Потерянные моменты

Он не собирался ехать на Остров. Но Лин не предлагала — она приказывала. И он, как офицер полиции, обязан был подчиняться. Даже если это означало встречу с ней. Мако присел на ступеньки крыльца общежития Храма Воздуха. Послушники сказали, что Корра и Тензин занимались в беседке для медитаций и скоро закончат. Новые маги воздуха — вопрос безопасности города. Аватар — безусловная часть уравнения. Короткий деловой визит. Передать сведения и уехать. Только работа. Оправдания служебной необходимостью помогали слабо. Мако, сам того не замечая, постукивал носком ботинка по земле. Корра появилась первой. Она шла по дорожке от беседки, активно жестикулируя и слегка хмурясь — будто спорила с кем-то невидимым. Слишком живая. Слишком настоящая. Его сердце предательски сбилось с ритма. — Привет, — коротко окликнул он. Она вздрогнула и посмотрела на него. В её взгляде мелькнуло что-то — удивление, напряжение… ожидание. Он не стал вглядываться, отвёл глаза. Стоило посмотреть ей в глаза на секунду дольше положенного — и он мог забыть, зачем вообще сюда пришёл. Мог шагнуть к ней. Мог обнять. — Посмотрите, кого к нам занесло! — брови Корры удивлённо поднялись. — Неужели детектив Мако нашёл время в своём плотном графике, чтобы навестить друзей? Он даже немного скучал по её язвительности. Корра присела рядом с ним. Мако молча смотрел прямо перед собой. Любое возражение прозвучало бы неправильно — слишком тёплым, слишком холодным, слишком личным. — Так что привело тебя сюда? — спросила Корра уже прямо и без уколов. — Мне нужно поговорить с Тензином, — он выбрал самый безопасный и правдивый ответ. — Он в беседке для медитаций. Обещал скоро подойти, но если вопрос срочный, я позову его. — Я подожду, — коротко ответил Мако. — Как знаешь. Я пойду, у меня ещё дела есть, — она поднялась и направилась в дом. Она уходила легко. Почти без колебаний. Заслужил. Глупо было ждать другого. Особенно после недель молчания. После того, как он сам избегал её взглядов, разговоров, даже случайных встреч. — Корра, подожди, не уходи, — окликнул он её. Корра остановилась. — Это касается и тебя тоже, — поспешно добавил он, поворачиваясь к ней лицом. Фраза прозвучала слишком сухо, служебно. — Хорошо, — нейтрально ответила она. — Подожду с тобой. На ступеньки она не вернулась. Вместо этого прислонилась к косяку входной двери, скрестив руки на груди. Раньше Корра так закрывалась во время ссор. Теперь — просто от него. Она даже не смотрела в его сторону. Определённо заслужил. — Как… как твои дела? Как Болин? Мако едва узнал собственный голос. Сдавленный. Неуверенный. — Всё хорошо. Продолжаю обучение у Тензина. Болин тоже в порядке, ушёл с Мило смотреть на бизонов в пещеры на берегу. Если захочешь — потом могу тебя отвести к ребятам. Она предлагала почти по-дружески — без холода, но и без тепла. — У меня много работы, вряд ли я смогу. Но передай Болину от меня привет. Работа. Всегда можно было спрятаться за работой. — Передам. Из коридора донёсся голос Пемы, и Мако почти выдохнул с облегчением. Неловкость легко растворялась в чужом радушии. — Мако, это ты? — Пема выглянула на крыльцо, и её лицо осветилось тёплой улыбкой. — Я всё гадала, твой ли это голос я слышала. — Рад вас видеть, Пема, — почтительно поздоровался он, поспешно вставая. — Корра, ты почему гостя на крыльце держишь? — с мнимой суровостью спросила Пема. — Я… э-э-э…, — Корра растерянно заморгала, не найдя, что ответить. — Пойдём в дом, — Пема вышла на крыльцо и, приобняв Мако за плечи, направила его внутрь. Он поморщился. Плечо. Чёртово плечо, которое он вывихнул три дня назад и с тех пор так и не нашёл времени показаться целителю. — Пема, не стоит, я правда ненадолго, буквально на пару минут поговорить с Тензином и Коррой, — начал было он. — Глупости, пойдём, пойдём. Ты как раз к обеду, — не дала и шанса его возражениям Пема. — Мако, ты же не хочешь обидеть Пему отказом? — с наигранной серьёзностью поддержала её Корра. На её лице расцвела широкая, самодовольная улыбка, а в глазах мелькнуло такое знакомое озорство — она откровенно наслаждалась его беспомощностью. Запах персиков смешивался с пряным ароматом бульона. Желудок предательски заурчал. Мако и не подозревал, что голоден — пока не оказался здесь. — Неужто соскучился по домашней еде? — Корра легонько толкнула его локтем. — Не без этого, — ответил он, позволяя себе лёгкую улыбку. Тензин и Пема тихо переговаривались о чём-то своем, Мило возбуждённо что-то рассказывал Болину, Икки смеялась над Мило, а Джинора безуспешно пыталась навести порядок в этом хаосе голосов. Мако, слушая детей вполуха, вдруг поймал себя на том, что скучал не только по еде. Он скучал по этому шуму, по тому, каково это — быть частью семьи. Шумной, суетливой, полной детей и забот. Запрокинув голову, Корра заливисто смеялась вместе с детьми — полная противоположность той, что осторожно подбирала слова на ступеньках, закрываясь от него. И эта Корра вписывалась в эту идиллию так легко и естественно. А он? Он всегда был рядом — и всё равно чуть в стороне. Сначала турнир, потом работа, потом расследование за расследованием. А теперь, когда и хотел бы снова стать ближе, уже не было пути обратно. Но сейчас, сидя на этой кухне, где не существовало деления на своих и чужих, он впервые допустил мысль, что, возможно, поспешил с выводами. После обеда Тензин пригласил их с Коррой в кабинет. Мако быстро изложил информацию по порядку: новый маг воздуха, вспышка паники, разгромленная лавка, побег при появлении полиции. Он говорил ровно, не торопясь, строго придерживаясь фактов. Факты не вызывают лишних вопросов. Мако не стал упоминать, что выбитой дверью лавки его приложило так, что каждое движение левой рукой отдавалось тупой болью в плече, к которой он уже почти привык. В рапорте это значилось как «незначительная травма при задержании». Мако привык терпеть. Молчать. Не жаловаться. Едва они с Коррой вышли из кабинета Тензина, Мако уже знал, что Корра скажет. — Я могу помочь его найти. Конечно могла. И конечно не должна была. Корра и протокол несовместимы — это знали все. Даже Райко. Особенно Райко. Мако уже видел в воображении заголовки в духе «Аватар мешает работе полиции». И дело было не столько в правилах. Мако только начал свыкаться с тем, насколько они с Коррой отдалились друг от друга. Только научился не оборачиваться на её имя. Совместная работа сведёт на нет все его старания. — О… нет, этим делом занимается полиция, — замялся он. — Это работа полиции — это правило. — Хорошо, — неожиданно миролюбиво ответила она. — Как у тебя дела? Вопрос прозвучал слишком просто. Мако сразу же напрягся. С Коррой редко получалось «просто». Он сам задавал ей этот же вопрос чуть раньше в попытке завязать разговор. Теперь, когда роли поменялись, что означал её вопрос? Проверка? Вежливость? Уступка? Мако не мог определить наверняка. И от этого становилось только тревожнее. — Всё в порядке, спасибо, — выдал он. Отрепетировано. Ровно. Без шанса зацепиться за что-либо. Она почти закатила глаза, но сдержалась. Мако старался держать спину прямо, но всё равно невольно сутулился. Он машинально повёл плечом, пытаясь ослабить напряжение, и тут же пожалел об этом. Взгляд Корры, слишком внимательный, изучающий, тут же метнулся к его левому плечу. — Знаешь, ты вполне мог бы жить здесь, а не ночевать в полицейском участке, — участливо предложила она. У Мако перехватило дыхание от её взгляда полного искренней заботы. Сказать «да» было бы легко. Снова жить здесь. Бок о бок с Коррой. Не отчитывать себя за лишний взгляд в её сторону. Снова видеть её улыбку каждый день, слышать её смех, обнимать при встрече, будто ничего не произошло. Но как быстро «просто рядом» превратится в «слишком нужно»? Однажды он уже всё разрушил. Контроль и расстояние — не выбор. Мера предосторожности. Жить на Острове — плохая идея. Слишком тесно. Слишком близко. Слишком много чувств. — Нет… э-э… спасибо, — пробормотал он. Мако отступил на полшага. Руки сами поднялись — почти защитно. Плечо вновь заныло глухо, тянуще. Корра пристально наблюдала за каждым его движением. Её взгляд снова остановился на его левом плече. Мако инстинктивно попытался отвести плечо назад, но это привело лишь к новому приступу боли. Он поморщился и в этот момент стало ясно: она увидела всё. — Я лучше пойду… э-э… Корра, то есть аватар Корра… Теряя самообладание под цепким взглядом Корры, он путался в собственных словах. — Конечно, — ответила уж слишком спокойно она. Мако почти поверил ей. Почти решил, что может уйти — и даже сделал шаг к выходу. — Мако, твой шарф всё ещё у меня, — произнесла она как бы между прочим. Мако остановился. Ловушка захлопнулась. Корра не бросала слова просто так. А зная, что значил для него этот шарф, — тем более. Она не давила. Не торопила. Держа паузу, играла с ним как кошка с мышью, зная что добыча уже никуда не денется. Выход, который был всего в нескольких шагах, теперь оказался неимоверно далеко. — Я… я и забыл об этом, — неловко почесав затылок, солгал Мако. В этот раз Корра всё же закатила глаза от столь очевидного вранья. Конечно он помнил, что шарф у неё. Он помнил, как ледяной ветер на палубе сбивал дыхание. Как Корра ёжилась, упрямо делая вид, что совсем не мёрзла. Мако помнил, как снял шарф и обмотал его вокруг её шеи — неловко, чуть поспешно, стараясь не придавать значения её смущённому, почти растроганному выражению лица. И её тихое спасибо. — Я верну тебе его при одном условии. Ты дашь мне осмотреть своё плечо. Корра умело замечала то, что другие пропускали. Она слишком хорошо знала его тело, его повадки, его попытки спрятать боль за бесстрастным лицом. — Корра, не стоит, правда, — залепетал Мако, попятившись к выходу. — С моим плечом всё в порядке. Просто принеси шарф, а я подожду здесь. Корра склонила голову набок и прищурилась. Мако замер на месте не в силах сделать больше ни шагу. Жест Корры показался ему смутно знакомым. Не из конкретного воспоминания, скорее из ощущения. Так смотрят, когда уже всё решено. Когда исход ясен, а тебе просто давали время смириться. Она подошла ближе, почти вплотную. Её пальцы уверенно легли ему на плечо и сжали. Боль вспыхнула резко, коротко — как искра, ударившая по оголённому нерву. Мако дёрнулся, и сквозь сжатые зубы вырвался резкий, шипящий вдох. — В порядке, говоришь? — её голос стал тише, но твёрже. — Не хочешь жить здесь — твоё дело. Но ты ранен. Я знаю, что в участке нет хороших целителей, так что позволь мне помочь тебе, и тогда получишь свой шарф обратно. Мако узнал этот тон. Тон, после которого спор превращался в пустую трату воздуха. И он всё равно попытался. На языке вертелось с десяток правдоподобных, но уже бесполезных отговорок. — Корра… Уже не разговор — проверка, чьё терпение окажется сильнее. — Мако, — перебила она его сразу. — Корра…, — он попытался снова. — Мако, — опять перебила она, — я могу так продолжать бесконечно, ты же знаешь. Он знал. В её упрямстве слишком отчётливо проступало его собственное. — Ладно. Пусть и правильное, но решение далось тяжело. — Обещаю, это не займёт много времени, — заверила она его. Он молча кивнул. Коридор показался длиннее обычного. Она шла впереди спокойно и уверенно, не оглядываясь — точно зная, что Мако шёл следом. Он и правда шёл. Привычка тянула вперёд — догнать, взять её за руку. Но Мако упорно держал расстояние в пару шагов и не сокращал его. Дверь её комнаты тихо скрипнула, когда Корра открыла её. — Проходи, — сказала она. — Я сейчас принесу воду и вернусь. Корра вышла, а он замер у кровати, не зная, куда деть себя. Комната была ему слишком знакома, чтобы осматриваться. Только теперь неловко было даже дышать здесь. Слишком много всего, что больше не принадлежало ему. Он знал, что Корра специально переставила кровать к окну — она любила спать с открытым. Знал, что над изголовьем висел ловец снов, который Икки подарила Корре «для защиты от плохих снов». Знал, что в верхнем ящике прикроватной тумбочки валялась целая дюжина резинок для волос — Корра вечно их теряла. Он множество раз видел, как она в сердцах высыпала содержимое ящика на пол, чертыхаясь, находила резинку — и к концу дня снова её теряла. Знал, как тихо и медленно надо открывать дверь, чтобы та не скрипнула, когда он пробирался к Корре поздно ночью, надеясь, что Тензин не заметит. Тогда это было игрой. Рискованной, наивной, но они были рады в неё играть. Комната ничуть не изменилась. Кровать та же. Ловец снов на месте, как и тумбочка. А на ней знакомые фотографии в простых деревянных рамках. Взгляд почему-то зацепился за эти фотографии. На одной — Корра с родителями. Семейное, тёплое фото: Тонрак и Сенна обнимали Корру, все трое счастливо улыбались в камеру. На другой — Огненные хорьки: Корра, он и Болин на Арене, сразу после очередного выигранного матча в турнире. Запыхавшиеся, уставшие, но такие счастливые. Корра растрёпанная, раскрасневшаяся, с широкой улыбкой на лице. Болин обнимал её за плечи и улыбался во весь рот. А он, Мако, стоял с другой стороны. Его рука лежала на талии Корры. Просто часть командного фото. Просто так встали. Просто неловко убирать руку, если уже положил. Он серьёзно и невозмутимо смотрел прямо в камеру, стараясь выглядеть так, будто этот жест ничего не значил. Будто. Она тогда ничего не сказала. Не придала этому значения. Или просто сделала вид. А он только-только начинал понимать, что с ним происходило. Почему в её присутствии сердце билось чаще. Почему хотелось найти любой предлог, чтобы прикоснуться к ней. И почему в нём просыпались собственнические чувства, глухое раздражение где-то в груди, когда какой-то парень задерживал на Корре взгляд дольше секунды. Теперь, глядя на эту фотографию, он видел то, чего тогда не замечал: как его пальцы сжимали ткань её формы, и что он стоял чуть ближе к Корре, чем Болин, а во взгляде — вовсе не холодность, а попытка спрятать те чувства, что позже накроют его с головой. Раньше рядом с этими фотографиями стояла ещё одна. Их с Коррой фотография с фестиваля Ледяных Духов. Мако помнил площадь, залитую мягким светом фонарей и гирлянд. Людей, толпящихся у прилавков, где продавали горячий чай и жареную еду. Морозный воздух, что обжигал лёгкие, а ладонь Корры в его руке была такой тёплой. Мако вспомнил, как с упоением целовал Корру на колесе обозрения и её громкий, беззаботный смех, когда они дурачились среди ледяных фигур. В итоге они даже сфотографировались в одной из них. Фотографий сделали две. Одну забрала Корра, вторую — он. Его копия до сих пор стояла у него на рабочем столе в участке. Здесь же — на тумбочке, её фотографии больше не было. Убрала? Спрятала? Или просто переставила куда-то, чтобы не натыкаться взглядом каждый день? Он не знал. И наверное не имел права спрашивать. Когда Корра вернулась с кувшином, Мако всё ещё рассматривал пустое место на тумбочке. Корра поставила кувшин рядом с фотографиями и подошла ближе. — Мне нужно, чтобы ты разделся. Я могу помочь тебе, — сказала она. Слова прозвучали буднично, почти по-деловому, но от них вдруг стало жарко. Во рту пересохло, кончики ушей нагрелись. — То есть, если тебе некомфортно двигать рукой, я… — торопливо добавила она. Сейчас она просто целитель — напомнил себе Мако. Не стоило искать двойных смыслов, там где их не было. — Ничего, я сам… — выдавил он хрипло. Пальцы не слушались. Мако кое-как справился с кителем и повесил его на спинку кровати. Раньше в комнате Корры он не задумывался, куда положить свои вещи. Корра могла снять китель прямо с него и бросить куда-нибудь, смеясь над его ворчанием. Теперь китель висел идеально ровно на спинке её кровати, не занимая лишнего места. И в этой аккуратности было больше правды о том, что стало с их отношениями, чем в любых словах. Пуговицы на рубашке оказались пыткой. Мелкие, скользкие, словно намертво застряли в петлях. Стиснув зубы, Мако беспомощно дёргал за упрямую пуговицу непослушными пальцами. Только бы не выглядеть жалко. Неосторожное движение больной рукой заставило его вздрогнуть. Мако тихо, сдавленно выругался, но пуговица на манжете всё равно не поддавалась. — Дай я, — вырвалось у Корры. Она подошла и взяла его за руку. Их пальцы встретились на секунду — и оба быстро отдёрнули руки. Мако взглянул на её макушку и перевел взгляд ниже. Прядь у её щеки качнулась. Ему вдруг отчаянно захотелось убрать её за ухо. Провести пальцами по виску, по скуле — просто чтобы коснуться. Раньше он делал это не думая, по-привычке. А теперь значение каждого прикосновения приходилось взвешивать, а каждое желание — подавлять, едва оно возникало. Корра казалась такой спокойной в то время, как его дыхание сбивалось от того, насколько близко она стояла. Её пальцы — быстрые, ловкие, умелые — легко расстегнули манжеты. Совсем недавно этими пальцами она касалась его лица, гладила по щеке, сжимала его руку во сне. — И... майку тоже можешь…, — пробормотал он, глядя куда-то поверх её головы. Потому что смотреть на неё дольше было нельзя. Расстояние между ними итак почти перестало что-либо значить. Корра едва заметно кивнула. Она взялась за край майки и осторожно потянула ткань вверх. Кончики пальцев Корры задели его живот — легко, почти невесомо. Мако вздрогнул. Память тела оказалась упрямее и честнее разума. Каждое прикосновение Корры отзывалось эхом тех дней, когда всё было просто. Корра помогла ему высвободить сначала здоровую руку, потом медленно и осторожно — повреждённую. Её пальцы на мгновение нерешительно задержались у его больного плеча. Может, проверяла что-то. А может, и сама пыталась понять, где теперь проходила новая граница дозволенного. Мако опустил взгляд. Корра подняла глаза. Она смотрела на него слегка смущённо и с такой родной теплотой во взгляде. Её губы чуть приоткрылись, и она потянулась к нему, чуть приподнявшись на носочках. Медленно Мако наклонил голову ей навстречу. Его руки поднялись — чтобы обнять Корру, притянуть ближе. В тот момент, когда между ними остался один вдох, она отшатнулась. Мако замер с поднятыми руками, так и не коснувшись её. В груди что-то оборвалось — тихо, без звука, но от этого не менее остро. Корра стояла в шаге от него, сжимая его майку в руках и глядя куда-то в сторону. А он смотрел на неё и всё ещё глупо чего-то ждал. — Ложись.., — хрипло произнесла Корра, — то есть садись… на кровать. Я... посмотрю плечо. Мако молча повиновался и сел на самый край кровати. Корра опустилась рядом. Поразительно спокойная, она сидела слишком близко для той, кто только что отшатнулась от него, как от прокажённого. Будто неслучившийся поцелуй всего лишь нелепая случайность, о которой и вспоминать не стоило. Корра взяла его за запястье и придвинулась ещё ближе. Расстояние между ними снова донельзя сократилось. Мако старался смотреть куда угодно, только не на неё. Он не знал, как теперь себя вести — отодвинуться или остаться на месте, делая вид, что ничего не было. — Не двигайся. И расслабь руку, насколько сможешь, — произнесла она деловым тоном. Корра осторожно согнула его руку в локте. Мако поморщился — даже это аккуратное движение отозвалось тупой болью, прокатившейся вниз по спине. — Сейчас будет очень больно, — предупредила она. — Всего секунду, я постараюсь всё сделать быстро. Другая рука Корры крепко удерживала его плечо. Мако вдохнул поглубже, готовясь к боли. Она пришла сразу — жгучая, выкручивающая, отдающая куда-то в шею и лопатку. Мако зашипел сквозь зубы, с силой вцепившись свободной рукой в край кровати. Мышцы левой руки свело судорогой. Он попытался расслабиться — и не смог. Тело не слушалось, сопротивлялось. Корра, удерживая его плечо, тянула руку, заставляя сустав двигаться туда, куда он явно не хотел. Раздался короткий глухой щелчок. Короткое, почти счастливое мгновение Мако ничего не чувствовал. А потом боль вернулась — ослепляющая, настолько, что даже дышать стало невозможно. Мако взвыл — коротко и дико — и всем телом рухнул вперёд. — Прости, прости… так надо было, — зашептала Корра. — Скоро всё пройдет. Уткнувшись лбом в сгиб шеи Корры, Мако судорожно хватал воздух ртом, чувствуя, как дрожала каждая мышца руки. Плечо горело огнём. Постепенно дрожь начала отпускать, и мир вокруг начал возвращаться на место. Пальцы Корры скользили по его предплечью — мягко, успокаивающе. Другая её рука легла ему на затылок, и она коротко провела ладонью по его волосам. От её прикосновений почему-то становилось легче. — Подвигай рукой, — мягко попросила Корра. Мако неуверенно выпрямился. Осторожно подвигал плечом вперёд и назад, согнул руку в локте, пошевелил пальцами. — Ну как? — обеспокоенно спросила Корра. — Уже… намного лучше, — ответил он удивленно. Боль не ушла до конца, но плечо снова двигалось свободно. — Осталось совсем немного, — заверила его Корра. Корра призвала воду из кувшина. Голубоватое свечение окутало её ладони. Прохлада воды контрастировала с теплом её рук. Магия воды медленно, но верно делала своё дело. Напряжённые мышцы расслаблялись и отступали последние отголоски боли, с которой он, казалось, сжился за эти дни. Мако невольно поднял взгляд. Корра всё ещё сидела совсем близко. Такая сосредоточенная и серьёзная. Даже нахмурившаяся, с поджатыми губами, она была красивой. Всегда была. Просто сейчас он позволил себе снова это увидеть. По её виску скатилась капля пота. Исцеление никогда не давалось ей просто — Корра слишком неусидчивая для такой почти медитативной работы. И всё же она старалась сделать всё идеально. Ради него. Свет медленно угас и вода вернулась в кувшин. — Попробуй поднять руку, — попросила Корра. Мако осторожно поднял руку. Вновь подвигал плечом вперёд, назад, проверяя — ни боли, ни скованности он не ощутил. Он опустил руку и посмотрел на Корру. — Спасибо, — сказал он тихо. Она слегка улыбнулась — застенчиво, почти неуверенно. — Пожалуйста. Корра на секунду замялась. — Если у тебя ещё что-то болит… я могу исцелить. Слова прозвучали тихо. И почему-то подумалось совсем о других ранах. А может… Может, они с Коррой могли бы исцелить друг друга. Исправить эту странную, мучительную неестественность между ними. Ему хотелось верить, что надежда в её глазах — не просто игра его затуманенного чувствами разума. Её ладонь легла ему на грудь — в аккурат туда, где под рёбрами колотилось сердце, то замирая, то пускаясь в бешеный галоп. Из-за неё. Пальцы Корры чуть сжались. Она чувствовала. Конечно, чувствовала. — Иногда я забываю, насколько ты удивительная, — едва слышно произнёс он. Сказал именно то, о чем думал. Мягко, едва касаясь пальцами её щеки, заправил за ухо выбившуюся прядь — ту самую, на которую смотрел, когда Корра расстёгивала его рубашку. Взгляд скользнул ниже — к губам Корры. — Мако… — тихо произнесла она его имя. Большим пальцем он провёл по её скуле. Мако наклонился медленно, давая ей время принять решение. Остановить его, если захочет. Даже если снова ничего не произойдёт и всё вернётся к прежней холодной отстраненности, он не пожалеет ни о словах, ни о том, что собирался сделать. Он сохранит в душе этот момент — крошечный, хрупкий кусочек близости. Корра не отстранилась. Напротив — едва заметно подалась вперёд. Её глаза закрылись, дыхание коснулось его губ. Поцелуй получился неожиданно нежным. Почти робким. Её пальцы скользнули в его волосы. Этот знакомый, привычный жест сделал всё таким простым. Мако улыбнулся сквозь поцелуй, и Корра улыбнулась в ответ. Медленно и осторожно он углубил поцелуй. Губы Корры отвечали ему мягко, но уверенно. Он притянул её ближе, почти не думая. Корра оказалась у него на коленях, их тела плотно прижались друг к другу. Руки скользнули под её блузку, касаясь спины. Кончиками пальцев он провёл по её пояснице, по позвоночнику — и выше, невесомо касаясь лопаток. Сердце нервно ёкнуло, когда Корра вдруг отстранилась. Он уже почти приготовился к тому, что всё снова оборвётся. Но Корра лишь быстро стянула блузку через голову и бросила её на кровать. В следующее мгновение она снова прижалась губами к его губам. Его рука легонько прошлась по её животу, скользнула вверх по рёбрам — и остановилась. Ладонь зависла у основания её груди. Сомнения снова одолели его — не разрушит ли его поспешность этот момент. Корра тихо выдохнула ему в губы и чуть улыбнулась, всё ещё касаясь его губ своими. Мако накрыл ладонью её грудь, слегка сжимая, и Корра выгнула спину навстречу его прикосновению. Её руки перебирали его волосы, гладили шею, спускались ниже — к плечам. Её тихие вздохи, жар её кожи заставляли его забывать обо всём и крепче прижимать Корру к себе. Поцелуи становились горячее, глубже и требовательнее. Он чувствовал, как она дрожала. Или это дрожали его собственные руки. Они начинали с чистого листа. Без недомолвок и лжи, которые отравляли их отношения после её возвращения. Он так хотел этого. Хотел её. На этот раз честно. По-настоящему правильно. Мысль вдруг споткнулась об это слово. А точно ли правильно? Он целовал её и чувствовал, как внутри разрастался холод неизбежного. Тот самый, который он пытался заглушить её теплом. Мако замедлился. Его руки замерли на талии Корры. Он прижался лбом к её лбу, поцеловал ее раз, другой, третий, и отстранился. — Корра… — выдохнул он хрипло. Она приоткрыла глаза и растерянно посмотрела на него. Он почти потянулся к ней, чтобы снова поцеловать, но сдержался. Если он сейчас промолчит, всё снова начнётся с лжи. Мако нервно сглотнул. Сердце снова забилось чаще, но уже совсем по другой причине. — Мне нужно... мне нужно тебе кое-что сказать. Прежде чем мы... прежде чем это зайдёт дальше. Он посмотрел на Корру. Она сидела у него на его коленях, доверчиво прижимаясь. Слова застряли в горле. Ему отчаянно захотелось сказать что-нибудь другое. Что угодно. Что он скучал по ней. Что всё ещё любил её. Что хотел попробовать снова. Любую из этих фраз. Мако медленно выдохнул. Он не мог позволить ей поверить в идеальное начало. Когда правда выплывет наружу — Корра возненавидит его за то, что он украл у неё право выбора. — Я поцеловал Асами, — заставил себя произнести Мако. Слова прозвучали как выстрел в упор. Это было почти незаметно, но Мако сразу понял, что всё кончено. Корра даже не пошевелилась. Но что-то в её лице словно погасло. Она моргнула. Медленно. Её плечи поникли, а руки безвольно опустились, словно Корра забыла, зачем вообще держалась за него. Она смотрела словно сквозь него. — Когда? — тихо спросила она дрогнувшим голосом. — Через неделю после нашей ссоры в участке. — Неделя… — произнесла она. Всего одно слово. Мако почти слышал, как она считала дни. Слышал, как внутри неё что-то ломалось. Тишина затянулась. Мако не выдержал первым. — Корра, послушай, мне жаль. Мне правда очень жаль, — всё повторял он. Он знал, что делал только хуже. Но остановиться уже не мог. — Пойми, я… Корра так ни разу и не взглянула на него. — Асами… Почему она? Её голос был ровным. Слишком ровным. Это было куда хуже крика. — Я помогал ей с расследованием, — заговорил он. — Она была рядом. Мы снова сблизились. Она была так расстроена после всего, что случилось с компанией, и я… Опустилав голову она прижала пальцы к вискам. Корра молча слушала. В этом молчании растворялись его слова — одно за другим, жалкие, никчёмные оправдания. — Я поняла, — наконец ответила она. Сказала так спокойно, что на мгновение Мако даже не поверил, что расслышал правильно. Он ждал гнева, может обвинений. Чего угодно — только не… принятия. Она мягко взяла его за запястья и сняла его руки со своей талии. Так аккуратно, почти бережно, что Мако даже не сразу понял, что она сделала. Корра слезла с его колен и села на кровать, отодвинувшись от него так далеко, насколько позволяло пространство. Она взяла блузку и надела — медленно, почти механически. Методично, словно выстраивая стену по кирпичикам, она возвращала между ними ту дистанцию, которой несколько минут назад не существовало. Мако не мог винить её в этом. — Корра, прости, что скрыл это от тебя. Мне следовало сразу сказать тебе всю правду… Она по-прежнему молчала. Это молчание резало, как по живому. — Пойми, у нас с тобой всё так хорошо складывалось, а этот поцелуй… — продолжал Мако. Когда молчание стало невыносимым, оправдания вновь полились потоком — про то, как всё запуталось, про то, что они уже расстались, про то, что он не хотел делать ей больно. Он не столько объяснялся, сколько пытался заполнить тишину. Мако нерешительно протянул руку, пытаясь коснуться её ладони. Всего на секунду вернуть хотя бы толику прежней близости. Корра резко отдёрнула руку. — Мако, можешь, пожалуйста, уйти, — наконец произнесла она. — Корра, я… — Мне нужно побыть одной, — тихо сказала она. Он смотрел на неё и не узнавал. Где та Корра, которая кричала, спорила, боролась в конце концов? Перед ним сидела не его Корра, а пустая оболочка. Обесточенная до такой степени, что даже злость в ней не смогла загореться. Он поднялся. Молча собрал одежду. Остановился у двери, бросив напоследок взгляд через плечо. Корра сидела на кровати, глядя в окно. Не шевелилась. Не плакала. Просто сидела. Мако вышел в коридор и с тихим скрипом прикрыл за собой дверь. Он сделал пару шагов по коридору — и остановился. Сил идти дальше вдруг не осталось. Он прислонился спиной к стене и медленно сполз вниз, садясь прямо на пол. Холодное, липкое бессилие разрасталось изнутри, заполняя каждую клетку тела, вытесняя тепло, которое ещё несколько минут назад разливалось по телу от прикосновений Корры. Мако уставился на закрытую дверь перед собой. Деревянный щит. Железная ручка. Щель под дверью. За дверью комната. Корра там. Одна. С его словами. С его правдой. Идиот. Правда не исправляла. Она тоже делала больно. Просто по-другому. Мако откинул голову назад, стукнувшись затылком о стену. Перед глазами всё ещё стояло лицо Корры. Но не то, каким оно было, когда она смотрела на него перед поцелуем — доверчивое, открытое. А то, каким стало после его слов. Пустое. Он никогда не видел её такой. Даже после их самых громких ссор, после всего, что между ними было, в ней всегда оставался огонь. Жизнь. А сейчас этот огонь погас. Из-за него. Он предал не отношения. Он предал всё то, что между ними было. Мако знал это тогда, когда Асами потянулась к нему, и он не остановил её. Знал и позже, когда поцеловал её во второй раз, позволив себе поддаться — усталости, одиночеству, желанию чувствовать себя нужным хоть кому-то. Сказать правду было правильно. Целоваться с Асами — нет. Эти две вещи не могли существовать отдельно. Реакция Корры — не злость, которую можно переждать. Даже не наказание. Это последствие его выбора. Он хотел начать с чистого листа. Но чистые листы кончились. Остались только старые, исписанные, измятые. Он пытался писать поверх, надеясь, что никто не заметит. Корра заметила. Мако закрыл глаза. Он не знал откроет ли она дверь, если он постучит, выйдет ли к нему, захочет ли снова смотреть на него. Но если бы можно было вернуться назад и выбрать снова — он бы сказал. Опять. Несмотря ни на что. Потому что промолчать было бы подло. *** Мако стоял у полицейского кордона и наблюдал за происходящим на мосту. Почти на самой вершине моста Киоши, на узкой металлической балке, раскинув руки, стоял мужчина. Несмотря на все уговоры и угрозы полиции, он наотрез отказывался спускаться. Мако сразу узнал в нём того самого беглеца, что разгромил магией воздуха лавку своего брата. Рука едва заметно дёрнулась — память услужливо напомнила, как дверью ему выбило плечо. Корра действительно постаралась — плечо больше не болело. Взгляд Мако сам собой метнулся в её сторону. Она стояла рядом, крепко сжимая планер, и напряжённо следила за мужчиной наверху. — Не подходите! Я опасен! — истерично закричал он. Порывы ветра беспорядочно трепали его одежду, едва не сбивая с ног. По верхним опорам моста к нему медленно приближались полицейские. Мако окинул недовольным взглядом толпу зевак, что собралась вокруг ограждения. Люди вытягивали шеи, стараясь получше разглядеть происходящее, а некоторые особо ушлые пытались прошмыгнуть мимо патрульных. Толпа ахнула, когда мужчину в очередной раз опасно качнуло. В следующую секунду резкий порыв ветра сбросил полицейских с моста. За полицейских Мако не волновался — они знали своё дело и работали на страховочных тросах. А вот толпа раздражала и только мешала. Корра резко рванула с места. Мако шагнул за ней протягивая руку чтобы остановить её. Но её планер уже раскрылся, и Корра взмыла вверх. А Мако так и остался стоять с бесполезно протянутой рукой. — Духи… — выдохнул он сквозь зубы и раздражённо покачал головой. Конечно, Корра в очередной раз наплевала на правила и протоколы и решила действовать по-своему. Она устроилась на узкой перекладине рядом с мужчиной и заговорила с ним. Мако не слышал её слов, но что бы она ни сказала мужчине, это, очевидно, сработало. Он перестал дёргаться, медленно подошёл ближе к Корре и осторожно протянул ей руку. А потом его нога соскользнула. Он сорвался с моста. А спустя мгновение Корра прыгнула следом. Сердце Мако ухнуло куда-то вниз. Мако перегнулся через ограждение, вцепившись в металл с такой силой, что, наверное, мог бы погнуть его голыми руками. Слишком высоко. Слишком далеко. Нет, — она не падала, — напомнил он себе. Она прыгнула. Она знала, что делала. У неё был планер. Она маг воздуха. Она аватар. Разум перечислял факты, но Мако не мог ни моргнуть, ни отвернуться. Только сжимал проклятый поручень и смотрел, как Корра летела вниз. Секунда. Две. Три. Бесконечность. Планер наконец раскрылся в считанных метрах от земли. Корра подхватила падающего мужчину и мягко приземлилась вместе с ним. К ним подошёл Тензин. Мако судорожно вздохнул и выдохнул так, будто, его всё это время держали за горло и только сейчас отпустили. По обрывкам разговора и одобрительному выражению лица Тензина Мако понял — всё закончилось хорошо. Мужчина нервно рассмеялся в ответ на какую-то шутку и вместе с Тензином направился к бизону. Мако только начал расслабляться, когда в разговор вмешался Райко. Несмотря на все обвинения президента, Корра держалась на удивление спокойно. Даже, когда тот грубо ткнул пальцем ей в грудь и приказал убираться из города, она не сорвалась. Корра гордо расправила плечи и ответила ледяным тоном: — Не беспокойтесь, я уже ухожу. Она не стала продолжать перебранку. Просто развернулась и подошла к Тензину. — Теперь я знаю свой путь, — сказала она. — Появились новые маги воздуха. Я их найду, и мы возродим народ воздуха. — Не сомневайся, я пойду с тобой! — поддержал её Тензин. — Это так прекрасно! Интересно, кто в эту минуту открывает в себе дар магии воздуха? Мако ни на секунду не ставил под сомнение важность этой миссии — речь шла о возрождении целого народа. Но и разделить воодушевление Тензина и Корры Мако не смог. Корра собиралась уехать. Искать новых магов воздуха где-то в Царстве Земли. Но что являлось первопричиной этого решения: сами маги воздуха или возможность отправиться в новое приключение? — Корра, можно тебя на минуту, — обратился он к ней. — Конечно, — ответила она. — Тензин, подождите меня, я ненадолго. Они отошли чуть подальше от бизона, и Мако глубоко вдохнул, собираясь с духом. Разговор предстоял не из простых. — Корра, слушай, президент, конечно, перегнул палку… — начал он, нервно проводя рукой по затылку и избегая её взгляда. — Но новые маги воздуха… Ты уверена, что это хорошая идея? — Да, конечно! — восторженно ответила она без тени сомнения. — Только представь, сколько появилось новых магов, и они где-то там, — она неопределённо показала рукой куда-то в сторону, — ждут нас! Мы сможем возродить народ воздуха! Для Корры не существовало чего-то среднего. Каждому делу, каждому другу или врагу она отдавала всю себя. И именно поэтому он не мог не попытаться — хотя бы попробовать направить её к более обдуманному решению. Даже если она его не послушает. — Корра, не пойми меня неправильно… — Мако сделал полшага вперёд. — Ты совсем недавно сражалась с тёмным аватаром. Может, стоит немного подождать, прежде чем… Мако запнулся, увидев, как лицо Корры вмиг посерьёзнело. Она помрачнела и её губы сжались в тонкую упрямую полоску. — Прежде, чем что? — её голос прозвучал низко и холодно. Она вскинула бровь, выразительно глядя на него. Мако слишком хорошо знал, чем заканчивались подобные разговоры. Он отчаянно искал нужные слова, что-нибудь нейтральное, лишь бы не усугубить ситуацию. — Корра, я просто беспокоюсь о тебе, — ответил он как можно мягче. Он сделал ещё полшага вперёд и положил руки ей на плечи. — Ехать неизвестно куда, искать людей, которые могут повести себя как До — это может быть опасно, — продолжал Мако. Корра мгновенно напряглась и повела плечами. В груди неприятно кольнуло. Мако убрал руки. Корра провела границу — чёткую, ощутимую почти физически. Ровно так же как пару дней назад, когда сняла его руки со своей талии после его слов про Асами. И как потом отдёрнула ладонь, когда он попытался взять её за руку. Тогда он понимал — заслужил. Сейчас — нет. Он всего лишь пытался достучаться до неё. Если бы она остановилась хоть на мгновение, подумала… Но для неё это похоже выглядело иначе. Он снова сказал что-то не то, снова встал не на её сторону. Он так устал постоянно делать всё не так. Но как поступить правильно — не знал. И спросить было не у кого. — А что ты мне предлагаешь? — спросила она с вызовом. — Раз уж здесь мне больше не рады, может, мне уехать домой, на Южный полюс? Сидеть там как принцесса в башне, под бдительной охраной Белого Лотоса и общаться только с учителями? — остро, с явным сарказмом бросила она. — Я этого не говорил, — ответил он, стараясь сохранять спокойствие. Корра обладала воистину уникальным талантом выворачивать всё наизнанку. Все его слова она свела в одну мысль: «сиди и не высовывайся». — Я уверен, если ты спокойно поговоришь с Райко, он изменит своё мнение. Она фыркнула и посмотрела на него почти удивлённо — так, словно Мако ляпнул несусветную глупость. — Нет! — она резко провела рукой перед собой. — Мне не о чем говорить с человеком, которого заботит лишь его имидж в прессе! Тон Корры стал жёстче. Мако мысленно приготовился к взрыву. — Если он считает, что от меня «кризис только растёт и ширится» — отлично! — Корра всплеснула руками. — Я уеду из города, как Райко того желает! — Духи, Корра! Я говорю о благоразумии! — не выдержал Мако. — Ты полезла на мост одна! Без страховки! С ненадёжным инструментом! Да как она не понимала, что речь шла о её же безопасности? Как она могла не осознавать, насколько сильно рисковала?! — Мой «ненадёжный», — Корра язвительно обозначила кавычки в воздухе пальцами, — инструмент спас человеку жизнь. В отличие от твоих полицейских, которые только и смогли, что напугать его до полусмерти! — её лицо исказила гримаса гнева. — Они действовали по протоколу! А ты как всегда несёшься сломя голову, не слушая никого! Голос сорвался на крик — Мако и сам не заметил, когда это произошло. Она снова услышала только упрёки. Кулаки сжались сами собой — он разжал их с усилием, но пальцы тут же снова сжались обратно в кулаки. — Ты вообще подумала о том, что могло бы случиться?! А если бы твой планер не раскрылся? А если бы он не выдержал двоих? Слова вылетали раньше, чем он успевал их обдумать. Он говорил без разбора — выплёскивал всё, что накипело. Она должна была понять! Просто должна! — Да, Мако, я подумала! — выкрикнула она в ответ. — Я подумала о том, что человек в опасности и ему страшно, ему нужна была помощь, а не протокол! Я бы не стала делать того, в чём не была уверена! На случай если бы планер не раскрылся или с ним что-то случилось, у меня есть магия земли, воды, огня и воздуха, в конце концов! Она резко повела запястьем — поток воздуха ударил Мако в грудь, заставив его сделать шаг назад. Мако пошатнулся, но устоял. Широко раскрыв глаза, он изумленно смотрел на Корру. Она и раньше применяла против него магию — на тренировках или просто в шутку. Но в ссорах — никогда. Даже когда была по-настоящему зла. Корра, что стояла перед ним, ему была незнакома. — Да послушай же ты! Он шагнул к ней и схватил её за предплечья — слишком жёстко, почти грубо. Он и сам уже не понимал — хотел ли удержать её или просто не мог отпустить. — Я переживаю за тебя! Это называется переживать! — в его голосе прозвучала почти мольба. — Мы почти не общаемся, ты ни в чём не советуешься… Корра тут же высвободилась, сбрасывая его руки. — А с чего бы мне советоваться с тобой? — спросила прищурившись. — Даже если бы и хотела, то как, по-твоему, я должна была это сделать, если ты меня избегаешь? Ты прав, Мако, мы не общаемся — но это только на твоей совести. Мако опешил и отступил назад, не зная, что сказать. После расставания отдалиться от неё казалось правильным. Логичным. А после произошедшего на Острове — единственно возможным. Выходит, он решил за неё — и снова ошибся. — Я просто… — голос почти сел, но Мако продолжил. — Не могу спокойно смотреть, как ты снова и снова кидаешься в каждую опасность, что поджидает тебя за углом, — с тихой, бессильной досадой произнёс он, глядя ей в глаза. — Тогда не смотри, — ответила Корра. Коротко. Холодно. Окончательно. — У меня нет ни времени, ни желания уговаривать тебя и доказывать тебе, что я всё делаю правильно. Меня ждёт Тензин, у нас много дел. Она развернулась и пошла к бизону. — Корра! Он догнал её в несколько шагов. Схватил за локоть — просто чтобы остановить. Просто, чтобы она обернулась. Просто чтобы… И она обернулась. Высоко вскинув брови, она выразительно посмотрела на его руку, удерживающую её локоть, а потом подняла взгляд на его лицо. — Мако… Только имя. Но в нём было всё. Она медленно, очень медленно высвободила локоть из его пальцев. — У каждого из нас своя работа. Ты охраняй город. Я займусь тем, чего требует мой долг аватара. Она снова уходила. В этот раз он не стал догонять. Он наблюдал за тем, как она забралась на бизона. Как Тензин дал Аппе команду. Как бизон оторвался от земли и взмыл в небо. Корра не оглянулась. Ветер ударил в лицо, но Мако этого не почувствовал. Он ощущал лишь пустоту внутри. Нет, не пустоту — опустошение. Слишком много слов. Слишком много страха. Слишком много попыток. *** Мако сидел за столом, склонившись над картой Царства Земли. Красный карандаш скользил по бумаге — координаты, пометки, стрелки. Механическая работа, которая не требовала мыслей. Утром он краем уха услышал разговор Тензина, Корры и Лин. Они обсуждали список деревень, откуда поступали сообщения о новых магах воздуха в Царстве Земли. Мако взял у Лин список, просто сел вечером за стол и начал. Потому что если не он, то кто? Потому что где-то там, среди этих городов и деревень, её ждали люди, которые не знали, что делать со своими новыми способностями. Если он не сделает хотя бы это, будет чувствовать себя ещё более бессильным, чем сейчас. Карандаш наконец замер, и Мако удовлетворенно окинул карту взглядом. Красные отметки густо покрывали лист. Он отметил все деревни из списка — и даже несколько новых, сообщения о которых пришли только сегодня. Мако устало откинулся на спинку стула. Вечер предстоял долгий: карта была готова, но пухлая кипа отчётов, требующих внимания, никуда не делась. Мако закрыл глаза и тяжело выдохнул. И снова в голове возникла картинка: мост, планер, который всё никак не раскрывался, секунды, растянутые до бесконечности, и он внизу — бесполезный, беспомощный… Он резко открыл глаза. Нет. Хватит. Завтра он отдаст карту — и она уедет, а он останется здесь, выполнять свою работу. Конечно, беспокойство никуда не денется. Но если что-то случится — он просто узнает об этом. Ему определённо будет больно. Но не больнее, чем увидеть это своими глазами. Мако несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, заставляя себя успокоиться. Затем взял первый попавшийся отчёт и уставился в текст. *** Мако поднимался по ступеням Храма, испытывая мощное чувство дежавю. В прошлый раз он приехал сюда по долгу службы, в этот раз по своей воле. Болин поймал его ещё на пристани и с тех пор не замолкал ни на секунду. — Что это у тебя? — спросил он, кивнув на тубус. — Карта, — коротко ответил Мако, не сбавляя темп. — Хм… Думаю, у Тензина и так найдётся хотя бы одна, — пожал плечами Болин. — На ней отмечены деревни, где появились маги воздуха. Болин на секунду замолчал, и тут же расплылся в самодовольной улыбке. — Так ты сделал эту карту специально для Корры! — Для всей команды, — возразил Мако. — Угу, конечно, — протянул Болин. — Исключительно из профессиональных соображений. Мако ничего не ответил. Ступени тянулись длинной цепочкой вверх, а разговор только растягивал и без того почти бесконечный подъём. — Ты бы видел, какой Асами дирижабль пригнала! — Болин оживился. — Мне некогда любоваться дирижаблем или чем-либо еще, — отрезал Мако. — Ты разве не полетишь с нами? — Нет. — Нет? — Болин даже остановился на секунду. — Почему? Мако, ты должен полететь с нами! — Я только отдам карту и уйду, — перебил брата Мако. Он ускорил шаг, но Болин тут же нагнал его. — Слушай, — снова заговорил Болин, на этот раз осторожнее, — а может, ты всё-таки… ну, попробуешь снова? С Коррой? — Болин, мы расстались. Окончательно, — твёрдо ответил Мако. — Ага, — Болин многозначительно хмыкнул. — Наверное, именно поэтому ты на днях выходил из её комнаты без рубашки, — добавл он. Мако оторопело остановился. — Не начинай, — выговорил он наконец и снова двинулся вверх. — Я не начинаю, — невинно проговорил Болин. — Ничего не было. — Как скажешь, — скептически протянул тот с таким сраказмом, что Мако едва сдержался, чтобы не дать ему подзатыльник. Мако не стал отвечать на эту явную провокацию. — Ладно-ладно, — Болин примирительно поднял руки. — Не хочешь — не говори. Но если ты не полетишь… — он сделал паузу, — вдруг у неё появится кто-то другой? Мако снова остановился и обернулся на Болина. — Что ты имеешь в виду? — нахмурился Мако. — Ну… — Болин беззаботно пожал плечами, — всякое бывает. Корра она… умная, красивая, обаятельная. А парни бывают очень … убедительными. И… ну, ты понимаешь… — он чуть наклонил голову. — Если кто-то решит, что она свободна… — Она едет как аватар, — возразил Мако. — А не… Он не договорил. Уже собирался идти дальше, но мысль мелькнула — быстрая, неприятная. А что если всё же… В голове, против воли, возникла картинка. Какой-то незнакомый парень обнимал Корру за талию, а она улыбалась и обнимала его в ответ. — Бред какой-то, — пробормотал Мако себе под нос. — Что-что? — не расслышал Болин. — Ничего, — Мако продолжил подъём. — Идём. Я отдам карту и пойду. Мысль, за которую Мако не хотел цепляться, уже успела зацепиться за него. — Как знаешь, — хмыкнул Болин. Оставшийся путь они прошли молча. Наконец показалась последняя ступенька. Ещё не поздно было развернуться. Передать Болину карту и уйти. Мако отогнал эту почти соблазнительную мысль и сделал шаг вперёд. Первое, что он заметил — пришвартованный на площадке перед Храмом дирижабль. Болин не обманул — зрелище действительно впечатляло. Огромная махина с панорамными окнами и мощными винтами была похожа на величественного спящего зверя. Послушники переговаривались, рабочие заносили снаряжение внутрь дирижабля, Тензин что-то обсуждал с Буми. Дети Тензина носились между ящиками с припасами, смеясь и крича, пока Пема тщетно пыталась всех утихомирить. Мако слегка улыбнулся. Эти дети заполняли всё вокруг своим шумом — живым и неугомонным. Всё двигалось, жило, спешило. И среди этого движения Мако сразу заметил её. Корра стояла чуть поодаль от дирижабля, в стороне от суеты, и как бы невзначай поглядывала в сторону пристани. Слишком часто, чтобы это было случайно. Она заметила его чуть позже, чем он её. Едва увидев его Корра встрепенулась. Её брови приподнялись, а во взгляде мелькнуло удивление — и что-то ещё, напряжённое, взволнованное, с едва уловимой тенью недоверия. — Мако, я так рада, что ты здесь, — почти облегчённо, с самой открытой улыбкой произнесла она. От её улыбки внутри слишком знакомо что-то перевернулось. — Конечно, Корра… Улыбнуться в ответ было слишком просто. Слишком естественно. Слишком… Неуместно. — То есть аватар, аватар Корра, — поправил он себя. Он заставил голос звучать громче, твёрже, серьёзнее. Вытянулся, расправил плечи, вскинул подбородок — словно это могло придать его словам больший вес. — Получив Ваше поручение, я связался с поселениями Царства Земли, как Вы и приказывали мне… аватар Корра. Мако договорил — и сразу понял, как глупо это прозвучало. Никаких приказов не было. Ни от Лин, ни тем более от неё. — Яснооо, — протянула Корра. Она снова широко улыбнулась. — Аватар благодарит Вас за верную службу, — подыграла она. И от этого внутри неприятно кольнуло — хоть он сам это начал. Сам выбрал этот тон, эту официальность, а Корра просто приняла его правила. — Новые данные есть? — спросила она уже обычным тоном. Мако выдохнул — негромко, почти с облегчением. Корра не стала затягивать эту и без того глупую игру. — В Царстве Земли маги воздуха появляются повсюду. Я пометил деревни на карте — можете взять её с собой. Он протянул Корре тубус. Её рука накрыла его ладонь. Тёплая. Знакомая. Слишком легко было вспомнить, каково держать Корру за руку — просто так, без предлога. Мако сразу одёрнул себя и поспешно убрал руку. Тубус едва не выскользнул из его пальцев. — Вообще-то я надеялась, что ты тоже полетишь, — тихо сказала Корра. — Серьёзно? — вырвалось у него. Он даже не успел обдумать свой ответ, ведь не допускал и мысли о том, что всё ещё оставался для неё кем-то важным, кого она хотела видеть рядом. Она не просто хотела — она просила. Мако ощутил, как в груди разлилось что-то тёплое — неожиданно, почти не к месту. Он не сразу узнал это чувство, а когда понял — удивился ещё больше. Он обрадовался — по-настоящему. И Корра это заметила — он понял по её лицу. Её взгляд стал живее, в нём мелькнула осторожная, почти боязливая надежда, словно Корра сама не была уверена, что ей не показалось. Она едва заметно подалась вперёд и замерла, словно хотела сократить расстояние между ними, но не решалась. Как же было бы проще, если бы она злилась на него. — Эээ… вообще-то будет лучше, если я останусь, — пробормотал он, глядя куда-то в сторону. Решение уже принято. Менять его сейчас — значило признать, что он не держал слово даже перед самим собой. Корра сделала шаг ближе — он отступил на полшага. — Я знаю, после расставания у нас не клеится. И та ссора на мосту… — она подошла почти вплотную. — Но ты в команде «Аватар», и без тебя нам не обойтись. Мако коротко взглянул на неё и тут же отвёл взгляд. Корра использовала против него последний козырь — если не ради неё, то ради дела. Она — Аватар. Она Корра. Она нужна команде. А он… От него будет больше пользы здесь, в городе. Отчёты и строгий распорядок дня — это его жизнь теперь. Рядом с Коррой всё неизбежно превращалось в хаос, в риск, в постоянное ожидание чего-то, что пойдёт не так. Он больше не в силах стоять и смотреть, как она падает. — Прости, я не могу, — тихо, но твёрдо ответил он. Слова дались легче, чем ожидалось. Но не для неё. Корра не ответила. Он и без этого отчётливо слышал, как в её молчании звучало неверие. Не глядя на неё, Мако развернулся и быстро пошёл прочь. Даже слишком быстро. Решимость держалась на одном лишь упрямстве. Если Корра позовёт ещё раз — он не был уверен, что сможет отказать ещё раз. Лучше не дать ей этой возможности. Мако почти спустился к пристани, когда за спиной раздался голос Болина: — Мако! Подожди! Мако бросил почти страдальческий взгляд на залив. Если бы он шёл чуть быстрее, уже плыл бы на пароме обратно в город. А лучше бы просто отдал Болину карту и сразу уехал. Нет же — захотел отдать карту лично. — Корра уже предлагала, — быстро, почти раздражённо бросил он, поворачиваясь к брату. — Я не могу бросить Республиканский город. Я здесь живу и работаю. Слова прозвучали почти как заученная мантра. — Живёшь? — спросил Болин насмешливо. — Ты спишь под столом! И что может быть важнее помощи аватару в возрождении целой цивилизации? — он подошел ближе. — Вспомни, сколько раз Корра помогала нам, спасала нас! Если бы не она — представь, что Уналак бы сделал с миром. А вспомни Амона… Болин не договорил. И не нужно было. Образы всплыли в памяти Мако сами — слишком чётко, слишком быстро. Они с Коррой корчились в воздухе под воздействием магии крови Амона. Он швырнул их на пол, и всё ещё удерживая обоих, заставил Корру опуститься на колени — демонстрируя абсолютную власть над ней. Мако не мог ничего сделать. Только смотреть: палец Амона на лбу Корры и абсолютный ужас в её глазах. Её бесчувственное тело на полу. А потом — будто бы спасение. Амон отвлёкся. Контроль ослаб. Мако выпустил молнию, вложив в удар всю силу, что у него осталась. Корра у него на руках. Побег. Бесконечный коридор. И внезапный рывок. Корру отбросило в другой конец коридора, а Мако с силой швырнуло в потолок, потом в стену, потом на пол. Амон снова рядом. Рука поднята — на этот раз для него. И в этот момент резкая атака. Не огонь. Не вода. Воздух. Звон разбитого стекла. Амон вылетел в окно. Мако даже не сразу понял, что всё закончилось. Она смогла. Успела. Корра спасла его. Они спасли друг друга. — Не в этом дело, — сказал Мако уже тише. — Я чувствую, что всё больше отдаляюсь от вас. — А ты не отдаляйся! Мако повернулся к Болину. Бросил короткий, усталый взгляд. Если бы всё было так просто... Мако рассматривал дистанцию, как единственный способ выживания. Он осознанно отталкивал всех. Шаг за шагом. Даже Корру. Особенно Корру. Не видеть её. Не ждать новостей. Не бояться каждый раз, когда она оказывалась в малейшей опасности. Так было проще. Должно было быть. Но если он уйдёт сейчас — после того, как она попросила его остаться — сможет ли он когда-нибудь вернуться? Будет ли он всё ещё нужен Корре? Она никогда не будет той, кого нужно защищать. Но это не значило, что он мог оставить её. — Ты нам нужен, — спокойно сказал Болин. — Мы летим в Ба Синг Се, где вырос отец. Что, если я встречу там бабушку? Ведь это будет в первый раз. Вдруг она спросит… Болин ссутулился, скривился, изображая старческий голос и манеры: — «Где твой милый братец?» Он выпрямился и, уже своим голосом, продолжил: — А мне придётся сказать: прости, бабуля, у него в полиции важная работа с документами… Мако закатил глаза. — …А она как расплачется, как заголосит: «Мако, почему, почему, Мако? Как теперь жить?» — Болин снова вошёл в образ, подошёл ближе и вцепился ему в плечи. — «Я не могу!» — он замер и уставился на него исподлобья. — И умрёт. — Всё! Хватит! — Мако не выдержал. Он резко оттолкнул Болина и сделал шаг назад. Мако был готов на что угодно, лишь бы прекратить этот фарс. — Я лечу с вами, — хмуро сказал он. Отказываться от своих слов было поздно. — Надо только позвонить Бейфонг… — он тяжело вздохнул. — То-то она обрадуется. Мако поднимался по трапу, почти не слушая, как Болин что-то увлечённо рассказывал рядом. Послышался голос Корры, и Мако невольно повернул голову в её сторону. Корра стояла на палубе и разговаривала с кем-то из команды. Он встретился с ней взглядом — коротко, мимолётно. В её глазах мелькнуло что-то тёплое — и тут же исчезло. — Корра! — окликнул её кто-то другой. Она отвела взгляд, и Мако пошёл дальше. Своё решение он уже принял. С последствиями он разберётся потом. Когда команда собралась в переговорной, Мако сразу включился в обсуждение. Говорил спокойно, по делу — как он и привык на службе. Тензин изучал карту, Асами уточняла маршрут, Болин строил догадки — одну смелее другой. Только Корра казалась странно притихшей. Мако периодически чувствовал на себе мимолетные её взгляды, но упрямо не отвлекался от карты. Как только обсуждение подошло к концу, Мако первым поднялся из-за стола. Раз с делами покончено — задерживаться дольше не имело смысла. Остальные последовали его примеру, также направляясь к выходу, продолжая тихо переговариваться. — Мако, поговорим? — голос Корры прозвучал тихо, почти неуверенно. Внутри всё сжалось. Мако сделал вид, что не услышал, и ускорил шаг. Слишком много произошло за последние дни — слова, решения, поступки. Всё навалилось разом. Он отчаянно нуждался в тишине. Он обязательно поговорит с Коррой… Позже. — Мако, пожалуйста, — повторила она уже настойчивее. Она догнала его и встала напротив, преграждая путь. Очевидно, у неё были свои планы на этот разговор. Мако остановился и повернулся к ней. К своему удивлению на лице Корры он не увидел ни упрямства, ни привычной решимости — только усталость и какую-то тихую, несвойственную ей неуверенность. Корра глубоко вздохнула — явно собираясь с мыслями. — Прости меня за ту ссору на мосту. Мне не стоило всего этого говорить, — сказала она. Мако коротко кивнул. Не сразу — на долю секунды задержался, будто проверяя, правильно ли понял слова Корры. Она извинилась первой и признала свою неправоту — и это, вероятно, далось ей непросто. — Я тоже не должен был кричать на тебя, — ответил он ровно, без лишних эмоций. — Я знаю, ты беспокоишься за меня, — продолжила она. — Но, Мако, я не хрустальная ваза, которую нужно держать в шкафу за стеклом. Он слушал, не перебивая. — Я — Аватар с четырёх лет. Моя жизнь — это риск. Она всегда такой была и, наверное, всегда будет. Он знал. Конечно знал это. И всё равно… — Именно поэтому я и боюсь за тебя, — он встретился с ней взглядом. Слова прозвучали тише, чем он рассчитывал. Но честнее. — Потому что я тебя… Он запнулся, остановил себя. Слово почти оформилось — привычное, простое. И недостаточное. — …потому что ты мне дорога, — закончил он. Мако не стал ничего добавлять и смотрел в глаза Корре, не позволяя себе отвести глаза. Корра молчала секунду, другую. Потом её взгляд смягчился. Её плечи расслабились, а морщинка между бровей исчезла. — Я тоже, — тихо сказала она. Её голос чуть дрогнул. Она не уточнила, что именно имела в виду. Но этого короткого «тоже» оказалось достаточно, чтобы они наконец услышали друг друга. — Мако, мне нужна моя семья и мои друзья. Я всё ещё обычный человек. Я знаю, что уязвима. И я очень ценю свою жизнь. Без вас я не справлюсь. Переведя дыхание, она продолжила: — Мне нужны все мои друзья, — она сделала акцент на слове «все» и посмотрела на него. — И я… я не вынесу, если мы совсем перестанем общаться. Ты нужен мне. Я не могу потерять тебя. Он оказался не готов к тому, что Корра не отталкивала его. Горло сдавило. Он отвёл взгляд на секунду — и тут же снова поднял глаза на Корру. — Мне тоже тяжело дались эти недели, — сказал он. — Извини, что избегал тебя. И прости за Асами. Это было ошибкой, — добавил он. — Я поговорила с Асами. Мако напрягся. — И что она сказала? — спросил он взволнованнее, чем хотел. А если Асами поняла всё иначе? Что, если для Корры этот поцелуй выглядел чем-то большим, чем был на самом деле? Он тревожно прокручивал в голове варианты ответа Корры. И далеко не все он был готов услышать. Мако стиснул зубы и сжал кулаки. Слишком много «что если». — Не важно, — спокойно ответила Корра, глядя ему в глаза. Подробности Мако предпочёл не уточнять. — Мне всё ещё больно это обсуждать. Я пока не разобралась в своих чувствах. Это правда сложно. Но я не виню ни тебя, ни её. Он удивлённо моргнул, совсем не этого он ожидал. — Хорошо, — ответил он тише. — И… у меня к ней нет чувств. Никаких, — добавил после короткой паузы. Слова прозвучали почти автоматически, на всякий случай. Чтобы Корра точно знала. Чтобы не осталось неясности. — Я верю, — кивнула Корра. Мако облегченно выдохнул. — Мир? — чуть улыбнулась она, протягивая мизинец. Детский жест. Смешной. Почти нелепый после всего, что произошло между ними. Но именно поэтому — правильный. Простой. — Мир, — ответил он и сцепил свой мизинец с её. На мгновение они замерли, улыбаясь друг другу. А потом Мако шагнул ближе и обнял её. Не думая. Не взвешивая. Просто сделал шаг — и обнял её. Осторожно, сначала сдержанно — проверяя, не отстранится ли она. Она не оттолкнула. И он не отпустил. Позволил себе прижать её чуть крепче. Корра замешкалась на секунду. А потом обняла в ответ. — Я по тебе скучала, — тихо сказала она, уткнувшись лицом в его плечо. — Я тоже по тебе скучал, — ответил он. Через несколько минут они разомкнули объятия, но не разошлись. Мако опустился на диван у панорамного окна, Корра села рядом. Он почувствовал лёгкое касание её плеча к своему — Корра придвинулась ближе. Мако слегка повернул голову в её сторону, но не отодвинулся. Тогда Корра прижалась чуть сильнее, устраиваясь удобнее. Она заговорила первой. Рассказала про Мило, который пытался поднять дирижабль магией воздуха и чуть не сдул с палубы коробки с припасами. Мако хмыкнул и слегка улыбнулся. — Видел на днях занятный протокол, — сказал он после короткой паузы. — Кто-то пытался приручить кротобарсука. Держал его в квартире в центре города. — Приручил? — Корра подалась чуть вперёд. — Сбежал. Снёс три ларька и утащил патрульного, — усмехнулся Мако. Корра фыркнула от смеха, прикрыв рот ладонью. Мако взглянул на неё. Она снова смеялась рядом с ним — легко, беззаботно, так же, как раньше. И от этого внутри неимоверно тепло. Разговор складывался не сразу. То затихал, то оживал снова. Но тишина больше не давила. Мако поймал себя на том, что не искал, что сказать дальше и не торопился заполнять тишину. Они с Коррой так и сидели рядом — слишком близко, чтобы делать вид, что ничего не изменилось, и уже достаточно спокойно, чтобы не отступать.