Only

— О, кого я вижу! – заметил мужчина меня, подходя. — Какими судьбами здесь? Я не думал убивать тебя сегодня, — нахмурился. Сегодня? А вообще собирался что ли? — Я праздновала день рождения. И в мои планы тоже не входило умирать сегодня, — ответила я, оглядывая Джокера. Зелёный пиджак и штаны под цвет волос и глаз. — Какой ты сегодня нарядный, прям как знал, что сегодня у меня праздник. — Правда? День рождения? Какое совпадение, что ты оказалась здесь сегодня, — вслед за мной оглядел себя. — Сегодня ведь день моей смерти, надо выглядеть хорошо. Умение красиво умереть – тоже искусство. Ты тоже не плохо выглядишь для этого. Отлично. Всегда мечтала умереть в восемнадцать. — Да, — взглянула на часы. — Пять минут назад мне исполнилось восемнадцать. Но приодеваться всё равно было бессмысленно. Весь твой наряд съест огонь. Как и мой. Взглядом ищу Ким через толпу. Надеюсь, с ней всё хорошо. — Восемнадцать, значит. Любопытно… — «Зефир» задумчиво чешет подбородок. — Какая разница, что будет потом? Главное, что сейчас я неотразим. Отхожу к столикам. Джокер, как тень, следует за мной. — Не сказала бы. Твоё появление - самое интересное, что произошло за весь вечер, — пожаловалась я. — Зелёный, как трава после дождя, покрытая росой. — Почему? — спросил он, поглядывая ошарашенных людей. Кто-то столпился вокруг трупа молодого парня, кто-то напрочь отказывался на него смотреть. Сейчас Джокера боялись все. А на меня смотрят, как на сумасшедшую. А на него – как на врага народа. – Хорошее сравнение. — Скажем так, меня бросили, - неохотно проговорила я. И наконец увидела Ким, лежащую на диване. Она что, спит? Я ускорила шаг. — Спасибо. — Молодой человек? Как грустно, — сказал без особых эмоций, а я не смогла сдержать смех. — Вообще-то моя мама. Не ожидала от неё такого. — Зато она спаслась от смерти. Ким просто лежала, будто спала. Я тронула её за плечо и постаралась разбудить. Никакой реакции. Она что?... Я прикоснулась к её шее. Пульс есть. — Кажется, она упала в обморок, - проговорила я. — Страх и не такое творит с людьми, - без какой-либо интонации сказал «Зелёный Зефир». — Вообще-то это моя подруга. И ты виноват в этом, — скрестила руки на груди, сверля его взглядом. А ему будто по боку. — Подруга? — кажется, он принял мой воображаемый вызов, сверля в ответ. — Какой толк в друзьях? Я бы не советовал тебе приближать кого-то к себе слишком близко. В людскую природу входит, вранье, предательство, воровство, — рассуждал он, сделав ударение на слове «воровство». Какая выразительная рожа. Так и хочется двинуть. Хотя…почему и нет? Но он быстро перехватил мою руку, сильно сжав. — Успокойся и пойдём, лучше, выпьем. Перед смертью не напьёшься. Не отпуская моего запястья, ведёт к барной стойке. На нас сосредоточенно все внимание людей. Если бы у Джокера не было пистолета – его бы давно убили. Джокер присел и опёрся о барную стойку. Я приземлилась рядом. — Два стакана Бренди, — обратился он к бармену, даже не поинтересовался, что я хочу. Ну да ладно, сейчас я просто хочу выпить и не важно что. Бармен тут же налил нам по стакану, а Джокер достал сигару. — Здесь нельзя курить, — подал голос бармен. Джокер взглянул на наручные часы. — Через сорок минут здесь всё будет в дыме. На это бармен ничего не ответил. Я тут же пригубила стакан. По горлу прошло тепло, охватывая грудь. Приятная горечь. —Спасибо, — поблагодарила я. Ещё глоток. — Не благодари. Ты ведь сама уже можешь себе заказывать выпивку. — Я в этом не разбираюсь. Впервые пью. — Да?! - удивился зелёноволосый. — На что ты только тратила свою жизнь? Меня смутил этот вопрос. Надо будет подумать на эту тему. — Ну... Я смотрела мир... — неуверенно протянула я. — Очень сомневаюсь. Мир нельзя увидеть во всех его красках, если только ты не безумен, — тон учителя на уроке. Джокер делает большой затяг, запивает бренди. — Безумен, как Вы? — Точно, — он широко улыбнулся. — А на что же ты тратил свою жизнь? И на что её лучше тратить? Ещё один затяг. А я делаю большой глоток. Стакан пуст. — Я тоже смотрел мир. Скажу тебе больше, я даже сейчас могу его смотреть. Ну а кроме этого, ещё на...любовь, — его стакан тоже пуст. — Плесни ещё, — обратился он к бармену. Тот тут же выполнил свою работу. Я тут же прильнула к стакану. Какой тут градус? Не думала, что голова начнёт кружится так скоро. — Любовь? — я вскинула одну бровь. Немного странно было слышать это от Джокера. — Да. Грустная история. — Расскажи, — не попросила, а потребовала. Начинаю наглеть. Алкоголь делает своё дело. — Нечего рассказывать. Как-то утром я проснулся без эспрессо машины и ключей от Нисана. Где-то девятнадцать лет назад. Эспрессо машины? Что-то знакомое. — Печально. Стакан снова пуст. — О да, очень... Внезапно рука клоуна легла мне на лицо, гладя щеку. Такие холодные руки. Такие приятные прикосновения. Чёрт, как же голова кружится. И его лицо так близко. Я даже чувствую горячее дыхание. Перед глазами только назойливая зелень, то-ли глаз, то-ли волос. — А где же Ваш Кексик? — с трудом шевелю языком. Слишком сильно расслабилась. Это плохо. Он ещё мгновение не отпускал моё лицо. Затем убрал руку. Ох, ну зачем? было же так спокойно...Так, о чём ты думаешь?! А у него ещё и улыбка до ушей. — Ты просто... — думает, подбирает слова. — Я дал ей задание. Моя смерть будет для неё сюрпризом. Но не будем о грустном. Давай лучше...Потанцуем