Дневник в тёмный мир

      Мда уж… Ну, и ситуация у меня! Главное — не паниковать. Любую проблему можно решить, всегда есть выход. — Пьер, может есть какое-то другое решение, а? Ведь бабушка явно не вернётся с того света, чтобы выручить нерадивую меня, — мрачно пошутила я. — Хм, вариант, конечно, есть… — задумчиво протянуло привидение, будто бы издеваясь надо мной. — Да не тяни ты! — я уже начинала паниковать, не справляясь с эмоциями. — Тебе нужно стать привидением, чтобы проходить сквозь стены, — спокойно сообщил Пьер. — Предлагаешь мне стать самоубийцей?! Или ты убьешь меня?! — взвилась я. Нервишки уже не просто шалили, а бились в припадке. Мой собеседник, в это время, ухмылялся, явно наслаждаясь зрелищем. — Что зубоскалишь?! Отвечай, давай! — продолжала бесноваться я. — Пока не успокоишься — ничего не скажу, — не скрывая злорадства сказало привидение. Я глубоко задышала, успокаивая себя мыслями об освобождении из этой непроизвольной тюрьмы. — Вот и умница, — ласково сказал Пьер. — В моём арсенале есть зелье, которое позволяет на время стать привидением. — Ничего ж себе! — мои глаза округлились сами собой. — Это ж пропуск куда-угодно! Похлеще любого оружия! — Да, но есть одно «но», из-за которого мало кто осмеливается опробовать его на себе, — голос звучал как-то задумчиво и участливо. — И в чём же проблема? — я была уже не уверена в шикарности эликсирчика. — Дело в том, что в процессе «превращения» в привидение умертвляются все клетки организма, а это дико, до невозможного, больно. Даже обезболивающие не помогают, только немного облегчают состояние. Это своеобразная плата за «чудодейственность». — Мдааа… — скептически протянула я. — А всё так хорошо начиналось!.. Наступила неловкая пауза. — По другому никак, да? — прорезал тишину мой неожиданно тихий и неуверенный голос. — Похоже, что так, — ответ Пьера был пропитан сочувствием. — Хорошо, — выдохнула я. — Как долго длится эффект, и как он скажется именно на мне? — Длительность зависит от дозы, а на счёт взаимодействия с твоим организмом… К сожалению, тебе будет гораздо больнее, чем кому-либо другому, но зелья понадобится меньше. — Оххх, — внезапно подкатил страх, и накрыл меня с головой. — Я… Я готова. — Ладно, садись в кресло, — сказал Пьер, проплывая мимо стеллажей в поисках нужных колб. Наконец, он повернулся ко мне, держа в руках две посудины. В первой, с прозрачной жидкостью, была анестезия. Скептически покосившись на меня, привидение отмерило 3 капли в уже знакомую склянку и протянуло её мне. Выпив содержимое, я почувствовала дикую усталость, а пальцы руки тут же разжались, и стакан упал в заботливо подставленную руку Пьера. За следующую минуту я перестала чувствовать вообще всё тело, даже глазами пошевелить не удавалось. Навалилась апатия. — Как надо дозу определил, — услышала я довольный голос привидения. С безразличием я наблюдала, как мой новый знакомый наполнил склянку водой, взял вторую, полностью чёрную колбу, и перелил нужное количество в воду. Цвет, почему-то, был не чёрный, и не серый, а мутно-зелёный. Приблизившись ко мне, Пьер открыл мне рот и вылил содержимое стакана в него. И всё вокруг взорвалось болью. Я заорала, яростно, безумно. Мне казалось, что меня и мира больше не существует. Есть только смертельная боль и крик. Каждая умершая клетка организма была новой вспышкой боли. Невероятной, дикой, всепоглощающей. Показалось, что от своего крика я оглохла, и то, что я сейчас слышу — всего лишь игры памяти, снова и снова повторяющийся трек в моём мозгу. Внезапно, в глазах потускнело, заполнилось мутно-зелёным, а затем чёрным и я уплыла в небытие.

***

      Перед глазами снова камень. Но ни боли, ни вообще никаких ощущений нет. Я легко поднялась в воздух, ощущая себя пёрышком. — Приветствую в наших рядах! — веселый и ехидный голос Пьера вырвал меня из странного транса. — Мда уж, спасибо! — язвительно ответила я, осматривая себя. Вытянула перед собой руку, рассматривая сквозь неё слегка мутноватый пол. Затем посмотрела на привидение и губы сами расплылись в улыбке. — Получилось!!! — радостно подпрыгнула я и, частично пролетев через потолок, вылезла головой на втором этаже. Аккуратно опустилась вниз и выдала изумлённое «Ух ты!» Тут в мою голову закралась шаловливая мысль, и я ехидно уставилась на Пьера: — Слууушай, а что если два привидения соприкоснутся? — я начала медленно приближаться к нему. — Эээ, бешенная экспериментаторша, отойди от меня! — опасливо проговорил мой «подопытный», потихоньку плывя задом. — Лучше так не баловаться, а то разматериализуемся оба, а ты ещё и человеком обратно не станешь! Угроза возымела на меня отрезвляющее действие, и я поинтересовалась: — А разматериализоваться — это как? — Это когда привидение теряет свой видимый облик. Но, конечно же, через некоторое время его можно восстановить. Призраки, кстати, так не могут, ибо не имеют собственного разума. — Вот оно как… — задумчиво протянула я. — Кстати, как долго я пробуду привидением и как взаимодействовать с объектами? — Человеком ты станешь примерно через час, а взаимодействовать очень просто — нужно только чётко представлять, что ты хочешь сделать: пройти сквозь или коснуться. — А возврат к жизни столь же болезненный? — если честно, меня начинало колотить от одной мысли о повторе таких ощущений. — Нет, единственно что, тебе нужно будет выпить эликсир, содержащий элементы для построения нового тела. К тому же, из-за потрясения, которое пережил твой организм, ты теперь невосприимчива к многим вредоносным зельям. Кроме сильнейших, конечно же. — Ух ты! Это несомненно приятный бонус. Ладно, пошла я. То есть, поплыла, — хихикнула я, утопая в стене. Появившись с другой стороны, я увидела валяющийся на полу дневник. Моё имя на его обложке мерцало тёмно-зелёным, а по ней пробегали странные волны. Но как только я прикоснулась к ней, книга как будто успокоилась. Хмыкнув, открыла её на странице уведомлений и стала читать: «Ох, совсем забыла! Не забудь приложить ладонь к ручке двери». Цвет текста был словно полустёртый. Я решила, что чем новее послание, тем чётче буквы. Далее следовало: «Селина, ты где? С тобой всё хорошо? Внученька, почему дневник мне говорит, что ты умерла?!» Подлетев к столу, взяла в руки перо и написала: «Да, бабушка, всё хорошо. Если говорить кратко, то я оказалась заперта в лаборатории и Пьер помог мне выбраться, превратив меня в привидение с помощью зелья». Ответ появился тут же: «Ох уж этот престарелый экспериментатор, нашёл себе подопытную! Ну, я рада, что всё хорошо. Сажусь писать тебе важное письмо, прочитаешь потом». И как это понимать?! Это что, были непроверенные зелья, которые могли причинить мне вред, а то и убить? Хотя… Осмотрела себя с ног до головы и хихикнула, ведь уже убили. Затем с каверзной улыбкой развернулась к потайной двери в лабораторию. Приблизившись к стене, просунула голову сквозь неё и, выкрикнув Пьеру: «Ну, ты и засранец!», с гоготом улетела на второй этаж. А потом я начала конкретно беситься, высовывая голову из потолка, стен и пола, при этом потусторонне завывая. Пьер сидел в кресле и с кислой миной читал ту самую книгу, что и при нашем знакомстве. На его лице чётко читалась мысль «Господи, сумасшедшая». Минут через 5 меня попустило и я, подобрав блокнот, уже спокойно залетела в лабораторию. — Успокоилась? — скептически вопросило привидение, отложив книгу и взглянув на меня, словно поверх очков. — Угу, — улыбнулась я. — Опять последствия? — Да, очевидно такой эффект дают последние 2 зелья в купе или просто слишком много разных за несколько часов выпила. — Ясно… Сколько там до моего возвращения к живым? — спросила я. — Где-то пол часа. О, пока не забыл! — Пьер взял с ближайшего стеллажа склянку и протянул её мне. — Тот самый эликсир. — Спасибо, — я невольно залюбовалась золотистой тягучей жидкостью, которая переливалась в ёмкости. — Пойду, что ли, к себе, а то вдруг опять здесь останусь. Вылетев через потолок, оказалась как раз в своей комнате и уселась на кровати, скрестив ноги в позе лотоса. Ощущения были очень необычными: привычного напряжения мышц, понятное дело, не чувствовалось. Ха, похоже привидения могли бы стать отличными учителями йоги. Я растянулась на кровати, анализируя всё, что произошло со мной за последнюю неделю. Пожалуй, она была самой насыщенной за всю мою сознательную жизнь. Я познакомилась с бабушкой, которую считала мёртвой (!), чуть не попалась «родственничкам», оказалась заперта в секретной лаборатории с мёртвым зельеваром, а в конце сама присоединилась к неживой братии. Но я чувствовала, что мне это нравится, и теперь я была готова даже на сумасшедшие поступки. Почувствовав странные изменения в теле, я поспешила выпить жидкость из стакана. Лёгкость исчезла, уступив место тактильным ощущениям. Моё тело вернулось в бренный мир. Вдруг дневник призывно заклубился тьмой, предлагая прочитать новости. Угу, сейчас ещё начнёт вибрировать, как мобильник. Раскрыв блокнот, легла поудобнее, приготовившись читать послание. «Селина, есть кое-что важное, о чём я не говорила тебе раньше. Ты — шэйни, а значит не можешь жить и дальше на Земле. Существует другой мир, в который ты сможешь попасть при помощи дневника». О, наконец-то она решила рассказать мне это. Я уж думала не доживу! «Там тебе стоит поступить в Сумрачную Академию. Как раз доберешься к началу отбора, если поспешишь. Про ритуал я расскажу тебе потом, а пока стоит сказать, что в дороге тебе понадобится хотя бы один комплект одежды, припасы, компас и нож не для нарезки еды». Нечего сказать, интересное примечаньице. Небось, придётся истечь кровью в какой-то пентаграмме, чтобы в другой мир попасть. «Пожалуй, начни приготовления уже сейчас. Ах да, и не забудь придумать себе другое имя — нечего каждому встречному знать твоё истинное. Удачи!» Тэкс, с едой проблем нет — возьму из холодильника чего-нибудь, бутербродов нарежу. Ножи явно надо брать на кухне — вряд ли мама хранит под подушкой фамильный стилет или кинжал. Компас стоит поискать в бабушкином кабинете, а вот одежда… Похоже, что единственный выход — ограбить мамин шкаф, чем я займусь следующей ночью.

***

      Проснулась я буквально ни свет ни заря — в пять минут по полуночи. Выскользнула за дверь и прислушались к ночной тишине. Хотя нет, стоны из маминой комнаты явно не похожи на тишину. Ладно, не буду людям мешать. Спустившись на первый этаж, пошла в кабинет и принялась шуровать по ящичкам стола и шкафа в поисках компаса. Поиски всё же увенчались успехом. Дальше я похозяйничала на кухне, запаковав мой сегодняшний обед, фрукты, овощи, бутерброды и спички. Ещё нашла банку с сухофруктами и загребла её себе. Сложив провиант в своей комнате, задумалась, чего ещё не хватает. Мне оставалось обзавестись одеждой и рюкзаком. Это я рассчитывала найти в шкафу своей родительницы. Снова выглянув в коридор, я услышала плеск воды в душе. Отлично! На радостях потеряла осторожность и грохнула на пол торшер. Вот же!.. Зашла в спальню и широко открыла створки шкафа. На меня испуганными глазами вытаращился мамин хахаль. Голый. Хотя нет, член он элегантно обмотал розовым боа. — Стриптиз я, между прочим, не заказывала. Да и, — смерила его оценивающим взглядом, — опоздала я, судя по всему. Мужик тихо офигевал от этой ситуации и молчал. — Кыш отсюда, — шикнула я и мой «собеседник», прикрываясь, смешно поковылял к двери. Для закрепления эффекта я развернулась и с размаху шлёпнула его по заднице. Я ещё успела увидеть его выпучившиеся глаза прежде, чем он захлопнул дверь. Я хихикнула и развернулась к шкафу, изучая его содержимое. Тааак, и что тут у нас есть? Мне нужны брюки, майка, кофта, куртка и нормальная обувь. С размером мне повезло — примеренные мной чёрные брюки были в пору и стали первым элементом «наряда». В поисках кофты и куртки пришлось повозиться — мама явно не была поклонницей тёмных цветов и её одежда пестрела всеми цветами радуги. Я всё-таки нашла обычную чёрную кофту и, о счастье, кожаную куртку. Обувь отличалась элегантностью и утончённостью, а главное высоченными каблуками, я же искала что-то комфортное. В конце концов, я остановила свой выбор на обычных чёрных кедах. В шкафу обнаружился серый тряпичный рюкзак, и был признан годным. Подошла к зеркалу осмотреть окончательный вид. Результатом осталась довольна и ухмыльнулась своему готическому отражению. Рядом с зеркалом я заметила календарь — 14 августа гласил он. А ведь моё двадцатилетие через 3 дня! Ну, хоть «отпраздную» не как всегда. Вернувшись в свою спальню, спаковала всё в рюкзак, положила ещё блокнот и ручку. По дороге к входной двери захватила чернильницу и перо из кабинета. И вышла в ночь.