_incorrectly

Трель телефонного звонка вырвала омегу из дрёмы. Всё тело ломило, а в заднице неприятно зудело, прося рядом с собой альфу. Действие таблеток кончилось, да и сами таблетки кончились, осталась только одна, и теперь Тэхёну суждено мучиться от дикого возбуждения. Течка началась утром. Тэ знал, что это должно было произойти на этой неделе, но всё равно для него это было неожиданно. Он сразу же выпил подавителей, помогло конечно, но всего на четыре часа, а это мало. Он принял за сегодня уже достаточную дозу этой дряни, даже переборщил, больше нельзя, а сейчас поздний вечер, а потом и всю ночь мучиться. Смазка уже успела замарать постель, отчего простыни противно липли к нежной коже. Парень был одет только в свободную белую майку, та прикрывала бёдра, да и дома он один. Ибо всё, что находиться ниже пояса очень чувствительное, и даже соприкосновение с обычной тканью посылало по телу мурашки. Запах пряников с корицей почувствовали все соседи, хотя Ким плотно закрыл входную дверь, даже окна не открывал, из-за чего квартира хранила уже тёрпкий запах омеги. А некоторые смелые альфы даже стучались в дверь, чувствуя течного омегу. Но никакой альфа ему не нужен, может, кроме одного... — Чонгук-и... Телефон не успокаивался, продолжая звонить. Мелодия любимой песни начинала раздражать. Кто это такой настырный? Ким потянулся к тумбочке, хватая телефон, сразу отвечая на звонок, не смотря на имя абонента. — Д-Да? — Тэ пытался держаться, но голос всё равно дрожал, и это "Да" больше походило на стон. — Тэхён? — на другом конце был Чонгук. Омежка ему сегодня не звонил, да и никак с ним не связывался. А Чон волновался, ибо тот даже на сообщения не отвечал, не говоря уже о звонках. — Ты дома? — Да, д-дома, — тяжёлые вздохи Тэ, очень будоражили. Не удивительно: у омеги охеренный голос, от которого Чон готов кончить, а тут такие вздохи и стоны. Что там творит этот негодник? Хотя, Гук знает... — У тебя течка? — С чего ты взял? — уже более твёрдым голосом спросил младший. — Тэхён-а! А кто на протяжении последних дней ластился ко мне, прося внимания и ласки? И разве я мог не заметить того, что твой запах стал слаще и сильнее! Тэ прикусил губу, сворачиваясь в позу эмбриона. Он хочет, чтобы его альфа был сейчас рядом. В голове один Чонгук, а мысли-то, вовсе неприличные. Они с Чоном относительно недолго, но у них ничего дальше минета не заходило, а хотелось. Он хочет своего альфу, очень. Но слишком вредный, чтобы попытаться принять это. — Я не хочу беспокоить тебя, Гук-и, — и Ким замолкает, уравнивая дыхание. А старший начинает злиться от этих слов. Не хочет беспокоить? А ничего, что они истинные, вместе и любят друг друга? — Тэхён... Ким хотел было что-то сказать, но услышав противное, писклявое: "Гукк~и! Ну где ты там? Я уже соскучился!" И Тэ усмехается, с силой сжимая меж пальцев простынь. — Всё в порядке, — выдыхает он, сдерживая обиду. — Я справлюсь один, без тебя. Развлекайся, не буду отвлекать. Чонгук хотел что-то возразить, но Тэхён отключился, отбрасывая телефон, и тот с грохотом падает на пол. Лучше бы не отвечал на звонок, нервы поберёг бы. Настроение теперь хуже некуда. Кто там с Чонгуком? Нет! Чон ему не изменил, нет, он знает. Старший говорил, что его пригласили на вечеринку, по случаю окончания школы и успешной сдачи экзаменов, и скорее всего, он сейчас там. По идее, Тэ тоже должен был пойти, если бы не течка. Он не запрещал своему парню идти туда, он доверяет. Но... всё равно обидно. Все эти омежьи загоны и ревность... Боже. Тэхён поднялся, на дрожащих ногах направляясь в ванную, приняв последнюю таблетку подавителя. Стоит сходить за новой коробочкой до аптеки, иначе он не выживет. Но он не знал, что Чонгук уже едет к нему на квартиру. И альфе ой как не понравилось поведение омеги. ________________ Тэ пожалел, что решился выйти из дому, приняв всего одну таблетку. Смазка перестала выделяться и возбуждение спало, но всё это ненадолго. Но запах и слабость никуда не делись, поэтому на него сейчас оборачиваются все мимо проходящие альфы, окидывая хищным взглядом, и от этого омеге страшно. Он сильнее укутывается в чонгуковский шарф, который тот ему недавно подарил. Чёрт лучше бы остался дома, подумаешь, мучился бы оставшиеся дни течки. А сейчас десятки любопытных глаз напрягают, и Ким сейчас рискует своей попкой блуждая по тёмным вечерним улочкам. А аптека, как на зло, далековата. Стоит ли возвращаться назад, пока не поздно? Не помрёт он же без этих чёртовых подавителей, зато его попка останется в целости и сохранности, наверняка. Да, так он и поступит. Тэхён развернулся, шагая назад. Становилось холоднее, отчего он зябко поёжился, чувствуя как щёки обжигает прохладный ветер. Глаза бегали по ярким цветным неоновым вывескам, что так красиво светились и мигали. И за всей этой красотой он не заметил, как за ним по пятам следуют парочка альф. Тем уж слишком понравился этот миленький омежка, да ещё и один. Сам себе приключений на ночь ищет что ли? Омега уже сворачивал на свою улицу и в этот момент альфы хотели прижать юного омегу, после чего поразвлечься с ним. Но их план испортили. — Тэхён?! Омега повернул голову, услышав родной голос. Чонгук. Это он, направляется к нему, и видимо, он в не очень хорошем расположении духа. Конечно! Пришёл значит к омеге домой, а его там нет! А он ещё и течный! Даже идей не было, куда бы Тэ мог пойти, а телефон был отключён. И Гук в ярости! Как Тэ мог додуматься выйти на улицу, когда у него течка, а он, по-видимому, не выпил подавителей. — Гуки? — выдыхает младший, шагая тому навстречу. От альфы веет злостью, он считает, что Ким поступил глупо и необдуманно, но всё равно омега бросился к нему с объятиями. — Что ты здесь делаешь? — Ким Тэхён, не зли меня, — всё же успокаиваясь пробубнил старший, запуская пальцы в растрёпанные волосы Тэ, судорожно вдыхая его запах. — Я твой запах за километр почувствовал. О чём ты думал, покидая квартиру в таком состоянии?! — Я... Я, — тело начинало подрагивать и неизвестно от чего именно: от повышенного тона Гука, или от нарастающего возбуждения, — хотел сходить до аптеки, за таблетками. Чон тяжело выдохнул, всё это время не сводя взгляда с губ омежки, которые тот не заметно для себя облизывал. Пряный запах въедался в разум, затуманивая, но Чонгук противился. Надо держать себя в руках. — Дурачок... Мой дурачок, — нежно прошептал парень. Но он его внимания не ушло то, что всё это время на его омегу жадно косились левые альфы. Чёрт, как же его малыш рисковал. — Пошли домой. Тэхён согласно кивнул, направляясь с альфой на квартиру, не отпуская его руки и прижимаясь к боку. Всё таки, с Чонгуком ничего не страшно. Теперь прохожие не оборачивались на сладкий запах, замечая рядом с омегой такого грозного альфу. И где тот милый и вредный Чон Чонгук? _____________________________ Сидеть в квартире, наполненной запахом твоего любимого омеги, сложно, к слову, очень. Да ещё если этот самый омега так близко, ёрзает задницей по дивану и облизывает и без того влажные губы. На грех нарывается, но, походу, никакой опасности не чувствует. Ну да, они же всего лишь чай пьют. Но Тэ так и просится напороться на неприятности... а точней, на кое-что другое. — Мне просто плохо, Чонгук, — опускает взгляд Тэхён, убирая кружку с чаем на стол. Чон хмурит брови, собираясь выдать что-то на подобное: " А я тут для чего?", но промолчал. Хотя в штанах уже дико узко, и инстинкты норовят взять вверх. Но омега молчал, никаких намёков не делал, не давал зелёный свет. И не понятно: то ли Чонгук его не привлекает в сексуальном плане, то ли сам альфа делает что-то не так. И даже то, что они вместе, не даёт возможность набрасываться на Тэхёна, без его соглашения. А Тэхёну не легче, он вновь чувствует дикий дискомфорт и пустоту в заднице, отчего тихо скулит. Он скользит взглядом по ключицам Чонгука, затем следит как подрагивает его кадык. Тому тоже не лучше, Тэ чувствовал, что альфа уже успел раздеть и нагнуть его взглядом. Но самый пиздец наступил, когда смазка вновь начала выделяться, марая нижнее бельё. Ким издал тихий всхлип, подрываясь с места и направляясь в ванную комнату. А Чон сидел на месте. Пойдёт сейчас за ним — не сдержится. Тэ зашел в ванную, захлопывая дверь и спеша освободиться от одежды. Парень стоял под душем, настроив воду до чуть тёплой. Что бы не упасть, он упёрся грудью о холодную плитку, оттопыривая попку. Рука проскальзывает к истекающей дырочке, надавливая на сфинктер пальцами. Нет, черт, не сейчас же, когда в квартире Чон. Стыдно. Но когда два пальца свободно вошли внутрь, а затем и третий, было поздно возвращаться назад, да и к тому же, напряжение не собирается спадать. Тэ прикусил губу, накрывая второй рукой набухшую головку члена, скользя по стволу вверх вниз. Сдерживать стоны было бесполезно, и Тэхён думает, что успел своим голоском разбудить всех соседей. Да еще и Чонгук в зале сидит, может помочь ему, но в итоге омега трахает себя своими же пальцами. И когда ноготки царапают заветную точку, прогибается в спине, а стон больше походит на крик. Но думает он ведь о Чоне, когда занимается подобным. Поэтому достигает желанной разрядки, выстанывая любимое имя. — Чонгук-и! Пальцы выскальзывают из растянутой дырочки и Тэ облегчённо выдыхает. Но чёрт! Член всё ещё стоит колом, а в заднем проходе снова пусто, а смазка выделяется только сильнее, марая бёдра. Воду он успел выключить и сейчас прислушивается к своему дыханию. Так тихо. И в этот момент сердце начинает отбивать бешеные ритмы, когда Ким чувствует запах своего альфы, а затем слышит и его голос: — Тэхён? И тут слабость окутала всё тело, и Тэ начал соскальзывать на дно ванной, если бы не сильные руки, придержавшие его. Чонгук обнял его за талию, прижимая к себе, и омега почувствовал спиной его голую грудь. Он голый?! А Чон ухмыляется, проводя кончиком носа по влажной шее, чувствуя дрожь, исходящую от младшего. А тот чувствует только эрекцию альфы, упирающуюся между ягодиц. — Я то думал, что не возбуждаю тебя, — сказал Гук, целуя парня за ушком, после разворачивая к себе лицом. Тэхён прижался спиной к стенке, упираясь ладошками в широкие плечи Чона. Альфа всё же не сдержался, направляясь за омегой в ванную. И всё это время наблюдал за тем, что вытворял этот бесстыдник. Да ещё так громко стонал. Но признаться честно, Гуку всё это понравилось. Только вот, теперь Тэхёну надо разобраться с одной проблемкой, которая не давала покоя. — Гук-и... Тэхён поймал губы старшего своими, сминая их в поцелуе. Они никогда так страстно не целовались. И от такого напора Чон даже растерялся, но ненадолго. Он подхватил младшего, придерживая за бёдра, а Тэ обхватил его таз ногами и обнял за шею, дабы не упасть. Чонгук приставил головку члена к колечку мышц. И омега стразу же начал пытаться сесть самостоятельно на орган альфы, ведь тот измывался над ним, дразня. А Гук в какой раз удивляется свей выдержке: не смотря на пелену желания перед глазами, играется с омежкой. Но ждать долго Тэхёну не пришлось, Гук начал медленно проталкиваться внутрь, выстанывая имя младшего. Благо он хорошо растянут. Внутри Тэ узко и влажно, и это охрененно. Первый толчок, и Тэхён вновь стонет, срывая голос. Затем второй, и лопатки больно бьются о плитку, но Тэ хорошо, очень, ведь Чон так глубоко и целует так грубо, чуть ли не насилуя чужой ротик. Развязные стоны омеги очень возбуждают, знал бы Гук, что Тэхён так умеет, не тянул бы. Кабинка душа уже успела запотеть, да и внутри душно и жарко. И из-за большого количества смазки, каждый толчок сопровождался шлепком и пошлым хлюпаньем. Чонгук врывался в омегу всё быстрее, кусая чужие ключицы. А Ким был уже на грани, ибо альфа проезжался набухшей головкой по простате, а сил стонать уже не было. И в итоге, даже не прикасаясь к себе, омега кончил, издав финальный громкий стон и прогнувшись в спине, марая свой и чонгуковский живот в белесой жидкости. Но, пока Чонгуки не достигнет конца, он не расслабится, поэтому подвиливает бёдрами, сжимая в себе альфу. И вскоре тот тот кончил тоже, изливаясь в омегу, но быстро вышел, не допуская сцепки. И чёрт, Тэхён после секса ещё прекраснее и... он смущается? Розовый румянец на смуглой коже и отведённый взгляд... О боже... — Чонгук-и, — Тэ слез с рук альфы, вставая на ноги, и ощущая, как по внутренней стороне бёдер стекает семя альфы, вперемешку с природной смазкой. Он прижался к нему, утыкаясь лицом ему в грудь. — Спасибо. — Рад помочь, — улыбнулся старший. — Давай помоемся и пойдём в кровать. Только, спокойно помыться у них не получилось, ибо омежка такой аппетитный, а альфе было мало одного раза. _____________________ — Животное, — пробубнил Тэхён, укладываясь поудобней на кровати. Всё тело болело, и поэтому он мучился. — Но я люблю животных... — И не говори, что тебе не понравилось, — Чон обнял своего омегу, целуя в висок. Тэ улыбнулся, да, ему нравится. Нравится такой Чонгук, который грубый и властный в сексе, но обычно милый и нежный. И даже нравятся его отметены на ягодицах, шеи и груди, в виде расцветающих синячков. Он принадлежит этому альфе. Но и Ким тоже не остался в долгу, и оставил на шеи старшего метку. Да, свою метку, да ещё и на самом видном месте. При том, не позволил оставить свою. Нет, он не против, даже хочет быть помеченным своим альфой, но пусть Чон помучается. — Гук-и, — промурлыкал Тэхён, закусывая губу и смотря альфе в глаза. Течка закончится не скоро, а таблеток нет, поэтому... — Я хочу тебя. — Кто из нас ещё животное? — усмехнулся парень, стягивая с омеги недавно надетую футболку, начиная покрывать поцелуями грудь. — Мм... Утром п-пойдёшь в аптеку, мне за таблетками... — Я твоё лекарство, Тэхён-а.