Стук любимого сердца.

Хельга была в шоке. Для неё нет и ничего не было дороже семьи. Она любила Питера и готова была помочь ему, но как это было сделать, не зная, как это случилось? Девушка нервно мерила шагами гостиную, зорко приглядывая за оставшейся частью Питера. Что-то в этом слишком тихом юноше было знакомое и родное, но не было той чертовщинки, из-за которой Мартина так его любила. Исчезла сущность дьявола и собственника, каким Пэн всегда являлся. -Я не знаю ничего, Мартина. – в сотый, а может и в тысячный раз сказал Питер, когда девушка загнала его в тупик. -Не может просто так человек раздвоиться. Мартина была дочерью Тёмного мага и была на сто процентов уверена, что здесь замешана магия. Не обязательно какая, светлая или тёмная, всё зависит от того, как ею пользоваться. Реджина разделилась по воле зелья, которое выпила, а Питер ничего не пил и у него и в мыслях не было разделяться. Другого способа разделить человека Мартина не знала. Можно было спросить у отца, но Гидеон пропал и Белль с Румпелем не знают, что делать. Им сейчас лучше выяснить свои отношения и отправиться на поиски сына, которого украла давно забытая всеми бабушка Мартины. Мартина никогда не знала, что у неё есть бабушка, тем более родная. О матери Белль Хельга знала не много, только то, что они с Белль очень похожи, она была прекрасной матерью и рано умерла в войне с ограми. О второй бабушке – Чёрной фее ей не было известно ничего. Румпель сам забыл о том, что когда-то у него была мать, хотя её и матерью нельзя было назвать. -Нужно это выяснить. – решительно заявила Мартина, полагаясь только на свои силы. Её прежний Питер бы тут же вскочил с дивана, готовый защищать её и последовать за Мартиной хоть на край света. Теперь же юноша сидел в углу дивана, будто Хельга была для него совсем чужим человеком. -Я посижу с детьми. – кивнул он девушке. Не сказать, что Мартина была разочарованная, но она не понимала, почему этот добрый Питер Пэн превратился в труса, который прячется за спиной девушки. Мартина однако, не теряла надежды. Она была полностью уверена, что ни детям, ни ей самой злой Пэн не причинит вреда. Его горячее дыхание около уха и властные руки чудились Мартине, будто он стоит рядом. Это ни с чем ни сравнимое чувство теплом отдавалось в груди Мартины, заставляя сердце трепетать. Девушка пришла к причалу, где, по её мнению, и мог расположится король Нетландии. Она взглянула на водную гладь и подумала, как бы ей было хорошо искупаться, почувствовать эту прохладу. -Не думал, что общество моей занудной части тебе так скоро надоест. Питер Пэн возник прямо за спиной у Мартины, обнимая её и сцепляя руки на плоском животе девушки. Мартина прижалась к его груди поплотнее, чтобы холодный ветер не гулял по её голым плечам. В его объятьях она была в безопасности. -Что это было за представление, Питер? – проводя носом по голому участку шеи любимого, спросила Мартина. -Наверное ты не поверишь, но я устал. Не от тебя, нет, и не от Лиры и Робби. У нас замечательные дети. Хельга взглянула на его улыбку и ей показалось, что весь её мир озарился лучами солнца. Она грелась в этих лучах и сама озаряла мир Питера. -Я устал от того, что бездействую. – продолжал Пэн. – Я хочу защищать тебя. Оказавшись в Сторибруке я раз за разом чувствую свои беззащитность. -Не говори так. – возразила девушка. – Ты защищаешь меня яростнее отца, ты спас маму и Лиру от доктора Джекила. -Именно, - кивнул юноша. – Когда я раздавил его сердце, то почувствовал небывалую силу, которая открыла мне глаза. Я слишком долго был белым и пушистым. Его глаза были зеленее, чем изумруду и ярче, чем любой свет. Мартина была скорее согласна с Питером, чем противоречила ему, но разве так правильно, чтобы две половинки были разделены. Она крепче прижимается к его груди и слышит стук любимого ею сердца. Питер вдыхает необыкновенный запах Мартины. Он для не самый любимый на свете. -Утром мы были заняты. - протянул Питер, накручивая на палец её локоны. – Думаю, пока мы одни можно продолжить… Не успела Хельга ничего толком сказать, как они оказались в каком-то странном месте. Здесь было совсем мало мебели, но главным украшением комнаты была низкая кровать, застелённая алым, как розы, бельём. Питер почти, как дикий зверь, кидается вместе с девушкой на кровать, стараясь снять такое мешающее сейчас платье. Она вжимал её в кровать всем своими весом, таясь сорвать с губ любимой сладкий стон. Мартина чувствовала себя неуверенно, от такого резкого напора, но не смогла противиться тому, чего хотела. Она потянула вверх его рубашку, оголив белую грудь. Мартина любовалась Питером часто, от чего её дыхание становилось не ровным. Ей нравилось припадать к шее Питера и касаться своими пухлыми губами, стараясь повторить содеянное юношей. Питер страстно целовал её губы, почти до крови, ставил отметины, доказывая ей, что она его и только его. Питер дошёл до небольшой, но такой привлекательной для него груди и замер. Дело было в том, что Мартина крепко сжала его волосы в кулаке. Пэн поднял на неё полные страсти и безумия глаза. Этот взгляд был хорошо знаком девушки, но не могла позволить эмоциям выплеснуться сейчас. Они обязательно продолжат, но потом. -Мне нужно идти, Питер. – прошептала Мартина. -Иди. – на удивление легко согласился юноша. – Но ты не сможешь бегать от меня вечно, малыш. Мы продолжим и поверь, ты об этом не пожалеешь. Его опасная улыбка стала как доказательством того, что он выполнит своё обещание. Обязательно выполнит.