Only

Вытащить магазин из пистолета. Снять с предохранителя и проверить отсутствие патрона в патроннике. Отвести спусковую скобу вниз и в сторону. Снять затвор, отводя его до упора назад, подняв заднюю часть затвора. Затем в обратном порядке. Повторяю про себя, заучивая наизусть, чтобы не забыть, что делать. Джокер повторил это всего три раза, показав всего два и крикнул "Старт". Сейчас он просто стоял и смотрел, как всё валится из моих рук. И чего я сегодня такая криворукая? После получаса таких упорных повторений, клоун всё же сжалился надо мной. — Довольно на сегодня. Вставляешь патроны в патронник, выстреливаешь все и на сегодня всё, —скомандовал он. — Зефир! — из-за двери показалась тёмная голова. Кажется, та клоунша. Какой же у неё противный голос. — Пошли быстрее! У меня для тебя кое что есть! — требовала "Кексик". Джокер устало вздохнул, но затем всё же, проговорил сладко-приторным тоном: — Уже иду, Кексик. И удалился чуть ли не в припрыжку. Кексик, Зефирчик. Что за безвкусица?! Ну как можно быть такими противными?! Никогда не понимала таких парочек, не дети же уже, к чему вся эта клоунада?! У меня есть пять патронов. Нужно потратить их с умом. Восстанавливаю сбившееся дыхание. Руки напряжены. Зрение рассредоточенно. Идеально. И чего я так разозлилась вообще? Первая пуля. Три. Ну хоть попала и то хорошо. Не как вчера. Вторая пуля. Четыре. Не особо-то сдвинулась. Ладно, у меня ещё три. Третья пуля. Семь. Отлично, я всё ближе к центру. Ещё два патрона. Четвёртая пуля. Девять. Ещё чуть-чуть. Пятая пуля. Десять. Чуть не подпрыгиваю от маленькой победы. Мало того, что не промахнулась, так ещё и попала в центр! Вух! За это можно саму себя похвалить! Интересно, что сказал бы Джокер, будь он здесь? Рука охранника легла мне на плечо и я подскочила от неожиданности. — Эй-эй, не пугайся так, — усмехнулся он. — Хотел сказать, что ты молодец сегодня. Как это мило. Не ожидала такого. — Спасибо, — застенчиво опустила голову, покраснев. — Только особо не расслабляйся, с каждым разом будет всё труднее, зная Джокера, — предупредил охранник. — Я люблю трудности, — пожала плечами. Дорога домой заняла примерно полчаса. В тире (как я назвала это место), я была уже к десяти. Повезло, что запомнила дорогу. Не знаю, приезжал ли за мной "Зефирчик", но я решила приехать сегодня пораньше, чтобы не разбудить маму и, если что, прикинуться спящей. Надеюсь, она не забыла про мой день рождения. Только открыв дверь, я чуть не упала под напором веса Харли. — С днём рожденья, с днём рожденья, с днём рожденья! — тараторила она, сжимая меня в объятьях. А ведь в таких тисках даже в ответ не обнимешь. И она что, поджидала меня? — Спасибо! — еле выдавила из себя я, чувствуя боль в груди. Она разорвала объятия и принялась расцеловывать мои щеки. — Собирайся, сейчас мы пойдём праздновать! — всё так же радостно кричала Харли. — Можешь и подругу свою захватить. Как там её?... — Ким, — подсказала я. — Точно, Ким, — проговорила мама с умным видом. — Сейчас будем отбирать у прохожих кошельки! — мечтательно улыбнулась, вскинув глаза к потолку. — Ооо, только это без Ким! — запротестовала я. — Почему? — удивилась старшая Квинн. — Потому что ей это не понравится, — пояснила я, скрестив руки на груди. — Ну если не понравиться — она может уйти, — пожала плечами мама. — Вот именно, она может уйти! А я этого не хочу! — Да ладно-ладно! Чего так распыляешься? Зайдём за ней после того, как раздобудем деньги, — Харли примирительно замахала руками. — Отлично, — согласилась я и побежала наверх собираться. Стоило надеть что-то красивое. Такого в моём гардеробе почти не было. Разве что блестящая блузка, да чёрная юбка. — Нет, можешь сильно не наряжаться, мы пойдём в кафе какое-нибудь или, ещё лучше бар или клуб, — в дверях появилась Харли и тут исчезла. Что ж, спорить с ней не стану. Ожиданий или планов всё равно у меня не было, к тому же мама всегда сама устраивала мне день рождения, поэтому я даже не протестовала. В итоге выбор мой пал на белую лёгкую блузку без рукавов и короткую чёрную юбку. Также я стащила у мамы чёрные чулки и такого же цвета балетки. На голове особо ничего не делала, волосы и так короткие, никаких причёсок. Причесалась и хватит. Разве что фиолетовую прядь завить можно. Когда я была готова, Харли уже ждала меня внизу. Она как обычно блистала в зелёной футболке с рваными концами, таких же рваных желтых шортах с болтающейся цепочкой и рваные колготки в сетку. На ногах кеды. По сравнению с ней я чёрное пятно. После избиения в углу каких-то дворов пары мужчин, мы, с кучей денег, отправились за Ким. Та даже не подозревала о сегодняшнем празднике, поэтому решила отдать мне своей новый крем для рук с духами и впихнула растяжки для ушей. До получения такого подарка я и не думала растягивать уши. По дороге мы болтали о всяком. Харли поражала Ким своими "странными выпадами" в разговорах. Харли несла всё, что приходило ей в голову. Порой мне хотелось заклеить ей рот скотчем. Но скотча нет и повалить я её вряд ли смогу. В итоге мама привела нас в какой-то ночной клуб. Никогда не думала, что буду справлять восемнадцатилетие в таком...заведении. Повсюду громкая музыка давит на слух. В помещении душновато. Люди кругом танцуют и веселятся. Тела их двигаются под музыку. Кто-то пьёт, кто-то даже ест, в самой отдалённой части клуба, служившей, по видимому, кафе. Харли за руки проводит нас через толпу. Я то и дело врезаюсь в кого-то, толкаю, наступаю на ноги. Преодолев препятствие в виде отдыхающего народа, мы добрались до самой спокойной части клуба - кафе. Харли на заказывала кучу еды и, самое главное, торт. Идти танцевать мы с Ким не хотели, хотя Харли делала усиленные попытки вытащить нас из-за стола. Всё же мы протянули время и еда уже стояла на столе. Жареная картошка с ростбифами, краб в окружении маленьких креветок, салаты, красное сухое вино, а в центре, конечно же торт. Шоколадный. От всего этого великолепия текли слюни. Втроем мы, не раздумывая, начали потреблять. Харли встала с дивана и старалась перекричать музыку, говоря тост. -Что, уже так поздно?!- внезапно прикрыла она рот руками. — Тебе куда-то надо?! — крикнула я ей. — Вообще знаешь, да, — залепетала она, на ходу засовывая в рот креветок. — Но куда?! — спросили мы с Ким одновременно, переглянувшись. — Поговорим дома! — прикрикнула Харли и ускакала, махая нам рукой на прощание. Мы с Ким так ничего и не поняли. Ну хоть в этот раз она не скрыла своего ухода. И теперь она точно расскажет мне о своих тайных походов. Не смотря на пришедшее с уходом Харли спокойствие, мне было обидно, что мама ушла с моего дня рождения. Разве нормальные родители так поступают? А, точно, мы же ненормальная семья. Иногда забываю. Оставшись одни, мы с Ким просто болтали и смотрели на толпы танцующих, пытаясь игнорировать голых стриптизерш в конце зала. — Чёрт, мне тоже пора идти, — грустно сказал Ким, отнимая трубку от уха. — Ну раз ты уходишь, мне нет смысла сидеть тут одной, — слабо улыбнулась я. Типичный день рождения. Обычный день со вкусной едой и слабым количеством подарков. А ведь Харли мне ничего толком так и не подарила. Не удивлюсь, если потом она будет уверять, что на еду и так много денег ушло. Не её денег. Так и не покончив с тортом, крабом и креветками, мы пошли к выходу. Но так и не дошли. Звуки музыки нарушились. В мои и без того пульсирующие виски врезался быстрый звук. Выстрел. Мы с Ким осели на пол. Люди начали кричать. Бегать туда сюда. Музыка исчезла. Теперь только крики и испуганные возгласы доносились до меня. Здесь было слишком темно, чтобы я могла понять, что происходит. Ким вся съежилась, поэтому я повела её обратно к столику, подальше от шума. Погладила по руке, пытаясь успокоить. — Я только узнаю, что стряслось и сразу вернусь, — пообещала я. Ким смотрела в мои глаза, будто в первый раз. Лицо испуганно, глаза большие и смотрят в одну точку.Затем она едва заметно кивнула. Я направилась к скоплению людей. Расталкивая народ, я заходила в самую глубь. Оказалась у входа в клуб. А там стоял он. Раздался ещё один выстрел. Я накрыла уши руками. Толпа взревела. — Тихо! Голос Джокера разнёсся по всему клубу. Наступило затишье. Вернее, мёртвая тишина. — Слушайте сюда, — заговорил он, после недолгой паузы. — Этот клуб заминирован и взорвётся через час. Это заявление произнесло настоящий фурор. Кто-то начал бессмысленно визжать, кто-то беспомощно кричать, а кто-то обвинять короля преступного Готэма в клевете. — Вранье! — выкрикнул какой-то парень и понёсся к выходу. Бам. Упал замертво. Алая жидкость начала расползаться по белой футболке. Я прикрыла рот рукой. Снова поднялся шум. Бам. — Первая ошибка! Дверь заблокирована. Даже не пытайтесь сломать. За попытку - получите пулю в голову. Из этого клуба сегодня не выйдет никто, — крикнул Джокер, с довольной улыбкой, глядя на реакцию толпы. Затем глухо добавил. — Даже я.