_incorrectly

— Не рыпайся, падла. Они только переступили порог квартиры Чимина. Охранник не церемонясь, не собираясь возиться с Юнги, бросил его на пол. Шуга зло рыкнул, пытаясь встать с холодного паркета, но был остановлен чужой ногой, которая прижала его. — Ты тупой?! Не рыпайся говорю! — Не мучайся с ним, — Ёнхо прошёл дальше, желай найти нужную комнату, — будет глупить, пристрели его. Сколько можно? Он никогда так не унижался, он всегда унижал и убивал. А сейчас об него, в прямом смысле, вытирают ноги. Досадно, обидно. Намджун тоже хорошо. Юнги не ожидал от него такого, он ничего не предпринимает. Даже, хотя бы не как друг, то хотя бы как начальник, босс, мог бы что-нибудь помочь. А это бездействие раздражает. Чувствует себя как муха, которую можно прихлопнуть. Мин тяжело вздохнул, прижимаясь лбом к паркету. Вляпался в дерьмо по уши, не выберешься. Что будет, когда Сон заберёт документы? Он убьёт его? Говорил же, что убьёт. Нет. Шуга не должен умереть. Он не оставит своего Чимина одного. После всего этого, Юн обязательно пошлёт всё к чертям и будет с Минни, они будут вместе заботиться о их малыше. Они будут семьёй, настоящей, которой альфа давно лишился. Юнги любит Пака, очень, этот мальчишка слишком въелся в душу. В жизни Мина всегда было слишком много жестокости, надоело. Надоело творить эту жестокость. Но, он всегда считал, что все, кого он убивал, заслужили свою участь. Наркодилеры, сутенёры, да даже обычные убийцы. Но таких, как Сон Ёнхо, он ненавидел всей душой. В этом мире всё зависит от денег, а эти люди обладают ими, а значит, им позволено многое. Слишком. Юнги и его семья стала жертвой одного такого падонка. Когда родители умерли, Юнги было двенадцать лет. Они жили в Тэгу, в не самом благополучном районе. Отец пахал на несколько работах, а мать воспитывала маленького альфу. Вечные долги, налоги, это не кончалось. Они выживали, пытались, и у них получалось... Правда, позже оказалось, что на самом деле, всё ещё хуже. Юнги узнал, что у мамы рак слишком поздно, когда была уже третья стадия. Денег на лечение, естественно, не было. Неприятно знать, что твой любимый человек скоро умрёт, а ты с этим поделать ничего не можешь, никак не поможешь. Юн помнит, как он заливался в истерике, убежав из дома, ошиваясь по вечернему Тэгу, прячась в закоулках. Как слёзы разъедали нежную кожу щёк... Он не хотел, чтобы родители видели, как он плачет. Он альфа, он защитник! Плакать нельзя. Но слёзы льются сами, это неконтролируемо. Безысходность тогда слишком окутала. Но, к счастью, омега скончалась не от этой ужасной болезни... вместе с отцом. Тогда он был в школе. Хотел скорее вернуться домой, ведь он сделал такую милую открыточку к дню рождения матери. Старался, хотя не любил он это прикладное творчество. Но для матери, он был готов на всё. Дабы увидеть счастье, в болезненном блеске глаз. Уже направляясь домой, в свой район, он понял, что что-то не так. Замедлив шаг и оглянувшись вокруг, он понял, что никого нет. Нет того привычного лая собак, резвящихся и весёлых детей, той хорошей аджумы, которая вечно кормила дворовых детишек. Ничего. Только ветер, проскальзывающий мимо. Стало не по себе. Он побежал домой. Первое, что он тогда увидел это жёлтая лента и множество полицейских. Скорая помощь тоже была. Юнги было страшно. Очень. Он хотел пройти домой, но его не пропускали. Он плакал, кричал. Но бесполезно. И когда заметил, как выносят носилки, с чем-то окровавленным, ему стало дурно. Он перестал плакать, перестал просить пропустить. Он просто упал на колени, смотря, как мимо него проносят его родителей. Не живых. Много крови. Бледные лица. Кошмары перестали мучить только через пару лет. Каждую ночь он видел тот проклятый день, даже та самая открытка сейчас всё ещё в теперешней квартире альфы. После всего этого, он оказался в приюте. Среди детей, попавших в такую же хреновую ситуацию. Всё было такое серое, холодное, чужое. Все эти чувства преследовали его до недавнего времени. Первые месяца он не воспринимал, что он один, что родителей больше нет. Было сложно. Мин даже не знал, что произошло. Почему его родители были мертвы. Но, рано или поздно правда сама раскрывается. На том месте, где находился его дом и ещё несколько, задумали построить что-то вроде клуба. Естественно, для этого нужно было снести все эти лачужки и разогнать людей. Но родители отказывались, как и остальные. Всё это началось ещё за месяц до того происшествия. А альфа не знал, от него всё это держали в секрете, надеялись, что отстанут. Но нет. Идея построить тот грёбанный клуб принадлежала какому-то молодому бизнесмену. И из-за этого, его люди разогнали семьи на улицы, а его семью убили из-за неподчинения. А властям было всё равно. Шуга до сих пор не знает имя того мужчины, из-за идей которого он лишился семьи. Он не смог его найти и надеется, что сейчас эта тварь гниёт глубоко под землёй. Сама мысль того, что родные погибли из-за такой мелочи, как клуб, абсурдна и глупа. А теперь, подобный человек угрожал ему его смертью и смертью Чимина. Хрен ему. — А твой Чимин-и не врал, — Ёнхо вернулся в гостиную, указывая на папку в руках. — Видимо и правда так заботится о тебе, что признался. Побоялся твоей смерти. Юнги ухмыльнулся. Но эта ухмылка сразу пропала с его губ, когда в нос ударил до боли знакомый и любимый запах малины. Чимин? Но где? Альфа приподнял голову, смотря в сторону коридора, где находилась входная дверь. Омега не должен здесь быть. Может, галлюцинации? Совсем крышей ёбнулся. Но щелчок той самой двери, подтвердил обратное. Охранник, следивший за блондином услышал этот звук и оставляя своего заложника пошёл проверять. Любопытство до добра не доводит. А Ёнхо всё так же разглядывал документы, не обращая внимания ни на кого. Намджун стоящий у окна, заметно напрягся и чего-то ожидал. Выстрел. Сон сразу же среагировал, но всё равно поздно. Ким уже стоял нацелившись точно ему в голову. Второй охранник навёл пистолет на Нама, приготовившись стрелять. — Выстрелишь, и попрощаешься со своими последними мозгами! — в комнату влетел запыхавшийся Хосок, вооружённый тоже. А из-за его плеча испуганно выглядывал Пак, хлопая глазками. И тут до него дошло. Джун, блять, знал. Вот почему был таким бревном. Это план такой нахуй?! Хуёвый план.