лу Хан сирота.  Даже как-то испуганно кивнув, Се Хун поежился - что-то не хорошее.  -Да, я знаю, что он сирота. Я все знаю.  -Откуда? - отчего-то сиплым голосом спросил Се Хун.  Мужчина усмехнулся. Затем негромко рассмеялся, будто сын спрашивает какую-то глупость. Он нагнулся чуть вперед и достал еще одну бутылку виски. Быстро открыв, он не стал брать стакан, а выпил из горла.  Поставив бутылку на стойку, довольно сильно, так, что немного жидкости оказалось на гладкой поверхности, он снова рассмеялся.  Рассмеялся так, что его сын не сразу понял - смеется он или же плачет.  Отец смеялся сильнее, пугая Се Хуна.  И самого себя.  Прекратив, мужчина снова взялся за бутылку, но не спешил ее поднимать. Он наклонил голову, упираясь взглядом в пол, и поджал губы.  -Как думаешь, откуда я знаю, что он сирота?  Боясь даже пошевелиться, Се Хун просто молча наблюдал за обезумевшим отцом, который вновь поднял голову и посмотрел ему в глаза.  -Да потому, что это я. Я оставил его сиротой. Я! Он кричал, снова и снова повторяя эти слова. Но… Се Хун будто и не слышал их.  Будто он под водой, и совсем не слышит то, что на поверхности.  Даже дышать стало трудно.  Выкрикивая это снова и снова, отец махал руками, будто желая за что-то ухватиться.  Снова махнув рукой, он уронил только что открытую бутылку на пол.  Не сводя глаз с падающей бутылки, Се Хун повернулся чуть в бок и там, в дверном проеме, увидел Лу Хана, держащего в руках его сумку.  Господин О, тоже заметив юношу, замолчал, закрывая лицо руками.  Юноша, встав с места, словно на ватных ногах, сделал несколько неуверенных шагов к двери, но Лу Хан уже развернулся и ушел.  Забыв про отца, Се Хун поспешил за ним.  Нагнав его уже на улице, младший остановил старшего за руку, даже не зная, что же сказать.  Лу Хан повернулся к нему лицом и протянул руку с сумкой.  -Я увидел как ты выходил из кабинета Криса, поэтому хотел отдать тебе сумку, и заодно извиниться перед твоим отцом.  Молча взяв ремень сумки в руку, Се Хун просто опустил ее на землю.  -Лу Хан.. - начал было младший, но блондин остановил его, подняв ладонь вверх.  -Прости, Се Хун.. это.. сильнее меня. Я… просто оставь меня, хорошо?  Блондин улыбнулся и, кивнув, развернулся и пошел в сторону остановки, оставляя младшего наедине с собой.  Смотря ему в спину, Се Хун подумал, что Лу Хан очень сильный.  В его глазах не было слез, а в голосе не чувствовалось слабости.  Его спина была прямая, а походка ровная, обычная.  Только глаза были совсем блеклые, как будто у слепого - в белой пленке.  Быть может, именно так ломаются люди? - подумал Се Хун, все еще не сводя взгляда с Лу Хана и понимая, что.. это точно конец.