cancer

У Леви в руках сигарета. Леви затягивается. Выдыхает ребристый дым. Затягивается. Выдыхает ребристый дым. У Эрена за спиной ебаная тележка с баллоном, в ноздрях — ебаные канюли, в желудке — беленькие красивенькие маньяки. Маньяки-таблеточки. Мило-мило-мило. Эрен думает, употребляет ли Леви. [Эрен слез с сигарет после постановки диагноза]. [Эрен перестал употреблять после слова «рак»]. Онкология, милая, застрели его. Эрена привезли родители к школе. Встреча с Микасой. Конечно же. Леви прогуливает. Он часто прогуливает [вероятно], часто курит, часто режет свои симпатичные запястья, а потом их лижет холодная струя воды. Эрен говорит «привет» и садится рядом. На землю. Зад мерзнет. Онкология стоит и щурится. Солнца нет. Облачное одеяло. Воняет дождем. Леви говорит, что, блять, Эрен, какого хуя. У Леви молочные полосочки вдоль и льдистые пальцы. Леви смотрит на Эрена и вздыхает. Он вздыхает и тушит сигарету. Он говорит, что Микаса отличница. Микаса хорошая. Микаса хочет быть врачом. Микаса умненькая. Микаса, Микаса, Микаса. Эрен говорит: — Ладно. Эрен говорит: — Прогуляемся после? Леви говорит, что, да, отлично. [Эрена еще не заебали серебристый дым и сигареты]. Эрен не дожидается Микасы. Эрен говорит, что у него замерзла задница. Эрен говорит, что ему поебать. — Ну, тогда поехали. У Эрена стужь в легких и колкость на языке. Эрен говорит, что его все заебало. Онкология бьет его по лицу. Своей миниатюрной ладошкой. У Эрена на лице кровь. Эрен стирает ее рукавом. Леви не замечает этого. Леви ничего не говорит. Леви молчит. Эрен смотрит на дорогу, на ноги, худенькие и жирные, и затыкается. Эрен думает о мачехе и отце Микасы. Эрен не думает о Микасе. Эрену поебать. В итоге они не гуляют. Они сидят в машине. В машине тепло. В машине Леви. В машине девятнадцать пропущенных от Микасы. Эрену хочется накурится и ржать. Эрену хочется думать, что мир — это маленькая незначительная херня. Эрену хочется думать, что никакой Онкологии не существовало. Она, ебучая сучка, сдохла. Она сгнила. Вместе с опухолью. И была выблевана. И смыта в унитаз. Эрен говорит, что, хей, Леви, твоя мать не умерла. Эрен говорит, что, хей, Леви, я никогда не был болен. Эрен говорит, что, хей, Леви, ты мне нравишься. И они, блять, целуются. Это сухо. Немокро. Просто губы и губы. Потресканные. Как у ебаных анорексичек. Леви говорит, что он гей [пидор]. Леви говорит это. Эрен молчит. Эрен не знает гей [пидор] ли он. Ему остается несколько месяцев. Какая, блять, разница. [Ее нет]. Леви говорит: — Насчет мамы. Леви говорит: — Она умерла. Леви говорит: — Насчет тебя. Леви говорит: — Ты болен. Леви говорит: — Ты просто умираешь. Леви говорит: — Ты не под наркотой, ты не во сне, ты, блять, здесь. Леви говорит: — И да. Леви говорит: — Ты умираешь, идиот хренов. Онкология ржет. Она ржет. У нее из глаз текут слезы. Они целуются снова. Сухость к сухости. Леви заводит мотор. И они едут. Леви говорит, что ему было больно. Мамочка сдохла, и он потерял смысл. Эрен заболел, и Микаса стала плакать [она не плачет при Леви; она не плачет при мачехе; она стойкая малышка]. Леви говорит, что, возможно, Эрен будет жить еще несколько лет. Как говорит его отец. Вранье, говорит Эрен. Он врет, говорит Эрен. Заткнись, говорит Эрен. Заткнись. Заткнись. Заткнись. Леви говорит «пока». Леви высаживает Эрена у его дома. Эрен хлопает дверью. Эрен орет «иди нахуй». Эрен орет и плачет. Онкология ржет. У Эрена еще несколько месяцев. И одна неделя перед смертью. Эрен не режет свои запястья и бедра. Эрен не курит за школой. Эрен не упивается виски и не треплется о своих планах на будущее. Микаса хочет стать врачом, говорит Леви. Я хочу не знать Онкологию, говорит Эрен. [И Онкология плачет].