Больше, чем любовь

Прошло две недели. После кремации Аль-Муалима обязанности главы Ордена легли на плечи Альтаира. Целыми днями он только и делал, что разгребал какие-то бумаги и фолианты в бывшем кабинете наставника, а ещё изучал Яблоко, пока не понимая, в чём же заключается его сила и какие ещё тайны оно в себе таит. Полностью погружённый в работу, он почти не имел времени для общения с Ясмин, поэтому он не заметил, что она куда-то зачастила из Масиафа. В очередной день безвылазного сидения в кабинете к нему пришла бывшая напарница. Оглядевшись, она негромко окликнула Альтаира, корпевшего над очередным пергаментом. - Могу я тебя потревожить? Альтаир кивнул, не поднимая головы. Девушка постояла ещё несколько секунд, вздохнула и без предисловия произнесла: - Я ухожу из Масиафа. Мерно поскрипывавшее перо тут же затихло. Мужчина исподлобья посмотрел на гостью. - Я не ослышался? - Нет. Я уезжаю. Перед глазами араба всё ещё стояли буквы, и он, моргнув несколько раз, откинулся на спинку стула и прямо посмотрел на Ясмин. - Зачем? - Я…я не думаю, что ты меня поймёшь правильно, - замялась ассасинка, почувствовав на себе пристальный взгляд тёплых карих глаз. – Вся эта история с Яблоком, и тамплиерами, и властью… Ты теперь возглавляешь орден… - девушка нервно заходила по комнате, пытаясь подобрать слова. - Я пока что ничего не понимаю. Девушка остановилась и решительно выпалила: - От моей руки погиб мой отец. Мой. Отец. Который был для меня всем. Да, он оказался ужасным человеком, и я не жалею о своём выборе, но я так не могу. Я любила его, а здесь мне всё напоминает об этом. Мне снятся кошмары, я постоянно думаю об этом, я… Мне так здесь плохо… - То есть, ты поэтому решила уйти? - Не только. Когда его не стало, у меня появилось такое чувство, что я здесь больше не нужна, что мне здесь больше нечего делать. Не стало его – не стало и смысла моего здесь пребывания. Альтаир встал. - Почему? Он погиб, но Орден существовать не перестал. Ты же ассасин, неужели ты так просто откажешься от этого звания? - Я не отказываюсь, - устало вздохнула девушка. – Я всего лишь хочу разобраться в себе. Я уезжаю не навсегда. Я хочу успокоиться, чтобы вернуться сюда со светлой головой и забыть обо всём, как о страшном сне. Но сейчас я не могу. Сейчас я здесь не нужна. - Это кому ты тут не нужна? Не мне ли? Ясмин взглянула на него снизу вверх. Потом снова вздохнула. - Тебе сейчас тоже не до меня. У тебя свои заботы. Ты даже не заметишь моего отсутствия… - Ошибаешься, - Альтаир подошёл к ней ближе, почти что вплотную. – Ты теперь всегда мне будешь нужна, что бы ты там себе ни думала. Блондинка опустила глаза в пол, боясь встретиться взглядом с мужчиной и забыть о своих намерениях. Нервно сглотнув, она тихо проговорила: - Я присмотрела место на окраине Акры. Поселюсь там. Там меня ничто не будет отвлекать. Почувствовав, как её ладонь очутилась в горячей грубой ладони Альтаира, она совсем уже жалобно сказала: - Я вернусь, Альтаир. Обещаю. Тот вздохнул. - Надолго? - Не знаю. - Даю тебе месяц. Если за это время ты не определишься, я верну тебя силой. - Несправедливо, - слабо улыбнулась девушка. - Справедливо. Твоё место здесь. Слегка наклонившись, он легко поцеловал её, вспоминая, как давно он это делал в последний раз. Отстранившись, он добавил: - Я к тебе приеду через пару дней. - Буду ждать. …Прошло несколько дней. Альтаир перед тем, как навестить Ясмин, заехал в Бюро Акры к рафику с просьбой присматривать за девушкой. Рафик быстро согласился, пообещав, что всё сделает. Добравшись до окраины Акры, Альтаир заметил одиноко стоящую хижину, которую не так-то просто было заметить. Привязав коня, Альтаир вошёл внутрь. Девушка начищала метательные ножи, очевидно, задумавшись о чём-то. Альтаир с ходу сказал: - Ассасины бывшими не бывают, да? Девушка резко обернулась; увидев Альтаира, она улыбнулась и кивнула. - А ты быстро списал меня со счетов. - Я пошутил. - Тебе только так и надо – пояснять, где у тебя шутка, а где правда, ты всё говоришь с каменным лицом. Араб улыбнулся и подошёл ближе. - Как ты выкроил время для меня? - Я же обещал приехать. К тому же, думаю, от Малика не убудет, если он один день побудет вместо меня: пусть заодно узнает, каково это. - Как ты жесток, - притворно ужаснулась Ясмин. Альтаир обвёл помещение взглядом. - И как тебе тут живётся? - Неплохо. У меня же ассасинская закалка, я к чему угодно привыкну. - Да… - Альтаир посерьёзнел и посмотрел девушке прямо в глаза. – Домой не собираешься? - он особенно подчеркнул слово «домой». Ясмин посмотрела на него долгим взглядом. - Пока нет. Месяц ещё не прошёл, - она попыталась улыбнуться, но Альтаир покачал головой. - Месяц – это крайний срок. Мне это не нравится, Ясмин. Возвращайся, давай уедем прямо сейчас? - Нет, Альтаир, - твёрдо ответила девушка, глядя на него серьёзными синими глазами. – Я всё решила. Я вернусь, обязательно, но не сейчас. Ещё слишком многое нужно обдумать. - Неужели тебя ничто не держит? - Держит, - вздохнула ассасинка, - ещё как держит. Я хочу быть с тобой, Альтаир, но пойми меня правильно. Войди в моё положение. Пожалуйста. - Я не могу понять. Я бы так не поступил. Девушка обвила руками его шею и заставила поднять глаза на себя. В них было столько разных эмоций – непонимание, тоска, обида, даже злость. Она хотела было что-то сказать, но вместо этого лишь прижалась к возлюбленному, ощущая тепло его тела, такого знакомого и родного, что, казалось, все тревоги вмиг стали какими-то несущественными. Альтаир не стал разрушать объятия. - Обещай мне, что скоро вернёшься. - Обещаю. Мужчина коснулся губами её макушки. С неохотой оторвавшись от мужчины, она кивнула, ещё раз давая понять, что она точно не вернётся в ближайшее время. - Понятно. Ну, тогда мне пора возвращаться. - Езжай. Пристально посмотрев на Ясмин, Ла-Ахад нехотя развернулся и собрался выходить, как вдруг девушка развернула его к себе и притянула за ворот для поцелуя. Сопротивления не последовало. Через несколько секунд Ясмин утянула его за рукав в сторону постели… Прошло несколько недель с момента визита Альтаира к Ясмин. Он всё глубже погружался в работу над исследованием Яблока, попутно разгребая дела Ордена. Вскоре он принял решение отправиться на Кипр, чтобы продолжить борьбу с тамплиерами. Перед отплытием он намеревался снова навестить Ясмин и на этот раз во что бы то ни стало заставить её вернуться в Масиаф. За несколько дней до отбытия, в Масиафе появился угрюмый Малик. Он зашёл в кабинет к Альтаиру, осмотрелся и сказал: - Мира и покоя, брат. - Малик? Да, и тебе того же. Ты по делу? - Да. - Извини, но можешь побыстрее? У меня дел по горло, я скоро отплываю, а мне ещё нужно съездить в Акру и вернуть эту блудную женщину. - Уже нет нужды. Альтаир поднял глаза на Малика. - Она решила вернуться? - Нет, - всё так же угрюмо и односложно отвечал рафик. Альтаир настороженно посмотрел на него. Тот молчал. Ла-Ахад не выдержал. - Не тяни, Малик. Что случилось? - Случились остатки войска Робера. - Робера? Мы же покончили с тамплиерами здесь. - Не со всеми. Ну, вернее…теперь уже со всеми, - вздохнул Аль-Саиф. Альтаир ничего не понимал. - Хорошо, но при чём тут Ясмин? - Эти недобитые шакалы ошивались возле Акры в лесах, грабя отдельные поселения. Забрели и на её отшиб. Зашли, ну а там…ассасин. Прости, брат. Мы не смогли предугадать, - горько сказал Малик. До Альтаира весьма смутно доходил смысл сказанного. - Так…подожди…Тамплиеры бродили возле Акры и набрели туда, где она поселилась. И что? Что случилось-то? Малик с жалостью посмотрел на Альтаира. Сказать правду у него не поворачивался язык. Он начал выдавливать из себя слова, ставшие вдруг такими густыми, что никак не хотели выходить из горла. - Их было пятеро, Альтаир. В хижине нашли трупы двоих из них. - А с Ясмин-то что? - Ничего! Нет её больше! – срывающимся голосом закричал Аль-Саиф, не в силах больше сдерживаться. Альтаир с полминуты смотрел на него пустым взглядом, потом встрепенулся и в один прыжок настиг Малика, схватив его за грудки. - Что ты несёшь? - Успокойся. - Зачем ты мне врёшь? Чего ты хочешь добиться? Я просил Джабаля глаз с неё не спускать, как это могло случиться? – исступлённо кричал Ла-Ахад. - Я же сказал, мы не знали, где они. Вышло так, что именно в тот момент, когда за ней никто не наблюдал, пришли эти ублюдки! – с этими словами Малик оттолкнул от себя друга, который тут же ослабил хватку, стоя с приоткрытым ртом и тяжело дыша. Немного успокоившись, он как можно более беспристрастно спросил: - Так она…мертва? - Да, - неохотно повторил рафик. Ассасин простоял молча несколько секунд, потом с силой вдарил кулаком по стене, - раздался характерный хруст треснувшей кости, но араб не обратил на неё внимания. - Как? Как это могло случиться? Какого чёрта её туда понесло? Какого чёрта?! Как же я её ненавижу! - Альтаир, хватит. - Малик, исчезни, добром прошу! Впервые рафик не стал спорить с товарищем. Мгновенно развернувшись, он спустился вниз, оставив нового наставника Ордена в одиночестве. Сев на стул, он закрыл голову руками. Впервые. Впервые в жизни, когда он решил ей не перечить, когда решил удовлетворить её прихоть, когда пошёл ей навстречу, всё рухнуло. Пока он контролировал все её действия, она была жива, но стоило ему чуть расслабиться, пойти на поводу у своих чувств, как её не стало. Это была жестокая шутка судьбы. Второй раз, обретая своё счастье, которое, казалось бы, уже ничто не могло разрушить, жизнь насмехалась над ним и уводила самое желанное и дорогое из-под носа. Самое желанное и дорогое… - Ты же обещала, - сквозь зубы проскрежетал Альтаир, злясь и на неё, и на себя. И он не знал, чьей вины тут больше. На бумагах, над которыми склонил голову мужчина, расплылось два чернильных пятна, тёмными тучами заслонивших собой желтовато-небесное полотно пергамента.