Соседи

      Мирон всё ещё разговаривал по телефону, а мы с Ваней сидели на диване и беседовали. Как я уже говорила, с Ваней интересно общаться. Разговаривали на темы, которые интересны не только одному собеседнику. Наверное, за эти несколько часов я узнала его лучше, чем многих друзей, по прошествии нескольких лет.       В дверь позвонили, и я нехотя пошла открывать. За ней стояла Аня и взволнованно на меня смотрела.       — Ты где была сегодня? — спросила подруга.       «Ну вот, мне снова придется ей врать.»       — Прости, мне плохо было, весь день еле живая хожу, — я начала изображать из себя больную, используя всю свою актерскую игру.       — Почему не позвонила мне? Я бы пришла к тебе, — обиженно спросила подруга.       — Мне было тяжело за ним вставать, — ответила я.       Сейчас, с вероятностью в сто процентов, она захочет зайти и помочь мне, но так как я не одна, а папа не разрешал принимать ещё кого-либо пока у нас его друзья, мне придется ей отказать и она сильно обидеться, чего я очень не хочу.       — Как ты сейчас? — сказала она.       — Уже лучше, спасибо, — произнесла я и покашляла.       — Завтра выйдешь?       «Не особо-то и хочется.»       — Честно — не знаю, скорее нет, я посмотрю, — улыбнулась я.       Она обняла меня и пожелав выздоровления, ушла. С ней что-то не так, она никогда не уходила просто так. Уж очень подозрительно.       Я заперла дверь и увидела недалеко от меня, то есть у меня за спиной, Евстигнеева. Он улыбался, прикрывая рот рукой.       «Твою мать!»       — Зачем ты подошёл?       Она точно его видела — он на две головы выше меня, и не заметить мужика в пустой квартире невозможно. Мне сразу все стало понятно.       «Она его видела.»       «Теперь будут вопросы.»       А Ваня стоял и улыбался, довольный как кот.       — Это твоя подруга была? Она волнуется за тебя, — сказал Ваня, будто не заметив моего вопроса.       Я тяжело выдохнула.       — Да, — сказала я, возвращаясь на диван.       Я и сама это знала.       — Она красивая, — кивнул Евстигнеев.       Я нахмурила брови и зло на него посмотрела. Кажется, кто-то ревнует.       — Что? — усмехнувшись, спросил Иван.       Я сжала руки на груди и отвернулась от него.       — Ну и переезжай к ней, — обиженно пробубнила я.       — Что это такое? — произнес Ваня, пододвигаясь ко мне.       «А то он не видит!»       Я промолчала и опустила голову, смотря в пол.       Мало того, что он вообще высунулся и его увидела Аня, так ещё и начинает раздражать меня. Забудьте, что я говорила раньше.       — Не обижайся, — сказал Ваня и обнял меня.       «Сука»       — С чего бы мне обижаться, можешь уебывать, — грубо произнесла я, утыкаясь ему в шею. От него приятно пахнет одеколоном. Я закрыла глаза и обняла его.       Он улыбнулся уголками губ.       Блять, я штаны до сих пор не надела!       Это полный пиздец, потому что как я объясню Ане, что я разгуливаю перед ними голая? Относительно.       К нам, наконец-то, вернулся Мирон. Он выгнул бровь и вопросительно на нас посмотрел. Ваня кинул на него взгляд, кивая на другую комнату. Мирон понимающе улыбнулся и вышел, оставляя нас одних.       — О чем ты думаешь? — спросила я.       — Ни о чем, — улыбаясь ответил Ваня, прижимаясь ко мне ближе.       — Зачем тогда Мирона выгнал?       — Просто так.       Я улыбнулась и отстранилась от него. Он удивленно на меня посмотрел.       — Что? — усмехнувшись, спросила я.       — Ничего, — он улыбнулся и встал с дивана.       — Вещи не забудь, — произнесла я, вновь возвращая руки на место.       Он засмеялся и пошёл к Мирону.