Осознание.

Она плачет, нет, только не это! Хотя с чего это я? Она для меня всего лишь друг… Друг, который меня понял, который вселил в меня надежду на то, что я лучше, чем думают окружающие; она — друг, который не стал преклоняться перед стереотипами и доверила мне, а я? Я ушёл, обиделся на мелочь, но ведь вы бы не обиделись? Хотя, это всего лишь инстинкт, заложенный в каждого миллиарды лет назад, и эффект неожиданности. А зачем я вообще её напугал. Ладно, я давно простил, но не откажусь же я от своего образа! О, а вот и её ручка, с помощью которой она меня втащила в это дело. — Прости меня, Ник! Возможно, я просто глупая крольчиха! — « Нет же! Ты просто замечательная: такая устремлённая и не жалеющая сил!» — думаю я, но вместо того что бы это сказать, я прокручиваю запись с ручки. Она улыбается своей превосходной улыбкой. — Вы кролики такие сентиментальные, у вас всё на эмоциях! — произношу я, обнимая её тёплое маленькое тельце. Она такая хрупкая, что хочется её обнимать, оберегать, защищать и никогда не отпускать вечно! Она уткнулась мне головой в плечо, рукав сразу промок от её слёз, Всё это время я думал о ней, как о друге, но сейчас понимаю, что это не так. Она мне не друг, она та, кто заставил испытать тёплые чувства, которые я очень долго не испытывал. Возможно, она когда-нибудь об этом узнает, но не сейчас. Сейчас у нас более важная миссия, хм, я бы и не подумал, что буду спасать Зверополис!

***

Мы едем в старой, ржавенькой машине твоей семьи. Ммм, вкуснецкая голубика! Ты в превосходном настроении, глаза так и улыбаются! У тебя в головке зародился хороший план, идя по следу горлодёров, первым пунктом является Хорьковиц. Он не хочет, говорить. Но у тебя и тут котелок варит. Мы едем к мистеру Бигу. Там пытаемся выманить информацию с помощью его морозилки. Когда Фру-фру сказала, что назовет свою дочь в твою честь, меня заставило это умилиться, так же как и тебя, хотя я этого и не показал. Дюк направил нас на барана Дугласа. Мы подходим к старому спуску в метро зелёного цвета, которое закрыто решёткой, но на нашу удачу в низу есть дырка в которую мы спокойно пролезим.

***

Да, ты права — плакали наши вещдоки! И всё из-за этого бараньего эмбриона! Ну и как нам теперь всё доказать? Моему возмущению нет предела, но я успел кое-что прихватить! Там в вагоне, когда ты вылезла из укрытия, моё сердце застучало, как…как… Даже предмета такого нет! Но ещё больше я боялся и возмущался, когда этот бараний зародыш, залезший в окно, высунул тебя в окно, ты ведь могла погибнуть! Мы побежали через зоологический музей, в надежде сократить путь, но нас остановила Барашкис! Как-то подозрительно всё это, как она вообще узнала, что мы здесь? ты опережаешь меня, говоря эту фразу, видимо подозрение проснулось и в тебе. Она требует чемодан, не отдавай ей его! Так я и знал, это те же бараны! Хотя может просто похожи? Не важно! Главное мы знаем, кто виновен во всём этом! Мы бежим, как можно быстрей, но когда я слышу твой вскрик моё сердце обливается ледяной водой, но когда я вижу, что ты поранилась, мне ещё тяжелее. Я оттащил тебя за угол и, высыпав голубику из платка, перевязываю им твою лапу. Время поджимает, конечно, я не супер док, но на первое время повязка сойдёт. Как только раздаётся бараний голосок, ты суёшь мне в руки кейс и предлагаешь бежать оставив тебя здесь. Как я могу бросить любовь… Да, любовь… Никогда не говорил это слово, потому что никогда в него не верил! Но ты, опять же ТЫ, заставила меня поверить и в это! Не волнуйся, я тебя не оставлю! Эта, извиняюсь, дура несёт какую-то чушь об общем враге, а я подхватываю тебя на лапы и, поставив чучело кролика, убегаю. Но на долго маскировки не хватило, нас заметили, а всё из-за меня — я задел какую-то штуковину, которая с грохотом упала.

***

Когда она стреляла в меня, у нас обоих не было как такового страха, ведь мы знали, чем она стреляет, опять это дело твоего ума!

***

В машине мы оба сказали странную, правильнее стрёмную фразу, хотя мне хотелось бы что б это была не шутка, а серьёзная серьёзность. Но неловкость продлилась недолго, так как мы заметили лихача, которым оказался Блиц.

***

Сейчас я лежу, обнимая свою малышку-крольчишку, и мы оба смотрим на звёздное небо, вспоминая всё, что с нами произошло. Да, всё-таки я люблю тебя Морковка, я люблю тебя Джуди. — И я тебя, Ник, — говоришь ты, видимо последнее предложение я сказал вслух. Ну и ладно, так даже лучше.