Адская смесь внеканона Диабо'ликов

      Карла презрительно косился в соседний конец кабины лифта. Это надо же было впервые в жизни пойти в торговый центр, встретиться там чуть ли не с заклятыми врагами и застрять в лифте, в этой противной зеркальной коробке! И с кем?! С этим истеричным Сакамаки Канато, который своим поведением больше напоминал сбрендившего ребёнка!       Сидит вон, с медведем разговаривает. О вкусах напитков! Будто для плюша банан от шоколада очень на вкус отличается! И, что самое противное, его тихий голос усиливается здесь в несколько раз, отражение сидящего на полу вампира прыгает на всех поверхностях противных зеркал, и Карле отсюда никуда не деться! Не в шахту же вылезать. Остаётся только ждать, когда глупые люди соизволят починить лифт и он снова поедет.       — Тедди, хочешь печенье? Ну же, ешь! Открой рот! — Канато выудил из кармана на своей жилетке печенюху и тыкал ею в рот своего медведя. Вышитые нитками губы не открывались, и парень злился. Печенье билось о пластиковый нос игрушки, и крошки сыпались на белоснежный пол, пачкая его.       — Да перестань ты уже! Раздражаешь! — всё-таки вспылил Карла.       — Не перестану! — в ответ громко крикнул вампир. — Мне уже надоело сидеть тут с тобой, когда эти люди нас выпустят? Я хочу молочный коктейль, а…       Мальчишка ещё что-то говорил, но Карла уже не слушал. Он пытался поглубже вдохнуть и успокоиться, как когда-то давно учила мать. Ведь Шин в детстве тоже был не подарок, а он, как старший брат, должен был за ним присматривать. Даже сейчас он следит, чтобы взбалмошный младший Прародитель не наделал глупостей.       Так, моего опыта общения с детьми вполне хватит, — втолковывал себе Карла.       — Эй, перестань, — втайне неуверенно перебил он словоизлияние Канато. — Мне тоже это не очень нравится. Но я чувствую, что скоро мы поедем. Это же большой и известный торговый центр, они должны следить за своей репутацией. Пойдёшь и купишь себе все коктейли, что здесь только есть, а потом снова будешь раздражать своих братьев и сходить с ума со своим медведем.       Карла решил заткнуться, чувствуя, что ещё чуть-чуть, и начнёт нести полную чушь. Но эффект его слова возымели: Канато перестал истерить. Он встал, оглядел себя в зеркале, одёрнул жилетку и поправил шарф. Когда вампир нажал на кнопку вызова диспетчера лифта, то Прародитель поразился, каким нормальным он казался.       — Скоро нас выпустят?       Из динамиков Канато ответил женский голос.       — Секундочку… — Вампир хотел уже нахмуриться и приготовился начинать истерику, но лифт дёрнулся и поехал. — Только что всё починили, извините за задержку. Надеюсь, это не сильно испортило вам настроение и вы продолжите посещение нашего торгового центра? В любом случае приносим свои глубочайшие извинения.       Серебристые двери открылись, выпуская обоих. Карла шёл, задумчиво разглядывая этого странного юношу с фиолетовыми глазами и плюшевой игрушкой. Сейчас он казался совершенно нормальным.       — Хватит на меня пялиться. Да, я не всегда чокнутая истеричка! Просто поддерживаю имидж перед братьями, и это уже вошло в привычку. Когда ты слишком нормальный в нашей семье, это выглядит странно. — Канато развернулся прямо на ходу, уперев руки в бока, и снизу вверх посмотрел на Прародителя. — Не рассказывай никому.       — Хорошо, — Карла кивнул. Этот Канато нравился ему гораздо больше.       Вампир отзеркалил его движение и тоже кивнул, развернулся и пошёл в ближайшее кафе.       Может, не все Сакамаки конченые уроды? — думал Прародитель. Может, просто притворяются? Или они все нормальные, но имидж — главное?!       «— Как же сложно, — скользила шальная мысль. — Хрен пойми, кто вменяемый, а кто действительно псих. Так, а где Шин? Порублю придурка!»