Развод по-малфоевски

На слушание они пришли вовремя. Она одна и он со своим самым способным адвокатом. По сути, при полной договоренности им не нужен был судья, а просто юрист. Но учитывая, что Гермиона сама была юристом и не доверяла другим, а Малфой в отношении сына не доверял ей, другого выхода не оставалось. — Итак, миссис Малфой, — судья смотрела на нее поверх очков, — вы настаиваете на единоличной опеке? — Нет. Мы составили документы, там все подробно расписано. Судья согласно промычала и перешла к следующему: — Причина того, что вы выступаете истцом и инициатором развода с мистером Малфоем? Напоминаю, вы находитесь под присягой. — Личные разногласия, — уклончиво отвечает Гермиона, но тут молоденький и сопливый адвокат Малфоя вскакивает с криком «Протестую!», обращая на себя внимание судьи. — Да, ваша честь, одна из моих ответных претензий, — Драко почему-то решил сам высказаться и никто ему не запрещал. — Я на протяжении достаточно долгого времени не мог добиться вразумительного ответа и хотелось бы наконец узнать причину. — Миссис Малфой? — судья вопросительно смотрит на нее. — Я не думаю, что… — Миссис Малфой, — прерывает ее судья на полуслове, — чтобы вынести верное решение суду необходимы все факты для рассмотрения дела. — Но ведь… — делает новую попытку отстоять свою тайну Гермиона. В конце концов и на нее это бросит тень. Судья на нее смотрит сурово и предупреждающе. Гермиона осекается и, в раздумьях покусав губу, довольно резко и с отчетливым вызовом произносит: — Хорошо, ваша честь. Ответчик мне изменил. Я надеюсь, это достаточно веская причина для развода? — она уже смотрит на Малфоя, не замечая, как охает толпа. — Откуда у вас такие сведения? — Лично видела, — из-за нахлеста чувств она уже не особо соблюдала правила поведения в суде. — Что-о? — возмущенно тянет Малфой и тут же кричит: — Протестую! Такого в жизни не было! — Когда это случилось? — складывалось ощущение, что судья уже проявляет свое любопытство, а не решает проблему этой распадающейся семьи. И Гермиона тоже плевала на этичность, ибо накипело: — Три месяца назад. Я зашла за ним на работу. А он там, в своем кабинете, обжимается с… Гермиона кипит, Малфой в недоумении, а судья так лаконично вставляет: — С кем? — Подожди-подожди, — говорит Драко, — это было в тот самый день, когда ты мне после ужина объявляешь о разводе. На этот случай у меня есть алиби, дорогая. Я был с твоим другом, Гарри Поттером. Можешь поверить сразу, не думаю, что он бы стал меня покрывать. Теперь пришла очередь Гермионы ни черта не понимать. Она судорожно ищет взгляд Гарри, а когда находит, видит, что он в подтверждение слов Малфоя медленно прикрывает глаза и едва заметно кивает. — Тогда кто это был, если не ты? — ее напор явно спал, и она просто рассеянно пытается понять, что вообще произошло. Судья же в это время осматривает толпу, закатывает глаза и стучит деревянным молотом. — Слушание переносится на месяц! — громко объявляет она и уже тише бурчит: — Сначала бы разобрались, а потом приходили! Гермиона рассеянно следит за тем, как толпа с громким шушуканием покидает зал слушаний. Гарри, проходя мимо, улыбается, треплет ее по плечу, Джинни состраивает сочувствующую рожицу и пожимает плечами. Гермиона смотрит на так и оставшегося сидеть в своем кресле Малфоя, смотрящего на место судьи. Не в силах сказать что-либо в свое оправдание, она резко падает в свое, запуская пальцы в волосы, устало потирая переносицу. — Трудно было сказать, спросить? — наконец подает он голос, поворачивая голову в ее сторону. — Или ты думаешь, что раз работаешь юристом, то твоя интуиция уже на грани экстрасенсорики? Ты ведь никогда не была сильна в Прорицаниях. Она вскидывает голову и говорит: — По-моему, мы достаточно прожили вместе, чтобы ты знал, что я не сторонница скандалов. Как будто мне нужно, чтобы на меня сочувствующе смотрели, а за спиной говорили, что ее муженек ее с грязью смешивает каждую неделю по пятницам. Мои догадки были обоснованы, потому что это была Минди, ее голос я ни с чьим не спутаю. Она у тебя в кабинете, тебе не кажется, что картинка начинает прорисовываться? — едко и резонно замечает она. Малфой качает головой, думая о том, что завтра кому-то предстоит серьезный разговор с радужной перспективой вылета с работы к чертовой матери. Драко резко тянет ее кресло за ручку на себя. Гермиона оказывается близко к нему, и он шепчет: — Дура. Какая же ты непроходимая дура, Грейнджер! Если бы так не любил, не дорожил, действительно бы развелся к чертовой матери! — он легко целует ее, и на душе становится тепло, и Гермиона улыбается. — Пойдем домой, Скорпиус уже заждался. Они уже идут по коридору, когда Драко внезапно роняет: — Хотя бы один мой ход окупился. Все-таки подкупить судью было самым правильным моим решением за все эти месяцы. Гермиона останавливается и вопросительно приподнимает бровь: — Что? — А ты думаешь, ей действительно интересно, какие там у нас личные разногласия? — Ну знаешь, Малфой… — он слышал по голосу, что она уже начинает беситься. — И я рад, что все так закончилось, милая!